Сказки на ночь
   

    

 

     Английские народные сказки

 

     Составитель и переводчик Н. В. Шерешевская.

     Сказки Британских островов в двух томах: т.2/М.:

     Изд-во им. Сабашниковых, 1993.     

 

  •      Волшебная мазь
  •      Волшебный рог
  •      Господин всех господ
  •      Джек и бобовый стебель
  •      Джек и золотая табакерка
  •      Джек-победитель великанов
  •      Джек-лентяй
  •      Джонни-пончик
  •      Домовой из Хилтона
  •      Дочь графа Мара
  •      Источник на краю света
  •      Как Джек ходил счастья искать
  •      Кошачий король
  •      Кэт-щелкунчик
  •      Мистер Уксус
  •      Мистер Фокс
  •      Молли Ваппи
  •      Ничто-ничего
  •      Осел, столик и дубинка
  •      Питер-простачок
  •      Рыба и перстень
  •      Рыжий Эттин
  •      Сорочье гнездо
  •      Старушка и поросенок
  •      Страшный дракон скалы Спиндлстон
  •      Титти-мышка и Тэтти-мышка
  •      Том-Тит-Тот
  •      Три желания
  •      Три головы в колодце
  •      Три медведя
  •      Три умные головы
  •      Тростниковая шапка
  •      Чайлд-Роланд
  •      Черный бык Норроуэйский
  •      Сказка про трех поросят
  •      Ученик чародея
  •      Уиттингтон и его кошка
  •      Сон коробейника
  •      Мистер Майка
  •      Король Иоанн и кентерберийский аббат
  •      Джек Хэннефорд
  •      Биннори
  •      Владыка из владык
  •      Джек и бобовый росток
  •      Портной и феи
  •      Поэт Шонахан и кошачий царь (отсутствует)
  •      Чудовище Уинделстоунского ущелья
  •      Юный Роланд
  •      Белая дама
  •      Обработка Е.Чистяковой-Вэр.
  •      Текст приведен по изданию: Английские сказки. - М.:МАДА, 1992.
  •      Как Джек пошел искать счастья
  •      Обработка Е.Чистяковой-Вэр.
  •      Текст приведен по изданию: Английские сказки. - М.:МАДА, 1992.
  •      Сказание о короле Артуре
  •      Обработка Е.Чистяковой-Вэр.
  •      Текст приведен по изданию: Английские сказки. - М.:МАДА, 1992.
  •      Кто-всех-одолеет
  •      Орёл в голубином гнезде
  •      Дети короля Эйлпа
  •      Дочь морского царя
  •      Кот и попугай
  •      Тщеславная мышь
  •      Паж и серебряный кубок
  •      Крошка Мэтти и король
  •      Пять золотых плодов
  •      Том с ноготок и большая принцесса
  •      Три собаки
  •      Крошка фея
  •      Феи Мерлиновой скалы
  •      Дочка пекаря
  •      Воду заперли
  •      Дьявол и портняжка
  •      Джоан и хромой гусопас
  •      Том - мальчик с пальчик
  •      Малышка Том и великан Денбрас
  •      Ночная погоня
  •      Крошечка
  •      Лэмтонский змей
  •      Черри из Зеннора
  •      Юный Поллард и Окландский вепрь
  •      Моховушка
  •      Кожаный мешок
  •      Джип и ведьма из Уолгрейва

 

 

     Волшебная мазь

 

 

     Тетка Гуди была няней. Она ухаживала за больными  и  нянчила  маленьких

детей. Как-то раз ее разбудили  в  полночь.  Она  спустилась  из  спальни  в

прихожую и увидела какого-то диковинного старичка, да к тому же косоглазого.

Он попросил тетку Гуди поехать к нему, говоря, что  жена  его  больна  и  не

может нянчить своего грудного ребенка.

     Посетитель не понравился тетке Гуди, но разве могла она  отказаться  от

заработка? И вот она поспешно оделась и вышла с ним из дома. Старичок усадил

ее на черного как уголь высокого скакуна с огненными глазами,  что  стоял  у

дверей, и они понеслись куда-то с невиданной быстротой.  Тетка  Гуди,  боясь

упасть, изо всех сил вцепилась в старичка.

     Они мчались и мчались  и  наконец  остановились  у  небольшого  домика.

Слезли с коня и вошли.  Хозяйка  лежала  в  постели,  младенец  -  чудесный,

здоровый малыш - лежал рядом с ней, а вокруг играли дети.

     Тетка Гуди взяла ребенка на руки, а мать протянула ей баночку с мазью и

велела намазать ребенку глазки, как только он их откроет.

     Немного погодя ребенок приоткрыл глазки, и тетка Гуди заметила, что  он

так же косит, как и отец. Она взяла баночку с мазью и намазала ребенку веки,

а сама все удивлялась: "Для чего бы это?" В жизни  она  не  видывала,  чтобы

младенцам мазали веки. И вот она улучила минутку,  когда  никто  на  нее  не

смотрел, и тихонько помазала мазью свое правое веко.

     Не успела  она  это  сделать,  как  все  вокруг  изменилось  словно  по

волшебству.  Убранство  в  комнате  стало  роскошным;  женщина   в   постели

превратилась в прекрасную леди в белых шелковых одеждах; младенец  похорошел

еще больше,  а  пеленки  его  сделались  блестящими  и  прозрачными,  словно

серебряная кисея. Зато его братишки  и  сестренки,  что  играли  у  постели,

превратились в бесенят с приплюснутыми носами,  острыми  ушками  и  длинными

волосатыми лапками. Они строили друг другу рожи, царапались, таскали за  уши

больную мать - словом, чего только не вытворяли. Тут тетка Гуди поняла,  что

попала к бесам.

     Но она ни слова об этом не проронила. А как только женщина  поправилась

и смогла сама нянчить ребенка,  тетка  Гуди  попросила  хозяина  отвезти  ее

домой. Он подвел к дверям черного как уголь коня с огненными глазами, и  они

поскакали так же быстро, как в первый раз, а может, еще быстрей, и, наконец,

доскакали до дома тетки Гуди. Косоглазый старик  снял  ее  с  коня,  вежливо

поблагодарил, а заплатил ей столько, сколько ей никогда еще  не  платили  за

подобные услуги.

     На другой день тетка Гуди отправилась на базар за покупками - ведь  она

долго не жила дома, и все ее припасы кончились. Вот стала она приценяться  к

товарам, и вдруг увидела того самого косоглазого старичка, что возил  ее  на

черном как уголь коне! А как вы думаете, что он делал на  базаре?  Ходил  от

прилавка к прилавку и с каждого брал что-нибудь:  с  этого  фрукты,  с  того

яйца... Но никто, видимо, не замечал этого.

     Тетка Гуди не  собиралась  мешать  ему,  но  считала,  что  не  следует

упускать   такого   щедрого   нанимателя,   не    перемолвившись    с    ним

словечком-другим. Вот подходит она к нему, приседает и говорит:

     - Добрый день, сэр! Надеюсь, ваша супруга и  младенчик  чувствуют  себя

так же хорошо, как...

     Но договорить она не успела: диковинный  старичок  отшатнулся  от  нее,

словно опешив от удивления, и воскликнул:

     - Неужто вы меня сейчас видите?!

     - Как же не видеть? - ответила она.- Конечно, вижу, и так же ясно,  как

солнце в небе.  А  еще  я  вижу,  -  добавила  она,  -что  вы  очень  заняты

покупками...

     - Вот как? Ну, значит вы  слишком  много  видите,  -  сказал  он.  -  А

скажите, каким глазом вы все это видите?

     - Правым, конечно, - ответила она, довольная, что уличила его.

     - Мазь! Мазь! - вскричал старый бес-ворюга. - Получай  же  за  то,  что

суешься не в свои дела! Больше ты меня не увидишь!

     Тут он ударил ее по правому глазу, и она сразу перестала его видеть.

     Но что хуже всего-с этого часа она окривела на правый глаз,  да  так  и

осталась кривой до самой своей смерти.

 

 

     Волшебный рог

 

 

     В давние времена жил в Англии один рыцарь. На щите у него был изображен

страшный крылатый дракон, но,  как  вы  сейчас  сами  увидите,  это  ему  не

помогло.

     Однажды рыцарь охотился вдали от Глостера и заехал в лес, где  водилось

много кабанов, оленей и других диких зверей. В  лесу  посреди  поляны  стоял

холмик, очень невысокий, в рост человека. На нем всегда  отдыхали  рыцари  и

охотники, когда их, бывало, измучает жара или жажда.

     Но место это было не простое, а волшебное. Подняться на холм можно было

только в одиночку, без спутников.

     Когда рыцарь ехал по лесу и был уже недалеко от  чудесного  холма,  ему

повстречался дровосек. И рыцарь принялся его расспрашивать про этот холм.

     - Поднимись на холм в одиночку, -  посоветовал  рыцарю  дровосек,  -  и

скажи, будто говоришь кому-то:

     "Хочу пить!" И тотчас пред тобой предстанет виночерпий со светлым ликом

и в богатой темно-красной одежде. Он протянет тебе большой  рог,  украшенный

золотом и самоцветами, - как в древности  украшали  рога  наши  предки.  Рог

будет до краев полон неведомым душистым напитком. Пригубь его,  и  сразу  же

покинут тебя жажда и усталость и, если ты выбился из сил,  силы  вернутся  к

тебе. А когда ты осушишь рог до  дна,  виночерпий  протянет  тебе  полотенце

отереть рот и, не дожидаясь ни вопросов, ни благодарности, исчезнет.

 

     Рыцарь с крылатым драконом на щите только посмеялся рассказу дровосека.

     "Неужто найдется такой глупец, - подумал он,- что, однажды увидев столь

прекрасный рог, не попытается им завладеть!"

     В тот же день рыцарь возвращался с охоты усталый;  его  мучили  жара  и

жажда, и он вспомнил про чудесный холм и волшебный  рог.  Он  отослал  своих

спутников и, как научил его дровосек, один поднялся на холм в громко сказал:

     - Хочу пить!

     И тотчас  -  как  и  предсказывал  дровосек  -  появился  виночерпий  в

темно-красной одежде и протянул  ему  большой  рог,  усыпанный  драгоценными

камнями.

     Алчность обуяла рыцаря, когда он увидел это сокровище. Он схватил рог и

только пригубил, как в жилах его запылала кровь и он решил похитить рог.

     И вот он выпил весь напиток до капли, но вместо того чтобы вернуть  рог

виночерпию, как  подобало  благородному  рыцарю,  ринулся  вниз  с  холма  и

бросился бежать.

     Теперь послушайте, какая судьба постигла этого  рыцаря,  что  носил  на

своем щите крылатого дракона,  но  потерял  свою  рыцарскую  честь  и  украл

волшебный рог!

     В те времена сам граф Глостерский не раз поднимался на  чудесный  холм,

чтобы утолить жажду из волшебного рога и отдохнуть.  И  вот  он  узнал,  что

бесчестный рыцарь нарушил этот добрый обычай. Граф напал на похитителя в его

же замке и убил его в честном бою, а волшебный рог забрал. Но - увы! -  граф

не вернул сокровища волшебнику-виночерпию, а отдал  его  своему  государю  и

повелителю королю Генриху Старшему.

     И с тех пор, хоть весь день стойте на  волшебном  холме  и  повторяйте:

"Хочу пить!", - вам уж не посчастливится пить из волшебного рога.

 

 

     Господин всех господ

 

 

     Как-то раз одна девушка отправилась на ярмарку: она хотела  наняться  к

кому-нибудь в услужение. И вот наконец какой-то чудаковатый на  вид  пожилой

джентльмен нанял ее и повел к себе домой. Когда они пришли, он  сказал,  что

прежде всего должен ее кой-чему научить, потому что все.  вещи  в  его  доме

называются не так, как у всех, а по-особому.

     И он спросил девушку:

     - Как ты будешь называть меня?

     - Хозяином или мистером, как вам будет угодно, сэр, - ответила девушка.

Но он сказал:

     - Нет, ты  должна  называть  меня  "господином  всех  господ".  А  как,

по-твоему, называется это? - и он показал на кровать.

     - Постель или кровать, как вам будет угодно, сэр.

     - Нет, это моя "белая лебедь". А как ты это  назовешь?  -  спросил  он,

указывая на свои панталоны.

     - Штанами или брюками, как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна называть их "хлопушками и шутихами". А это кто?  -  показал

он на кошку.

     - Кошка или киска, как вам будет угодно, сэр.

     - Отныне ты должна называть  ее  "усатой  обезьянкой",  Ну,  а  это,  -

показал он на огонь, - что это такое? -  Огонь  или  пламя,  как  вам  будет

угодно, сэр.

     - Ты должна называть его "красным петушком", А  это?  -  продолжал  он,

указывая на воду.

     - Вода или влага, как вам будет угодно, сэр.

     - Нет, это - "чистый прудок". А как называется все это? -  спросил  он,

показывая на свой дом.

     - Дом или коттедж, как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна называть это "всем горам гора". Ночью перепуганная служанка

разбудила хозяина криком:

     - О господин всех господ! Слезай со своей белой лебеди и  натяни  живей

хлопушки и шутихи! Усатой  обезьянке  попала  на  хвост  искра  от  красного

петушка! Хватай скорей чистый прудок, а не то красный петушок  охватит  твою

всем горам гору!

     Но пока хозяин понял, что случилось, дом его успел сгореть.

 

 

     Джек и бобовый стебель

 

 

     Жила когда-то на свете бедная вдова, и был у нее один-единственный  сын

Джек да корова Белянка. Корова каждое утро давала молоко,  и  мать  с  сыном

продавали его на базаре,- этим и жили. Но вот как-то  раз  Белянка  не  дала

молока, и они просто не знали, что делать.

     - Как же нам быть? Как быть? - твердила мать, ломая руки.

     - Не унывай, мама! - сказал Джек.- Я наймусь к кому-нибудь на работу.

     - Да ты ведь уж пробовал наниматься, только  никто  тебя  не  берет,  -

отвечала мать. -  Нет,  видно,  придется  нам  продать  нашу  Белянку  и  на

вырученные деньги открыть лавку или каким-нибудь другим делом заняться.

     - Что ж, хорошо, мама,- согласился  Джек.-  Сегодня  как  раз  базарный

день, и я живо продам Белянку. А там и решим, что делать.

     И вот взял Джек в руки повод и повел  корову  на  базар.  Но  не  успел

далеко отойти, как повстречался с каким-то чудным старичком.

     - Доброе утро, Джек! - сказал старичок.

     - И тебе доброго  утра!  -  ответил  Джек,  а  сам  удивляется:  откуда

старичок знает, как его зовут?

     - Ну, Джек, куда путь держишь? - спросил старичок.

     - На базар, корову продавать.

     - Так, так! Кому и торговать коровами, как не

     тебе! - посмеялся старичок.- А скажи-ка,  сколько  нужно  бобов,  чтобы

получилось пять?

     - Ровно по два в каждой руке да один у тебя во рту! - ответил Джек:  он

был малый не промах.

     - Верно! - сказал старичок.- Смотри-ка, вот они, эти самые  бобы!  -  и

старичок вытащил из кармана горстку каких-то диковинных бобов. - И раз уж ты

такой смышленый,- продолжал старичок,- я не прочь  с  тобой  поменяться-тебе

бобы, мне корова!

     - Иди-ка ты своей дорогой! - рассердился Джек.- Так-то лучше будет!

     - Э-э, да ты не знаешь, что это за бобы,- сказал старичок.-  Посади  их

вечером, и к утру они вырастут до самого неба.

     - Да ну? Правда? - удивился Джек.

     - Истинная правда! А если нет-заберешь свою корову обратно.

     - Ладно! - согласился Джек: отдал старичку Белянку, а  бобы  положил  в

карман.

     Повернул Джек назад и пришел домой рано -еще не стемнело.

     - Как! Ты уже вернулся, Джек? - удивилась мать. -  Я  вижу,  Белянки  с

тобой нет, значит ты ее продал? Сколько же тебе за нее дали?

     - Ни за что не угадаешь, мама!-ответил Джек.

     - Да ну? Ах ты мой хороший! Фунтов пять?  Десять?  Пятнадцать?  Ну,  уж

двадцать-то не дали бы!

     - Я говорил - не угадаешь! А что ты  скажешь  вот  про  эти  бобы?  Они

волшебные. Посади их вечером и...

     - Что?!-вскричала мать Джека. -Да неужто ты такой дурак, такой  болван,

такой осел, что отдал мою Белянку, самую молочную корову во всей округе,  да

к тому же гладкую, откормленную, за горсточку каких-то скверных  бобов?  Вот

тебе! Вот тебе! Вот тебе! А твои драгоценные бобы - вон их, за  окно!..  Ну,

теперь живо спать! И есть не проси - все равно не  получишь  ни  глотка,  ни

кусочка!

     И  вот  поднялся  Джек  к  себе   на   чердак,   в   свою   комнатушку,

грустный-прегрустный: и матери жалко было, и сам без ужина остался.

     Наконец он все-таки заснул.

     А когда проснулся, едва узнал свою комнату. Солнце освещало только один

угол, а вокруг было темным-темно.

     Джек вскочил с постели, оделся и подошел к окну. И что же он увидел? Да

что-то вроде большого дерева. А это его бобы проросли.  Мать  Джека  вечером

выбросила их из окна в сад, они проросли, и огромный стебель все  тянулся  и

тянулся вверх и вверх, пока не дорос до самого  неба.  Выходит,  старичок-то

правду говорил!

     Бобовый стебель вырос возле самого Джекова  окна.  Вот  Джек  распахнул

окно, прыгнул на стебель и полез вверх словно по лестнице. И все лез, и лез,

и лез, и лез, и лез, и лез, пока, наконец, не добрался до самого  неба.  Там

он увидел длинную и широкую дорогу, прямую как стрела. Пошел по этой дороге,

и все шел, и шел, и шел, пока не пришел к огромному-преогромному высоченному

дому. А у порога этого дома стояла огромная-преогромная высоченная женщина.

     - Доброе утро, сударыня! -  сказал  Джек  очень  вежливо.-  Будьте  так

любезны, дайте мне, пожалуйста, чего-нибудь позавтракать!

     Ведь Джек лег спать без ужина и был теперь голоден как волк.

     - Позавтракать  захотел?  -  сказала  огромная-преогромная   высоченная

женщина.- Да ты сам попадешь другим на завтрак, если  не  уберешься  отсюда!

Мой муж людоед, и самое его любимое кушанье -  это  мальчики,  изжаренные  в

сухарях. Уходи-ка лучше, пока цел, а то он скоро вернется.

     - Ох, сударыня, очень вас прошу, дайте мне  чего-нибудь  поесть!  -  не

унимался Джек.- У меня со вчерашнего утра ни крошки во рту не было. Истинную

правду говорю. И не все ли равно: поджарят меня -или я с голоду умру?

     Надо сказать, что людоедша была неплохая женщина. Она отвела  Джека  на

кухню и дала ему кусок хлеба с сыром да кувшин  молока.  По  не  успел  Джек

съесть и половины завтрака, как вдруг - топ! топ! топ! - весь  дом  затрясся

от чьих-то шагов.

     - О господи! Да это мой старик! - ахнула людоедша. - Что делать? Скорей

прыгай сюда!

     И  только  она  успела  втолкнуть  Джека  в   печь,   как   вошел   сам

великан-людоед.

     Ну и велик же он был -  гора-горой!  На  поясе  у  него  болтались  три

теленка, привязанных за ноги. Людоед отвязал их, бросил на стол и сказал:

     - А ну-ка, жена, поджарь мне парочку на завтрак!  Ого!  Чем  это  здесь

пахнет?

     Фи-фай-фо-фам,

     Дух британца чую там.

     Мертвый он или живой,-

     Попадет на завтрак мой.

     - Да что ты, муженек? - сказала ему жена.- Тебе померещилось. А  может,

это еще пахнет тем маленьким мальчиком, что  был  у  нас  вчера  на  обед  -

помнишь, он тебе по вкусу пришелся. Поди-ка лучше умойся да переоденься, а я

тем временем приготовлю завтрак.

     Людоед вышел, а Джек уже хотел было  вылезти  из  печи  и  убежать,  но

людоедша не пустила его.

     - Подожди, пока он не заснет,- сказала она.- После завтрака  он  всегда

ложится подремать.

     И вот людоед позавтракал, потом подошел к огромному сундуку, достал  из

него два мешка с золотом и уселся  считать  монеты.  Считал-считал,  наконец

стал клевать носом и захрапел, да так, что опять весь дом затрясся.

     Тут Джек потихоньку вылез из печи, прокрался на цыпочках мимо  людоеда,

схватил один мешок с золотом и давай бог ноги! - кинулся к бобовому  стеблю.

Сбросил мешок вниз, прямо в сад, а сам начал спускаться по стеблю все ниже и

ниже, пока, наконец, не очутился у своего дома.

     Рассказал Джек матери обо всем, что с  ним  приключилось,  протянул  ей

мешок с золотом и говорит:

     - Ну, что, мама, правду я сказал насчет своих бобов? Видишь,  они  и  в

самом деле волшебные!

     И вот Джек с матерью стали жить на деньги, что были в мешке. Но в конце

концов мешок опустел, и Джек решил еще разок попытать  счастья  на  верхушке

бобового стебля. В одно прекрасное утро встал он пораньше и полез на бобовый

стебель и все лез, и лез, и лез, и лез, и лез,  и  лез,  пока,  наконец,  не

очутился на знакомой дороге и не добрался по ней  до  огромного-преогромного

высоченного дома. Как и в прошлый раз, у порога стояла  огромная-преогромная

высоченная женщина.

     - Доброе утро, сударыня,- сказал ей Джек  как  ни  в  чем  не  бывало.-

Будьте так любезны, дайте мне, пожалуйста, чего-нибудь поесть!

     - Уходи скорей отсюда, мальчуган! - ответила великанша.- Не то мой  муж

съест тебя за завтраком. Э, нет, постой-ка,- уж не тот ли ты мальчишка,  что

приходил сюда недавно? А знаешь, в тот самый день у мужа моего пропал  мешок

золота.

     - Вот чудеса, сударыня! - говорит Джек.-  Я,  правда,  мог  бы  кое-что

рассказать насчет этого, но мне до того есть хочется, что  пока  я  не  съем

хоть кусочка, ни слова не смогу вымолвить.

     Тут великаншу разобрало такое любопытство, что  она  впустила  Джека  и

дала ему поесть.  А  Джек  нарочно  стал  жевать  как  можно  медленней.  Но

вдруг-топ! топ! топ! - послышались шаги великана, и великанша опять упрятала

Джека в печь.

     Потом  все  было   как   в   прошлый   раз:   людоед   вошел,   сказал:

"Фи-фай-фо-фам..." и прочее, позавтракал  тремя  жареными  быками,  а  затем

приказал жене:

     - Жена, принеси-ка мне курицу - ту, что несет золотые яйца!

     Великанша принесла, а людоед сказал курице: "Несись!"  -  и  та  снесла

золотое яйцо. Потом людоед начал клевать носом и захрапел так, что весь  дом

затрясся.

     Тогда Джек потихоньку вылез из печи,  схватил  золотую  курицу  и  вмиг

улепетнул. Но тут курица закудахтала и разбудила людоеда. И  как  раз  когда

Джек выбегал из дома, послышался голос великана:

     - Жена, эй, жена, не трогай моей золотой курочки! А жена ему в ответ:

     - Что это тебе почудилось, муженек?

     Только это Джек и успел расслышать. Он со всех ног бросился к  бобовому

стеблю и прямо-таки слетел по нему вниз.

     Вернулся Джек домой, показал матери чудо-курицу и крикнул:

     - Несись!

     И курица снесла золотое яичко. С тех пор всякий раз, как  Джек  говорил

ей "несись!", курица несла по золотому яичку.

     Так-то вот. Но Джеку этого показалось мало, и  вскоре  он  опять  решил

попытать счастья на верхушке бобового стебля. В одно прекрасное  утро  встал

он пораньше и полез на бобовый стебель и все лез, и лез, и лез, и лез,  пока

не добрался до самой верхушки. Правда, на  этот  раз  он  поостерегся  сразу

войти в людоедов дом, а подкрался к нему потихоньку и  спрятался  в  кустах.

Подождал, пока великанша пошла с ведром по воду, и - шмыг  в  дом!  Залез  в

медный котел и ждет. Недолго он ждал; вдруг слышит знакомое "топ! топ! топ!"

И вот входят в комнату людоед с женой.

     - Фи-фай-фо-фам, дух британца  чую  там!-закричал  людоед.-  Чую,  чую,

жена!

     - Да неужто чуешь, муженек? - говорит великанша. -  Ну,  если  это  тот

сорванец, что украл твое золото и курицу с золотыми яйцами, он уж конечно  в

печке сидит!

     И оба бросились к печи. Хорошо, что Джек не в ней спрятался!

     - Вечно ты  со  своим  "фи-фай-фо-фам!"-сказала  дюдоедша.-Да  это  тем

мальчишкой пахнет, какого ты вчера поймал. Я только что зажарила его тебе на

завтрак. Ну и память у меня! Да и ты тоже хорош - за столько лет не научился

отличать живой дух от мертвого!

 

     Наконец людоед уселся за стол завтракать. Но он то и дело бормотал:

     - Да-а, а все-таки могу поклясться, что...- и поднявшись  из-за  стола,

обшаривал и кладовую, и сундуки, и поставцы... Все углы и закоулки  обыскал,

только в медный котел заглянуть не догадался.

     Но вот позавтракал людоед и крикнул:

     - Жена, жена, принеси-ка мне мою золотую арфу!  Жена  принесла  арфу  и

поставила ее перед ним на стол.

     - Пой! - приказал великан арфе.

     И золотая арфа запела, да так хорошо, что заслушаешься! И все  пела,  и

пела, пока людоед не заснул и не захрапел:  а  храпел  он  так  громко,  что

чудилось, будто гром гремит.

     Тут Джек и приподнял легонько крышку котла. Вылез  из  него  тихо-тихо,

как мышка, и дополз на четвереньках до самого стола. Вскарабкался  на  стол,

схватил золотую арфу и бросился к двери.

     Но арфа громко-прегромко позвала:

     - Хозяин! Хозяин!

     Людоед проснулся и увидел, как Джек убегает с его арфой.

     Джек бежал сломя голову, а людоед за ним и, конечно,

     поймал бы его, да Джек первым кинулся к двери; к тому же ведь он хорошо

знал дорогу. Вот прыгнул он на бобовый стебель, а людоед нагоняет. Но  вдруг

Джек куда-то пропал. Добежал людоед до конца дороги, видит Джек уже внизу  -

из последних силенок спешит. Побоялся великан  ступить  на  шаткий  стебель,

остановился, стоит, а Джек еще пониже спустился. Но тут арфа опять позвала:

     - Хозяин! Хозяин!

     Великан ступил на бобовый стебель, и стебель затрясся под его тяжестью.

     Вот Джек спускается все ниже и ниже, а людоед за ним.  А  как  добрался

Джек до крыши своего дома, закричал:

     - Мама! Мама! Неси топор, неси топор! Мать выбежала с топором в  руках,

бросилась к бобовому стеблю, да так и застыла от ужаса: ведь наверху великан

уже продырявил облака своими  ножищами.  Наконец  Джек  спрыгнул  на  землю,

схватил топор и так рубанул по бобовому стеблю,  что  чуть  пополам  его  не

перерубил.

     Людоед почувствовал, что стебель сильно качается, и  остановился.  "Что

случилось?" - думает. Тут Джек как ударит топором еще раз - совсем перерубил

бобовый стебель. Стебель закачался и рухнул, а людоед грохнулся на  землю  и

свернул себе шею.

     Джек показал матери золотую арфу,  а  потом  они  стали  ее  за  деньги

показывать, а еще золотые яйца продавать. А когда разбогатели, Джек  женился

на принцессе и зажил припеваючи.

 

 

     Джек и золотая табакерка

 

 

     В доброе старое время,- а оно и правда было доброе время, хоть было оно

не мое время и не ваше время, да и ничье  время,  -  жили  в  дремучем  лесу

старик со старухой, и  был  у  них  один-единственный  сын  Джек.  Жили  они

уединенно, и Джек никого не видел, кроме своих родителей,  хоть  и  знал  из

книг, что на свете живут и другие люди. Книг у него было очень много,  и  он

каждый день читал их, а когда читал про прекрасных принцесс, ему  до  смерти

хотелось увидеть хоть одну. И вот раз, когда старик ушел рубить дрова,  Джек

сказал матери, что собирается покинуть родной дом -  хочет  пожить  в  чужих

краях, чтобы себя показать и людей посмотреть: не все же ему с отцом-матерью

сидеть!

     - Что я здесь вижу? Только все деревья да деревья! -  говорил  Джек.  -

Будешь тут сиднем сидеть, того и гляди  с  ума  сойдешь,  так  ничего  и  не

повидав!

     Отец  его  долго  не  возвращался,  и  бедная  старуха  сама  принялась

наставлять сына:

     - Ну что ж, горемычный мой! Захотел свет повидать - значит  лучше  тебе

уйти, и благослови тебя господь... - Старуха ведь сыну добра  желала.  -  Но

постой-ка, не спеши! Скажи, какую лепешку тебе испечь на дорогу, маленькую с

моим благословением или большую с моим проклятьем?

     - Ах, бог ты мой! - ответил сын. - Ну, конечно, большую -  может,  я  в

дороге проголодаюсь.

     И мать испекла ему большую лепешку. А потом поднялась на чердак и, пока

Джек не скрылся из виду, посылала ему вслед проклятия.

     Вскоре юноша повстречался с отцом, и старик спросил его:

     - Куда идешь, горемычный ты мой?

     Джек сказал отцу то же, что и матери.

     - Эх, - отозвался отец, - горько мне, что ты нас покидаешь, но  раз  уж

ты решил уходить, значит лучше тебе уйти.

     Однако не успел бедный малый отойти, как  отец  окликнул  его.  Вытащил

старик из кармана золотую табакерку и сказал Джеку:

     - На, возьми эту коробочку и положи в карман. Только смотри не открывай

ее, пока не окажешься на волосок от смерти!

     И вот пошел бедняга Джек своей дорогой и все шел и шел, пока из сил  не

выбился. Да и есть захотелось - лепешку-то  он  уже  съел.  К  тому  времени

настала ночь, и он едва различал дорогу. Вдруг вдалеке затеплился огонек,  и

Джек зашагал в ту сторону. Подошел к какому-то дому, разыскал черный  ход  и

постучался в дверь. Из дома вышла служанка и спросила, чего ему  надо.  Джек

ответил, что на  дворе  ночь,  а  ему  негде  переночевать.  Тогда  служанка

пригласила его в комнаты, усадила перед очагом и подала ему  всякой  еды:  и

жареного мяса, и хлеба, и пива.

     А пока Джек сидел у огня  и  ужинал,  в  комнату  вошла  молодая  леди,

хозяйская дочь, чтобы посмотреть на него. Она тут же влюбилась в него, а  он

в нее. И вот молодая леди побежала к отцу и сказала, что в кухне у них сидит

красивый юноша. Джентльмен тотчас вышел к Джеку, стал  его  расспрашивать  и

под конец спросил, что он умеет делать. А  Джек  по  глупости  возьми  да  и

скажи:

     - Все умею!

     Он ведь думал, что речь идет о пустяковой работе по дому.

     - Так! - сказал джентльмен. - Ну раз ты все  умеешь,  сделай  вот  что:

завтра к восьми утра пусть разольется перед домом моим огромное озеро, а  по

озеру пусть поплывут военные корабли, самые большие, какие  есть  на  свете;

один корабль пусть даст королевский салют и последним выстрелом выбьет ножку

у кровати, на которой спит моя младшая  дочь.  А  если  ты  всего  этого  не

сделаешь, прощайся с жизнью!

     - Ладно! - ответил Джек и отправился спать. Прошептал молитву, заснул и

проспал до восьми утра без малого, так что уж некогда было раздумывать - как

теперь быть? Но вдруг он вспомнил про отцовскую табакерку  и  подумал:  "Ну,

теперь я и впрямь на волосок от смерти!"

     Пошарил у себя в кармане и вытащил табакерку.

     И только он открыл ее, как из нее выскочили  три  красных  человечка  и

спросили:

     - Что прикажешь?

     - Вот что! - ответил Джек. -  Сделайте  так,  чтобы  перед  этим  домом

разлилось огромное озеро, а по нему поплыли военные корабли, самые  большие,

какие есть на свете. Один корабль пусть  даст  королевский  салют,  да  так,

чтобы последним выстрелом выбить ножку у кровати, на  которой  спит  молодая

леди - хозяйская дочь.

     - Не беспокойся, все сделаем! - сказали  человечки.  И  не  успел  Джек

отдать приказ человечкам, как пробило восемь и - бух! бух! - раздался залп с

самого большого военного корабля. Джек вскочил с постели, бросился к окну  и

увидел такие чудеса, каких никогда не видывал, да и не мог видеть, пока  жил

с родителями в лесу.

     Вот Джек оделся, помолился и вышел посмеиваясь,  очень  довольный,  что

все так хорошо получилось. А джентльмен подошел к нему и говорит:

     - Ну, что ж, молодой человек, должен признать, что ты и  в  самом  деле

ловкий парень. Пойдем позавтракаем! Однако придется  тебе  сделать  еще  два

дела. Сделаешь, тогда и женишься на моей дочери.

     За завтраком Джек не сводил глаз с молодой леди, а она  с  него.  После

завтрака джентльмен приказал Джеку срубить все  высокие  деревья  на  многие

мили вокруг и все это - к восьми часам следующего утра.

     Не тратя лишних слов, скажем, что деревья были срублены,  а  джентльмен

остался очень доволен и сказал Джеку:

     - Теперь приказываю тебе  сделать  еще  одно  дело,  и  это  уже  будет

последнее. Построй мне огромный замок на двенадцати  золотых  столбах.  И  к

замку пусть явятся полки солдат и проведут ученье. А  в  восемь  часов  утра

командир должен скомандовать: "На пле-чо!"

     - Ладно! - ответил Джек.

     И когда наступило третье утро,  было  сотворено  третье,  и  последнее,

великое чудо. И Джек женился на молодой леди. Но, боже мой, чего только  ему

не пришлось испытать потом!

     Вскоре джентльмен устроил большую  охоту.  Он  созвал  со  всей  округи

знатных гостей поохотиться и посмотреть новый замок. По этому  случаю  Джеку

подарили отличную лошадь и красное охотничье платье.

     Настал день охоты. Слуга принес утром новое платье Джека и стал убирать

старое. Сунул руку в карман  камзола  и  вытащил  оттуда  маленькую  золотую

табакерку. Джек позабыл ее там на свою беду! Слуга открыл табакерку, тут  из

нее выскочили три красных человечка и спросили:

     - Что прикажешь?

     - Вот что, - ответил слуга, - перенесите новый замок  подальше  отсюда,

куда-нибудь за море!

     - Хорошо,- молвили красные человечки.- И тебя вместе с ним?

     - Конечно! - ответил слуга.

     - Ну, держись! - сказали человечки и унесли его в  замке  далеко-далеко

за широкое море.

     Вернулись знатные гости с охоты, а замка на двенадцати золотых  столбах

как не бывало! И больше всех досадовали те, кому еще не удалось увидеть его.

Бедняге Джеку пригрозили, что в  наказанье  за  обман  у  него  отнимут  его

молодую красавицу жену. Но в  конце  концов  тесть  сказал,  что  дает  зятю

двенадцать месяцев и один день на поиски пропавшего замка, и Джек тронулся в

путь-дорогу на добром коне и с деньгами в кармане.

     И вот стал бедняга Джек искать свой  пропавший  замок  по  горам  и  по

долам, по равнинам и холмам, по дремучим лесам,  по  звериным  тропам.  Куда

только не забредал - рассказать невозможно, да и не хочется!

     Наконец добрался до тех мест, где жил король всех  мышей  на  свете.  У

первых ворот,  прямо  против  входа  в  королевский  замок  стоял  на  часах

маленький мышонок. Он попытался было задержать Джека, но тот спросил:

     - А где король? Мне надо его видеть!

     Тогда мышонок позвал другого мышонка, и тот проводил  Джека  к  королю.

Мышиный король принялся расспрашивать гостя, и Джек  рассказал  всю  правду:

как он потерял свой прекрасный замок, и как отправился  его  искать,  и  что

сроку ему дали ровно год и  один  день.  Под  конец  Джек  спросил  мышиного

короля, не знает ли тот, куда девался замок.

     - Нет, - ответил король, - но я владыка всех  мышей  на  свете.  Завтра

утром я их созову. Может, они и видели твой замок.

     Потом Джека хорошенько накормили и уложили спать, а утром он  вместе  с

королем вышел в поле. Король созвал мышей  со  всего  света  и  спросил,  не

случалось ли им видеть большой красивый замок на золотых  столбах.  Но  мыши

ответили "нет" - ни одна не видела замка. Тогда старый король сказал  Джеку,

что есть у него два брата:

     - Один из них - король всех лягушек, а другой, самый старший, -  король

всех птиц. Ступай к ним! Может, они что-нибудь знают о пропавшем замке. Коня

своего пока оставь у меня, а себе возьми любого из моих лучших скакунов.  Да

передай моему брагу вот эту лепешку - тогда он узнает, от кого ты пришел.  И

не забудь сказать ему, что я здоров и очень хочу его видеть.

     И мышиный король распрощался с Джеком.

     Когда Джек выезжал из ворот, мышонок-страж сказал ему:

     - Хочешь, я пойду с тобой?

     - Не стоит, - ответил Джек, - как бы король не рассердился!

     Но малыш стоял на своем:

     - Лучше возьми меня с собой! Может, я тебе пригожусь.

     - Ну, прыгай! - согласился Джек.

     Мышонок побежал вверх по ноге коня, а  конь  так  и  взвился,  но  Джек

подхватил мышонка и сунул его в карман.

     И вот Джек тронулся в путь. Длинный это был путь, но  спустя  некоторое

время Джек  добрался  до  замка  лягушечьего  короля.  Тут  на  часах  стоял

лягушонок с ружьем на плече. Он сначала не хотел  было  впускать  Джека,  но

когда тот сказал, что желает видеть самого короля, пропустил его.

     Вот Джек подошел к крыльцу. Вышел лягушечий король и спросил, чего  ему

надо, и Джек рассказал королю все с начала до конца.

     - Ну, ну, заходи! - пригласил его король.  Джека  в  тот  вечер  хорошо

угостили, а утром лягушечий король квакнул как-то по-чудному, и на его  клич

сбежались лягушки со всего света. Король спросил  их,  не  случалось  ли  им

видеть замок на двенадцати золотых столбах но  лягушки  заквакали  "Ква-ква,

ква-ква" и ответили: "Нет!"

     Пришлось Джеку взять другого коня и  другую  лепешку  и  отправиться  к

третьему брату -королю всех птиц на свете.

     Когда Джек выезжал из ворот, лягушонок-часовой сказал ему:

     - Возьми меня с собой!

     Сначала Джек отказался, потом крикнул: "Прыгай!",  подхватил  лягушонка

на лету и сунул его в другой карман.  И  вот  он  снова  отправился  в  свой

трудный и долгий путь.

     На этот раз Джеку  пришлось  проехать  втрое  больше,  но  все-таки  он

добрался до замка птичьего короля. Тут на часах  стояла  прелестная  птичка.

Джек прошел мимо нее, и птичка ни слова ему не сказала. А  потом  он  увидел

птичьего короля и рассказал ему о пропавшем замке.

     - Так, - молвил птичий король. - Завтра утром ты узнаешь,  слыхали  мои

птицы про твой замок или нет!

     Отвел Джек своего коня на конюшню, закусил  и  улегся  спать.  А  когда

утром встал, вышли они с  королем  в  поле.  Птичий  король  крикнул  как-то

по-чудному, и на его клич слетелись птицы со всего света.

     Король спросил их:

     - Видели вы красивый замок на золотых столбах? И все птицы ответили:

     - Нет!

     - Так! - молвил король. - А где наша самая большая птица?

     Долго пришлось им дожидаться орла. Наконец за ним послали двух  птичек.

Они поднялись высоко-высоко, засвистели, призывая орла, и вот  он  прилетел,

совсем запыхавшись. Король спросил орла, не видал ли  он  замка  на  золотых

столбах, и орел ответил:

     - Видел! Я как раз оттуда.

     - Слушай, - сказал ему король, - этот молодой джентльмен  потерял  свой

замок, так ты отнеси его туда. Но сначала подкрепись!

     Зарезали теленка и лучшие куски подали орлу, чтобы он наелся  досыта  -

путь-то предстоял долгий, через море, Да еще с Джеком на спине.

     Наконец Джек увидел свой  замок.  Увидеть-то  увидел,  а  вот  как  ему

отыскать золотую табакерку, этого он не знал. Тогда мышонок сказал ему:

     - Спусти меня на землю, и я  принесу  твою  коробочку!  И  вот  мышонок

прошмыгнул в замок и схватил табакерку. Но пока он бежал вниз  по  лестнице,

табакерка упала, и мышонка чуть не поймали. Ему едва удалось удрать.

     - Принес? - спросил его Джек.

     - Принес! - ответил мышонок.

     Тут они пустились в обратный путь, и замок остался далеко позади.

     Случилось так, что когда все они - Джек, мышонок, лягушонок  и  орел  -

пролетали над широким морем, они вдруг заспорили: кто же  все-таки  раздобыл

табакерку? Мышонок, что вынес ее из замка? Орел, что доставил туда путников,

или сам Джек? Ведь это он отыскал птичьего короля и получил  от  него  орла.

Они разглядывали золотую коробочку и столько раз  передавали  ее  из  рук  в

руки, что наконец выронили. И табакерка упала на дно морское.

     - Ну, Джек, - сказал лягушонок. - Так я и  знал,  что  тоже  пригожусь.

Пусти меня - я спрыгну в море!

     Джек выпустил его, и лягушонок пробыл под водой ровно  три  дня  и  три

ночи. Но вот он высунул из воды головку, и все кинулись его спрашивать:

     - Достал? Достал? Но он ответил:

     - Нет.

     - Так зачем же ты всплыл?

     - Хочу набрать побольше воздуха,- ответил лягушонок.

     И он опять ушел под воду. В воде он пробыл еще один день и одну ночь и,

наконец, достал табакерку.

     Так прошло четыре дня и четыре ночи, и вот орел полетел  дальше.  Долго

летел он над морями и горами, и наконец путники прибыли  во  дворец  старого

короля, владыки всех пернатых на свете.  Птичий  король  очень  обрадовался,

ласково встретил гостей и долго беседовал с ними.  Потом  Джек  открыл  свою

золотую табакерку и приказал человечкам вернуться  обратно  и  принести  ему

замок.

     - Летите во весь дух и возвращайтесь скорее! - сказал он.

     Человечки умчались, но когда  подлетели  к  замку,  побоялись  войти  и

ждали, пока хозяин с хозяйкой и их слуги не уйдут на бал. Когда же  в  замке

не осталось никого, кроме поварихи да еще одной служанки, красные  человечки

спросили их, хотят они уехать или остаться. Обе ответили:

     - Хотим ехать с вами!

     Тогда человечки  приказали  им  скорее  бежать  наверх,  и  только  они

поднялись в гостиную, как к воротам  замка  неожиданно  подошли  хозяева  со

слугами. Но они опоздали! Как ветер понесся замок.  А  повариха  и  служанка

высунулись из окна и потешались над своими господами. Те знаками приказывали

им остаться, но - куда там!

     Всего они были в пути девять дней. И вот,  когда  настало  воскресенье,

решили отслужить обедню. Один  человечек  принялся  служить  за  священника,

другой за причетника, третий играл на органе, а женщины пели  за  певчих.  В

замке ведь была часовня - в ней они и служили. Но музыка звучала  нестройно,

и один человечек вскарабкался на органную трубу  -  посмотреть,  отчего  она

фальшивит. Видит - маленький органист изо всех сил колотит ручками и ножками

по басовым клавишам, а на голове у  него  торчит  красный  ночной  колпачок.

Женщины глядят на него и покатываются со смеху -  такого  они,  в  жизни  не

видывали! До того разошлись, что чуть не натворили  беды:  еще  немножко,  и

замок потонул бы в море.

     Но вот веселое путешествие кончилось, и они явились к Джеку и  птичьему

королю. Король прямо диву дался, когда увидел замок. Он поднялся по  золотой

лестнице, осмотрел все комнаты и долго еще  любовался  бы  замком,  да  срок

Джека - двенадцать месяцев и один день - подходил к концу. Бедному Джеку  не

терпелось  вернуться  домой  к  молодой  жене,  и  он  приказал  своим  трем

человечкам трогаться в обратный путь завтра же в восемь утра.

     Наутро  Джек  распрощался  с  птичьим  королем,  поблагодарил  его   за

гостеприимство и снова тронулся в путь вместе со своим замком. Переночевал у

лягушечьего короля  и  отправился  к  мышиному.  Тут  Джек  оставил  на  его

попечение замок, а сам сел на коня - того самого, что  стоял  на  конюшне  у

мышиного короля, пока Джек странствовал по свету.

     Так вот, оставил наш бедный Джек свой замок и поехал домой. Но  он  три

ночи подряд веселился у трех братьев - королей, оттого и заснул  в  седле  и

наверняка заблудился бы, да человечки вывели его на дорогу.

     Совсем измотался бедный Джек, из сил выбился,  но  все-таки  приехал  к

тестю и теще. Они встретили его неласково,- ведь он вернулся  без  замка!  А

еще горше было Джеку оттого, что не увидел он своей молодой красавицы  жены:

не позволили ей родители выйти к нему навстречу. Тогда  Джек  недолго  думая

приказал человечкам перенести его к мышиному королю. Он поблагодарил  короля

за то, что тот сохранил  его  замок,  и  распрощался  с  ним,  а  человечкам

приказал поднять замок и лететь во весь дух.

     Вот они понеслись и быстро домчались обратно. И не успели спуститься на

землю, глядь - навстречу Джеку бежит его молодая жена с премиленьким веселым

сынком на руках! И с тех пор все они жили счастливо.

 

 

     Джек-победитель великанов

 

 

     В царствование доброго короля  Артура  в  графстве  Корнуэлл,  на  мысу

Лэндс-энд жил крестьянин и был у этого крестьянина единственный сын по имени

Джек. Джек был ловкий парень с таким быстрым и живым умом, что никто и ни  в

чем не мог с ним потягаться.

     В те дни на островке,  именуемом  Корнуэллская  гора,  обитал  страшный

великан - Корморен. Ростом он был в восемнадцать футов, в обхват  целых  три

ярда, а лицом- страшилище. Был он так свиреп и  грозен,  что  все  окрестные

города и села дрожали перед ним. Жил Корморен в пещере, в самом сердце горы,

а когда ему хотелось есть, он брел по воде на большую землю  и  хватал  все,

что ни  попадалось  под  руку.  Завидев  его,  люди  покидали  свои  дома  и

разбегались кто куда. Великан ловил их скот,- ему  было  нипочем  тащить  на

спине полдюжины быков зараз, а овец и свиней он  просто  нанизывал  себе  на

пояс, как связку сальных свечей. Многие годы он был грозой всего Корнуэлла и

довел жителей до полного отчаяния.

     Но вот в городской ратуше созвали совет, чтобы решить, как  бороться  с

великаном, и туда зашел Джек. И Джек спросил:

     - Какую награду получит тот, кто убьет Корморена?

     - Все сокровища великана! - ответили Джеку.

     - Тогда поручите это дело мне! - сказал он. Раздобыл себе рожок,  кирку

и  заступ  и,  как  только  спустился  темный  зимний  вечер,  добрался   до

Корнуэллской горы и принялся за работу. Не успело настать  утро,  а  он  уже

вырыл яму в двадцать два фута  глубиной  и  футов  двадцать  в  поперечнике,

покрыл ее длинными ветками  и  соломой,  а  сверху  присыпал  землей,  чтобы

казалось, будто это просто ровное место. Уселся Джек на край  ямы,  подальше

от жилища великана, и когда занялся день, приложил  к  губам  свой  рожок  и

заиграл веселый галоп. Великан проснулся и с криком выбежал из пещеры:

     - Ах ты негодяй! Как посмел ты нарушить мой покой? Я этого не потерплю!

Ну, ты мне дорого заплатишь! Поймаю тебя и целиком изжарю на завтрак!

     Но не успел великан выкрикнуть эти угрозы, как рухнул в яму - тут  даже

Корнуэллская гора затряслась.

     - Что, великан, попался?-крикнул ему  Джек.-  Теперь  угодишь  прямо  в

преисподнюю! Там достанется тебе за твои угрозы. А как  насчет  того,  чтобы

изжарить меня на завтрак? Может,  лучше  что  другое  скушаешь?  Зачем  тебе

бедный Джек?

     Поиздевавшись над великаном, Джек ударил его со всего  размаху  тяжелой

киркой по макушке и убил наповал. Потом  засыпал  яму  землей  и  отправился

искать пещеру Корморена. Нашел пещеру, а в ней - груду сокровищ!

     Городской магистрат узнал о подвиге Джека и объявил  всем,  что  отныне

Джека следует величать: Джек - победитель великанов

     И пожаловал Джеку меч и пояс, на котором были золотом вышиты слова:

     Сей корнуэллский отрок смел -

     Он Корморена одолел.

     Весть о победе Джека вскоре разнеслась по всей Западной  Англии,  дошла

до другого великана, Бландебора, и он поклялся отомстить Джеку при первой же

встрече. Бландебор владел заколдованным замком, что стоял посреди  дремучего

леса.

     И вот месяца четыре спустя Джек отправился в Уэльс и проходил по опушке

этого леса. Он очень устал, присел отдохнуть возле веселого  родника,  да  и

заснул крепким сном.  А  пока  он  спал,  к  роднику  пришел  за  водой  сам

Бландебор; увидел Джека, прочитал надпись на его поясе и  сразу  узнал,  что

это Джек - Победитель Великанов. Недолго  думая  великан  взвалил  Джека  на

плечи и потащил в свой замок.

     Дорогой пришлось ему пробираться через  чащу,  и  шум  ветвей  разбудил

Джека. С ужасом и удивлением Джек понял, что попал в лапы великана; но самое

страшное было впереди!

     Когда Бландебор вошел в свой замок, Джек увидел что все  вокруг  усеяно

человеческими костями. А великан к тому же сказал, что  немного  погодя  тут

будут валяться и Джековы косточки. Потом Бландебор  запер  бедного  Джека  в

огромной комнате, а сам пошел за другим великаном -  своим  братом,  который

жил в том же лесу, - чтобы вместе с ним полакомиться юношей.

     Джек подождал-подождал, потом  подошел  к  окну  и  увидел  вдали  двух

великанов: они шли к замку.

     Ну, - подумал Джек, -  сейчас  я  либо  умру,  либо  спасусь!"  Тут  он

заметил, что в углу  комнаты  лежат  крепкие  веревки.  Вот  Джек  взял  две

веревки, завязал на конце каждой надежную петлю, и  пока  великаны  отпирали

железную дверь, накинул им петли на шею, а концы  веревок  перебросил  через

балку и что было силы потянул  вниз.  Великаны  задохнулись.  Джек  отпустил

веревки, выхватил свой  меч  и  пронзил  обоих  братьев.  Потом  взял  ключи

Бландебора и отпер ими все комнаты. В  комнатах  он  нашел  трех  прекрасных

девушек; они были привязаны друг к другу за волосы и умирали с голоду.

     - Прекрасные леди! - сказал им  Джек.  -  Я  умертвил  чудовище  и  его

жестокого брата. Вы свободны!

     Тут Джек вручил девушкам все ключи и пошел своей дорогой в Уэльс.

     Джек спешил и шагал очень быстро, но заблудился.  Ночь  застала  его  в

дороге, а жилья поблизости не было. Наконец Джек забрел в какую-то ложбину и

увидел большой дом. Собрался с духом и постучал  в  ворота.  И  тут,  к  его

изумлению, из дома вышел громадный великан о двух головах.

     Однако он казался не таким свирепым, как другие великаны. Ведь это  был

уэльский великан, и  людям  он  причинял  зло  исподтишка,  прикидываясь  их

другом. Джек попросился переночевать, и  великан  отвел  его  в  спальню.  А

посреди ночи Джек услышал, как его хозяин бормочет в соседней комнате:

     Хоть лег ты на мою кровать,

     С кровати той тебе не встать-

     По ней дубье пойдет плясать!

     - Так вот что ты задумал! -  прошептал  Джек.  -  Узнаю  твои  уэльские

штучки! Но я тебя перехитрю!

     Тут Джек вскочил с кровати, положил на нее бревно, а  сам  спрятался  в

углу. Поздно ночью уэльский великан вошел  в  комнату  и  принялся  молотить

тяжелой дубиной по кровати. Он был уверен, что перемолол Джеку все кости, но

Джек наутро вышел из своего  угла  и,  усмехаясь,  поблагодарил  хозяина  за

ночлег.

     - Хорошо ли отдохнул? - спросил его великан. - Может,  тебя  что-нибудь

беспокоило ночью?

     - Да нет! - ответил Джек. - Вот только крыса какая-то раза  два  задела

меня хвостом.

     Подивился великан. Потом повел Джека завтракать и  поставил  перед  ним

пудовую миску мучного пудинга. Джеку не хотелось признаться, что ему столько

не съесть. Вот он сунул себе под куртку большой кожаный мешок  и,  пока  ел,

незаметно перекладывал туда пудинг, а после завтрака  сказал  великану,  что

сейчас покажет ему чудо. Взял нож  и  распорол  мешок  -  пудинг-то  весь  и

вывалился!

     - Черт побери! - вскричал  великан.  -  Такое  чудо  и  мы  можем  тебе

показать!

     Схватил нож, вспорол себе брюхо и тут же упал мертвым.

     В это самое время единственный сын короля Артура попросил у  отца  кучу

денег - хотел он попытать счастья в Уэльсе, где  жила  красавица,  одержимая

семью злыми духами. Король всячески отговаривал  сына,  но  тщетно.  Наконец

пришлось ему уступить, и принц тронулся в путь с двумя конями - на одном сам

ехал, а на другом вьюк с деньгами вез.

     Через несколько дней принц въехал в один уэльский  город  и  увидел  на

площади большую толпу. Он спросил людей, зачем они собрались, и те ответили,

что стерегут покойника, - не дают его хоронить,  потому  что  он  при  жизни

большие деньги им задолжал.  Подивился  принц  жестокосердию  заимодавцев  и

сказал:

     - Ступайте похороните его, а заимодавцы пусть придут ко мне - я им  все

выплачу сполна.

     Тут принца осадило столько людей, что к вечеру у  него  осталось  всего

два пенса.

     В это время через город проходил Джек - Победитель Великанов.  Щедрость

принца пришлась ему по душе, и юноша попросился  к  нему  на  службу.  Принц

согласился

     взять Джека, и наутро они тронулись в путь вместе. Когда  они  выезжали

из города, принца окликнула какая-то старуха. Она сказала:

     - Вот уже семь лет, как покойник взял у меня в долг  два  пенса.  Прошу

вас, заплатите мне, как платили другим!

     Принц сунул руку в карман, вытащил последние свои  деньги  и  отдал  их

женщине. У Джека еще оставалось несколько монет, но путники в  тот  же  день

истратили их на обед и оба оказались без гроша.

     Перед самым заходом солнца королевский сын сказал:

     - Где же нам ночевать, Джек? Ведь денег-то у нас нет.

     На это Джек ответил:

     - Ночлег найдется, господин мой! В двух милях отсюда живет мой  дядя  -

огромный, страшный великан о трех головах. Ему нипочем сразться с пятьюстами

воинами в доспехах и разогнать их, как мух!

     - Ну,- сказал принц,- тогда нам у него делать нечего! Великан проглотит

нас одним махом. Да что там! Ведь мы  с  тобой  в  дупле  его  гнилого  зуба

уместимся!

     - Пустяки! - возразил Джек. - Я пойду вперед и подготовлю тебе встречу.

Оставайся здесь и жди, пока я не вернусь!

     И Джек во весь  опор  поскакал  дальше.  Подъехал  к  воротам  замка  и

застучал так громко, что стук его отдался эхом от всех окрестных  холмов.  А

великан загремел в ответ громовым голосом:

     - Кто там? Джек молвил:

     - Это я, твой бедный племянник Джек. Великан спросил:

     - Какие вести принес мой бедный племянник Джек?

     - Видит бог, плохие, дорогой дядюшка! - ответил Джек.

     - Но-но! - сказал великан.- Разве можно  приносить  мне  плохие  вести?

Ведь я - Трехголовый великан. Я, как  ты  знаешь,  выхожу  сражаться  против

пятисот воинов в доспехах, и они разлетаются от меня  во  все  стороны,  как

солома по ветру.

     - Да,  но  сюда  идет  королевский  сын  с  целой  тысячей  вооруженных

воинов! - сказал Джек.  -  Они  хотят  убить  тебя  и  уничтожить  все  твое

имущество!

     - Вот как, племянник Джек! - молвил великан. - Ну, это и впрямь  плохие

вести! Я побегу спрячусь, а ты запри меня на замок, на засов и  на  задвижку

да держи ключи при себе, пока принц не уберется отсюда.

     Джек запер великана и поехал за принцем.  В  замке  путники  веселились

всласть, а бедняга великан лежал и трясся в подземелье.

     Наутро Джек спозаранку запасся золотом и серебром для своего  господина

и посоветовал ему уехать на три мили вперед - ведь за три  мили  великан  не

мог чуять принца. Потом Джек вернулся и выпустил дядюшку из подземелья.

     - Чем тебя наградить за то, что  ты  спас  мой  замок  от  разгрома?  -

спросил великан.

     - Да что там! - ответил Джек. - Ничего мне не надо. Вот разве отдай мне

свою поношенную куртку, шапку да еще старый ржавый меч и ночные  туфли,  что

валяются у тебя под кроватью.

     - Ты не знаешь чего просишь! - сказал великан. -  Ведь  это  мои  самые

драгоценные сокровища. Стоит тебе надеть куртку, и  ты  станешь  невидимкой.

Шапка расскажет тебе обо всем, что ты захочешь узнать. Меч изрубит на  куски

все, что ты им ударишь. А туфли во мгновение ока унесут тебя куда пожелаешь.

Но уж так и быть! Ты мне хорошо послужил. Дарю тебе от чистого  сердца  все,

что просишь!

     Джек поблагодарил дядюшку, забрал подарки  и  ушел.  Он  быстро  нагнал

своего господина, и вскоре они подъехали к  дому  красавицы,  которую  искал

принц. А она узнала, что принц явился просить ее руки,  и  угостила  его  на

славу. После пиршества прекрасная леди объявила принцу, что хочет задать ему

задачу. Она вытерла платком губы и сказала:

     - Завтра утром вы должны показать  мне  этот  самый  платок.  Иначе  не

сносить вам головы!

     И она спрятала платок у себя  на  груди.  Принц  лег  спать  в  большой

тревоге. Но всеведущая шапка Джека рассказала им, как достать платок.

     В полночь красавица вызвала своего приятеля-духа и велела  ему  отнести

ее к Люциферу. А Джек надел куртку-невидимку и туфли-скороходы и примчался к

сатане вслед за красавицей. Она вошла  в  сатанинскую  обитель  и  сразу  же

отдала свой платок Люциферу, а  тот  положил  его  на  полку.  Джек  немедля

схватил платок и принес его своему господину. А утром принц  показал  платок

прекрасной леди и тем спас свою жизнь.

     В тот день леди поцеловала принца  и  сказала,  что  наутро  он  должен

показать ей губы, которые она целовала прошлой ночью. Иначе не  сносить  ему

головы!

     - Хорошо, покажу! - ответил принц. - Только обещайте никого  больше  не

целовать, кроме меня!

     - Как бы там ни было, - молвила красавица, - если вы не выполните моего

приказа, вас ждет смерть.

     В полночь она снова отправилась к Люциферу и побранила его за  то,  что

он не уберег ее платка.

     - Ну, на этот раз, - сказала красавица, - я не дам пощады  принцу!  Вот

поцелую тебя, а он пусть-ка покажет мне твои губы!

     И поцеловала сатану. Но только она отошла, как  Джек  отрубил  Люциферу

голову, спрятал ее под курткой-невидимкой и отнес своему господину.

     Утром принц поднял голову сатаны за рога  и  показал  ее  красавице.  И

сразу наваждение  рассеялось;  злой  дух  покинул  прекрасную  леди,  и  она

предстала перед юношей во всей своей красе.

     На другой день они обвенчались и вскоре уехали ко двору короля  Артура.

Там Джек за все свои великие подвиги был посвящен в рыцари Круглого стола.

     Спустя некоторое время Джек снова отправился на  поиски  великанов.  Не

успел он далеко отъехать, как увидел пещеру. У входа  в  нее  на  деревянном

чурбане сидел великан с узловатой чугунной  палицей  на  боку.  Вытаращенные

глаза великана горели огнем, уродливое лицо его было свирепо, щеки  походили

на свиные окорока, а  борода  топорщилась  словно  железные  прутья.  Волосы

падали на его могучие плечи как извивающиеся змеи, как шипящие гадюки.

     Джек соскочил с коня, накинул  куртку-невидимку  и  пошел  к  великану,

бормоча про себя:

     - Ага, вот ты где! Ну, ты и глазом не моргнешь, как я  схвачу  тебя  за

бороду!

     Великан не видел Джека, - ведь тот был в куртке-невидимке. И  вот  Джек

подкрался к чудовищу и ударил его мечом по голове, но промахнулся  и  вместо

головы отрубил ему нос. Великан взревел, будто гром загремел, и в  бешенстве

принялся размахивать чугунной палицей. Но Джек забежал сзади  и  вогнал  ему

свой меч в спину по самую рукоятку. Великан мертвый повалился на землю.  Тут

Джек отрубил ему голову и отослал ее вместе с головой другого великана - его

брата - королю Артуру. Пришлось ему нанять  возчика  и  взвалить  головы  на

повозку.

     Потом Джек решил зайти в пещеру великана, поискать там  его  сокровища.

Долго он шагал по длинным ходам и переходам и, наконец, добрался до  большой

комнаты, мощеной нетесанным камнем. В глубине  этой  комнаты  стоял  кипящий

котел, а справа от него громадный стол, -  за  этим  столом  великан  всегда

обедал. В соседнюю комнату выходило окно с железной решеткой. Джек  заглянул

в него и увидел огромную толпу несчастных пленников. Они  заметили  Джека  и

закричали:

     - Ох, юноша, неужто и тебе придется  погибать  вместе  с  нами  в  этой

страшной берлоге?

     - Да, - ответил Джек. - Но скажите, почему вы под замком?

     - Нас держат тут, пока великанам не  захочется  есть,  -  ответил  один

пленник, - а тогда самого толстого из нас режут. Кроме  нас,  великаны  едят

других убитых ими людей!

     - Хорошо, нечего сказать! - отозвался Джек.

     Он тут же отпер ворота  и  выпустил  всех  пленников  на  свободу.  Они

обрадовались, как радуются смертники, когда получат помилование.

     Потом Джек обыскал сундуки великанов, поровну разделил золото и серебро

между пленниками и, наконец, проводил их в соседний замок, где они  пировали

и веселились, празднуя свое освобождение.

     Но вдруг, в самый разгар веселья, гонец принес весть,  что  двухголовый

великан Тандерделл услышал о смерти  своих  родичей  и  прибыл  из  северных

долин, чтобы отомстить Джеку; он сейчас уже всего в одной миле от  замка,  и

все окрестные жители бегут от него кто куда. Но Джек ничуть не испугался.

     - Попробуй он сюда сунуться, я ему все зубы пересчитаю! А вас, господа,

прошу выйти в сад и посмотреть, как будет убит великан Тандерделл!

     Замок стоял на островке, окруженном рвом глубиной в  тридцать  футов  и

шириной в двадцать.  Ров  был  залит  водой,  и  переходили  через  него  по

разводному мосту.

     И вот Джек нанял людей, чтобы те обрубили мост с боков почти  до  самой

середины. Потом надел куртку-невидимку и выступил против великана  с  острым

мечом в руках. Великан не видел Джека, но учуял его по запаху и закричал:

     Фи-фай-фо-фам!

     Дух британца чую там!

     Мертвый он или живой,-

     Попадет на завтрак мой!

     - Ах, вот как! - молвил Джек. - Ну и обжора же ты!

     А великан снова закричал:

     - Так это ты, негодяй, погубил моих родичей?! Вот я

     сейчас растерзаю тебя зубами, высосу из тебя кровь, а кости твои  сотру

в порошок!

     - Сначала поймай меня! - ответил Джек и сбросил свою  куртку-невидимку,

чтобы великан его увидел.

     Потом надел туфли-скороходы и побежал прочь. А великан погнался за ним,

и чудилось, будто это какой-то замок сдвинулся с места и сама земля трясется

под каждым его шагом.

     Джек долго заставлял великана гоняться за ним - хотелось ему позабавить

дам и кавалеров. Потом решил, что пора кончать  игру,  и  легко  взбежал  на

мост. Великан во весь дух мчался за ним с дубиной в руках. Но  не  успел  он

добраться до середины, как мост провалился под  тяжелым  грузом,  и  великан

рухнул вниз головой прямо в воду и стал  ворочаться  и  барахтаться  в  ней,

словно кит. А Джек стоял возле рва и потешался над ним.  Но  как  ни  злился

великан, слыша насмешки Джека,  как  ни  метался  в  воде,  не  удалось  ему

выбраться из рва, чтобы рассчитаться с врагом.

     Наконец Джек схватил вожжи, накинул их великану на головы и  с  помощью

упряжки лошадей вытащил его на берег, потом отрубил своим острым  мечом  обе

головы и отослал их королю Артуру.

     Некоторое время Джек провел в  празднествах  и  развлечениях,  а  потом

опять покинул прекрасных дам и рыцарей и отправился на  поиски  приключений.

Через многие леса пробирался Джек, пока,  наконец,  не  подошел  к  подножию

высокой горы. И там, уже поздней ночью, увидел одинокий дом. Он  постучал  в

дверь, и ему открыл старик, с волосами белыми как снег.

     - Отец, - сказал ему Джек, - пусти переночевать! Я заблудился,  и  ночь

застала меня в дороге.

     - Входи, входи! - ответил старик.  -  Добро  пожаловать  в  мою  убогую

хижину.

     Джек вошел, они уселись рядом, и старик повел такую речь:

     - Сын мой, я вижу по надписи на твоем поясе, что ты великий  Победитель

Великанов. Так слушай же, сын мой! На вершине этой горы стоит  заколдованный

замок. Им владеет великан Галлигантюа.  С  помощью  одного  старого  колдуна

великан заманивает к себе рыцарей и дам и волшебными чарами превращает их  в

разных тварей. Но особенно меня печалит судьба дочери герцога. Они  схватили

ее в отцовском саду и унесли по воздуху  в  горящей  колеснице,  запряженной

огнедышащими драконами. В замке ее заперли и превратили в белую лань. Многие

рыцари пытались рассеять волшебные чары и освободить девушку, да никому  это

не удалось - у ворот замка сидят два  страшных  грифона,  и  они  уничтожают

каждого, кто подойдет близко. Но ты, сын мой, пройдешь мимо них невидимо.  А

на воротах  замка  ты  увидишь  высеченную  крупными  буквами  надпись.  Она

подскажет тебе, как рассеять колдовство.

     Джек поблагодарил старика и обещал,  что  утром  попытается  освободить

дочь герцога, хотя бы ему это стоило жизни.

     Наутро  Джек  поднялся,  надел   куртку-невидимку,   волшебную   шапку,

туфли-скороходы и приготовился к битве.

     Едва он  поднялся  на  вершину  горы,  как  тотчас  увидел  огнедышащих

грифонов. Но он без страха прошел мимо них - ведь он был в куртке-невидимке.

На воротах замка на серебряной цепи висела золотая труба,  а  под  ней  были

высечены слова:

     Кто в золоту трубу подует,

     Тот страшный замок расколдует;

     Свирепый великан умрет,

     И к людям счастье вновь придет.

     Как только Джек прочел эти строки, он задул в трубу, и  огромный  замок

затрясся  до  самого  основания,  а  великана  и  колдуна  охватило  великое

смятение. Они принялись кусать локти и рвать на себе волосы, чуя, что  скоро

придет конец их злой власти!

     Вдруг великан нагнулся за своей палицей, но тут Джек одним ударом  снес

ему голову, а колдун поднялся в воздух, и вихрь унес его прочь.

     Злые чары рассеялись. Все, что были превращены в птиц и  зверей,  снова

стали людьми, а замок исчез в клубах дыма.

     Джек, как всегда, отправил голову великана Галлигантюа ко двору  короля

Артура, а на другой день и сам отправился туда вместе с рыцарями  и  дамами,

которых освободил.

     В награду за верную службу  король  уговорил  герцога  отдать  дочь  за

честного Джека.

     Они обвенчались, и все королевство веселилось на их  свадьбе.  А  потом

король подарил Джеку великолепный замок с богатыми угодьями, и  Джек  прожил

там с женой остаток дней своих в любви и согласии.

 

 

     Джек-лентяй

 

 

     Жил-был на свете парень. Звали его Джек, и жил он со  старухой  матерью

на пустыре. Старуха пряла пряжу на людей, но от этого ведь не  разбогатеешь,

а Джек был лентяй, каких мало. Ничего-то он не  делал,  ровнешенько  ничего,

только грелся на солнышке - это в летнюю жару, а зимой отсиживался в углу  у

очага.

     Потому все и прозвали его Джек-лентяй. Мать никак  не  могла  заставить

Джека хоть немножко помогать ей, и как-то раз, в понедельник, сказала ему:

     - Не будешь сам зарабатывать себе на пропитание, выгоню тебя из дому  -

живи как знаешь!

     Эти слова проняли Джека. Наутро, во вторник,  пошел  он  и  нанялся  за

пенни в день к фермеру, что жил по соседству. Проработал день, получил пенни

и пошел домой, но когда переходил через ручей, потерял монету.  Ведь  он  ни

разу в жизни денег в руках не держал.

     - Ах ты дурачина! - сказала ему мать.  -  Да  ты  бы  монету  в  карман

положил!

     - В другой раз я так и сделаю,-ответил Джек. В среду Джек опять ушел  и

нанялся к пастуху. Проработал день, и за это пастух дал ему  кувшин  молока.

Засунул Джек кувшин в глубокий карман своей куртки, но не прошел и  половины

дороги, как молоко все расплескалось.

     - О господи! - ахнула мать. - Что бы тебе кувшин на голове нести.

     - В другой раз я так и сделаю, - ответил Джек. И  вот  в  четверг  Джек

опять нанялся к фермеру - за кусок сливочного  сыра  в  день.  Вечером  Джек

положил сыр себе на голову и отправился домой. Но до дому он опять ничего не

донес: мягкий сыр весь расползся и прилип к его волосам.

     - Ну и дурень!-сказала мать.-  Надо  было  осторожненько  нести  его  в

руках.

     - В другой раз я так и сделаю, - ответил Джек.

     В пятницу Джек нанялся к булочнику, и тот дал ему  за  работу  большого

кота. Джек взял кота и осторожненько понес его в руках, но кот все руки  ему

исцарапал, так что пришлось его выпустить. И Джек опять вернулся домой ни  с

чем.

     - Что ты за олух!-сказала мать. -Надо  было  коту  веревку  вокруг  шеи

завязать да на поводке его вести!

     - В другой раз я так и сделаю, - ответил Джек. И  вот  в  субботу  Джек

нанялся к мяснику, и тот щедро наградил его - целую  баранью  ногу  отвалил.

Обвязал Джек баранью ногу веревкой и поволок ее за собой  по  грязи.  Можете

себе представить, какое кушанье получилось бы из такой баранины!

     На этот раз Джекова мать из себя вышла. Ведь на воскресный обед у  нее,

кроме капусты, ничего не было.

     - Ах ты дубина! - сказала она Джеку, - Надо было ее на плече нести!

     - В  другой  раз  я  так  и  сделаю,  -  ответил  Джек.  В  понедельник

Джек-лентяй опять вышел из дома и нанялся к торговцу скотом. Тот дал ему  за

работу осла. Трудненько было взвалить осла на плечи, но Джек  понатужился  и

взвалил.

     И вот  побрел  он  со  своей  наградой  к  дому,  -  плелся,  еле  ноги

передвигал. Вскоре пришлось ему идти мимо дома одного богача. У богача этого

была единственная дочка, прехорошенькая, но глухая и немая,  да  к  тому  же

несмеяна - ни разу в жизни не рассмеялась. А лекари сказали ее отцу, что она

до тех пор не заговорит, пока ее кто-нибудь не рассмешит. И вот в  то  самое

время, когда Джек с ослом на  плечах  проходил  мимо,  девушка  выглянула  в

окошко. Видит, тащится детина с ослом на плечах, и покатилась  со  смеху.  А

как рассмеялась - сразу заговорила и стала слышать.

     Богач до того обрадовался, что на радостях выдал дочку  за  Джека.  Вот

Джек-лентяй и разбогател. Поселился с женой в большом доме  и  взял  к  себе

мать. И жила с ними старуха до конца дней своих, не зная ни нужды, ни горя.

 

 

     Джонни-пончик

 

 

     Жили-были на свете старик со старухой, и был  у  них  маленький  сынок.

Как-то утром замесила старуха тесто, скатала пончик и посадила его в  печку,

чтобы он испекся.

     - Смотри  за  Джонни-пончиком,  пока  мы  с  отцом  будем  на   огороде

работать,- сказала она мальчику.

     И родители ушли окучивать картошку,  а  сынишку  оставили  смотреть  за

печкой. Но ему это вскоре надоело. Вдруг слышит он какой-то шум, взглянул на

печку и видит-дверца печки  сама  собой  открывается  и  выскакивает  оттуда

Джонни-пончик.

     Как покатится Джонни-пончик прямо к открытой  двери!  Мальчик  бросился

закрывать ее, но Джонни-пончик оказался  проворнее  -  выкатился  за  дверь,

перекатился через порог, скатился со ступенек и покатился по дороге. Со всех

ног погнался за ним мальчик, клича родителей. Те услышали крик, бросили свои

мотыги и тоже пустились в погоню. Но Джонни-пончик уже был далеко  и  вскоре

скрылся из виду. А старик со старухой и мальчик так запыхались, что  уселись

на скамью дух перевести.

     Вот покатился Джонни-пончик дальше и вскоре прикатился к двум  рабочим,

что рыли колодец. Они перестали работать и спрашивают:

     - Куда спешишь, Джонни-пончик? А Джонни-пончик им в ответ:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от мальчонки убежал, и от вас  я

убегу!

     - От нас? Ну, это мы еще посмотрим! - сказали рабочие.

     Бросили кирки и погнались за Джонни-пончиком. Но куда  там!  Разве  его

догонишь? Пришлось рабочим сесть у дороги передохнуть.

     А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к двум землекопам,

что рыли канаву.

     - Куда спешишь, Джонни-пончик? - спросили они. А Джонни-пончик им:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от  мальчонки  убежал,  от  двух

рабочих убежал, от вас тоже убегу!

     - От нас? Ну, это мы еще посмотрим! - сказали землекопы.

     Бросили заступы и тоже погнались за Джонни-пончиком.  Но  Джонни-пончик

бежал быстрее. Увидели землекопы - не поймать им  Джонни-пончика,  перестали

за ним гнаться и присели отдохнуть.

     А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к медведю.

     - Куда спешишь, Джонни-пончик? - спросил медведь.

     А Джонни-пончик в ответ:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от  мальчонки  убежал,  от  двух

рабочих убежал, от землекопов убежал, и от тебя я убегу!

     - От меня? - проворчал медведь.- Ну, это мы еще посмотрим!

     И медведь со всех ног пустился в погоню за Джонни-пончиком. А тот бежал

без оглядки, и вскоре медведь так отстал, что и сам увидел - не угнаться ему

за беглецом. Ну он и растянулся у дороги, передохнуть захотел.

     А Джонни-пончик покатился дальше и вскоре прикатился к волку.

     - Куда спешишь, Джонни-пончик? - спросил волк. А Джонни ему свое:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от  мальчонки  убежал,  от  двух

рабочих убежал, от землекопов  убежал,  от  медведя  убежал,  и  от  тебя  я

убегу-у-у!

     - От меня! - огрызнулся волк.- Ну, это мы еще посмотрим!

     И волк пустился вскачь за Джонни-пончиком. Но тот катился все быстрей и

быстрей, так что волк тоже отчаялся догнать его и улегся отдохнуть.

     А Джонни-пончик покатился  дальше  и  вскоре  прикатился  к  лисе,  что

тихонько лежала в углу ограды.

     - Куда спешишь, Джонни-пончик? -спросила лиса ласковым голосом.

     А Джонни-пончик опять:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от  мальчонки  убежал,  от  двух

рабочих убежал, от землекопов убежал от медведя убежал и от волка убежал. От

тебя, лиса я тоже убегу-у-у!

     Тут лиса наклонила голову набок и говорит:

     - Что-то я тебя плохо слышу, Джонни-пончик. Подойди-ка поближе!

     Джонни-пончик подкатился к лисе и громко повторил:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от  мальчонки  убежал,  от  двух

рабочих убежал, от землекопов убежал, от медведя убежал и от  волка  убежал.

От тебя, лиса, я тоже убегу-у-у!

     - Никак не расслышу. Подойди еще чуточку ближе! - попросила лиса слабым

голосом. А сама вытянула в сторону Джонни-пончика шею  и  приложила  лапу  к

уху.

     Джонни-пончик подкатился еще ближе, наклонился  к  самому  уху  лисы  и

прокричал что было силы:

     - Я от деда убежал, я от бабки убежал, от  мальчонки  убежал,  от  двух

рабочих убежал, от землекопов убежал, от медведя убежал и от  волка  убежал.

От тебя, лиса, я тоже убегу-у-у!

     - От меня? Ну нет! - тявкнула  лиса  и  мигом  схватала  Джонни-пончика

своими острыми зубами.

 

 

     Домовой из Хилтона

 

 

     Давным-давно жил в Хилтон-Холле один брауни, то  есть  домовой,-  самый

проказливый из всех домовых на свете.  По  ночам,  когда  слуги  расходились

спать, он все переворачивал вверх дном. Сахар  насыпал  в  солонки,  в  пиво

бросал перец, опрокидывал  стулья,  столы  ставил  ножками  вверх,  выгребал

горячие угли из каминов - словом, пакостил, как мог. Но порой он приходил  в

хорошее расположение духа, и вот тут-то!..

     - Постойте, а кто это -домовой? - спросите вы.

     Домовой, он вроде нечистого духа, только не такой коварный, как черт...

Да неужто вы не знаете, что такое "нечистый дух" и "черт"? О  господи!  Чего

только не творится на белом свете! Так знайте  же,  домовой  -  это  смешное

крохотное существо,  получеловек,  полуэльф,  весь  волосатый  и  с  острыми

ушками.

     На чем же я остановился? Ах да, я начал рассказывать,  как  домовой  из

Хилтон-Холла вытворял бог знает что. Но если служанки  оставляли  ему  миску

сливок или медовую лепешку, домовой в благодарность убирал за них со стола и

приводил в порядок всю кухню.

     Вот как-то поздно ночью  служанки  долго  не  ложились  спать  и  вдруг

услышали шум в кухне. Заглянули  туда,  видят  -  домовой  раскачивается  на

цепочке вертела и приговаривает:

     О, горе мне! горе!

     Не упал с ветки желудь,

     Что станет дубочком,

     Что пойдет на люльку,

     Где заснет ребенок,

     Что станет мужчиной,

     Что меня уволит!

     О, горе мне! горе!

     Служанки сжалились над беднягой и спросили птичницу, как  им  "уволить"

брауни, то есть сделать так, чтобы он смог уйти из этого дома.

     - Проще простого, - ответила птичница. -  Подарите  домовому  за  труды

что-нибудь добротное, прочное, и он тут же исчезнет.

     Вот сшили служанки  из  лучшего  зеленого  сукна  плащ  с  капюшоном  и

положили его у камина, а сами стали  ждать,  что  будет.  И  вдруг  смотрят:

подошел домовой к камину, увидел плащ с капюшоном, надел его на себя да  как

примется скакать по комнате на одной ножке. Сам скачет, сам приговаривает:

     Плащ с капюшоном я беру,

     И он отныне будет мой.

     Теперь не станет помогать вам

     Хилтонский домовой!

     Сказал это домовой и пропал. И больше его никогда не видели.

 

 

     Дочь графа Мара

 

 

     В один прекрасный летний день дочь графа Мара выбежала, приплясывая, из

замка в сад. Там она бегала, резвилась, а  порой  останавливалась  послушать

пение птиц. Но вот она присела в тени зеленого дуба, подняла глаза и увидела

высоко на ветке веселого голубка.

     - Гуленька-голубок, - позвала она, - спустись ко мне,  милый!  Я  унесу

тебя домой, посажу в золотую клетку и буду любить и лелеять больше  всех  на

свете!

     Не успела она это сказать, как голубь слетел с ветки, сел ей на плечо и

прильнул к ее шее. Она пригладила ему перышки и  унесла  его  домой  в  свою

комнату.

     День угас, и настала ночь. Дочь графа Мара уже собиралась  лечь  спать,

как вдруг обернулась и увидела перед  собой  прекрасного  юношу.  Она  очень

удивилась - ведь дверь свою она  уже  давно  заперла.  Но  она  была  смелая

девушка и спросила:

     - Что тебе здесь надо, юноша? Зачем ты пришел и напугал меня?  Вот  уже

несколько часов как дверь моя на засове; так как же ты сюда проник?

     - Тише, тише! - зашептал юноша.- Я тот самый гуленька-голубок, которого

ты сманила с дерева.

     - Так кто же ты тогда? - спросила она совсем тихо.-  И  как  случилось,

что ты превратился в милую, маленькую птичку?

     - Меня зовут Флорентин,- ответил юноша.- Мать у меня королева,  и  даже

поважней, чем королева,- она умеет колдовать. Я не хотел ей подчиняться, вот

она и превратила меня в голубя. Однако ночью чары ее рассеиваются, и тогда я

опять обращаюсь в человека. Сегодня я перелетел через море,  впервые  увидел

тебя и обрадовался, что я - птица, а потому могу к тебе приблизиться.

     Но если ты меня не полюбишь, я никогда больше не узнаю счастья!

     - А если я полюблю тебя, ты не улетишь, не оставишь  меня?  -  спросила

она.

     - Никогда, никогда! - ответил принц.- Выходи за меня замуж,  и  я  буду

твоим навеки. Днем птицей, а ночью человеком - я всегда буду с тобой.

     И вот они тайно обвенчались и счастливо зажили  в  замке.  И  никто  не

ведал, что гуля-голубок ночью превращается в принца Флорентина. Каждый год у

них рождалось по сыну, да такому красивому, что и описать невозможно. Но как

только мальчик появлялся на свет, принц Флорентин уносил  его  на  спине  за

море - туда, где жила его мать, королева,- и оставлял сына у нее.

     Так пролетело семь лет, и вдруг пришла к ним  великая  беда.  Граф  Map

решил выдать дочь замуж за знатного человека, который к ней посватался. Отец

принуждал ее согласиться, но она сказала ему:

     - Милый отец, я не хочу выходить замуж. Мне так  хорошо  здесь  с  моим

гуленькой-голубком.

     Тогда граф разгневался и в сердцах поклялся:

     - Клянусь жизнью, я завтра же сверну шею твоей птице!

     Топнул ногой и вышел из комнаты.

     - О боже, придется мне улететь! -сказал голубь. И вот он  вспорхнул  на

подоконник  и  улетел.   И   все   летел   и   летел   -   перелетел   через

глубокое-преглубокое море, полетел дальше и летел, пока не  показался  замок

его матери. А в это самое время королева-мать вышла в сад и увидела голубя -

он пролетел над ее головой и опустился на крепостную стену замка.

     - Скорей сюда, плясуны! -  позвала  королева.-  Пляшите  джигу!  А  вы,

волынщики, веселей  играйте  на  волынках.  Мой  милый  Флорентин  вернулся!

Вернулся ко мне навсегда,- ведь на сей раз он не принес с собой хорошенького

мальчика.

     - Ах, нет, матушка,- сказал Флорентин,- не надо мне плясунов,  не  надо

волынщиков! Милую мою жену, мать моих семерых сыновей завтра выдадут  замуж,

и день этот будет для меня днем скорби.

     - Чем я могу помочь тебе, сын мой? - спросила королева.- Скажи, и я все

сделаю, что в моих волшебных силах.

     - Так вот, дорогая матушка:  тебе  служат  двадцать  четыре  плясуна  и

волынщика - обрати всех их в серых цапель. Семеро сыновей моих пусть  станут

семью белыми лебедями, а сам я превращусь в ястреба и буду их вожаком.

     - Увы, увы, сын мой! Это невозможно! - возразила королева.- Не под силу

это моим чарам. Но, быть может, моя наставница,  волшебница  Остри,  скажет,

что надо делать.

     И королева-мать поспешила к пещере  Остри.  Вскоре  она  вышла  оттуда,

бледная как смерть, с пучком пылающих  трав  в  руках.  Она  прошептала  над

травами какие-то  заклинания,  и  вдруг  голубь  обратился  в  ястреба,  его

окружили двадцать четыре серых цапли,  а  над  ними  взвилось  семь  молодых

лебедей.

     И все они не медля полетели через  глубокое  синее  море.  Море  так  и

металось, так и стонало под ними. Но они  все  летели  и  летели  и  наконец

подлетели к замку графа Мара, как  раз  когда  свадебный  поезд  двинулся  в

церковь Впереди ехали вооруженные всадники, за ними друзья жениха и  вассалы

графа Мара, потом жених, а позади всех бледная и прекрасная дочь графа Мара.

     Медленно-медленно под звуки торжественной музыки двигались они, пока не

приблизились к деревьям, на которых сидели  птицы.  И  тут  Флорентин-ястреб

издал крик, и все птицы поднялись в воздух -  цапли  летели  низко,  молодые

лебеди над ними, а ястреб кружил выше  всех.  Свадебные  гости  дивились  на

птиц, как вдруг - хлоп! - цапли ринулись вниз и рассеяли всадников.  Молодые

лебеди окружили невесту, а ястреб кинулся на жениха и привязал его к дереву.

Тогда цапли опять слетелись в тесную стаю, и лебеди уложили им на спину свою

мать, как на пуховую перину. Потом птицы взвились в небо и понесли невесту к

замку принца Флорентина.

     Вот как птицы расстроили свадьбу! Такого чуда еще никто не  видывал.  А

свадебные гости? Им только и оставалось, что глядеть, как прекрасную невесту

уносят все дальше и дальше, пока наконец и цапли,  и  лебеди,  и  ястреб  не

скрылись из виду.

     Принц Флорентин в тот же самый день доставил дочь графа  Мара  в  замок

своей матери, королевы, а та  сняла  с  сына  заклятие,  и  все  они  зажили

счастливо.

 

     Источник на краю света

 

 

     В доброе старое время, - а оно и в самом деле было доброе  время,  хотя

было то не мое время и не ваше время, да и  ничье  время  -  жила  на  свете

девушка. Мать у нее умерла, и отец женился на другой.  Мачеха  возненавидела

падчерицу за то, что девушка была красивей, чем она,  держала  ее  в  черном

теле, заставляла выполнять всю  черную  работу  по  дому  и  ни  на  миг  не

оставляла в покое. Наконец она решила и совсем  от  нее  избавиться.  Подала

девушке решето и сказала:

     - Ступай, набери в это решето воды из источника, что на краю света.  Да

принеси решето полнехоньким, а не то плохо тебе придется!

     Мачеха думала, что девушке ни за что не найти источника на краю  света,

а если и найдет, так разве донесет она воду в решете?

     И вот девушка отправилась в путь и каждого встречного  спрашивала,  где

тот источник, что на краю света? Но никто этого не знал, и она все думала да

гадала, как ей быть.

     Наконец какая-то диковинная старушка,  что  плелась  согнувшись  в  три

погибели, показала ей дорогу на край света и объяснила, как туда добраться.

     Девушка послушалась старушки и дошла-таки до источника на  краю  света.

Но только она зачерпнула решетом студеной-престуденой  воды,  как  вся  вода

вытекла. Девушка опять набрала воды в решето, и еще много раз  набирала,  но

вода всякий раз выливалась, так что под  конец  бедняжка  села  на  землю  и

залилась горючими слезами.

     И вдруг  она  услышала  кваканье.  Подняла  голову  и  увидела  большую

лягушку. Лягушка уставилась на девушку, выпучив глаза, и спросила:

     - Что случилось, милая?

     - Ах, я бедная, бедная! -  сказала  девушка.-  Мачеха  заслала  меня  в

этакую даль и велела набрать в решето воды из источника на краю света,  а  я

не могу.

     - Вот что, - сказала лягушка, - обещай  исполнять  все  мои  приказания

целую ночь - с вечера и до утра, и я научу тебя, как набрать воды в решето.

     Девушка согласилась, и лягушка сказала:

     Глиной обмажь его, выложи мхом,

     И принесешь в нем воду в свой дом.

     А потом - прыг-скок - ускакала и плюхнулась прямо в  источник  на  краю

света.

     Девушка нарвала мха, выстлала им дно решета, обмазала все решето глиной

и опустила его в источник на краю света. На этот  раз  вода  не  убежала  из

решета, и девушка хотела уж идти домой, как вдруг лягушка высунула голову из

источника на краю света и проквакала:

     - Так помни что обещала!

     - Хорошо, - ответила девушка.

     А сама подумала: "Что плохого может мне сделать какая-то лягушка!"

     Вот вернулась она к мачехе с решетом полным воды из источника  на  краю

света. Мачеха чуть не лопнула от злости, но ни слова не сказала.

     В тот же вечер девушка услышала тихий стук в  дверь  у  самого  пола  -

тук-тук-тук и чей-то голос:

     Дверь мне открой, о прелесть моя, Дверь мне открой,  дорогая!  Вспомни,

дружочек, что говорили мы На краю света, возле источника!

     - Что это значит?!-вскричала мачеха, и девушке пришлось  рассказать  ей

обо всем, что с ней было, и о том, какое обещание она дала лягушке.

     - Девушки должны выполнять свои обещания! - сказала  мачеха.  -  Ступай

сейчас же открой дверь!

     Она была рада-радешенька, что падчерице придется повиноваться  какой-то

мерзкой лягушке.

     Девушка встала, открыла дверь, видит-за дверью лягушка из источника  на

краю света. Прыг-прыг, скок-скок - и вот  лягушка  подскочила  к  девушке  и

проквакала:

     Возьми на колени, прелесть моя, Возьми меня, дорогая! Вспомни,  скорее,

что говорили мы На краю света, возле источника!

     Не хотелось  девушке  сажать  к  себе  на  колени  лягушку,  но  мачеха

приказала:

     - Сейчас же возьми ее, дерзкая девчонка! Девушки должны выполнять  свои

обещания!

     Пришлось  девушке  посадить  лягушку   к   себе   на   колени.   А   та

посидела-посидела, да и попросила:

     Дай мне поесть, о прелесть моя,

     Дай мне поесть, дорогая!

     Вспомни скорее, что говорили мы

     На краю света, возле источника!

     Эту просьбу девушка выполнила охотно - принесла хлеба, кувшин молока  и

досыта накормила лягушку. А лягушка наелась и говорит:

     Ляг со мной спать, о прелесть моя,

     Ляг со мной спать, дорогая!

     Вспомни, дружочек, что говорила ты,

     Когда устала так возле источника!

     Тут уж девушка возмутилась. Но мачеха сказала сердито:

     - Давши слово -держись! Девушки должны выполнять свои  обещания!  Делай

что велят или убирайся отсюда вместе со своей лягушонкой!

     И вот девушка взяла лягушку с собой в постель, но положила ее как можно

дальше от себя. А когда занялся день, лягушка сказала ей:

     Руби мне голову, прелесть моя!

     Руби скорей, дорогая!

     Вспомни, дружочек, что обещала ты

     Там, на лужайке возле источника!

     Девушка сначала отказалась - ведь она помнила, как помогла ей лягушка у

источника на краю света. Но лягушка повторила свою  просьбу.  Тогда  девушка

пошла за топором и отрубила ей голову.  И  вдруг  -  о  чудо!  -  перед  ней

предстал молодой прекрасный принц.  Он  поведал  девушке  о  том,  как  злой

волшебник заколдовал его, и добавил:

     - Расколдовать  меня  могла  только  та  девушка,  что  согласилась  бы

исполнять все мои приказания целую дочь -  с  вечера  и  до  утра,  а  утром

отрубила бы мне голову.

     Ну и удивилась мачеха, увидев вместо мерзкой лягушки молодого принца! И

уж поверьте мне, не по душе ей  пришлось,  когда  принц  сказал,  что  хочет

жениться на ее падчерице за то, что она освободила его от злых чар.  Но  они

все равно обвенчались и поселились в замке. А мачехе осталось утешаться тем,

что, не будь ее, падчерица никогда бы не вышла замуж за принца.

 

 

     Как Джек ходил счастья искать

 

 

     Жил на свете мальчик. Звали его Джек. В одно прекрасное утро отправился

Джек счастья искать. Не успел далеко отойти - навстречу ему кот.

     - Куда идешь, Джек? - спросил кот.

     - Иду счастья искать.

     - Можно и мне с тобой?

     - Конечно! - ответил Джек. - Чем больше компания, тем веселей.

     И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли  -  навстречу

им собака.

     - Куда идешь, Джек? - спросила собака.

     - Иду счастья искать.

     - Можно и мне с тобой?

     - Конечно!-ответил Джек. - Чем больше компания, тем веселей.

     И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли  -  навстречу

им коза.

     - Куда идешь, Джек? - спросила коза.

     - Иду счастья искать.

     - Можно и мне с тобой?

     - Конечно! -ответил Джек. -Чем больше компания, тем веселей!

     И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли  -  навстречу

им бык.

     - Куда идешь, Джек? -спросил бык.

     - Иду счастья искать.

     - Можно и мне с тобой?

     - Конечно! - ответил Джек. - Чем больше компания, тем веселей.

     И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок. Недалеко отошли  -  навстречу

им петух.

     - Куда идешь, Джек? - спросил петух.

     - Иду счастья искать.

     - Можно и мне с тобой?

     - Конечно! - ответил Джек. - Чем больше компания, тем веселей.

     И пошли они вместе, прыг-скок, прыг-скок.

     Так и шли, пока не начало темнеть. Задумались они  -  где  же  им  ночь

провести? И тут видят - у дороги дом стоит. Джек велел  друзьям  не  шуметь,

подкрался к дому и заглянул в окошко. А в доме-то сидели разбойники - деньги

пересчитывали.

     Вот вернулся Джек к своим друзьям и наказал им ждать его знака, а тогда

кричать что есть мочи. Приготовились все, Джек  подал  знак,  и  вот  -  кот

замяукал, собака залаяла, коза заблеяла,  бык  замычал,  петух  закукарекал.

Такой шум подняли, что разбойники перепугались и убежали

     Тогда Джек с друзьями вошел в дом и занял его.

     Но все-таки Джек опасался, как бы разбойники не вернулись ночью.

     Настало время спать  ложиться.  Джек  уложил  кота  в  качалку,  собаку

посадил под стол, козу отправил на чердак, быка  спрятал  в  погребе;  петух

взлетел на крышу, а сам Джек улегся в постель.

     Видят разбойники - свет в окнах погас, и  послали  в  дом  человека  за

деньгами. Но тот скоро прибежал назад и рассказал, какого страху натерпелся.

     - Вхожу я в дом, - говорит, -  сажусь  в  качалку,  а  там  уж  старуха

какая-то сидит, вяжет, да как ткнет меня спицами!

     А это был кот.

     - Подхожу к столу, хочу взять  наши  денежки,  а  под  столом  сапожник

сидит, да как вонзит в меня шило!

     А это была собака.

     - Поднимаюсь на чердак, а там кто-то зерно молотит, да как трахнет меня

цепом!

     А это была коза.

     - Спустился я в погреб, а там кто-то дрова колет да как запустит в меня

топором!

     А это был бык.

     - Но все бы ничего, кабы  не  карлик  на  крыше.  Как  завопит  он:  "А

подать-ка его сюда! А подать-ка его сюда!" Я наутек!

     А это петух кричал "Ку-ка-ре-ку-у!"

 

 

     Кошачий король

 

 

     Давным-давно жили в глуши Шотландии двое  братьев.  Жили  они  в  очень

уединенном месте, за много миль от  ближайшей  деревни,  и  прислуживала  им

старуха кухарка. Кроме них троих, в доме не было ни души,  если  не  считать

старухиного кота да охотничьих собак.

     Как-то раз осенью старший  брат,  Элсхендер,  решил  остаться  дома,  и

младший, Фергас, пошел на охоту один. Он отправился далеко в горы, туда, где

охотился с братом накануне, и обещал вернуться домой до захода солнца.

     Но день кончился, давно пора было  сесть  за  ужин,  а  Фергас  все  не

возвращался. Элсхендер забеспокоился - никогда еще не приходилось ему  ждать

брата так долго.

     Наконец Фергас вернулся, задумчивый, промокший. усталый, и  не  захотел

рассказывать, почему он так запоздал.  Но  вот  после  ужина,  когда  братья

сидели с трубками у камина, в котором, весело  потрескивая,  горел  торф,  и

собаки лежали у их ног, а черный кот  старой  стряпухи,  полузакрыв  глазки,

расположился на коврике между ними, Фергас словно очнулся и рассказал  брату

о том, что с ним приключилось.

     - Ты, наверное, удивляешься, почему я так  поздно  вернулся?  -  сказал

он. - Ну, слушай! Я сегодня видел такие чудеса, что даже не знаю, как тебе и

рассказать про них. Я шел, как и собирался, по нашей  вчерашней  дороге.  Но

когда настала пора возвращаться домой, горы заволокло таким густым  туманом,

что я сбился с пути. Долго я блуждал, сам не  знаю  где,  как  вдруг  увидел

огонек. Я скорее пошел на пего. Но только я приблизился к нему,

     как перестал его видеть и оказался  возле  какого-то  толстого  старого

дуба. Я влез на дерево, чтоб легче было отыскать этот огонек, и  вдруг  вижу

подо мной в стволе дупло а в  дупле  что-то  вроде  церкви,  и  там  кого-то

хоронят. Я слышал пение, видел гроб и факелы. И знаешь кто  нес  факелы?  Но

нет, ты мне все равно не поверишь!..

     Элсхендер принялся уговаривать  брата  продолжать.  Он  даже  подбросил

торфа в камин, чтоб огонь запылал ярче, и  младший  брат  повеселел.  Собаки

мирно дремали, а черный  кот  поднял  голову  и,  казалось,  слушал  так  же

внимательно, как сам Элсхендер. Братья даже невольно взглянули на него.

     - Поверь мне, - продолжал Фергас, - все, что я скажу, истинная  правда.

Гроб и факелы несли коты,  а  на  крышке  гроба  были  нарисованы  корона  и

скипетр!

     Больше он ничего не успел добавить, ибо черный кот вскочил и крикнул:

     - О небо! Значит, старый Питер преставился и теперь я - кошачий король!

     Тут кот прыгнул в камин и пропал навсегда...

 

 

     Кэт-щелкунчик

 

 

     Жили-были когда-то,  как  это  бывает  на  свете,  король,  королева  и

королевские дети. Дочку короля звали Энн, а дочку королевы-Кэт. И  хотя  Энн

была куда краше Кэт, девушки  любили  друг  друга,  как  родные  сестры.  Но

королева никак не могла примириться с  тем,  что  дочь  короля  красивее  ее

дочери, и она задумала превратить Энн в дурнушку. Вот пошла она за советом к

птичнице, и та  велела  на  другое  же  утро  прислать  к  ней  девушку,  но

обязательно натощак.

     На другое утро, раным-рано, королева и говорит принцессе Энн:

     - Сходи-ка, милочка, в ложбину к птичнице и попроси у нее яиц!

     Энн вышла из дому через кухню; увидела там горбушку хлеба, взяла  ее  и

съела по дороге.

     Пришла к птичнице и попросила у нее яиц, как было ведено. А птичница ей

и говорит:

     - Подними-ка крышку вон с того горшка и загляни в него!

     Девушка так и сделала, но ничего с ней не случилось.

     - Ну, ступай домой к мачехе, - молвила птичница, - да скажи  ей,  чтобы

покрепче запирала кладовую!

     Вот вернулась девушка домой и передала  королеве  слова  птичницы.  Тут

королева поняла, что девушка перед уходом что-то съела.

     На другое утро королева стала сама следить за принцессой и отправила ее

из дому натощак. Но принцесса по дороге увидела крестьян,  которые  собирали

горох, и ласково заговорила с ними. Крестьяне дали ей  горсточку  гороха,  и

она съела его на ходу.

     Когда же она пришла к птичнице, та сказала:

     - Подними-ка крышку вон с того горшка и загляни в него!

     Энн подняла крышку, но опять ничего с ней не случилось. Тогда  птичница

очень рассердилась и сказала:

     - Передай мачехе, что горшок без огня не закипит! Энн вернулась домой и

передала эти слова королеве. На третий день королева сама пошла с девушкой к

птичнице. И на этот раз,  как  только  Энн  подняла  крышку  с  горшка,-  ее

хорошенькая головка слетела с плеч, а вместо нее выросла голова овечки.

     Королеве только  того  и  надо  было!  Но  дочка  ее,  Кэт,  совсем  не

обрадовалась несчастью  сестры.  Вот  достала  она  кусок  тонкого  полотна,

обмотала им голову сестре, и обе они, взявшись  за  руки,  вместе  пошли  по

свету счастья искать. Шли-шли,  пока  не  добрались  до  одного  замка.  Кэт

постучала в дверь и говорит:

     - Я иду с больной  сестрой.  Пустите  нас  переночевать!  Их  впустили.

Оказалось, что замок этот королевский, а у  короля  два  сына,  и  один  сын

чахнет, чуть не при смерти  лежит,  но  никто  не  может  сказать,  что  его

терзает. И странное дело: всякий, кто сидел с ним ночью, пропадал  навсегда.

Поэтому король обещал мешок серебра тому, кто согласится пробыть  в  спальне

его сына хоть одну ночь. Ну, Кэт была девушка смелая и  взялась  посидеть  у

больного.

     До полуночи все шло хорошо. Но только пробило двенадцать, больной принц

поднялся, оделся и крадучись спустился по лестнице вниз. Кэт  пошла  за  ним

следом, но принц ее как будто не заметил.  Он  прошел  на  конюшню,  оседлал

коня, тихонько подозвал свою собаку и  вскочил  в  седло,  а  Кэт  незаметно

примостилась позади него. И вот принц и Кэт поскакали по зеленому лесу.

     Кэт на скаку рвала с деревьев орехи и складывала их в свой передник.

     Скакали-скакали, пока не достигли зеленого холма. Тут  принц  остановил

коня и сказал:

     - Распахнись,  зеленый  холм,  распахнись,  откройся!   Впусти   принца

молодого, и собаку, и коня!

     - И меня! - добавила Кэт.

     Зеленый холм тотчас открылся и впустил их. Принц спешился  и  прошел  в

роскошный, ярко освещенный зал. Тут его  окружила  толпа  прекрасных  фей  и

увела танцевать. Кэт никто не заметил: она спряталась за дверью и  наблюдала

за принцем; а тот все танцевал, танцевал, танцевал, пока не выбился из сил и

не упал на мягкое ложе. Феи принялись обмахивать его своими веерами,  и  вот

он снова поднялся и пошел танцевать.

     Наконец пропел петух, и принц бросился к своему коню.  Кэт  вскочила  в

седло позади него, и они поехали домой.

     Наутро, когда встало солнце, в комнату принца вошли придворные; видят -

Кэт сидит у огня да орешки щелкает. Она сказала им, что  принц  провел  ночь

хорошо, но что она больше с ним не останется, если ей не дадут мешок золота.

     Вторая ночь прошла, как первая. В полночь принц поднялся и  поскакал  к

зеленому холму на бал к феям. Кэт поехала с ним  и  опять  рвала  по  дороге

орехи.

     На этот раз Кэт и не смотрела на принца, - она уже знала, что он  будет

танцевать до упаду. Зато она увидела малютку эльфа  с  палочкой  в  руках  и

услышала, как одна фея сказала:

     - Если трижды дотронуться этой палочкой до уродливой  сестры  Кэт,  она

станет такой же красивой, как была.

     Тут Кэт бросила один орешек, и он покатился прямо к  маленькому  эльфу.

Так она кидала орех за орехом, а малютка гонялся за ними и  наконец  выронил

палочку. Кэт подхватила ее и спрятала к себе в передник. Но  вот,  как  и  в

прошлый раз, прокричал петух, и они поехали домой.

     Не успела Кэт вернуться, как побежала к Энн и три раза  дотронулась  до

нее палочкой. И - о, чудо! - овечья голова упала, и Энн опять стала такой же

красавицей, как была.

     На третью ночь Кэт сказала, что  согласится  стеречь  больного  принца,

только если ее потом обвенчают с ним. Все было как и в прошлые две ночи.  Но

на этот раз маленький эльф держал в руках птичку, и Кэт услышала,  как  одна

фея сказала:

     - Если больной принц съест три кусочка этой птицы, он станет  таким  же

здоровым, как был.

     Кэт подкатила все свои орешки к маленькому эльфу,  и  тот  позабыл  про

птичку, а Кэт взяла ее и завернула в передник. Когда  же  запел  петух,  они

отправились домой. На этот раз Кэт не стала щелкать  орешки  -  она  ощипала

птичку и принялась ее варить.  Вскоре  из  кастрюльки  пошел  очень  вкусный

запах.

     - Ах, - сказал больной принц, -  как  бы  мне  хотелось  отведать  хоть

кусочек этой птицы!

     Кэт дала ему кусочек, а он слегка приподнялся, опершись  на  локоть,  и

опять сказал:

     - Ах, как бы мне хотелось съесть еще кусочек!

     Кэт дала ему второй кусок. Тогда принц сел на постели и снова попросил:

     - Ах, вот бы мне съесть третий кусочек! Кэт дала ему третий кусочек,  и

он встал - здоровый и сильный, - сам оделся и сел у огня. И когда  наутро  к

принцу вошли люди, что же они увидели? Принц и Кэт сидят рядышком и  щелкают

орешки.

     А тем временем второй принц познакомился с Энн и влюбился в нее, как  и

каждый, кто видел ее милое, хорошенькое личико.

     И вот один принц женился на Кэт, а другой - на Энн.

     И с тех пор они жили, не тужили и никогда не пили из пустой бутыли.

 

 

     Мистер Уксус

 

 

     Мистер и миссис Уксус жили в уксусной бутылке.  Вот  раз  мистер  Уксус

отлучился из дому, а миссис Уксус принялась усердно подметать пол. Она  была

очень хорошая хозяйка! Но вдруг она как-то неловко стукнула  половой  щеткой

по стене, и весь дом - дзынь-дзынь! - разбился вдребезги.

     Миссис Уксус сама не своя бросилась навстречу мужу.

     - Мистер Уксус, мистер Уксус! -  вскричала  она,  как  только  завидела

его. -  Мы  разорены,  совсем  разорены!  Я  разбила  наш  дом.  Он  лопнул,

разлетелся на мелкие кусочки!

     - Ну-ну, дорогая, - сказал мистер Уксус, - давай  лучше  подумаем,  что

нам теперь делать. Смотри-ка, дверь цела! Недаром говорят: "У кого дверь,  у

того и дом". Вот я взвалю ее себе на спину, и мы с  тобой  пойдем  по  свету

счастья искать.

     И они пошли. Шли-шли целый день, а к ночи добрались до дремучего  леса.

Оба просто из сил выбились, и мистер Уксус сказал:

     - Сейчас я влезу на дерево, милая, и втащу туда дверь,  а  ты  лезь  за

мной!

     Так они и сделали. Влезли на дерево, втащили  дверь  и  тут  же  крепко

заснули. Среди ночи мистера Уксуса разбудили чьи-то голоса. Глянул он  вниз,

и у него душа в пятки ушла от страха.  Под  деревом  собралась  целая  шайка

воров. Воры делили свою добычу.

     - Смотри, Джек! - сказал один. - Вот тебе пять фунтов.  А  тебе,  Билл,

десять. Ну, а тебе, Боб, три фунта.

     Мистер Уксус не мог больше слушать - так  жутко  ему  стало.  Его  даже

затрясло от страха, да так, что дверь тоже затряслась и свалилась  прямо  на

головы ворам. Те бросились наутек. А мистер Уксус не смел и  пошевельнуться,

пока совсем не рассвело. Но вот он, наконец, слез с дерева и поднял дверь. И

что же он увидел под нею? Целую кучу золотых гиней!

     - Скорей слезай, миссис Уксус! -  закричал  он.  -  Скорей  слезай!  Мы

разбогатели! Ах, да слезай же скорее!

     Миссис Уксус поспешила слезть с дерева и  как  увидела  деньги,  так  и

запрыгала от радости.

     - Теперь, милый мой, - сказала она, - я научу  тебя,  что  делать.  Тут

недалеко в городе ярмарка. Поди туда и купи корову. Сорока  гиней  с  лихвой

хватит, еще останется. Я  умею  делать  сыр  и  сбивать  масло.  Ты  станешь

продавать их на базаре, и мы с тобой заживем на славу!

     Мистер Уксус с радостью согласился, взял деньги и отправился  в  город.

Добрался до ярмарки и долго ходил взад-вперед, пока, наконец, не увидел, что

продается отменная рыжая корова.

     Судя по всему, корова эта давала много молока, да и вообще  была  очень

хороша.

     "Эх, вот бы мне эту корову! - подумал мистер Уксус.-  Тогда  счастливей

меня никого бы на свете не было!"

     И он сказал, что даст за корову все свои сорок гиней. Продавец ответил,

что сорок гиней - это, конечно, невелики деньги, но он, так и быть,  уступит

ради  старого  знакомства.  Сторговались.  Мистер  Уксус  получил  корову  и

принялся водить ее туда-сюда, своей покупкой хвастаться.

     Немного погодя  повстречался  ему  волынщик.  Он  играл  на  волынке  -

"туидл-дам, туидл-дам", за ним толпой  бежали  ребятишки,  а  деньги  так  и

сыпались в его карманы.

     "Эх, - подумал  мистер  Уксус,  -  вот  бы  мне  такую  волынку!  Тогда

счастливей меня никого бы на свете не было! Ну и разбогател бы я!"

     И он подошел к волынщику.

     - Что за волынка у тебя, дружище! - сказал мистер Уксус. - Чудо! Должно

быть, она тебе уйму денег приносит?

     - Да уж что и говорить, - ответил  волынщик,  -  кучу  денег  загребаю.

Волынка хоть куда!

     - Вот бы мне такую! - воскликнул мистер Уксус.

     - Что ж, - сказал волынщик, - могу ее уступить ради старого знакомства.

Получай волынку вот за эту рыжую корову!

     - По рукам! - обрадовался  мистер  Уксус.  Так  отменную  рыжую  корову

отдали за волынку. Мистер Уксус  опять  стал  прохаживаться  взад-вперед  со

своей покупкой. Но как он ни старался сыграть на  волынке  хоть  простенькую

песенку, ничего у него не выходило.  Не  заработал  ни  пенса,  а  мальчишки

бежали за ним, улюлюкая, хохоча и забрасывая его грязью.

     Бедный мистер Уксус решил, что пора домой, да  и  руки  у  него  совсем

закоченели. И вот, когда он уже выходил из города, повстречался ему  человек

в теплых перчатках.

     "Ох, до чего у меня руки замерзли! - подумал мистер Уксус. - Вот бы мне

такие перчатки! Тогда счастливей меня никого бы на свете не было!"

     Он подошел к человеку и сказал:

     - Ну и перчатки у тебя, дружище! Хороши!

     - Еще бы! Ноябрь на дворе, а в них рукам так тепло, что теплей  и  быть

не может.

     - Эх, - вздохнул мистер Уксус, - вот бы мне такие!

     - А сколько ты за них дашь? - спросил человек. - Пожалуй,  я  не  прочь

обменять их вот на эту волынку ради старого знакомства.

     - Ладно! - воскликнул мистер Уксус. Надел  перчатки  и  поплелся  домой

рад-радешенек. Шел-шел, совсем из сил выбился и вдруг  встретил  человека  с

толстой палкой в руках.

     "Вот бы мне эту палку! - подумал мистер Уксус. - Тогда счастливей  меня

никого бы на свете не было!" И он сказал человеку:

     - Что за палка у тебя, дружище! Редкостная!

     - Палка хорошая, - отозвался человек. - Немало миль я с ней прошагал, и

была она мне верным спутником. Но раз она тебе так приглянулась, я, пожалуй,

готов отдать ее вот за эти перчатки. Ради старого знакомства, конечно.

     Руки мистера Уксуса согрелись, зато ноги его до того устали, что  он  с

радостью согласился на обмен.

     Вот дотащился мистер Уксус до того леса,  где  оставил  жену,  и  вдруг

слышит:

     - Мистер Уксус, а мистер Уксус! - Это попугай окликнул его с дерева.  -

Эх ты, дурачина, болван, простак! Пошел на ярмарку, все свои денежки за одну

корову выложил. Мало того - корову на волынку променял. А волынка и  десятой

части твоих денег не стоила, да к тому же играть на ней ты не умеешь.  Ну  и

простофиля! Не успел заполучить волынку, как обменял ее на перчатки.  А  они

вчетверо дешевле стоили. Получил перчатки, обменял их  на  какую-то  дрянную

палку. Было у  тебя  сорок  гиней,  а  теперь  ни  коровы,  ни  волынки,  ни

перчаток, - нечем похвастать: только эта дрянная палка  осталась!  Да  ты  в

любой живой изгороди мог бы срезать такую! Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха!

     Попугай все хохотал и хохотал, так что мистер Уксус наконец рассвирепел

и запустил в него своей палкой. Палка застряла  в  ветвях,  и  вот  вернулся

мистер Уксус в лес к жене без денег, без коровы, без волынки, без перчаток и

даже без палки. И жена тут же принялась его дубасить, да так, что чуть кости

ему не переломала.

 

 

     Мистер Фокс

 

 

     Леди Мери была молода. Леди Мери была прекрасна. У нее было два  брата,

а поклонников - без счету. Но самым храбрым и  самым  красивым  из  них  был

мистер Фокс. Она встретила его, когда жила в охотничьем замке  своего  отца.

Никто не знал, откуда явился мистер Фокс, но он был очень храбр и несомненно

богат. Из всех своих поклонников леди Мери отличала его одного.

     Наконец они решили сочетаться  браком,  и  леди  Мери  спросила  своего

жениха, где они будут жить, когда поженятся.  Мистер  Фокс  описал  ей  свой

замок и сказал, где oон находится, но - как ни странно  -  не  пригласил  ни

невесты, ни ее братьев к себе в гости.

     И вот однажды, незадолго до свадьбы, когда  мистер  Фоке  отлучился  на

день-два, "по делам", как он сказал, леди Мери отправилась в его замок одна.

Бродила-бродила она, наконец нашла его. Это и  в  самом  деле  был  красивый

замок, огражденный высокими стенами и глубоким рвом. Она подошла к воротам и

увидела на них надпись:

     Дерзай, дерзай. .

     Ворота были открыты, и она вошла в них, но во дворе не  было  ни  души.

Она подошла к двери и на ней опять прочла надпись:

     Дерзай, дерзай. Но не слишком дерзай...

     Леди  Мери  вошла  в  зал,  потом  поднялась  по  широкой  лестнице   и

остановилась в галерее у двери, на которой было написано:

     Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай, а не то  узнаешь  горя  непочатый

край.

     Леди Мери была храбрая девушка. Она бесстрашно открыла дверь, и что  же

она увидела - скелеты и залитые кровью мертвые тела прекрасных девушек.

     И леди Мери решила, что лучше  ей  поскорее  уйти  из  этого  страшного

места. Она закрыла дверь, пробежала через галерею и уже собралась спуститься

по лестнице чтобы выйти из зала, как увидела в окно самого мистера Фокса. Он

тащил через двор прекрасную девушку.

     Леди Мери бросилась вниз и только успела спрятаться за  бочкой,  как  в

дом ввалился мистер Фокс с девушкой, видимо потерявшей сознание. Он  дотащил

свою ношу до того места, где притаилась леди Мери, и тут  вдруг  заметил  на

руке девушки сверкающий бриллиантовый перстень. Мистер Фокс попробовал  было

снять его, но не смог. Тогда он с проклятьями  выхватил  меч,  занес  его  и

отрубил бедной девушке руку. Рука отлетела в сторону и упала прямо на колени

леди Мери. Мистер Фокс поискал-поискал ее, но не нашел, а заглянуть за бочку

не догадался. Потом он  опять  подхватил  девушку  и  потащил  ее  вверх  по

лестнице, в Кровавую комнату.

     Как только леди Мери услышала, что он поднялся по галерее, она тихонько

выбежала из замка, вышла за ворота и со всех ног кинулась домой.

     А надо сказать, что брачный договор леди Мери и  мистера  Фокса  должны

были подписать на другой день. Вот собрались все  домочадцы  за  праздничным

столом. Мистера Фокса усадили  против  леди  Мери.  Он  взглянул  на  нее  и

промолвил:

     - Как вы сегодня бледны, дорогая моя!

     - Я плохо спала эту ночь,- ответила она.- Меня мучили страшные сны.

     - Плохие сны к добру,- сказал мистер Фокс.-  Расскажите  нам,  что  вам

снилось. Мы будем слушать ваш дивный голос и не  заметим,  как  пробьет  час

нашего счастья.

     - Мне снилось,- начала леди Мери,- будто я вчера  утром  отправилась  в

ваш замок. Я нашла его в лесу, за  высокими  стенами  и  глубоким  рвом.  На

воротах замка было написано:

     Дерзай, дерзай...

     - Но ведь это не так, да и не было так,- перебил ее мистер Фокс.

     - Я подошла к двери и прочла на ней:

     Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай...

     - Но ведь это не так, да и не было так,- опять перебил ее мистер Фокс.

     - Я поднялась по лестнице на галерею. В конце галереи была дверь, а  на

ней надпись:

     Дерзай, дерзай, но не слишком дерзай, а не то  узнаешь  горя  непочатый

край.

     - Но ведь это не так, да и не было так,- проговорил

     мистер Фокс.

 

 

     Молли Ваппи

 

 

     Жили на свете муж с женой, и было у них так много детей, что прокормить

их всех они не могли. И пришлось им отвести трех дочерей в  лес  и  оставить

там. Девушки бродили-бродили по лесу, проголодались, а уж стало  смеркаться.

Наконец, видят - впереди огонек затеплился, и пошли на  него.  Добрались  до

какого-то дома и постучали в дверь. Из дома вышла женщина и спросила:

     - Что вам надо? Девушки ответили:

     - Позвольте нам переночевать у вас и дайте нам поесть!

     - Не могу, - сказала женщина. - Муж у меня великан.  Вернется  домой  и

убьет вас. Девушки стали ее упрашивать:

     - Впустите нас! Мы хоть  немножко  посидим.  А  уйдем  раньше,  чем  он

вернется!

     Ну, женщина впустила девушек, усадила их перед огнем и дала им хлеба  и

молока. Но только они начали есть, как раздался  громкий  стук  в  дверь,  и

кто-то сказал страшным голосом:

     Фи-фай-фо-фам,

     Дух человека чую там!

     Кто это у тебя, жена?

     - Да это три бедных девушки, - ответила та. - Продрогли, проголодались.

Они скоро уйдут. Уж ты их не трогай, муженек!

     Великан ничего не ответил, сел за стол, наелся до  отвала,  а  девушкам

приказал остаться ночевать. Спать  их  уложили  на  одной  кровати  с  тремя

дочерьми великана.

     Младшую гостью звали Молли Ваппи, и была она очень умная девушка. Когда

они уходили спать, великан надел на шею ей и ее сестрам соломенные шнурки, а

своим дочерям - золотые цепочки. Молли Ваппи  заметила  это,  смекнула,  что

дело нечисто, и решила держаться начеку.  Подождала,  пока  все  не  заснули

крепким сном, а тогда  выскользнула  из  постели,  сняла  с  себя  и  сестер

соломенные шнурки, а  с  дочерей  великана  золотые  цепочки.  Потом  надела

соломенные шнурки на дочерей великана, а золотые цепочки на себя и на сестер

и опять улеглась.

     Посреди ночи великан поднялся, взял  в  одну  руку  тяжелую  дубину,  а

другой нащупал в темноте  соломенные  шнурки.  Потом  ударил  дубиной  своих

собственных дочерей и убил их, а сам опять улегся и заснул довольный -  ведь

он был уверен, что убил чужих девушек

     Тут Молли Ваппи подумала,  что  пора  бежать,  да  подальше.  Разбудила

сестер, велела им не шуметь,  и  все  три  выскользнули  из  дома  и-наутек.

Бежали-бежали до самого утра, пока не увидели перед собой дворец. А был  это

дворец самого короля, и Молли вошла туда и рассказала королю обо  всем,  что

случилось. На это король ей и говорит:

     - Ну, Молли,  ты  девушка  умная,  -  самого  великана  перехитрила.  А

попробуй-ка схитрить получше! Стащи у великана меч, что висит на спинке  его

кровати, и я выдам твою старшую сестру за моего старшего сына!

     Молли сказала, что постарается. Вот вернулась она обратно, прокралась в

дом великана и спряталась под его кроватью.

     Ввалился  домой  великан,  наелся  до  отвала  и  улегся  спать.  Молли

подождала, пока он не захрапел, и выбралась из-под кровати. Перелезла  через

великана и сняла его меч. Но когда она перетаскивала меч через  кровать,  он

зазвенел и великан тут же вскочил. Молли с мечом в  руках  бросилась  бежать

вон из дома.

     Молли    все    бежала    и    бежала,    пока    не    добежала     до

"Моста-тонкого-как-волосок". Она-то перебежала по мосту, а великан  побоялся

на него ступить - остановился и крикнул:

     - Ну, берегись, Молли Ваппи! Посмей еще раз прийти!

     - Ах, всего два разочка мне по мосту надо пройти! -  ответила  Молли  и

убежала.

     Так Молли достала королю меч великана. И старший сын короля женился  на

ее старшей сестре.

     Тут король и говорит Молли Ваппи:

     - Молодец, Молли! Ловко ты все это проделала! Но попробуй схитрить  еще

ловчей. Стащи кошелек, что лежит у великана под подушкой,  и  я  выдам  твою

вторую сестру за моего второго сына.

     И Молли опять сказала королю, что постарается. Вот  отправилась  она  к

великану, прокралась в его  комнату  и  спряталась  под  кроватью.  А  когда

великан поужинал и захрапел, вылезла, засунула руку под подушку  и  вытащила

кошелек. Но не успела она выбежать из дому, как великан проснулся и бросился

за ней.

     Молли    все    бежала    и    бежала,    пока    не    добежала     до

"Моста-тонкого-как-волосок".  Молли-то  перебежала  по  мосту,   а   великан

побоялся на него ступить - остановился и крикнул:

     - Ну, берегись, Молли Ваппи! Посмей еще раз прийти!

     - Ах, лишь один разочек мне по мосту надо пройти! -  ответила  Молли  и

убежала.

     Так Молли достала королю кошелек великана. И второй сын короля  женился

на ее второй сестре.

     Тут король и говорит Молли Ваппи:

     - Умная ты девушка, Молли! А если  окажешься  еще  умней  и  стащишь  у

великана кольцо, я выдам тебя за своего младшего сына!

     Молли сказала королю, что постарается. И вот она опять пошла к великану

и спряталась у него под кроватью. Великан вскоре вернулся домой,  наелся  до

отвала, завалился спать и захрапел на весь дом.

     А Молли вылезла, взобралась на кровать, взяла великана за руку и  стала

снимать кольцо. Вертела, вертела его, наконец  сняла,  но  тут  великан  как

вскочит да как схватит ее.

     - Наконец-то я тебя поймал, Молли Ваппи!-вскричал  он.  -  Ну,  говори:

если б я тебе так досадил, как ты мне, что бы ты со мной сделала?

     - Я бы посадила тебя в мешок, вместе с кошкой  и  собакой,  -  ответила

Молли, - а еще сунула бы туда нитки иголку  и  ножницы.  Потом  повесила  бы

мешок на стену, а сама пошла бы в лес за палкой потолще.  Выбрала  бы  самую

толстую дубинку, а дома положила  бы  мешок  на  пол  и  принялась  бы  тебя

молотить, пока бы ты дух не испустил.

     - Ну, что ж, Молли, - сказал великан, - так я и сделаю!

     Достал великан мешок, посадил в него Молли, сунул туда кошку с собакой,

да еще нитки, иголку и ножницы, повесил мешок на стену, а сам пошел в лес за

дубинкой.

     Вот сидит Молли в мешке и напевает:

     Ах, если б вы только видели то, что вижу я!

     - А что ты там видишь, Молли? - спрашивает ее жена великана.

     Молли ей ни слова в ответ - все только поет-распевает:

     Ах, если б вы только видели то, что вижу я!

     - Дай мне посидеть в мешке вместо тебя, Молли! -  попросила  великанова

жена.- Я хочу посмотреть, что ты там видишь.

     Молли прорезала ножницами дырку в  мешке,  взяла  иголку  с  нитками  и

выпрыгнула вон. Потом помогла  жене  великана  залезть  в  мешок  и  тут  же

накрепко зашила его.

     Жена великана посидела-посидела в мешке,  ничего  не  увидела  и  стала

проситься на свободу. Но Молли ее и не слушала  -  спряталась  за  дверью  и

стала ждать.

     Вот вернулся домой великан с целым деревом в руках, снял со стены мешок

и давай молотить по нему изо всех сил. Жена кричит ему:

     - Да ведь это я, муженек!

     Но тут собака залаяла, кошка замяукала, и  великан  не  узнал  жениного

голоса. Тем временем Молли выскользнула из-за двери, а великан заметил ее  и

пустился вдогонку.

     Молли    все    бежала    и    бежала,    пока    не    добежала     до

"Моста-тонкого-как-волосок".  Молли-то  перебежала  по  мосту,   а   великан

побоялся на него ступить - остановился и крикнул:

     - Ну, берегись, Молли Ваппи! Посмей еще раз придти!

     - Ах да на что, разиня, теперь  мне  сюда  идти?  -  ответила  Молли  и

убежала.

     Вот принесла Молли королю волшебное кольцо и вышла  замуж  за  младшего

принца. А великана они больше в жизни не встречали.

 

 

     Ничто-ничего

 

 

     Жили когда-то король с королевой; жили они, поживали, как и  другие  до

них на свете живали. Давно уж они поженились, а детей у них все не  было.  И

вот, наконец, родила королева мальчика. Короля в это время не было дома - он

уехал в дальние страны,- и королева не стала крестить сына без отца.

     - Пока король не вернется,- сказала она,- мы  будем  называть  мальчика

просто Ничто-Ничего.

     А король не возвращался долго, и  мальчик  успел  вырасти  в  статного,

красивого юношу.

     Наконец король тронулся в обратный  путь.  По  дороге  ему  встретилась

глубокая бурная река, и король никак не мог  переправиться  через  нее.  Тут

подходит к нему великан и говорит:

     - Хочешь, я тебя перенесу через реку?

     - А сколько ты за это возьмешь? - спрашивает король.

     - Ничто-Ничего, и хватит с меня. Ну, садись ко мне  на  спину,  я  тебя

живо перенесу.

     Король, конечно, не знал, что сына его прозвали Ничто-Ничего, вот он  и

ответил:

     - Ничто так ничто,  ничего  так  ничего!  Возьми  и  мою  благодарность

впридачу.

     Вернулся король домой и очень  обрадовался  и  жене  и  сыну.  Королева

рассказала ему, что сыну их пока не дали никакого имени, а просто зовут  его

Ничто-Ничего.

     Тут бедный король закручинился.

     - Что я наделал! - говорит.- Ведь я  обещал  отдать  Ничто-Ничего  тому

великану, что перенес меня на спине через реку.

     Долго горевали король с королевой и наконец решили:

     - Когда великан придет, мы отдадим ему сына нашей  птичницы.  Он  и  не

заметит, что мальчика подменили.

     На другой День великан явился к королю получать обещанное. Король велел

позвать сына птичницы, великан взвалил его на спину и унес.

     Долго  шел  великан,  наконец  увидел  подходящую  скалу.  Сел  на  нее

передохнуть и спрашивает:

     - Эй, ты, там на спине, сморчок-батрачок, который теперь час?

     А бедный паренек отвечает:

     - Тот самый, когда  моя  матушка-птичница  собирает  яйца  королеве  на

завтрак.

     Великан очень рассердился. Бросил мальчика на камень и убил его.

     В бешенстве вернулся великан к королю. На этот раз король  с  королевой

отдали ему сына садовника. Взвалил  великан  мальчика  к  себе  на  спину  и

отправился восвояси. Опять добрался до скалы,  присел  на  нее  отдохнуть  и

спрашивает:

     - Эй, ты, там на спине, сморчок-батрачок, который теперь час?

     А сын садовника отвечает:

     - Да  наверное,  тот  самый,  когда  моя  матушка  собирает  овощи  для

королевского обеда.

     Тут великан совсем рассвирепел - убил и этого мальчика.

     Потом, сам не свой от ярости, вернулся в королевский замок и пригрозил,

что всех здесь уничтожит, если и на сей раз ему не отдадут Ничто-Ничего.

     Пришлось  отдать  ему  королевича.  Вот  дошел  великан  до   скалы   и

спрашивает:

     - Который теперь час? А Ничто-Ничего отвечает:

     - Тот самый, когда мой отец-король садится ужинать.

     - Вот теперь я получил  что  хотел!  -  обрадовался  великан.  И  отнес

Ничто-Ничего к себе домой.

     Так и остался Ничто-Ничего у великана  и  жил  у  него,  пока  не  стал

взрослым.

     А у великана была красивая дочка. И вот полюбила она Ничто-Ничего, а он

полюбил ее. Как-то раз великан и говорит Ничто-Ничего:

     - Вот тебе работа на завтра. Есть у меня конюшня в семь миль длиной и в

семь миль шириной. Семь лет ее не чистили. Вычисти ее завтра к вечеру, а  не

то попадешь мне на ужин!

     На другое утро великанова дочка принесла  завтрак  для  Ничто-Ничего  и

застала его в горе и печали: как он ни старался, вычистить конюшню  не  мог.

Выгребет грязь, а она сразу же опять нарастет. Тогда  девушка  сказала,  что

поможет ему. Кликнула клич всем тварям земным  и  всем  птицам  небесным,  и

тотчас к ней со всего света сбежались звери и слетелись птицы.  Они  вынесли

из конюшни всю грязь, и великан еще не вернулся, а конюшня уже стала чистой.

Увидел это великан, позвал Ничто-Ничего и говорит:

     - Стыд и позор тому хитрецу, что тебе помогал! Ну да ничего, на  завтра

найдется у меня тебе работенка потруднее! Есть у  меня  озеро  в  семь  миль

длиной, семь миль глубиной, семь  миль  шириной.  Осуши  его  к  завтрашнему

вечеру, а не то попадешь мне на ужин!

     На другое утро Ничто-Ничего спозаранку принялся за работу -  стал  воду

из озера ведром вычерпывать. Но озеро ни на каплю не  убывало.  Что  делать?

Тут дочка великана созвала всех рыб морских и приказала  им  выпить  озерную

воду. И рыбы быстро выпили всю воду и осушили озеро.

     Увидел великан, что дело сделано, разозлился и сказал:

     - Ну, погоди, на завтра я тебе задам работку так работку! Есть  у  меня

дерево высотою в семь миль и без единого сучка. А на самой верхушке  гнездо,

и в нем семь яиц. Принеси все яйца целехонькими, а не то  попадешь-таки  мне

на ужин!

     Сперва  дочка  великана   не   знала,   как   помочь   своему   милому.

Думала-думала, наконец придумала: отрезала себе пальцы на руках и на ногах и

сделала из них ступеньки. Ничто-Ничего влез на  дерево  и  вынул  из  гнезда

яйца. Пока он спускался, все яйца были целехоньки, но как только  ступил  на

землю, одно разбилось. Как быть? И вот  решил  он  бежать  вместе  со  своей

милой. Великанова дочка захватила из своей комнаты волшебную склянку, и  они

пустились бежать без оглядки.

     Но не успели они перебежать через три поля,  как  оглянулись  и  видят:

мчится за ними во весь опор великан.

     - Скорей, скорей! - вскричала дочка великана.- Вынь  у  меня  из  волос

гребень и брось на землю!

     Ничто-Ничего выхватил у нее из волос  гребень  и  бросил  на  землю.  И

тотчас из зубцов выросли густые кусты шиповника.  Нескоро  удалось  великану

проложить себе дорогу через колючие заросли! Когда же он, наконец, пробрался

сквозь них, Ничто-Ничего  и  его  милая  успели  убежать  далеко-далеко.  Но

великан опять стал нагонять - вот-вот схватит. Тут его дочка крикнула своему

милому:

     - Вынь у меня из волос кинжал и брось на землю, да скорее, скорей!

     Ничто-Ничего выхватил у нее из волос кинжал и бросил на землю. И в  тот

же миг дорогу загородила изгородь из торчащих крест-накрест острейших ножей.

Нелегко было великану между ними пройти.  Пробирался  он  осторожно,  а  тем

временем беглецы мчались все дальше и дальше и уже почти скрылись из виду.

     Наконец великан  пробрался  через  изгородь,  опять  догнал  их  и  уже

протянул  руку,  чтобы  схватить  Ничто-Ничего,  но  девушка  достала   свою

волшебную склянку и бросила  ее  на  землю.  Склянка  разбилась,  и  из  нее

выкатилась большая-пребольшая волна. Она все  росла  и  росла;  вот  покрыла

великана по пояс, потом по шею; добралась до темени, и великан захлебнулся.

     А Ничто-Ничего с девушкой бежали все дальше, пока не добежали  до  того

места, откуда уже был виден замок его родителей.  Но  великанова  дочка  так

притомилась, что  больше  ни  шагу  не  могла  ступить.  Тогда  Ничто-Ничего

отправился искать ночлега, а девушке велел ждать. Пошел  он  прямо  на  огни

королевского замка да по дороге забрел  в  хижину  птичницы,  той  самой,  у

которой великан сына убил. Она тотчас узнала Ничто-Ничего, и если раньше она

его ненавидела - ведь это из-за него погиб ее сын!  -  то  теперь  ее  лютая

ненависть разгорелась еще пуще! И вот, когда Ничто-Ничего спросил у нее, как

пройти в замок, она заколдовала его, и только он вошел, как упал на скамью и

заснул мертвым сном.

     В замке его не узнали. Как ни старались король  с  королевой  разбудить

незнакомого юношу, не смогли. Тогда король обещал женить  его  на  той,  кто

сумеет его разбудить.

     А дочка великана все ждала и ждала своего  милого,  наконец  влезла  на

дерево, чтобы  увидеть,  куда  он  подевался.  Тем  временем  подошла  дочка

садовника. Под деревом был родник, и она уже  хотела  зачерпнуть  воды,  как

вдруг увидела в нем отражение девушки. Увидела и решила, что это она сама  в

воде отражается.

     - До чего я красива!-сказала она.-До чего хороша! Ну можно ли  посылать

по воду такую красавицу!

     Тут она бросила ведро и решила попытать счастья- разбудить  незнакомца,

чтобы выйти за него замуж. Вот пришла она к птичнице, и та  научила  ее  как

ненадолго расколдовать Ничто-Ничего, чтобы  он  бодрствовал  ровно  столько,

сколько нужно ей, садовниковой дочке; потом отправилась в  замок  и  пропела

там заклинание. А когда ненадолго разбудила Ничто-Ничего, король с королевой

обещали женить его на ней.

     Между тем к роднику спустился сам садовник и тоже увидел в воде девичье

лицо. Взглянул вверх -  видит  на  дереве  девушка  сидит.  Он  помог  дочке

великана спуститься с дерева и привел ее к себе домой. Дома он  похвастался,

что дочка его замуж выходит, и повел девушку в замок -  хотел  ей  дочкиного

жениха показать. А это был Ничто-Ничего! Он спал, сидя в кресле

     Увидела его дочка великана и крикнула:

     - Проснись, проснись! Скажи мне хоть слово! Но он не просыпался.  Тогда

она сказала:

     - Чего мне только не  пришлось  делать:  и  конюшню  очищать,  и  озеро

осушать, и на дерево влезать, и все это - чтоб тебя, милый,  спасать.  А  ты

спишь не просыпаешься, не хочешь слова мне сказать!

     Король с королевой услышали ее речи и подошли. А она им и говорит:

     - Как ни стараюсь его разбудить, не могу.  Не  хочет  мне  Ничто-Ничего

хоть словечко молвить!

     Они очень удивились: что она знает про Ничто-Ничего, думают? И спросили

девушку: а где же он сейчас, этот Ничто-Ничего?

     - Да вот он, в кресле сидит! - ответила  она.  Тогда  они  бросились  к

спящему, принялись его целовать и  называть  своим  родным,  любимым  сыном.

Потом вызвали дочь садовника и заставили ее пропеть заклинание  Ничто-Ничего

проснулся и рассказал родителям, как великанова дочка спасла его и какая она

добрая. Тут король с королевой обняли и  расцеловали  девушку,  говоря,  что

отныне она будет им дочкой и что сын их на ней женится.

     Птичницу казнили, а все остальные жили счастливо до конца дней своих.

 

 

     Осел, столик и дубинка

 

 

     Плохо жилось бедному Джеку. Родной отец и тот его обижал. И  вот  решил

Джек убежать из дому и пойти искать счастья по белу свету.

     Бежал он, бежал, совсем из сил выбился, как вдруг наскочил на маленькую

старушку, что собирала хворост. Джек так запыхался, что даже не  попросил  у

старушки извинения. Но старушка была добрая; она сказала, что Джек, по всему

видно, славный малый, и если он пойдет к ней в  работники,  она  ему  хорошо

заплатит. Джек согласился, потому что уже порядком проголодался.

     Старушка привела Джека в свой домик, что стоял в лесу, и Джек прослужил

ей двенадцать месяцев и один день. Когда год прошел, старушка позвала  Джека

к себе и сказала, что приготовила  ему  хорошую  награду.  Потом  вывела  из

стойла  осла  и  приказала  Джеку  потянуть  его  за  уши.   Осел   заревел:

"И-а-и-а-и-а!", и тут изо рта у него посыпались  серебряные  шестипенсовики,

полукроны и даже золотые гинеи.

     Парню пришлась по душе такая плата. Сел он на осла и  поехал.  Добрался

до постоялого двора и заказал себе все самое лучшее,  но  хозяин  потребовал

деньги вперед. Тогда Джек отправился на конюшню, потаскал своего осла за уши

и набил карманы деньгами. Да на беду в двери была щель, и хозяин все увидел,

а когда настала ночь, подменил Джекова драгоценного осла своим  обыкновенным

ослом. Джек ничего не заметил и утром отправился домой.

     Теперь нужно вам сказать, что по соседству с домом  Джека  жила  бедная

вдова, у которой была одна-единственная дочка. Девушка дружила с  Джеком,  и

они даже влюбились друг в друга. Вот Джек  и  попросил  отца  позволить  ему

жениться на ней, но тот ответил:

     - Не позволю, пока у тебя не будет денег, чтобы прокормить жену!

     - Деньги у меня есть, отец! - сказал Джек.  Пошел  к  ослу  и  принялся

тянуть его за длинные уши. Тянул-тянул, чуть  уши  ему  не  оторвал,  но  ни

гинеи, ни даже полукроны не получил. Осел только  ревел:  "И-а-и-а-и-а!",  а

денег не выплевывал. Тут отец схватил деревянные вилы  и  вытолкал  сына  из

дома. Джек бросился бежать со всех ног и все бежал и бежал, пока не влетел в

какой-то дом. А была это столярная мастерская.

     - Ты, как видно, славный малый! - сказал Джеку столяр. - Послужи-ка мне

двенадцать месяцев и один день, и я хорошо тебе заплачу.

     Джек согласился и прослужил у столяра год и один день.

     - Ну, вот тебе твое жалованье, - сказал хозяин и подал Джеку столик.  -

Крикни: "Столик, накройся" - и на нем тотчас появятся всевозможные кушанья и

напитки.

     Джек взвалил столик себе на спину и пошел куда глаза  глядят.  Шел-шел,

пока не добрался до того постоялого oдвора, где ночевал раньше.

     - Эй, хозяин! - закричал он. - Обед мне! Да поживей и повкусней!

     - Простите, но у нас нет ничего, кроме ветчины и яиц!

     - Это мне-то ветчину и яйца?! - воскликнул Джек. - Коли так,  я  и  без

вас обойдусь. А ну-ка, столик, накройся!

     И в тот же миг на столике появились разные  колбасы,  индейка,  жареная

баранина, картофель, зелень. Хозяин постоялого двора только глаза выпучил от

удивления, но ни словечка не проронил. Когда же настала ночь, он притащил  с

чердака свой столик, а столик Джека взял себе. Столики  с  виду  были  почти

одинаковые, и наутро Джек опять ничего не заметил. Взвалил никудышный столик

на спину и понес домой.

     - Ну, отец, теперь можно мне жениться на  своей  милой?  -  спросил  он

отца.

     - И не думай, если не сможешь ее прокормить! - ответил отец.

     - Послушай, отец! - воскликнул Джек. -У  меня  есть  волшебный  столик.

Крикну ему: "Столик накройся!" - и на нем мигом появится все, чего я хочу. -

Так покажи мне его! - сказал  старик.  Джек  поставил  свой  столик  посреди

комнаты и приказал ему "накрыться", но ничего  на  нем  не  появилось.  Отец

рассердился, схватил с полки жаровню и так огрел ею сына по спине,  что  тот

взвыл от боли и бросился вон из дому.

     Бедный Джек бежал сломя голову, пока не добежал до речки и не  свалился

в воду. Но какой-то человек вытащил его и попросил помочь ему построить мост

через эту речку. А как  вы  думаете,  он  строил  мост?  Да  просто-напросто

перекинул дерево с берега на берег.

     Вот Джек забрался на верхушку дерева и всей своей тяжестью навалился на

него, а когда человек подрыл корни,  Джек  вместе  с  деревом  повалился  на

другой берег.

     - Спасибо! - сказал человек. - Сейчас тебе заплачу за услугу.

     Он отломил от дерева ветку и обстругал ее ножом.

     - Вот, получай эту дубинку! - воскликнул он. - Скажи  ей  только:  "Бей

его, дубинка" - и она свалит с ног любого, кто тебе досадит.

     Джек очень обрадовался такой дубинке и пошел прямо на постоялый двор, а

как только появился хозяин, закричал:

     - Бей его, дубинка!

     Не успел он это крикнуть,  как  дубинка  вырвалась  у  него  из  рук  и

принялась колотить хозяина и по спине, и по голове, и по рукам, и по  бокам,

пока тот со стоном не рухнул на пол. А  дубинка  все  не  унималась  -  Джек

остановил ее только тогда, когда хозяин вернул осла и столик.

     И вот поехал Джек домой на осле, со столиком на плечах и с  дубинкой  в

руке. А когда приехал, оказалось, что отец его умер.  Отвел  Джек  ослика  в

стойло и таскал его за уши, пока ослиная кормушка не наполнилась деньгами.

     Вскоре разнеслась по городу весть, что Джек вернулся домой, а  денег  у

него куры не клюют. Тут все местные девицы принялись за ним охотиться.

     - Вот что, - объявил им Джек, - я женюсь на  самой  богатой  девушке  в

округе. Приходите завтра все к моему дому да прихватите  в  передниках  свои

деньги.

     Наутро  вся  улица  была  полным-полна  девушек  и  каждая   с   трудом

поддерживала свой передник  с  золотыми  да  серебряными  деньгами.  Джекова

красотка тоже пришла, но у нее не было ни золота,  ни  серебра,  только  два

медных пенса - все ее богатство.

     - Отойди-ка в сторонку, милая! - строго сказал ей Джек. - У  тебя  ведь

нет ни золота, ни серебра, тебе здесь не место.

     Девушка отошла. И тут из глаз  ее  градом  покатились  слезы,  упали  в

передник и превратились в алмазы.

     - Ну,- промолвил Джек,- ты, выходит, богаче прочих, так  на  тебе  я  и

женюсь!

     А остальным девицам пришлось уйти ни с чем.

 

 

     Питер-простачок

 

 

     Жил в одной деревне парень. Жил он вместе с матерью, старухой вдовой, а

звали его Питер. Был он  малый  добрый,  статный,  сильный,  но  слишком  уж

простоватый. Материнских кур и то едва умел пересчитать,  а  их  и  всего-то

было два десятка. Если он что-нибудь покупал, хоть на три пенса, то никак не

мог сообразить, сколько ему полагается сдачи с шиллинга. А  когда  ходил  на

базар, ни разу не обошлось без того, чтобы его не  надули.  Нельзя  сказать,

что он был лентяй, просто бедняге Питеру ума не хватало.

     - Эх, мама,- говаривал Питер,- будь я хоть чуточку поумней, я бы не был

для тебя такой обузой!

     - Да, Питер, - отвечала мать со вздохом, - что и  говорить,  умом  тебя

бог обидел, но малый ты хороший, да и силенок у тебя на  двоих  хватит,  так

что не печалься. Лучше сбегай наверх и принеси мне три пуговицы -  надо  мне

их к твоей куртке пришить. Да запомни хорошенько - три принеси. Не две и  не

четыре, а три!

     Но все равно Питер мучился, что он такой глупый, и то и дело  приставал

к матери, сетуя на свою глупость, пока, наконец, мать не сказала ему:

     - Ну, если тебе так  уж  хочется  поумнеть,  ступай  к  мудрой  старухе

вещунье, что живет на холме. У нее, говорят, ума палата и  всякие  волшебные

книги есть, и порошки, и снадобья. Может, она и тебе ума прибавит.

     Вот Питер кончил свою работу и тронулся в путь.  Взобрался  на  вершину

холма и увидел хижину вещуньи. Из трубы валил дым, а на пороге  спал  черный

кот.

     "Хорошая примета", - подумал Питер и постучал в дверь.

     Никто не ответил. Тогда он осторожно приподнял  щеколду  и  заглянул  в

комнату. Спиной к нему у огня сидела старуха и что-то  помешивала  в  черном

чугунке. Она не обернулась и ни слова не вымолвила, но Питер все-таки  вошел

и сказал:

     - Добрый день, бабушка! Хороша погодка нынче, а?

     Старуха не ответила; только все что-то помешивала в чугунке.

     - Завтра, может, дождичек пойдет, - продолжал Питер.

     Старуха опять ничего не ответила.

     - А может, не пойдет,-добавил он, не зная что еще сказать.

     Но старуха, ни слова не говоря, все мешала и мешала в чугунке.

     - Ну, насчет погоды я все сказал, - проговорил Питер. - Теперь можно  и

о деле. Я, видите ли, малость простоват, вот и пришел к вам. Может,  вы  мне

чуточку прибавите ума, потому что...

     - Ума? - переспросила старуха.  Она  отложила  ложку  и  в  первый  раз

взглянула на Питера. - Что ж, изволь! Только вот какой ум тебе надобен? Если

королевский ум, или солдатский, или учительский, тут я помочь не  могу.  Ну,

говори, какой тебе ум нужен?

     - Обыкновенный, - ответил Питер. - Не маленький, не большой,  а  как  у

всех соседей.

     - Хорошо, - сказала вещунья. - Будет у тебя такой  ум,  только  сначала

принеси мне сердце того, кого ты любишь больше  всего  на  свете.  Понял?  А

когда принесешь, я загадаю тебе загадку, чтоб узнать, то ли ты принес, что я

велела. Ну, теперь ступай!

     И, не дожидаясь ответа, она сняла с огня чугунок и унесла его в каморку

за кухней, так что Питеру только и оставалось, что уйти.

     Стал он спускаться с холма и все думал да раздумывал  о  словах  мудрой

вещуньи.

     "Сердце того, кого я люблю больше всех на свете... -  повторял  он  про

себя. - Об чем это она?"

     Не часто приходилось Питеру так ломать себе голову.

     Вот  вернулся  он  домой  и  повторил  матери   слова   старухи.   Мать

подумала-подумала и говорит:

     - По-моему, ты больше всего  на  свете  любишь  жирную  ветчину.  Давай

зарежем старую свинью, а сердце ее ты отнесешь вещунье.

     Зарезали старую свинью, вынули у нее сердце, и на  другой  вечер  Питер

понес его в хижину на холме.

     Вещунья сидела в кресле у огня и читала огромную книгу. Она не  подняла

головы, а Питер положил свиное сердце на стол и сказал:

     - Вот, я принес сердце того, кого люблю больше всего на свете. Годится?

     Старуха оторвалась от книги.

     - Без ног, а бежит - что такое? - спросила она, -

     Ну-ка ответь!

     - Без ног, а бежит? - переспросил Питер, почесал затылок и стал думать.

     Думал-думал, даже голова заболела. А старуха опять принялась за  книгу.

Наконец Питер вымолвил:

     - Вот что я скажу. Не знаю я, и все тут!

     - Ну, выходит, ты принес не то, что я  велела,  -  сказала  старуха.  -

Забирай, что принес, и уходи.

     Бедный Питер взял свиное сердце и повернул домой.

     Вот подошел он к своему домику,  видит  -  у  дверей  толпа  собралась,

женщины плачут. Питеру сказали, что мать его занемогла и  сейчас  лежит  при

смерти. Он вошел в дом и закрыл за собой дверь.

     Старуха уже совсем ослабела, и Питер понял,  что  теперь  ей  ничем  не

поможешь. Стал на колени у кровати и взял руку матери.

     - Простись со мной, сыночек, - зашептала мать. - Скоро я  тебя  покину.

Но ты ведь уже побывал у вещуньи и, должно быть, поумнел немножко,  так  что

теперь сможешь сам о себе заботиться.

     У Питера не хватило духу сказать матери, что ничуть  он  не  поумнел  -

даже загадку вещуньи разгадать не смог. Он только поцеловал  мать  и  сказал

ей:

     - Все равно, мама, я буду горько тосковать по тебе.

     Прощай, мама, милая! Прощай.

     - Прощай, сынок, - сказала старуха. Улыбнулась Питеру, закрыла глаза  и

умерла.

     Долго стоял Питер на коленях у ее постели и все плакал и плакал,  никак

успокоиться не мог. И тут он  вспомнил,  как  мать  о  нем  заботилась,  как

ухаживала за ним, когда он был маленьким, как лечила его  ссадины  и  ушибы,

как чинила ему одежду, кормила его и разговаривала с ним по вечерам.

     "Как же мне теперь жить без нее? - думал он. - Ведь я любил  ее  больше

всего на свете".

     И тут он вспомнил слова вещуньи. "Принеси мне - сказала она,  -  сердце

того, кого ты любишь больше всего на свете".

     - Нет, ни за что, ни за какой ум! - воскликнул Питер.

     Но на другое утро он сообразил,  что  можно  и  не  вынимать  сердце  у

матери, а просто отнести ее на холм к  вещунье.  Ведь  как  раз  теперь  ему

особенно недоставало умной головы на плечах.

     И вот положил Питер свою мать в мешок и отнес ее на  холм.  Не  тяжелая

оказалась ноша - покойница была  маленькая,  щупленькая,  а  у  Питера  силы

хватало на двоих. Внес он мать в хижину к вещунье и сказал:

     - Ну, теперь я вам принес то, что мне дороже всего на  свете.  Вот  моя

покойная родная мать. Так что прибавьте мне ума, как обещали.

     - А ты вот что скажи мне, - промолвила мудрая вещунья. -  Что  такое  -

желтое, сияет, а не золотое?

     - Желтое, сияет, а не золотое?.. -  повторил  Питер  опешив.  -  Это...

это...

     Но, хоть убей, не мог придумать ответа и, наконец, сказал:

     - Не знаю.

     - Ну так и нынче не поумнеешь! Да  ты,  я  вижу,  и  впрямь  простачок.

Должно быть, так никогда и не наберешься ума.

     Питер  взвалил  на  спину  мешок  с  матерью  и  вышел.  Но  домой  ему

возвращаться не хотелось - очень уж тяжко было у него  на  душе.  Сел  он  у

дороги и горько заплакал.

     Вдруг кто-то окликнул его нежным голосом. Он посмотрел, видит  -  стоит

хорошенькая девушка и с ласковой улыбкой глядит на него.

     - Что с тобой? - спросила она. - Такой здоровый детина, а плачешь!

     - Я простачок,-ответил Питер,-ума в голове не хватает. А тут  еще  горе

навалилось - мать моя умерла, оставила меня одного-одинешенька. Как  же  мне

теперь жить-то - ума не приложу! Кто будет меня кормить, и одежу мне шить, и

на базар ходить? А горше всего, что некому  теперь  поговорить  со  мной  да

утешить меня в беде.

     - Я тебе помогу,- сказала Дженни  -  так  звали  девушку.  -  За  таким

простачком, как ты, присматривать нужно. Хочешь, я пойду с тобой  и  буду  о

тебе заботиться?

     - Ну что ж, пожалуй, если тебе так хочется, - ответил Питер.  -  Только

ты сама скоро увидишь, что я дуралей, каких мало, да таким и останусь,  если

не удастся как-нибудь ума себе нажить.

     - Это ничего! - сказала Дженни. - Как говорится: чем глупее жених,  тем

покладистей муженек. Хочешь взять меня в жены?

     - А стряпать ты умеешь? - спросил Питер.

     - Конечно! - ответила Дженни.

     - А шить и штопать?

     - Ну еще бы!

     - А считать яйца? А складывать фунты, шиллинги и пенсы?

     - Умею, все умею!

     - Что ж, если ты согласна выйти за меня, - сказал Питер, -  я  на  тебе

женюсь.

     И они пошли в деревню вместе.

     Вот схоронили мать Питера; поплакала по ней деревня, а  потом  Питер  и

Дженни обвенчались и зажили вместе в его домике.

     Как ни прост был Питер, а вскоре уразумел, что жена  ему  досталась  на

славу. Она стряпала и шила, чинила и мыла, да все так  весело  и  охотно,  а

главное - умела позабавить Питера и шуткой и лаской.

     Правда, и Питер оказался неплохим  мужем.  Он  тоже  работал  весело  и

хорошо. Лишь бы думать не приходилось, а то все ему было нипочем - и тяжелые

ноши и длинные  дороги.  Короче  говоря,  молодые  чувствовали  себя  самыми

счастливыми и довольными во всей деревне.

     - Знаешь что, Дженни! - сказал как-то вечером Питер.  -  Я  понял,  что

тебя я люблю больше всего на свете. И тут его словно осенило.

     - Слушай, - продолжал он, - неужто вещунья хотела, чтобы я тебя убил  и

твое сердце ей принес? Как ты  думаешь,  Дженни,  неужто  она  это  самое  и

думала?

     - Вряд ли, - ответила ему жена. - Конечно, нет! Да она и  не  говорила,

чтобы ты кого-нибудь убивал... А что если тебе отвести меня к ней живую, как

я есть, с сердцем и всем прочим?

     - Здорово придумала! -  обрадовался  Питер.  -  И  как  это  я  сам  не

сообразил? Ладно, пойдем вместе. Но, постой, сначала  посмотрим,  умеешь  ты

разгадывать загадки или нет. Ну-ка скажи, что такое - без ног, а бежит?

     - Река, - ответила Дженни. - Нетрудно догадаться!

     - Река? - повторил простачок. - Так оно и есть! И  как  это  я  сам  не

догадался? Ну, теперь вот что ты скажи: что такое  -  желтое,  сияет,  а  не

золотое?

     - Солнце! - ответила  Дженни,  недолго  думая.  -  Да  я  и  пятилетней

девчонкой разгадала бы эту загадку!

     - Солнце? - переспросил Питер удивленно. - А ведь правда - и  сияет,  и

желтое, но не золотое. Что за голова у  тебя,  Дженни!  Во  всей  Англии  не

найдется жены умнее тебя. Идем скорей, может, старуха немножко прибавит  мне

ума, чтобы я твоим ровней стал.

     И вот поднялись они вместе на холм и застали вещунью дома.

     - Бабушка, - сказал Питер, - наконец-то я привел  вам  ту,  кого  люблю

больше всего на свете. Вот она сама, и сердце ее, и все прочее. И уж если вы

и теперь мне ума не  прибавите,  значит  вы  не  мудрая  вещунья,  а  просто

плутовка и обманщица!

     - Садитесь оба! - приказала старуха. -

     Молодые сели, а вещунья повернулась к Питеру и сказала:

     - Слушай мою загадку и попробуй ее  разгадать.  Кто  родился  без  ног,

отрастил две, а потом четыре?

     Бедняга Питер думал-думал, ничего не придумал. Тут Дженни  шепнула  ему

на ухо:

     - Головастик! Ответь - головастик.

     - Головастик! - выпалил Питер.

     - Верно, - сказала старуха. -  Ну,  я  вижу,  что  теперь  ума  у  тебя

хватает, и ум тот весь у твоей жены в голове. Когда жена умная,  мужу  много

ума не надобно. Иди себе с богом и больше ко мне не приставай.

     Питер и Дженни встали, поблагодарили старуху и отправились восвояси.

     Когда они спускались с холма, Дженни тихонько напевала, а Питер  молчал

и только затылок почесывал.

     - О чем ты думаешь? - ласково спросила Дженни.

     Питер  перестал  скрести  затылок,  но  ничего  не   ответил.   Наконец

повернулся к жене и сказал:

     - Думаю я о том, как я горжусь, что у  меня  такая  на  редкость  умная

женушка. Ведь ты сумела ответить вещунье как надо. А  я  все-таки  никак  не

могу понять, почему тот, кто родился без  ног,  потом  отрастил  две,  потом

четыре, называется головастиком? Все думаю да гадаю, а понять никак не могу.

Не могу, и все тут!

 

     Рыба и перстень

 

 

     Жил некогда на севере могущественный барон. Он был великий волшебник  и

умел предсказывать будущее. Когда сыну его минуло четыре года, барон однажды

заглянул в Книгу судеб - он хотел узнать, что ждет его  сына,  -и  с  гневом

прочел в ней, что сын его женится на простой  девушке,  которая  только  что

родилась в одном доме близ  Йоркского  собора.  Барон  узнал,  что  отец  ее

очень-очень бедный человек, а детей у него уже пятеро. И вот велел он подать

коня, поскакал в Йорк и подъехал к дому бедняка.  Бедняк  сидел  на  пороге,

грустный и печальный.

     Барон соскочил с коня, подошел к бедняку и спросил:

     - Что с тобой, любезный?

     - Ах, ваша честь,- ответил бедняк,- детей у меня уже пятеро,  а  сейчас

шестой родился - девочка. Где мне взять хлеба, чтобы прокормить  их  всех  -

ума не приложу!

     - Не падай духом, приятель! - сказал барон.-  Я  тебе  помогу  в  беде.

Возьму к  себе  твою  младшую  дочку,  и  тебе  не  придется  больше  о  ней

заботиться.

     - Премного вам благодарен, сэр,- ответил бедняк.  Пошел  в  дом,  вынес

девочку и отдал ее барону, а тот вскочил на коня и  поскакал  с  нею  прочь.

Когда же он достиг берегов реки Уз, он бросил малютку в воду, а сам поскакал

дальше к своему замку.

     Но девочка не погибла - пеленки держали ее на воде - и она все плыла  и

плыла, и наконец ее прибило к берегу перед хижиной одного рыбака Рыбак нашел

бедную малютку, сжалился над ней и отнес ее к себе домой.

     Так она и жила у него, пока не исполнилось ей пятнадцать лет и  она  не

стала стройной, прекрасной девушкой.

     И вот однажды барон ехал с друзьями  по  берегу  реки  Уз  на  охоту  и

остановился у хижины рыбака, чтобы утолить жажду. Девушка вынесла  охотникам

воды, и все сразу же увидели, как она прекрасна, а один из спутников  барона

сказал:

     - Барон, вы умеете предсказывать судьбу. Как вы думаете, за кого выйдет

замуж эта девушка?

     - Нетрудно догадаться,- ответил барон,- за какого-нибудь мужлана. Но  я

все же составлю ее гороскоп. Подойди сюда, милая, и скажи мне, в какой  день

ты родилась?

     - Не знаю, сэр,- ответила девушка.- Меня подобрали на  этом  месте  лет

пятнадцать назад. Река принесла меня сюда.

     Тут барон понял, кто она такая. И когда все поехали дальше, он вернулся

и сказал девушке:

     - Послушай, милая, я решил тебя осчастливить. Отнеси это  письмо  моему

брату в Скарборо ты на всю жизнь будешь обеспечена.

     Девушка взяла письмо и сказала, что отнесет его в Скарборо А  в  письме

было написано вот что:

     "Дорогой брат! Схвати подательницу сего и немедленно предай ее смерти.

     Любящий тебя твой Хэмфри".

     И вот девушка отправилась в Скарборо и заночевала на постоялом дворе. А

в эту самую ночь туда ворвалась шайка разбойников.  Они  увидели  девушку  и

обыскали ее, но денег при ней не нашли, а только записку.  Эту  записку  они

прочитали и решили, что стыд и позор  убивать  беззащитную  девушку.  Атаман

разбойников взял перо и бумагу и написал так:

     "Дорогой брат! Прими подательницу сего и немедленно выдай ее  замуж  за

моего сына.

     Любящий тебя твой Хэмфри".

     Потом он отдал это письмо девушке и пожелал ей счастливого пути. И  вот

она пошла в Скорборо к брату барона - благородному рыцарю, а  у  него  в  то

время гостил сын барона. Девушка передала письмо рыцарю, а тот  распорядился

немедленно готовиться к свадьбе, и свадьбу сыграли в тот же день.

     Вскоре и сам барон приехал в замок брата. Велико  было  его  удивление,

когда он узнал, что совершилось то чего он  старался  не  допустить.  Но  он

решил не сдаваться.

     Он пригласил невестку погулять с ним по скалистому морскому  берегу,  а

как только они остались одни, схватил ее за руки и уже хотел было сбросить в

море, но она стала молить его о пощаде.

     - Сжальтесь! - молила она.- Я ни в чем не виновата. Отпустите меня, и я

сделаю все, что вы пожелаете. Клянусь вам, я больше не увижусь ни с вами, ни

с вашим сыном, пока вы сами этого не захотите.

     Тогда барон снял с руки золотой перстень, бросил его в море и сказал:

     - Без этого перстня не смей показываться мне на глаза!

     И отпустил ее.

     Бедняжка все шла и шла, пока не добралась,  наконец,  до  замка  одного

знатного вельможи. Тут она попросила дать ей хоть какую-нибудь работу, и  ее

оставили в замке судомойкой - ведь домашней работе она  научилась  в  хижине

рыбака.

     Но случилось так, что однажды в этот замок приехал сам барон, его  брат

и сын - муж судомойки!  Она  просто  не  знала,  что  ей  делать,  и  только

надеялась, что в кухне они ее не увидят.

     Со вздохом принялась она за свою работу и стала потрошить огромную рыбу

к обеду. И вдруг в желудке у рыбы что-то сверкнуло. Как вы думаете, что  это

было? Перстень! Тот самый перстень, который барон бросил в море со  скалы  в

Скарборо.  Бедняжка  обрадовалась  великой  радостью,  а  рыбу   постаралась

приготовить повкуснее и передала ее слугам.

     И вот, когда гости отведали рыбы,  она  так  им  понравилась,  что  они

спросили хозяина дома, кто ее готовил.  Хозяин  ответил,  что  не  знает,  и

приказал слугам:

     - Эй, вы, пришлите сюда повариху, что готовила эту отменную рыбу!

     Слуги спустились в кухню и сказали судомойке, что ее  зовут  к  гостям.

Она принарядилась, надела на палец золотой перстень  барона  и  поднялась  в

зал.

     Гости так и ахнули, когда увидели, как она молода и  прекрасна.  Только

барон рассвирепел не на шутку. Он вскочил с места и уж готов  был  броситься

на невестку, но она подошла к нему с протянутой рукой, сняла с руки перстень

и положила его на стол.

     Тут барон, наконец, понял, что от судьбы не уйдешь. Он усадил  невестку

за стол и объявил всем собравшимся, что она -  законная  жена  его  сына.  А

потом увез ее и сына домой, в свой замок, и с  тех  пор  все  они  жили  так

счастливо, что счастливей и быть не может.

 

 

     Рыжий Эттин

 

 

     Жила-была на свете вдова, возделывала клочок земли, да и тот не свой, а

чужой, и растила двух сыновей. И вот настало время отправить сыновей счастья

искать.

     Как-то раз мать велела старшему сыну взять кувшин и  принести  воды  из

колодца - она хотела замесить тесто, чтобы  испечь  юноше  лепешку.  Лепешка

могла получиться или большой, или маленькой - смотря по тому,  сколько  воды

притащил бы сын, - а кроме этой лепешки ей нечего было дать ему в дорогу.

     Сын пошел с кувшином к колодцу и набрал  воды.  Но  кувшин  оказался  с

трещиной, и почти вся вода из него вытекла, прежде чем юноша вернулся домой.

Вот лепешка и получилась совсем маленькая.

     На прощанье мать спросила сына:

     - Может,  возьмешь  только  половину  лепешки?   Тогда   получишь   мое

благословение впридачу. А если возьмешь целую, я тебя прокляну.

     Юноша подумал, что идти ему придется далеко,  а  где  и  как  доставать

еду - неизвестно, и ответил, что хочет получить целую лепешку, хотя бы  и  с

материнским проклятьем впридачу - будь что будет.  И  мать  дала  ему  целую

лепешку и прокляла его.

     Тогда он отозвал в  сторону  младшего  брата,  отдал  ему  свой  нож  и

попросил хранить его.

     - Каждое утро смотри на него, - наказал он брату.-  Если  клинок  будет

чистый, значит я жив-здоров. А если он потускнеет и заржавеет, знай,  что  я

попал в беду.

     И вот отправился старший брат счастья искать. Шел он весь  день  и  еще

день, а к концу третьего дня увидел пастуха, который пас стадо  овец.  Юноша

подошел к пастуху и спросил, чьи это овцы. Пастух ответил:

     Свирепый Эттин, рыжий Эттин,

     Эттин из Ирландии,

     Похитил как-то дочь Малколма,

     Короля Шотландии.

     Он бил ее, терзал ее,

     Завязывал узлом,

     И каждый день порол ее

     Серебряным жгутом.

     И не страшится он людей,

     Безжалостный злодей.

     А тот герой, от чьей руки

     Злодея гибель ждет,

     Еще на свет не родился

     И долго не придет.

     А еще пастух сказал юноше, что скоро  ему  повстречаются  такие  звери,

каких он в жизни не видывал, - так пусть остерегается их!

     Пошел юноша дальше и вскоре увидел стадо страшных двухголовых зверей  с

четырьмя рогами на каждой голове,  перепугался  до  смерти  и  со  всех  ног

кинулся прочь. И как же он обрадовался, когда добежал, наконец, до замка  на

невысоком холме!

     Ворота замка были открыты. Юноша бросился во двор, потом  в  комнаты  и

увидел  старую  женщину  у  очага.  Он  спросил  ее,  нельзя  ли  ему  здесь

переночевать, - ведь он долго шел пешком и очень устал.

     Старуха ответила, что переночевать он может,  но  лучше  ему  здесь  не

оставаться - ведь это замок Рыжего Эттина, страшного трехголового  чудовища,

и оно не щадит тех, кто попадает ему в лапы.

     Юноша хотел было уйти, да побоялся зверей, что паслись перед замком,  и

упросил старуху спрятать его хорошенько и не выдавать Рыжему Эттину. "Только

бы как-нибудь переночевать,- думал он,- а утром, может, удастся  ускользнуть

от зверей". Но едва он успел спрятаться в укромном  местечке,  как  вернулся

домой страшный Эттин и только вошел, сразу заревел:

     Я не слеп, я не глух,

     Чую человечий дух!

     Выходи-ка, молодец,-

     Тут придет тебе конец!

     Эттин сразу нашел бедного юношу и  вытащил  его  из  тайника.  А  когда

вытащил, сказал, что пощадит его, если тот  разгадает  три  загадки.  И  вот

первая голова чудовища спросила:

     - Что не имеет конца? Юноша не  сумел  ответить.  Тогда  вторая  голова

спросила:

     - Чем уже, тем опаснее. Что это? Но юноша  и  тут  не  сумел  ответить.

Наконец третья голова спросила:

     - Мертвый живого несет. Отгадай, что это? Но юноша  опять  не  отгадал.

Рыжий Эттин схватил деревянный молоток, ударил им юношу  по  голове,  и  тот

превратился в каменный столб.

     Наутро его младший брат достал нож, взглянул на него  и  опечалился,  -

весь клинок побурел от ржавчины. Тогда он сказал  матери,  что  пора  и  ему

отправиться в путь. Мать попросила его взять кувшин и сходить к  колодцу  за

водой - надо, мол, тесто замесить да лепешку ему испечь. И  вот,  когда  сын

нес воду домой, над его головой пролетел ворон и каркнул:

     - Погляди на кувшин! Вода вытекает.

     Юноша был сметлив; увидел, что вода и впрямь вытекает,  поднял  кусочек

глины и замазал трещины. Домой  он  принес  столько  воды,  что  хватило  на

большую лепешку.

     На  прощанье  мать  сказала  сыну,  что  если  он  хочет  получить   ее

благословение впридачу, то пусть берет только половину лепешки. И сын решил,

что лучше взять половину, но с материнским благословением, чем целую,  но  с

проклятьем.

     Вот отправился младший брат в путь-дорогу  и  уже  забрел  далеко,  как

вдруг повстречалась ему старушка. Она попросила у него кусочек лепешки, и он

ответил:

     - На, ешь на здоровье! - и отломил ей кусок. Старушка дала ему  за  это

волшебную палочку и сказала, что палочка  ему  пригодится,  если  он  сумеет

правильно с ней обращаться. Старушка эта была  фея.  Она  предсказала  юноше

почти все, что с ним случится, и научила его, что надо делать, а потом сразу

исчезла.

     Юноша все шел и шел, пока не увидел старика, который пас овец, а  когда

спросил его, чьи это овцы, услышал в ответ:

     Свирепый Эттин, Рыжий Эттин,

     Эттин из Ирландии,

     Похитил как-то дочь Малколма,

     Короля Шотландии.

     Он бил ее, терзал ее,

     Завязывал узлом,

     И каждый день порол ее

     Серебряным жгутом.

     И не страшится он людей,

     Безжалостный злодей.

     Но пробил час на этот раз,

     И смерть его близка,-

     Ты здесь, герой, передо мной,

     Тверда твоя рука!

     И вот юноша подошел к тому месту, где паслись рогатые чудовища.  Но  он

не остановился, не побежал прочь, а смело прошел среди  них.  Один  зверь  с

ревом кинулся было на юношу, разинув пасть,  чтобы  его  сожрать.  Но  юноша

ударил зверя волшебной палочкой, и в тот же миг чудовище мертвым упало к его

ногам.

     Наконец юноша дошел до замка Рыжего Эттина, постучал  в  дверь,  и  его

впустили. У огня сидела старуха. Она рассказала юноше о том, что случилось с

его  старшим  братом.  Рассказала  и  про  страшного  Эттина,  но  юноша  не

испугался.

     Вскоре вернулся Эттин и заревел:

     Я не слеп, я не глух,

     Чую человечий дух!

     Выходи-ка, молодец,-

     Тут придет тебе конец!

     Эттин быстро нашел юношу, велел  ему  подойти  поближе  и  сказал,  что

загадает ему три загадки. Но добрая фея заранее научила юношу, как отвечать.

     Вот первая голова Рыжего Эттина спросила:

     - Что не имеет конца?

     - Круг, - ответил юноша. Тогда вторая голова спросила:

     - Чем уже, тем опаснее. Что это?

     - Мост, - сразу ответил он. Наконец, третья голова спросила:

     - Мертвый несет живого. Отгадай, что  это?  И  юноша,  не  задумываясь,

сказал:

     - Корабль в море, а на корабле люди.

     Услышал Эттин его ответы и понял, что пришел конец его власти. А  юноша

поднял топор и снес чудовищу все его  три  головы.  Потом  попросил  старуху

показать ему, где спрятана королевская дочь, и старуха повела его в  верхние

покои.

     Она открывала перед ним одну дверь  за  другой,  и  из  каждой  комнаты

выходили красавицы. Все  они  были  пленницы  Рыжего  Эттина,  и  среди  них

оказалась королевская дочь.

     Наконец, старуха отвела юношу в подземелье, где стоял  каменный  столб.

Юноша прикоснулся к нему своей палочкой, и брат его ожил.

     Пленницы радовались и благодарили своего освободителя. На  другой  день

все они, радуясь и веселясь, отправились к самому королю, и  он  выдал  свою

дочь за младшего брата, подыскал старшему знатную  невесту,  и  братья  жили

счастливо до конца своих дней.

 

 

     Сорочье гнездо

 

 

     Давным-давно, предавно,

     Когда свиньи пили вино,

     А мартышки жевали табак,

     А куры его клевали

     И от этого жесткими стали,

     А утки крякали: "Кряк-кряк-кряк!", -

     со всего света слетелись к сороке птицы и попросили ее научить их  вить

гнезда. Ведь сорока - лучшая мастерица этого дела! Вот собрала она всех птиц

вокруг себя и начала показывать им, как и что делать. Сначала взяла немножко

грязи и слепила из нее что-то вроде круглой лепешки.

     - Ах, вот как это делается!.. -сказал серый дрозд и полетел прочь.

     С тех пор серые дрозды так и вьют себе гнезда. Потом  сорока  раздобыла

несколько веточек и уложила их по краю лепешки.

     - Теперь я все понял, - сказал черный Дрозд и полетел прочь.

     Так черные дрозды и поныне вьют себе гнезда. Потом сорока  положила  на

веточки слой грязи.

     - Все ясно, - сказала мудрая сова и полетела прочь. С тех пор совы  так

и не научились вить гнездо как следует.

     А сорока взяла несколько веточек и обвила ими гнездо снаружи.

     - Как раз то, что мне надо! - обрадовался воробей и упорхнул.

     Потому воробьи и до нынешнего дня вьют себе гнезда как попало.

     Ну, а сорока-белобока раздобыла перышек и тряпочек и выложила  ими  все

гнездышко, так что оно стало уютным-преуютным.

     - Это мне нравится! - воскликнул скворец и полетел прочь.

     И в самом деле у скворцов очень уютные гнезда. И  так  каждая  птица  -

послушает немножко, не дослушает до конца и улетит.

     А тем временем сорока-белобока все работала и работала, ни на  кого  не

глядя. И вот осталась при ней одна-единственная птичка - горлица. А надо вам

сказать, что горлица эта и внимания не обращала на работу сороки, только без

толку твердила:

     - Мало двух, белобока, мало дву-у-ух... Сорока,  наконец,  услышала  ее

слова - как раз когда укладывала веточку поперек гнезда - и сказала:

     - Хватит и одной!

     Но горлица все твердила:

     - Мало двух, белобока,  мало  дву-у-ух...  Тут  сорока  рассердилась  и

воскликнула:

     - Хватит и одной, говорю тебе! А горлица опять свое:

     - Мало  двух,  белобока,  мало  дву-у-ух!  Тут  сорока  огляделась   по

сторонам, видит - все птицы разлетелись кто куда, одна только глупая горлица

осталась. Рассердилась сорока и улетела, и с тех  пор  закаялась  показывать

птицам, как вить гнезда.

     Потому-то разные птицы и вьют себе гнезда по-разному.

 

 

     Старушка и поросенок

 

 

     Как-то раз одна старушка подметала свою комнату и нашла  чуть  погнутый

шестипенсовик.

     - Что бы мне такое купить на него? - подумала старушка.- Пойду-ка я  на

базар и куплю там поросеночка.

     Сказано - сделано. Вот повела старушка поросенка домой, а по дороге  им

попалась ограда. Тут поросенок уперся -  не  полез  через  ограду,  и  пошла

старушка одна.

     Шла-шла, увидела собаку.

     - Собака, собака, укуси поросенка!  -  попросила  старушка.-  Не  хочет

поросенок лезть через ограду, не успею я засветло попасть домой.

     Но собака не послушалась.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела палку.

     - Палка, палка, прибей собаку! - попросила старушка.- Не  хочет  собака

укусить поросенка, не  хочет  поросенок  лезть  через  ограду,  не  успею  я

засветло попасть домой.

     Но палка не послушалась.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела огонь.

     - Огонь, огонь, сожги палку! -  попросила  старушка.-  Не  хочет  палка

прибить собаку, не хочет собака укусить поросенка, не хочет поросенок  лезть

через ограду, не успею я засветло попасть домой.

     Но огонь не послушался.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла,  увидела  воду.  -  Вода,  вода,  залей

огонь! - попросила старушка.- Не хочет огонь сжечь  палку,  не  хочет  палка

прибить собаку, не хочет собака укусить поросенка, не хочет поросенок  лезть

через ограду, не успею я засветло попасть домой.

     Но вода не послушалась.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела быка.

     - Бык, бык, выпей воду! - попросила старушка.-  Не  хочет  вода  залить

огонь, не хочет огонь сжечь палку, не хочет палка прибить собаку,  не  хочет

собака укусить поросенка, не хочет поросенок лезть через ограду, не успею  я

засветло попасть домой.

     Но бык не послушался.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела мясника.

     - Мясник, мясник, убей быка! - попросила старушка.- Не хочет бык выпить

воду, не хочет вода залить огонь, не хочет огонь сжечь палку, не хочет палка

прибить собаку, не хочет собака укусить поросенка, не хочет поросенок  лезть

через ограду, не успею я засветло попасть домой.

     Но мясник не послушался.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела веревку.

     - Веревка, веревка, повесь мясника! -  попросила  старушка.-  Не  хочет

мясник убить быка, не хочет бык выпить воду, не хочет вода залить огонь,  не

хочет огонь сжечь палку, не хочет палка  прибить  собаку,  не  хочет  собака

укусить поросенка, не  хочет  поросенок  лезть  через  ограду,  не  успею  я

засветло попасть домой.

     Но веревка не послушалась.

     Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела мышку.

     - Мышка, мышка, перегрызи веревку!  -  попросила  старушка.-  Не  хочет

веревка повесить мясника, не хочет мясник убить быка, не  хочет  бык  выпить

воду, не хочет вода залить огонь, не хочет огонь сжечь палку, не хочет палка

прибить собаку, не хочет собака укусить поросенка, не хочет поросенок  лезть

через ограду, не успею я засветло попасть домой.

     Но мышка не послушалась. Пошла старушка дальше. Шла-шла, увидела кошку.

     - Кошка, кошка, съешь мышку! -  попросила  старушка.-  Не  хочет  мышка

перегрызть веревку, не хочет веревка повесить мясника, не хочет мясник убить

быка, не хочет бык выпить воду, не хочет вода залить огонь, не  хочет  огонь

сжечь палку,  не  хочет  палка  прибить  собаку,  не  хочет  собака  укусить

поросенка, не хочет поросенок  лезть  через  ограду,  не  успею  я  засветло

попасть домой.

     А кошка ей на это:

     - Поди вон к той корове и принеси  мне  блюдце  молока,  тогда  я  съем

мышку. Пошла старушка к корове. Но корова сказала ей:

     - Поди вон к тому стогу и принеси мне охапку сена,  тогда  я  дам  тебе

молока.

     Пошла старушка к стогу и принесла корове сена.

     Съела корова сено и дала старушке  молока.  Старушка  налила  молока  в

блюдце и пошла к кошке.

     Кошка вылакала молоко и стала ловить мышку, мышка стала грызть веревку,

веревка стала вешать мясника, мясник стал убивать быка, бык стал пить  воду,

вода стала заливать огонь, огонь стал жечь палку, палка стала  бить  собаку,

собака стала кусать поросенка, а поросенок с испугу перелез через ограду.

     И старушка засветло попала домой.

 

 

     Страшный дракон скалы Спиндлстон

 

 

     - Жил когда-то в замке Бамборо король. У него  была  красавица  жена  и

двое детей. Сына  звали  Чайлд-Уинд,  а  дочь  Маргарет.  И  вот  Чайлд-Уинд

отправился искать счастья, а вскоре после его  ухода  умерла  королева-мать.

Король долго и горько плакал по ней, но  однажды  во  время  охоты  встретил

прекрасную леди и так полюбил ее, что решил на ней  жениться.  И  он  послал

домой известие, что скоро привезет в замок Бамборо новую королеву.

     Принцесса Маргарет не рада была узнать,  что  кто-то  займет  место  ее

матери. Но она не роптала и по приказу отца  вышла  в  день  его  приезда  к

воротам замка,  чтобы  встретить  мачеху  и  отдать  ей  все  ключи.  Вскоре

показался свадебный поезд. Новая королева подошла к принцессе Маргарет, а та

низко поклонилась ей и протянула ключи от замка Зардевшись и  опустив  глаза

долу, принцесса сказала:

     - Добро пожаловать,  дорогой  отец,  в  ваши  чертоги  и  покои!  Добро

пожаловать, моя новая мать? Все, что здесь есть, - все ваше! - И  она  опять

протянула ключи королеве.

     Один рыцарь из свиты новой королевы воскликнул в восхищенье:

     - Право же, краше этой северной принцессы нет никого на свете!

     Тут новая королева вспыхнула и громко проговорила:

     - Не худо бы вам добавить: "кроме новой королевы!"  Потом  пробормотала

вполголоса:

     - Скоро исчезнет ее красота... В ту же  ночь  королева  -  а  она  была

знаменитая колдунья - прокралась в подземелье и принялась колдовать.

     Трижды три раза произнесла она заклинание, девятью девять раз сотворила

волшебный знак и заколдовала принцессу Маргарет. Вот ее заклинание:

     Ты станешь отныне ужасным драконом

     И не спасешься,- так повелю я!

     И если твои брат, королевский сын,

     Тебе не подарит три поцелуя,

     Навеки останешься страшным драконом

     И не спасешься,- так повелю я!

     Так  леди  Маргарет  легла  спать  прекрасной  девушкой,  а  проснулась

страшным драконом. Утром служанки  вошли,  чтобы  одеть  ее,  и  увидели  на

кровати отвратительное чудовище, свернувшееся  кольцом  Дракон  вытянулся  и

пополз к ним навстречу, но они с криком убежали прочь.

     А чудовище извивалось и ползло, ползло и извивалось, пока не  добралось

до скалы Спиндлстон Оно обвилось вокруг скалы и лежало там, грея  на  солнце

свою ужасную морду.

     Вскоре все окрестные жители поневоле узнали о  страшном  драконе  скалы

Спиндлстон,- ведь голод заставлял дракона выползать  из  пещеры  и  пожирать

все, что попадалось ему на пути.

     И  вот  люди  отправились,  наконец,  к  могущественному  волшебнику  и

спросили его, что им делать Волшебник  посоветовался  со  своим  помощником,

заглянул в волшебные книги и объявил:

     - Страшный дракон - это принцесса Маргарет! Дракона терзает голод - вот

он и пожирает все на своем пути. Отберите для него семь коров и каждый  день

на закате носите к скале Спиндлстон все молоко от них, - все до капли!  -  и

он вас больше не будет трогать. Если же вы  хотите,  чтобы  страшный  дракон

снова превратился в принцессу Маргарет,  а  королева,  что  заколдовала  ее,

понесла наказание  по  заслугам,  вызовите  из-за  моря  брата  принцессы  -

Чайлд-Уинда.

     Так и сделали. Дракону носили молоко от семи коров, и он больше  никого

не трогал.

     Когда до Чайлд-Уинда дошли вести о горькой доле сестры, он торжественно

поклялся освободить ее, а жестокой мачехе отомстить, и тридцать  три  рыцаря

Чайлд-Уинда поклялись вместе  с  ним.  И  вот  они  принялись  за  работу  и

построили длинный корабль, а киль его сделали из рябинового дерева. Когда же

все было готово, они взялись за весла и поплыли прямо к замку Бамборо.

     Не успели они завидеть угловую башню замка, как королева-мачеха  узнала

с помощью колдовства, что против нее что-то замышляют.  Созвала  всех  своих

приближенных бесов и сказала:

     - Чайлд-Уинд плывет по морю. Так пусть не доберется до суши!  Поднимите

бурю или разбейте его корабль!

     Делайте что хотите, только помешайте ему высадиться на берег!

     И бесы поспешили навстречу Чайлд-Уинду. Но как увидели они, что киль  у

корабля  рябиновый,  -  отступили,   бессильные.   Вот   вернулись   они   к

королеве-колдунье, и та сначала ничего не могла придумать.  Потом  приказала

своим воинам сразиться с Чайлд-Уиндом,  если  он  высадится  близ  замка,  а

страшного дракона заставила стеречь вход в гавань.

     Когда корабль Чайлд-Уинда показался вдалеке,  дракон  кинулся  в  море,

обвился вокруг корабля и отбросил его от берега.

     Трижды приказывал Чайлд-Уинд своим людям грести  сильней  и  не  падать

духом, но каждый раз страшный дракон отгонял корабль от берега.

     Тогда Чайлд-Уинд приказал плыть в обход,  а  королева-колдунья  решила,

что он отчаялся и уплыл прочь. Но Чайлд-Уинд обогнул мыс и спокойно причалил

к берегу в заливе Балд. Оттуда он  и  его  рыцари  с  обнаженными  мечами  и

натянутыми  луками  бросились  разить  страшного  дракона,  что   мешал   им

высадиться на берег.

     Но  в   тот   миг,   когда   Чайлд-Уинд   ступил   на   землю,   власть

королевы-колдуньи над страшным драконом кончилась. И  королева  вернулась  в

свои покои одна - ни бесы, ни воины уже не могли ей помочь, и она знала, что

час ее пробил.

     Когда же Чайлд-Уинд приблизился к страшному дракону, тот и не попытался

его сожрать.

     Чайлд-Уинд уже занес были над драконом свой меч, как вдруг из  страшной

пасти чудовища послышался голос его сестры Маргарет:

     Оставь свой меч и лук тугой,

     Дракона не страшись!

     И трижды к чешуе моей

     Губами прикоснись.

     Чайлд-Уинд так и застыл с мечом в руке. Он не знал,  что  и  думать.  А

страшный дракон опять проговорил:

     Оставь свой меч, склонись ко мне

     И трижды поцелуй!

     Спеши, пока не умер день,

     И чары росколдуй!

     И вот Чайлд-Уинд подошел к страшному дракону и поцеловал его. Но дракон

как был, так и остался драконом. Чайлд-Уинд поцеловал  его  еще  раз,  но  с

драконом опять ничего не случилось. Тогда Чайлд-Уинд  поцеловал  чудовище  в

третий раз. И тут страшный дракон с шипеньем и ревом отпрянул назад, и перед

Чайлд-Уиндом предстала его сестра Маргарет.

     Чайлд-Уинд закутал сестру в свой плащ и поспешил с нею в замок. Подошел

к угловой башне, поднялся в покои  королевы-колдуньи  и  дотронулся  до  нее

веточкой рябины. Не успел он это сделать, как колдунья съежилась, сморщилась

и превратилась в огромную, уродливую жабу с дико выпученными  глазами.  Жаба

заквакала, зашипела и запрыгала со ступеньки на ступеньку вниз по лестнице.

     С этого дня Чайлд-Уинд стал править королевством вместо своего отца,  и

все они зажили счастливо.

     А возле угловой башни замка Бамборо и  сейчас  еще  появляется  мерзкая

жаба. Это все она, злая королева-колдунья.

 

 

     Титти-мышка и Тэтти-мышка

 

 

     Титти-мышка и Тэтти-мышка вместе жили в домишке.

     Титти-мышка пошла по колосья, и Тэтти-мышка пошла по колосья.

     Вот они обе пошли по колосья.

     Титти-мышка сорвала колосок, и Тэтти-мышка сорвала колосок.

     Вот они обе сорвали по пшеничному колоску.

     Титти-мышка стала готовить пудинг, и Тэтти-мышка стала готовить пудинг.

     Вот они обе стали готовить пудинги.

     Тэтти положила свой пудинг в чугунок с кипятком, чтобы он  сварился,  и

Титти положила свой пудинг в чугунок, но чугунок опрокинулся и обварил Титти

насмерть.

     Тэтти села и горько заплакала. Тут спрашивает ее треногая табуретка:

     - О чем ты плачешь, Тэтти?

     - Ах! - отвечает Тэтти.- Титти умерла, вот я и плачу.

     - А я стану подпрыгивать, - сказала табуретка и запрыгала.

     Тут половая щетка спрашивает ее из своего угла:

     - Треножка, а треножка, что ты прыгаешь?

     - Титтн умерла, Тэтти плачет, вот я и подпрыгиваю.

     - А я стану мести, - сказала щетка и принялась подметать пол.

     - Постой, щетка! - позвала ее дверь. - Зачем ты метешь?

     - Ах!  -  ответила  щетка.-  Титти  умерла,  Тэтти   плачет,   треножка

подпрыгивает, вот я и мету.

     - А я буду скрипеть,- сказала дверь и заскрипела.

     - Послушай, дверь, чего ты скрипишь? - спросило окно.

     - Ах-ответила дверь.-Титти умерла, Тэтти плачет, треножка подпрыгивает,

щетка метет, вот я и скриплю.

     - А я буду дребезжать, - сказало окно и задребезжало.

     За окном  во  дворе  стояла  старая  скамья.  Услышала  она,  что  окно

задребезжало, и спрашивает:

     - Окно, окно, что ты дребезжишь?

     - Ах!  -  ответило  окно.  -  Титти  умерла,  Тэтти  плачет,   треножка

подпрыгивает, щетка метет, дверь скрипит. вот я и дребезжу.

     - А я буду скакать вокруг дома, - сказала скамья и поскакала.

     Надо вам сказать, что возле дома росла высокая орешина. Вот  орешина  и

спрашивает скамью:

     - Скамья, а скамья, что ты все скачешь вокруг дома?

     - Ах! -  ответила  скамья.  -  Титти  умерла,  Тэтти  плачет,  треножка

подпрыгивает, щетка метет, дверь скрипит, окно  дребезжит,  вот  я  и  скачу

вокруг дома.

     - А я сброшу свои листья,- сказала орешина  и  сбросила  свои  красивые

зеленые листья.

     На ветке ее сидела маленькая птичка. Увидела она, что все листья опали,

и спрашивает:

     - Скажи, орешина, зачем ты сбросила свои листья?

     - Ах! - ответила  орешина.  -  Титти  умерла,  Тэтти  плачет,  треножка

подпрыгивает, щетка метет, дверь скрипит, окно дребезжит, скамья скачет, вот

я и сбросила свои листья.

     - А я выщиплю все свои перья, - сказала  птичка  и  выщипала  все  свои

хорошенькие перышки.

     В это время по двору проходила  маленькая  девочка.  Она  несла  кувшин

молока на ужин своим братишкам и сестренкам. Увидела она бедную  пташку  всю

ощипанную, без единого перышка, и спрашивает:

     - Милая птичка, почему ты такая облезлая?

     - Ах! -  ответила  птичка.  -  Титти  умерла,  Тэтти  плачет,  треножка

подпрыгивает, щетка метет, дверь скрипит,  окно  дребезжит,  скамья  скачет,

орешина сбросила листья, вот я и выщипала себе все перышки.

     - А я разолью молоко, - сказала девочка и бросила  на  землю  кувшин  с

молоком.

     Рядом на самой верхушке приставной лестницы  стоял  старик:  стог  сена

тростником  прикрывал.  Увидел  старик  что  девочка   разлила   молоко,   и

спрашивает:

     - Девочка, зачем ты разлила молоко? Теперь твои  братишки  и  сестренки

лягут спать без ужина. И девочка ответила:

     - Титти умерла, Тэтти плачет, треножка подпрыгивает, щетка метет, дверь

скрипит, окно дребезжит, скамья скачет, орешина сбросила  листья,  а  птичка

выщипала себе все перышки, вот я и разлила молоко.

     - Ах, страсти-то какие! - сказал  старик.  -А  я  опрокину  лестницу  и

сверну себе шею.

     И он опрокинул лестницу и свернул  себе  шею.  Тут  высокая  орешина  с

треском повалилась на землю и придавила старую скамью и дом; а дом рухнул  и

окно вылетело; а дверь  выскочила  и  повалила  щетку;  а  щетка  опрокинула

табуретку, и бедная маленькая мышка Тэтти погибла под развалинами.

 

 

     Том-Тит-Тот

 

 

     Жила на свете женщина. Испекла она как-то пять паштетов, а когда вынула

их из духовки, корочка оказалась такой перепеченной, такой твердой,  что  не

разгрызешь ее. Вот она и говорит своей дочке:

     - Поставь-ка, доченька, паштеты вон на ту полку! Пусть полежат себе там

немножко, может еще подойдут.

     Она хотела сказать, что корочка у паштетов станет помягче.

     А девушка подумала: "Что ж, если еще подойдут, так эти я сейчас съем",-

и принялась уплетать паштеты за обе щеки. Все дочиста съела,  ни  одного  не

оставила.

     Вот пришло время ужинать, мать и говорит дочке:

     - Пойди-ка, принеси один паштет! Я думаю, они уже подошли.

     Девушка пошла на кухню, но не увидела там никаких  паштетов,  а  только

пустую посуду. Вернулась она назад и говорит:

     - Не подошли еще.

     - Ни один? - спрашивает мать.

     - Ни один, - отвечает дочка.

     - Ну, подошли ли, нет ли,- говорит мать,-  все  равно  один  съедим  за

ужином.

     - Как так съедим?-удивилась девушка.-Да ведь они еще не подошли!

     -Какие ни есть, все равно съедим,-говорит женщина.- Поди принеси  самый

лучший.

     - Ни лучших, ни худших нету,-  говорит  девушка.-  Какие  были,  я  все

съела. Значит, и взять их неоткуда, пока еще не подойдут.

     Ну, мать видит - делать нечего.  Придвинула  к  двери  прялку  и  стала

прясть. Сама прядет, сама подпевает:

     Наша дочка съела пять, целых пять паштетов за день.

     Наша дочка съела пять, целых пять паштетов за день.

     А в это время шел по улице король. Услыхал он,  что  она  поет,  да  не

разобрал, про кого. Остановился и спрашивает:

     - Про кого это ты поешь?

     Матери стыдно было признаться, что ее дочь натворила, и она стала  петь

так:

     Наша дочка пять мотков, целых пять спряла лишь за день.

     Наша дочка пять мотков, целых пять спряла лишь за день.

     - Бог мой!- воскликнул король.- Я отроду не слыхивал, чтобы  кто-нибудь

прял так быстро! - Потом он сказал женщине: - Послушай,  я  давно  ищу  себе

невесту, а сейчас решил жениться на твоей дочери.  Но  запомни:  одиннадцать

месяцев в году твоя дочь будет есть все кушанья, какие захочет, будет носить

все платья, какие выберет, будет веселиться, с кем  пожелает.  Но  последний

месяц в году она должна будет прясть по пяти мотков в день, а  не  то  я  ее

казню.

     - Хорошо,- согласилась мать; очень уж ей  захотелось  выдать  дочку  за

самого короля.

     "Ну, а насчет того, чтобы прясть по пяти мотков в день,-  решила  она,-

придет время, как-нибудь вывернемся; да скорей всего  он  и  вовсе  про  них

позабудет".

     Сыграли свадьбу. Одиннадцать месяцев молодая королева ела все  кушанья,

какие хотела, носила все платья, какие выбирала,  да  и  веселилась,  с  кем

желала.

     Когда же одиннадцатый месяц подходил к концу, она  стала  подумывать  о

том, что скоро придется ей прясть по пяти мотков  в  день.  "Помнит  или  не

помнит об этом король?"- гадала она.

     Но король об этом ни словом не обмолвился, и она решила, что он позабыл

о своей угрозе.

     Однако в самый последний день одиннадцатого месяца король отвел жену  в

какую-то комнату, которой она еще не видела. В комнате  было  совсем  пусто;

только прялка стояла да скамеечка.

     - Ну, милая,- сказал король,- завтра я запру тебя в этой комнате.  Тебе

оставят еду и льняную кудель, и если к вечеру ты не  спрядешь  пяти  мотков,

слетит твоя голова с плеч!

     И он ушел по своим делам.

     Бедняжка перепугалась - ведь она всю жизнь была с ленцой,  а  прясть  и

вовсе не умела. "Что со мной будет завтра?-  думала  она.-  Помощи-то  ждать

неоткуда!" Села она на скамеечку и, ах, как горько заплакала!

     Вдруг слышит - кто-то тихонько стучится. Она встала  и  быстро  открыла

дверь. И что же она увидела? Крошечного черного бесенка с  длинным  хвостом.

Он взглянул на нее с любопытством и спросил:

     - О чем ты плачешь?

     - А тебе что?

     - Да так просто. А все-таки скажи, о чем ты плачешь?

     - Если и скажу, лучше мне не станет.

     - Кто знает! - проговорил бесенок и вильнул хвостиком.

     - Что ж, - вздохнула королева, -  хоть  лучше  мне  и  не  станет,  но,

пожалуй, и хуже не будет.

     Взяла да и рассказала ему и про паштеты и про мотки - словом, про все.

     - Вот что я для тебя сделаю,-сказал черный бесенок.  -  Каждое  утро  я

буду подходить к твоему окну и забирать  всю  кудель,  а  вечером  приносить

мотки пряжи.

     - А сколько ты за это возьмешь? - спросила королева.

     Бесенок покосился на нее и ответил:

     - Каждый вечер я до трех раз буду спрашивать тебя, как меня зовут. Если

к концу месяца не угадаешь, будешь моей!

     Королева подумала, что за целый-то месяц она уж, конечно, отгадает  его

имя, и ответила:

     - Хорошо, я согласна.

     - Вот и ладно! - обрадовался бесенок и быстро завертел хвостиком.

     На другое утро король отвел жену в комнату, куда уже  принесли  льняную

кудель и еду на один день, и сказал:

     - Вот тебе кудель, милая, и если к вечеру ты ее не спрядешь, не сносить

тебе головы!

     Вышел из комнаты и запер дверь на замок.

     Только он ушел, послышался стук в окно.

     Королева вскочила и распахнула его. Видит-сидит  на  карнизе  маленький

черный бесенок!

     - Где кудель? - спросил он.

     - Вот,  -  ответила  королева  и  подала  ему  кудель.  Вечером   опять

послышался стук. Королева вскочила

     и распахнула окно. На этот раз  черный  бесенок  держал  в  руках  пять

мотков льняной пряжи.

     - Бери! - сказал бесенок и протянул ей мотки. - Ну, а теперь скажи, как

меня зовут?

     - Наверное, Билл? - молвила королева.

     - Нет, не угадала, - ответил черный бесенок и вильнул хвостиком.

     - Ну так Нед?

     - Опять не угадала, - сказал бесенок и завертел хвостиком.

     - Может быть, Марк?

     - Нет,  нет,  не  угадала,  -  сказал  бесенок,  еще  быстрей  завертел

хвостиком и вдруг пропал.

     Вечером пришел в комнату король. Видит-лежат пять мотков льняной пряжи.

     - Ну, значит, нынче не надо мне тебя казнить, милая! - сказал он.  -  А

завтра утром тебе опять принесут еду и кудель. - И он ушел.

     Так изо дня в день ей приносили льняную кудель и еду, а утром и вечером

появлялся черный бесенок. И весь день королева думала да  гадала,  какое  же

имя ей назвать вечером? Но ни разу не угадала. И чем ближе к концу  подходил

месяц, тем злорадней смотрел на  нее  черный  бесенок,  тем  быстрей  вертел

хвостиком после каждого ее неверного ответа.

     И вот настал предпоследний день. Бесенок, как всегда,  пришел  с  пятью

мотками и спросил:

     - Ну, как, угадала, наконец, мое имя?

     - Никодим? - молвила королева.

     - Нет.

     - Самуил?

     - Нет.

     - Ну, так, может, Мафусаил?

     - Нет, нет и нет! - крикнул  бесенок,  и  глазки  его  загорелись,  как

угольки в очаге. - Так слушай! Остался еще один день! Не угадаешь  -  завтра

вечером будешь моей!

     И пропал.

     Страшно стало королеве. Но тут она услышала, что идет король. Он  вошел

в комнату, увидел пять мотков и сказал:

     - Ну, милая, я думаю, ты завтра к вечеру опять напрядешь  пять  мотков,

так что мне не надо будет тебя казнить. Поэтому давай поужинаем вместе.

     Принесли ужин и вторую скамеечку для короля, и муж с женой принялись за

еду. Но не успел король проглотить и двух кусков, как вдруг перестал есть  и

расхохотался.

     - Что с тобой? - спросила жена.

     - Ты только послушай! - ответил он. - Отправился я нынче на охоту в лес

и заехал в какое-то незнакомое место. Там была заброшенная  меловая  яма.  И

вот почудилось мне, будто в ней что-то жужжит. Я соскочил с лошади,  подошел

к яме и заглянул вниз. И кого же я там увидел? Крошечного  черного  бесенка,

смешного-пресмешного! Как ты думаешь, что он делал? Прял на крошечной прялке

быстро-пребыстро! Прядет, хвостиком вертит и напевает:

     Нимми-Нимми-Нот,

     А я-Том-Тит-Тот!

     Как услышала это королева, чуть не подскочила  от  радости!  Однако  ни

слова не сказала.

     Наутро, когда черный бесенок опять пришел за куделью, он поглядывал  на

нее еще злораднее.

     Под вечер королева, как всегда, услышала его стук в окно.  Вот  открыла

она окно и видит: сидит бесенок на карнизе и ухмыляется, - рот  до  ушей.  А

хвостик-то, хвостик так и вертится, так и вертится, быстро-пребыстро!

     - Ну, как же меня зовут? - спросил бесенок и отдал  королеве  последние

мотки.

     - Соломон? - молвила она, притворившись, будто ей страшно.

     - Нет, не угадала! - ответил он и шагнул к ней.

     - Ну, тогда Зеведей?

     - Не угадала! -  сказал  он,  расхохотавшись,  и  так  быстро  завертел

хвостиком, что чудилось, будто что-то черное мелькает,  а  что  -  разобрать

невозможно.

     - Подумай хорошенько! Ошибешься - и ты моя! И он протянул  к  ней  свои

черные лапки. Королева, глядя ему в  лицо,  отступила  на  шаг,  другой,  со

смехом показала на него пальцем и наконец промолвила:

     Нимми-Нимми-Нот.

     А ты - Том-Тит-Тот!

     Как услышал это бесенок, взвизгнул и пропал во тьме за окном. С тех пор

его и след простыл.

 

 

     Три желания

 

 

     Когда-то давно,  и  даже  давным-давно,  жил  в  дремучем  лесу  бедный

дровосек. Каждый божий день он ходил в лес валить деревья.  Вот  как-то  раз

собрался он в лес, и жена набила ему котомку едой, а  через  плечо  повесила

полную бутыль, чтобы он перекусил и выпил в лесу.

     В этот день дровосек собирался свалить могучий старый дуб.

     "Немало крепких досок получится",-думал он.

     Вот подошел он к старому дубу, вытащил топор да так замахнулся,  словно

хотел повалить дерево одним ударом. Но ударить он не успел: вдруг послышался

жалобный голосок и появилась фея. Она стала просить и умолять  дровосека  не

рубить старого дуба. Подивился дровосек, даже рта не смог открыть, чтоб хоть

словечко вымолвить. Наконец очнулся и говорит:

     - Что ж, не буду рубить, коли просишь.

     - Так-то оно и для тебя лучше будет,- сказала фея.- А  я  тебя  за  это

отблагодарю, три любые твои желания исполню.

     Тут фея исчезла, а дровосек отправился домой с котомкой за плечами и  с

бутылью на боку.

     До дому было далеко, и бедняга всю дорогу вспоминал о том,  что  с  ним

приключилось, - все дивился, никак опомниться не мог. Когда же он,  наконец,

пришел домой, на уме у него было только одно: посидеть да отдохнуть. Кто его

знает - может, это опять фея голову ему заморочила. Так ли, этак ли,  уселся

он у огня и только уселся, как стал его голод терзать: а до ужина  было  еще

далеко.

     - Ну как, ужинать скоро будем, старуха? - спросил он жену.

     - Часа через два,- ответила она.

     - Эх! - вздохнул дровосек,- вот бы мне сейчас кольцо кровяной  колбасы,

да потолще!

     И не успел он это вымолвить, как вдруг - хлоп! - в  камин  упало  целое

кольцо кровяной колбасы, да такой, что пальчики оближешь.

     Подивился дровосек, а жена его втрое больше удивилась.

     - Это что такое? - говорит.

     Тут дровосек вспомнил все, что с ним приключилось утром, и рассказал об

этом жене, с начала и до конца. Но пока он рассказывал, жена  все  хмурилась

да супилась, а как дошел он до конца, так и взорвалась:

     - Ах ты, дурак этакий! Дурак набитый! Чтоб твоя кровяная колбаса к носу

твоему приросла!

     И не успели они глазом моргнуть,  как  кровяная  колбаса  выскочила  из

камина и приросла к носу дровосека.

     Дровосек  дернул  за  колбасу,  не  отрывается;   жена   дернула,-   не

отрывается: дергали-дергали оба, чуть бедняге нос не  выдернули,  а  колбаса

все не отрывается - приросла крепко-накрепко.

     - Что же теперь делать? - спрашивает дровосек.

     - Да ничего! - отвечает жена, глядя на него со  злобой.  -  Не  так  уж

безобразно!

     И тут дровосек смекнул, что у него ведь осталось всего одно  желание  -

третье, и последнее. И он тут же пожелал, чтобы кровяная  колбаса  отскочила

от его носа.

     Хлоп! и колбаса плюхнулась на  блюдо,  что  стояло  на  столе.  И  если

дровосеку с женой так и не довелось кататься в золотой карете да одеваться в

шелк и бархат, что ж, зато на  ужин  им  досталась  такая  вкусная  кровяная

колбаса, что пальчики оближешь.

 

 

     Три головы в колодце

 

 

     Задолго до  времен  короля  Артура  и  рыцарей  Круглого  стола  правил

Восточной Англией король, который жил вместе со своим двором в Колчестере.

     Когда он был в самом расцвете своей славы, умерла его жена -  королева.

Она оставила ему единственную дочку, лет пятнадцати от роду, такую  красивую

и добрую, что все ей дивились.  Но  вот  король  прослышал  об  одной  очень

богатой леди - вдове с единственной дочерью - и решил на ней жениться,  хотя

леди эта была уродливая, горбатая старуха с крючковатым носом. Да и дочка ее

оказалась желтолицей дурнушкой, злой и завистливой  -  словом,  из  того  же

теста, что и мать.

     Но все равно через несколько недель король в сопровождении  всей  знати

привез свою уродливую невесту во дворец, где их и обвенчали.

     И не успела новая  королева  поселиться  во  дворце,  как  восстановила

короля  против  его  красавицы  дочери  своими  лживыми  наветами.   Молодая

принцесса увидела, что отец разлюбил ее, и не захотела больше оставаться при

дворе. Как-то раз встретила она отца в саду и со слезами на глазах  упросила

его отпустить ее - сказала, что хочет счастья искать.

     Король согласился и приказал жене дать принцессе в дорогу все, что  она

пожелает. Принцесса пошла к королеве, и та дала ей ломоть  черного  хлеба  и

кусок черствого сыра в холщовом мешке  да  бутылку  пива.  Жалкое  это  было

приданое для королевской дочери,  но  принцесса  взяла  все,  что  ей  дали,

поблагодарила и отправилась в путь.

     Она шла через рощи, леса и долины  и,  наконец,  увидела  старика,  что

сидел на камне у входа в пещеру. Старик сказал ей:

     - Добрый день, красавица! Куда так спешишь?

     - Иду счастья искать, отец мой, - ответила принцесса.

     - А что у тебя в мешке и в бутылке?

     - В мешке у меня хлеб и сыр, а в бутылке  вкусное  некрепкое  вино.  Не

хочешь ли отведать?

     - С превеликим удовольствием! - ответил старик.  Девушка  выложила  всю

еду и пригласила старика откушать. Старик  позавтракал,  поблагодарил  ее  и

сказал:

     - Тебе встретится густая изгородь из  колючего  кустарника.  Через  нее

трудно пробраться. Но ты возьми в руки вот этот прутик, трижды взмахни им  и

скажи: "Изгородь, изгородь, дай мне пройти", и она  тотчас  расступится.  Ты

пойдешь дальше и увидишь колодец. Сядь на его край. Тут наверх всплывут  три

золотые головы и заговорят с  тобой,  а  ты  сделай  все,  о  чем  они  тебя

попросят.

     Принцесса пообещала, что так и сделает, и распрощалась со стариком. Вот

подошла  она  к  изгороди,  трижды  взмахнула  прутиком,  и  живая  изгородь

расступилась и пропустила ее. Потом  принцесса  подошла  к  колодцу,  но  не

успела она присесть на его край, как всплыла золотая голова и запела:

     Умой меня, причеши меня

     Да на берег положи меня,

     Чтоб я обсохла на диво,

     И тому, кто проходит мимо,

     Чтоб я показалась красивой.

     - Хорошо, - ответила принцесса.

     Взяла голову к себе на колени, расчесала ей волосы серебряным  гребнем,

потом положила ее на желтый песок.

     Тут всплыла вторая голова, а за ней третья, и обе они попросили  о  том

же, что и первая. Принцесса выполнила все их  просьбы,  потом  достала  свои

припасы и принялась за еду.

     А головы тем временем совещались:

     - Чем одарить нам эту девушку за ее доброту? И первая голова сказала:

     - Я сделаю ее такой красавицей, что  ее  полюбит  самый  могущественный

принц на земле.

     Вторая сказала:

     - А я одарю ее таким нежным голосом,  с  каким  не  сравнится  и  пение

соловья. А третья сказала:

     - Мой дар будет не хуже. Она дочь короля,  и  я  сделаю  так,  что  она

станет женой величайшего из властителей мира. Вот как я ее осчастливлю.

     Наконец, принцесса опустила головы обратно в колодец  и  пошла  дальше.

Вскоре она встретила молодого короля, что охотился в парке со своей  свитой.

Принцесса хотела было спрятаться, но король  заметил  ее,  подошел  и  когда

увидел, как она прекрасна, и услышал ее нежный голос страстно влюбился в нее

и тут же упросил ее стать его женой.

     Жених узнал, что она дочь  колчестерского  короля,  и  как  только  они

поженились,  решил  съездить  к  тестю.  Молодые   приехали   в   колеснице,

разукрашенной золотом и самоцветами.

     Подивился старый король, когда узнал, как повезло его дочке, а  молодой

король рассказал ему обо всем, что с ней приключилось. Весь  двор  радовался

счастью принцессы, только злая  королева  и  ее  колченогая  дочка  чуть  не

лопнули со злости.

     Пиры, веселье и танцы  длились  много  дней.  Наконец,  молодые  уехали

домой, захватив с собой приданое, которое отец дал своей родной дочери.

     Тут безобразной принцессе взбрело на ум,  что  раз  уж  ее  сестре  так

посчастливилось, когда она пошла по свету счастья искать, значит и  ей  тоже

повезет. Вот объявила она матери, что пойдет счастья  своего  искать,  и  ее

собрали в дальний путь. Сшили  ей  богатые  наряды,  надавали  на  дорогу  и

сахару, и миндаля, и сластей; а еще прихватила она с собой громадную  бутыль

малаги и пошла со своими припасами по той же дороге, что и ее сестра.

     Подошла она к пещере, и старик спросил ее:

     - Куда спешишь, девушка?

     - Тебе какое дело? - ответила она.

     - Ну, а что у тебя в мешке и в бутыли? - спросил он.

     - Кое-что есть, да не про вашу честь, - ответила она.

     - А ты не дашь мне немножко,- попросил старик.

     - Ни кусочка, ни глоточка, чтоб тебе подавиться!  Старик  нахмурился  и

сказал:

     - Ждет тебя горькая доля.

     А принцесса побрела дальше и вскоре подошла к живой изгороди.  Заметила

в изгороди просвет и решила что проберется на ту сторону. Да не тут-то было:

кусты сомкнулись, и колючки впились в тело путницы. Еле пробралась она через

чащу. Колючки искололи ее до крови,  и  она  принялась  искать  воды,  чтобы

умыться. Огляделась, видит - колодец.  Только  села  на  край  колодца,  как

всплыла наверх золотая голова и стала просить:

     Умой меня, причеши меня

     Да на берег положи меня..

     Но не успела  умолкнуть,  как  злая  принцесса  ударила  ее  бутылью  и

сказала:

     - Вот тебе вместо умыванья!

     Тут всплыла вторая голова, а за ней и третья, но принцесса встретила их

не лучше. И тогда головы стали держать совет,  какими  несчастьями  наказать

злую принцессу.

     Первая голова сказала:

     - Пусть лицо ее поразит проказа! Вторая сказала:

     - Пусть голос ее станет таким же скрипучим, как у коростеля!

     Третья сказала:

     - Пусть она выйдет замуж за бедного деревенского сапожника!

     Так-то вот.

     А принцесса пошла дальше и пришла наконец в какой-то городок. День  был

базарный, и на улицах толпилось много народу. Но  как  только  люди  увидели

безобразное лицо принцессы и услышали ее скрипучий голос,  все  разбежались;

только бедный деревенский сапожник остался.

     Незадолго  перед  тем  пришлось  ему  чинить   обувь   одному   старому

отшельнику. А у того денег не было, вот он  и  дал  сапожнику  вместо  платы

баночку с мазью от проказы и  склянку  с  настойкой  от  скрипучего  голоса.

Сапожник пожалел девушку, подошел к ней и спросил, кто она такая

     - Я падчерица колчестерского короля, - ответила принцесса.

     - Ах, вот как, - сказал сапожник. - Ну, а если я тебя вылечу  -  сделаю

так, чтоб и лицо твое и голос стали прежними, - ты за это  возьмешь  меня  в

мужья?

     - Конечно! - ответила она. - С радостью.

     И сапожник в несколько  недель  вылечил  принцессу  своими  снадобьями.

Потом они обвенчались и поехали в колчестерский замок.

     Как узнала королева, что  дочь  ее  вышла  замуж  за  какого-то  нищего

сапожника, до того разозлилась, что повесилась со злости.  А  старый  король

обрадовался, что  так  быстро  избавился  от  нее,  и  на  радостях  подарил

сапожнику сто фунтов, с тем, правда, чтобы супруги тут же покинули его  двор

и уехали куда-нибудь подальше, в глушь.

     Так они и жили много лет: сапожник чинил  сапоги,  а  жена  сучила  ему

нитки.

 

 

     Три медведя

 

 

     Жили-были три медведя. Жили они все вместе в лесу, в своем  собственном

доме. Один из них  был  маленький-малюсенький  крошка-медвежонок,  другой  -

средний медведь, а третий - большой-здоровенный  медведище.  У  каждого  был

свой горшок для овсяной каши:  у  маленького-малюсенького  крошки-медвежонка

маленький   горшочек,    у    среднего    медведя    средний    горшок,    у

большого-здоровенного медведища большущий горшочище. Каждый медведь сидел  в

своем кресле: маленький-малюсенький крошка-медвежонок в маленьком  креслице,

средний  медведь  в  среднем  кресле,  а  большой-здоровенный  медведище   в

большущем   креслище.   И   спали   они    каждый    на    своей    кровати:

маленький-малюсенький  крошка-медвежонок  на  маленькой  кроватке,   средний

медведь на  средней  кровати,  большой-здоровенный  медведище  на  большущей

кроватище.

     Как-то раз сварили себе медведи на завтрак овсяную кашу, выложили ее  в

горшки, а сами пошли погулять по лесу: каше-то ведь простыть надо  было;  не

то стали бы они ее есть горячую, она бы им весь рот обожгла.

     А пока они гуляли по лесу, к  дому  подошла  маленькая  старушонка.  Не

очень-то она была хорошая, эта старушонка: сначала она заглянула  в  окошко,

потом - в замочную скважину: увидела, что  в  доме  никого  нет,  и  подняла

щеколду. Дверь была не заперта. Да медведи ее никогда не запирали - они были

добрые медведи: сами никого не обижали и себе не ждали обиды.

     Вот  маленькая  старушонка  открыла  дверь  и  вошла.  И  как  же   она

обрадовалась, когда увидела на столе кашу!  Будь  она  хорошей  старушонкой,

она, конечно, дождалась бы медведей, а те наверное угостили бы ее завтраком.

Ведь они были хорошие медведи, грубоватые правда, как и  все  медведи,  зато

добродушные и гостеприимные. Но старушка была нехорошая, бессовестная и  без

спроса принялась за еду.

     Сперва  она  попробовала  каши  из  горшочища   большого   здоровенного

медведища, но каша показалась ей  слишком  горячей,  и  старушонка  сказала:

"Дрянь!" Потом отведала  каши  из  горшка  среднего  медведя,  но  его  каша

показалась ей совсем остывшей, и старушонка опять  сказала:  "Дрянь!"  Тогда

принялась она за кашу маленького-малюсенького  крошки-медвежонка.  Эта  каша

оказалась не горячей,  не  холодной,  а  в  самый  раз,  и  так  понравилась

маленькой старушонке, что она принялась уплетать ее за обе щеки  и  очистила

весь горшочек до донышка. Однако oпротивная старушонка и эту  кашу  обозвала

скверным словом: очень уж мал был горшочек, не хватило старушонке каши.

     Потом старушонка села в креслище  большого-здоровенного  медведища,  но

оно показалось ей чересчур жестким. Она пересела в кресло среднего  медведя,

но  оно  показалось  ей  чересчур  мягким.  Наконец  плюхнулась  в  креслице

маленького-малюсенького крошки-медвежонка, и оно показалось ей  не  жестким,

не мягким, а в самый раз. Вот уселась она в это креслице -  сидела,  сидела,

пока не продавила сиденья и - шлеп! -  прямо  на  пол.  Поднялась  противная

старушонка и обозвала креслице бранным словом.

     Тогда старушонка побежала наверх в спальню, где спали все три  медведя.

Сперва  легла  она  на  кроватищу  большого-здоровенного  медведища,  но  та

показалась ей слишком высокой в головах. Потом  легла  на  кровать  среднего

медведя, но эта показалась ей слишком высокой  в  ногах.  Наконец  легла  на

кроватку маленького-малюсенького крошки-медвежонка, и кроватка оказалась  не

слишком высокой ни в головах, ни в ногах, а -  в  самый  раз.  Вот  укрылась

старушонка потеплее и заснула крепким сном.

     А к тому времени медведи решили, что каша  уже  поостыла,  и  вернулись

домой завтракать. Глянул большой-здоровенный медведище  на  свой  горшочище,

видит, в каше

     ложка: там ее старушонка оставила. И взревел  медведище  своим  громким

грубым страшным голосом:

 

     КТО-ТО МОЮ КАШУ ЕЛ!

 

     Средний медведь тоже глянул на свой горшок, видит, и в его каше ложка.

     Ложки-то у медведей были деревянные, - а будь они серебряные, противная

старушонка наверняка бы их прикарманила.

     И сказал средний медведь своим не громким, не тихим, а средним голосом:

 

     КТО-ТО МОЮ КАШУ ЕЛ!

 

     И маленький-малюсенький  крошка-медвежонок  глянул  на  свой  горшочек,

видит  -  в  горшочке  ложка,  а  каши  и  след  простыл.  И   пропищал   он

тоненьким-тонюсеньким тихим голоском:

     Кто-то мою кашу ел и всю ее съел!

     Тут медведи догадались, что кто-то забрался к ним в дом и съел всю кашу

маленького-малюсенького крошки-медвежонка. И принялись искать вора  по  всем

углам. Вот большой-здоровенный медведище заметил, что твердая подушка  криво

лежит в его креслище - ее старушонка сдвинула, когда  вскочила  с  места.  И

взревел  большой-здоровенный  медведище  своим  громким,   грубым   страшным

голосом:

 

     КТО-ТО В МОЕМ КРЕСЛИЩЕ СИДЕЛ!

 

     Мягкую подушку среднего медведя старушонка примяла. И  средний  медведь

сказал своим не громким, не тихим, а средним голосом:

 

     КТО-ТО В МОЕМ КРЕСЛЕ СИДЕЛ!

 

     А что сделала  старушонка  с  креслицем,  вы  уже  знаете.  И  пропищал

маленький-малюсенький крошка-медвежонок  своим  тоненьким-тонюсеньким  тихим

голоском:

     Кто-то в моем креслице сидел и сиденье продавил!

     Надо искать дальше, решили медведи и поднялись наверх в спальню. Увидел

большой-здоровенный медведище, что подушка его не на месте -  ее  старушонка

сдви-

     нула, - и взревел своим громким, грубым страшным голосом:

 

     КТО-ТО НА МОЕЙ КРОВАТИЩЕ СПАЛ!

 

     Увидел средний медведь, что валик его не на месте -это  старушонка  его

передвинула,- и сказал своим не громким, не тихим, а средним голосом:

 

     КТО-ТО НА МОЕЙ КРОВАТИ СПАЛ!

 

     А маленький-малюсенький крошка-медвежонок  подошел  к  своей  кроватке,

видит: валик на месте, подушка тоже на месте, а на  подушке  -  безобразная,

чумазая голова маленькой старушонки, и она-то уж никак не на месте:  незачем

было противной старушонке забираться к медведям!

     И    пропищал     маленький-малюсенький     крошка-медвежонок     своим

тоненьким-тонюсеньким тихим голоском:

     Кто-то на моей кроватке спал и сейчас спит!

     Маленькая старушонка слышала сквозь сон громкий, грубый страшный  голос

большого-здоровенного медведища, но спала так  крепко,  что  ей  почудилось,

будто это ветер шумит или гром гремит. Слышала она и не громкий, не тихий, а

средний голос среднего медведя, но ей почудилось, будто это  кто-то  во  сне

бормочет.  А  как   услышала   она   тоненький-тонюсенький   тихий   голосок

маленького-малюсенького  крошки-медвежонка,  до  того   звонкий,   до   того

пронзительный,- сразу проснулась. Открыла  глаза,  видит  -  стоят  у  самой

кровати три медведя. Она вскочила и бросилась к окну.

     Окно было как раз открыто,- ведь наши три медведя, как и  все  хорошие,

чистоплотные медведи, всегда проветривали спальню по  утрам.  Ну,  маленькая

старушонка и выпрыгнула вон; а уж свернула ли она себе шею, или  заблудилась

в лесу, или же  выбралась  из  леса,  но  ее  забрал  констебль  и  отвел  в

исправительный дом за бродяжничество,- этого я не могу вам  сказать.  Только

все три медведя никогда больше ее не видели.

 

     Три умные головы

 

 

     Жили когда-то на свете фермер с женой, и была у  них  одна-единственная

дочь. За ней ухаживал некий джентльмен. Каждый вечер он  приходил  к  ним  в

гости и оставался ужинать, а дочку посылали в погреб за  пивом.  Вот  как-то

раз спустилась она в погреб и принялась цедить пиво в кувшин, а сама  возьми

да и взгляни на потолок. И что же она увидела - в балку  топор  воткнут.  Он

там, наверное, давным-давно торчал, да она его раньше почему-то не замечала.

И вот принялась она думать да раздумывать:

     "Не к добру здесь топор торчит! Вот поженимся мы, и будет у нас  сынок,

и вырастет он большой, и спустится в погреб за пивом, как я сейчас, а  топор

вдруг свалится ему на голову и убьет его. Горе-то какое будет!"

     Поставила девушка на пол свечу и кувшин, села  на  скамью  и  принялась

плакать.

     А наверху уже думают: что случилось, почему она так долго  цедит  пиво?

Вот мать спустилась в погреб, поглядеть, что с дочкой сталось; видит - сидит

дочка на скамье и плачет, а пиво уж потекло по полу.

     - О чем ты? - спрашивает мать.

     - Ах матушка! - говорит дочка.  -  Только  посмотри  на  этот  страшный

топор! Вот поженимся мы, и будет у  нас  сынок,  и  вырастет  он  большой  и

спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на  голову  и  убьет

его. Горе-то какое будет!

     -Ах господи, и правда, горе великое! -говорит  мать;  уселась  рядом  с

дочкой и тоже в слезы ударилась.

     Немного  погодя  и  отец  встревожился;  чего  это,  думает,   они   не

возвращаются? Отправился  в  погреб  посмотреть,  куда  его  жена  с  дочкой

девались, спустился и видит - сидят обе и плачут в три ручья, а пиво по полу

течет.

     - С чего это вы? - спрашивает.

     - Да ты только посмотри на этот страшный топор, - говорит  мать.  -  Ну

как наша дочка выйдет замуж, и родится у нее сынок, и вырастет он большой  и

спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на  голову  и  убьет

его. Вот горе-то будет!

     - Боже ты мой! И правда, горе, - говорит отец; уселся рядом с женщинами

и тоже слезами залился.

     Но вот и джентльмену надоело сидеть одному в кухне, и он тоже спустился

в  погреб  посмотреть,  что  случилось.  Видит:  сидят  все  трое  рядышком,

плачут-разливаются, а пиво  из  крана  течет,  по  всему  полу  растекается.

Бросился он к крану, закрыл его и спрашивает:

     - Что случилось? Почему вы тут  сидите  все  трое  и  плачете?  Или  не

видите, - пиво у вас по всему полу растеклось?

     - Ох!-говорит отец. -Да вы только посмотрите на  этот  страшный  топор!

Что, если вы с нашей дочкой поженитесь, и будет у вас сынок, и  вырастет  он

большой, и спустится в погреб за пивом, а топор вдруг свалится ему на голову

и убьет его!

     И все трое принялись плакать пуще прежнего. А джентльмен  расхохотался,

подошел, выдернул топор и говорит:

     - Немало я ездил по свету, но таких умных голов ни  разу  не  встречал!

Теперь я опять отправлюсь путешествовать, и если встречу трех таких, что еще

глупее вас, вернусь и женюсь на вашей дочери.

     И он пожелал им всего хорошего и отправился бродить  по  свету,  а  все

трое заплакали еще горше - ведь дочка-то жениха потеряла.

     Ну, тронулся он в путь и бродил долго. Вот как-то раз подходит к одному

домику и видит: приставлена к стене лестница, а  хозяйка  заставляет  корову

лезть по ней на крышу - крыша-то вся травой заросла, вот хозяйка и  надумала

там корову свою пасти. А бедная скотина упирается, не хочет на крышу лезть.

     - Ты что делаешь? - спрашивает джентльмен хозяйку.

     Она ему отвечает:

     - Глядите, какая на крыше трава-то густая! Вот и  гоню  туда  корову  -

пускай пасется. А упасть она не упадет - я ей петлю на шею накину, веревку в

трубу спущу да конец себе на руку намотаю. Будет корова с крыши валиться,  я

сразу почувствую.

     -Дура ты, дура!-сказал джентльмен.-Да ты скосила бы траву и  бросила  б

ее корове!

     Но хозяйка думала, что легче корову  наверх  загнать,  чем  траву  вниз

сбросить. Чего она только не делала  -  и  толкала  корову,  и  уговаривала;

наконец втащила-таки ее на крышу. Накинула ей на шею петлю, спустила веревку

в трубу, а конец ее на руку себе намотала.

     Джентльмен поглядел-поглядел, да и пошел своей дорогой. Но не успел  он

отойти, как оглянулся и видит -  корова  с  крыши  свалилась  и  повисла  на

веревке, а хозяйку в трубу втянула. Корова в петле задохнулась, а хозяйка  в

трубе застряла и вся в саже вымазалась.

     Выходит, одну дуру набитую он уже встретил!

     Пошел он дальше  и  все  шел  и  шел,  пока  не  дошел  до  придорожной

гостиницы, где и надумал переночевать. Но в гостинице было  полным-полно,  и

ему дали  комнату  на  двоих.  На  вторую  кровать  лег  другой  путник:  он

был -славный малый, и они быстро подружились. А утром стали они одеваться, и

вот джентльмен видит: подошел его сосед к комоду,  повесил  на  ручки  ящика

свои штаны, а сам как разбежится и - прыг! - да  мимо,  не  попал  ногами  в

штаны. Опять  разбежался,  опять  мимо  прыгнул.  И  так  раз  за  разом.  А

джентльмен глядит на него, дивится и гадает:

     что это он затеял? Наконец, парень  остановился  и  стал  лицо  платком

вытирать.

     - О господи! - говорит. - Беда мне с этими  штанами-до  чего  неудобная

одежда! Ума не приложу, и кто их только  выдумал!  Каждое  утро  добрый  час

проходит, пока в них попадешь. Прямо  упарился!  Ну,  а  как  вы  со  своими

управляетесь?

     Джентльмен покатился со смеху. Посмеялся вволю,  потом  показал  парню,

как надо штаны надевать. Тот долго благодарил  его  и  уверял,  что  сам  он

никогда бы до этого не додумался.

     Тоже был дурак набитый!

     А джентльмен снова отправился в путь. Подошел к деревне, а за  деревней

был пруд, и у пруда собралась толпа народу. Все шарили в воде,- кто метлами,

кто граблями, а кто вилами. Джентльмен спросил: что случилось?

     - Ужасное несчастье! - ответили ему.- Луна  в  пруд  упала!  Ловим  ее,

ловим - никак не выловим!

     Рассмеялся джентльмен и посоветовал дуракам искать луну не в  пруду,  а

на небе - в воде-то ведь только ее  отражение.  Но  они  и  слушать  его  не

захотели: так обругали, что он поспешил убраться подобру-поздорову.

     Вот он и узнал, что на свете дураков немало и многие  еще  глупее,  чем

его невеста и  ее  родители.  И  джентльмен  вернулся  домой  и  женился  на

фермерской дочке.

     И если они после этого не зажили счастливо, то кто-кто, а уж мы с  вами

тут ни при чем.

 

 

     Тростниковая шапка

 

 

     Ну, слушайте! Жил когда-то один богач, и было у него  три  дочери.  Вот

задумал он как-то узнать, крепко ли они его любят. И спрашивает  он  старшую

дочь:

     - Как ты меня любишь, дорогая?

     - Ах,- отвечает она,- я люблю тебя, как жизнь!

     - Это хорошо, - говорит он. Вот спрашивает он среднюю:

     - А ты как меня любишь, дорогая?

     - Ах, - отвечает она, - больше всего на свете!

     - Очень хорошо, - говорит он. Наконец спрашивает младшую:

     - А как же ты меня любишь, моя дорогая?

     - Я люблю тебя, как свежее мясо любит соль,- отвечает она.

     Ну и рассердился же отец!

     - Значит, ты меня вовсе не любишь, - говорит. - А раз  так,  -  вон  из

моего дома!

     И он тут же выгнал ее вон и захлопнул за нею дверь. Так-то  вот.  Пошла

она куда глаза глядят и все шла и шла, пока не подошла к болоту. Там нарвала

она тростника и сплела себе из него накидку с капюшоном. Закуталась в нее  с

головы до ног, чтобы скрыть свое  нарядное  платье,  и  отправилась  дальше.

Долго ли, коротко ли - дошла она, наконец, до одного богатого дома.

     - Не нужна вам служанка? - спрашивает.

     - Нет, не нужна, - отвечают.

     - Мне больше некуда идти, - говорит она. -  Жалованья  я  не  прошу,  а

делать буду что прикажут.

     - Что ж, - отвечают ей, - если хочешь мыть горшки и  чистить  кастрюли,

оставайся!

     И она осталась, и мыла горшки, и чистила кастрюли, и делала всю грязную

работу.  А  так  как  она  никому  не  открыла  своего  имени,  ее  прозвали

"Тростниковой Шапкой".

     Вот как-то раз по соседству давали  большой  бал,  и  слугам  разрешили

пойти посмотреть на знатных господ. А Тростниковая Шапка сказала, что из сил

выбилась и никуда не пойдет, и осталась дома.

     Но как только все ушли, она сбросила свою тростниковую накидку, умылась

и отправилась на бал; и уж поверьте мне, нарядней ее на балу никого не было.

     И надо же было так случиться, что сын ее хозяев тоже  приехал  на  этот

бал. Он с первого  взгляда  влюбился  в  Тростниковую  Шапку  и  весь  вечер

танцевал только с ней. Но Тростниковая Шапка  не  дождалась,  пока  кончится

бал, и потихоньку убежала домой. Когда остальные служанки вернулись, она уже

лежала в своей тростниковой накидке и притворялась спящей.

     Наутро служанки и говорят ей:

     - Ой, Тростниковая Шапка, кого мы вчера видели на балу!

     - Кого? - спрашивает она.

     - Была там одна леди - раскрасавица! А уж как  разодета-разряжена!  Наш

молодой хозяин прямо глаз с нее не сводил.

     - Вот бы мне взглянуть на нее! - говорит Тростниковая Шапка.

     - За чем же дело стало? Нынче вечером опять  будет  бал,  она  наверное

приедет.

     Когда же настал вечер. Тростниковая Шапка опять  сказала,  что  из  сил

выбилась и никуда не пойдет. Но не успели слуги уйти, как она сбросила  свою

тростниковую накидку, умылась и поспешила на бал.

     А молодой хозяин уже дожидался ее. Весь вечер он танцевал только с  ней

и глаз с нее не сводил. Но она опять не  дождалась,  пока  бал  кончится,  и

потихоньку ускользнула домой. И когда остальные служанки вернулись, она  уже

лежала в своей тростниковой накидке и притворялась спящей.

     На другой день служанки и говорят ей:

     - Ах, Тростниковая Шапка, вот бы тебе посмотреть на ту леди! Она  опять

была на балу, разодетая-разряженная. А наш молодой хозяин прямо глаз  с  нее

не сводил.

     - Да,- говорит Тростниковая Шапка,- я бы не прочь на нее поглядеть.

     - Так слушай: нынче вечером опять бал. Идем  с  нами!  Она  обязательно

приедет.

     Но когда настал и этот вечер, Тростниковая Шапка опять сказала, что  из

сил выбилась и никуда не пойдет.  А  как  только  все  ушли,  сбросила  свою

тростниковую накидку, умылась и поспешила на бал.

     Молодой хозяин ей очень обрадовался. Он опять танцевал только с  ней  и

глаз с нее не сводил. На этот раз он спросил, как  ее  зовут  и  откуда  она

родом, но она не ответила. Тогда он подарил ей кольцо и сказал, что умрет  с

тоски, если больше ее не увидит.

     Тростниковая Шапка опять не дождалась, пока кончится бал, и  потихоньку

убежала домой. И когда остальные служанки вернулись, она уже лежала в  своей

тростниковой накидке и притворялась спящей.

     На другой день служанки ей и говорят:

     - Вот видишь, Тростниковая Шапка, не пошла ты с нами вчера, а теперь уж

не видать тебе красавицы - балов больше не будет!

     - Жаль! Мне так хотелось ее увидеть! - ответила Тростниковая Шапка.

     А молодой хозяин всячески старался узнать, куда девалась красавица,  но

где он ни бывал, кого ни спрашивал, ничего не узнал.  И  так  затосковал  по

ней, что занемог, слег в постель и даже есть перестал.

     - Свари молодому хозяину жидкую кашу! Может, отведает. А то как  бы  не

умер с тоски по красавице, - приказали поварихе.

     Повариха принялась варить кашу, и тут в кухню вошла Тростниковая Шапка.

     - Что ты варишь? - спросила она.

     - Кашу молодому хозяину, - ответила повариха. - Может, отведает.  А  то

как бы не умер с тоски по красавице.

     - Дай-ка я сварю! - попросила Тростниковая Шапка. Повариха согласилась,

хоть и не сразу, и Тростниковая Шапка принялась варить жидкую кашу. А  когда

сварила, бросила в нее свое кольцо.

     Вот отнесла повариха кашу больному. Тот съел кашу и увидел на дне чашки

свое кольцо.

     - Позовите повариху! - приказал он. Повариха явилась.

     - Кто варил кашу? - спросил он.

     - Я, - соврала она с перепугу. А он посмотрел ей в глаза и говорит:

     - Нет, не ты! Скажи правду, кто ее варил. Тебе за это ничего не будет.

     - Коли так, - говорит она, - кашу варила Тростниковая Шапка.

     - Пришли ко мне Тростниковую Шапку! - велит  он.  Явилась  Тростниковая

Шапка.

     - Это ты варила мне кашу? - спрашивает юноша.

     - Я, - отвечает она.

     - А у кого ты взяла это кольцо? - спрашивает он.

     - У того, кто мне дал его! - отвечает Тростниковая Шапка,

     - Но кто же ты такая?

     - Сейчас увидишь!

     И она сбросила с себя тростниковую накидку и предстала пред ним во всей

своей красе.

     Ну, молодой хозяин, конечно, скоро поправился, и они  стали  женихом  и

невестой. Свадьбу решили справить на славу и гостей созвали со всей  округи.

Отца Тростниковой Шапки тоже пригласили. А она по-прежнему скрывала, кто она

такая.

     И вот перед самой свадьбой она пошла к поварихе и сказала:

     - Будешь готовить мясные блюда, ни в одно соли не клади.

     - Невкусно получится, - заметила повариха.

     - Ничего, - сказала Тростниковая Шапка.

     - Ладно, не буду солить, - согласилась повариха. Настал день свадьбы, и

Тростниковую Шапку обвенчали с молодым хозяином. После  венчания  все  гости

сели за стол Но когда они попробовали мясо, оно оказалось таким  безвкусным,

что его невозможно  было  есть.  А  отец  Тростниковой  Шапки  отведал  одно

кушание, потом другое и вдруг как зальется слезами.

     - Что с вами? - спросил его молодой хозяин.

     - Ах! - ответил ему гость. - Была у меня дочь. Однажды  я  спросил  ее,

как она меня любит, и она ответила:

     "Как свежее мясо любит соль". Ну, я решил, что она меня вовсе не любит,

и выгнал ее из дома. А теперь вижу, что она любила  меня  крепче  всех.  Но,

должно быть, ее уже нет в живых.

     - Нет, отец, она здесь! - воскликнула Тростниковая Шапка,  бросилась  к

отцу и обняла его.

     С тех пор все они зажили счастливо.

 

 

     Чайлд-Роланд

 

 

     Три принца в солнечном саду

     Играли в мяч с утра,

     И с ними вышла погулять

     Их милая сестра.

     Чайлд-Роланд, догоняя мяч,

     Ногой его поддел,

     И мяч, подпрыгнув к облакам,

     За церковь улетел.

     За улетающим мячом

     Бежит принцесса вслед;

     Проходит час, за ним другой,-

     Ее все нет и нет.

     Три брата бросились за ней

     Во все концы земли,

     В тоске искали много дней,

     Но так и не нашли.

     И  вот  старший  брат  отправился  к  знаменитому  волшебнику  Мерлину,

рассказал ему обо всем что случилось и спросил, не знает  ли  он,  где  леди

Эллен.

     - Прекрасную леди Эллен, наверное, унесли феи, - ответил Мерлин. - Ведь

святое место - церковь - она обошла против солнца! И  теперь  она  в  Темной

Башне короля эльфов. Только самый храбрый из рыцарей может освободить ее.

     - Я освобожу ее или погибну! - сказал старший брат.

     - Что ж, попытай счастья, - ответил Мерлин. -  Только  горе  тому,  кто

отважится на это, не ведая, как взяться за дело!

     Но старший брат леди Эллен не боялся опасности  и  попросил  волшебника

Мерлина помочь ему. Мерлин научил юношу, что ему следует делать  и  чего  не

следует; потом заставил его повторить все  сказанное.  И  вот  старший  брат

отправился в страну эльфов, а двое младших и  королева,  их  мать,  остались

ждать его дома.

     Они с надеждой и тоской

     Ждут брата много лет

     И горько плачут по ночам,

     А принца нет и нет.

     Тогда второй брат пошел к волшебнику Мерлину, и тот сказал ему  то  же,

что и старшему. И он также отправился на поиски леди Эллен, а младший брат и

королева-мать остались ждать его дома.

     И брат и королева-мать

     Ждут много долгих лет

     И горько плачут по ночам,

     А принца нет и нет.

     И  вот  решил  отправиться  на  поиски  леди  Эллен  младший   брат   -

Чайлд-Роланд. Он пошел к  своей  матери,  доброй  королеве,  и  попросил  ее

позволить ему  уйти.  Королева  сначала  не  хотела  его  отпускать  -  ведь

Чайлд-Роланд был ее младшим и самым любимым сыном, и  потерять  его  значило

для нее потерять все. Но он просил и умолял,  и,  наконец,  добрая  королева

отпустила его. Она дала ему славный отцовский меч, разивший без  промаха,  и

произнесла над ним заклинание, дарующее победу.

     Вскоре Чайлд-Роланд распрощался с матерью, доброй королевой, и пошел  к

пещере волшебника Мерлина.

     - В последний раз, - попросил он Мерлина, - скажи,  как  может  мужчина

или юноша спасти леди Эллен и ее братьев-близнецов!

     - Сын мой, - ответил Мерлин, -  для  этого  нужно  соблюсти  всего  два

условия, и хоть они покажутся тебе очень простыми, но выполнить их  нелегко.

Одно: надо тебе кое-что делать; другое - надо  кое-чего  не  делать.  Делать

надо вот что: как  попадешь  в  страну  фей,  руби  отцовским  мечом  голову

каждому, кто с тобой заговорит, пока не  встретишься  с  леди  Эллен.  А  не

делать ты должен вот что: не ешь ни куска и не пей  ни  глотка,  как  бы  ни

хотелось тебе есть и пить. Выпьешь глоток или съешь кусок в стране эльфов, и

не видать тебе больше солнца.

     Чайлд-Роланд повторял слова волшебника Мерлина, пока не  выучил  их  на

память, поблагодарил его и тронулся в путь. Он шел и шел и шел, все дальше и

дальше  и  наконец  увидел  табунщика,  что  пас  коней  короля  эльфов.   И

Чайлд-Роланд сразу понял по их  огненным  глазам,  что  наконец-то  попал  в

страну фей.

     - Скажи, друг, - спросил Чайлд-Роланд табунщика,- где находится  Темная

Башня короля эльфов?

     - Не знаю, - ответил табунщик. - Пройди еще немного и увидишь  пастуха.

Может, он тебе укажет путь.

     Тут Чайлд-Роланд не долго думая выхватил свой славный меч, разивший без

промаха, и голова табунщика слетела с плеч. А Чайлд-Роланд пошел дальше.  Он

все шел и шел, пока не увидел пастуха,  который  пас  коров  короля  эльфов.

Пастуху он задал тот же вопрос.

     - Не знаю, - ответил ему  пастух.  -  Пройди  еще  немножко  и  увидишь

птичницу. Уж она-то знает.

     Тут Чайлд-Роланд снова поднял свой славный меч, разивший без промаха, и

голова пастуха тоже слетела с плеч. А Чайлд-Роланд прошел немного  дальше  и

увидел старуху в серой накидке. Он спросил ее, знает ли она,  где  находится

Темная Башня короля эльфов.

     - Пройди еще немного, - сказала ему птичница, - и  ты  увидишь  круглый

зеленый холм. От подножия до самой  вершины  он  опоясан  террасами.  Обойди

трижды вокруг холма против солнца и каждый раз приговаривай:

     Откройте дверь, откройте дверь,

     Позвольте мне войти.

     На третий раз дверь откроется, и ты войдешь.

     Чайлд-Роланд  уже  хотел  было  двинуться  дальше,  да  вспомнил  наказ

волшебника. Выхватил свой  славный  меч,  разивший  без  промаха,  и  голова

птичницы слетела с плеч.

     И пошел Чайлд-Роланд дальше. Шел и  шел,  пока  не  дошел  до  круглого

зеленого холма, что от подножия до  самой  вершины  был  опоясан  террасами.

Трижды обошел он холм против солнца и каждый раз приговаривал:

     Откройте дверь, откройте дверь,

     Позвольте мне войти.

     На третий раз дверь  и  впрямь  открылась.  Чайлд-Роланд  вошел,  дверь

захлопнулась за ним, и он остался в темноте. Правда, здесь  было  не  совсем

темно, откуда-то проникал слабый свет, но Чайлд-Роланд не видел ни окон,  ни

свечей и не мог понять,  откуда  он  проникает-  разве  что  через  стены  и

потолок? Вскоре  он  различил  коридор  со  сводами  из  прозрачного  камня,

выложенного серебром, шпатом  и  разными  сверкающими  самоцветами.  И  хотя

вокруг был только камень, воздух оставался чудесно теплым,  как  это  всегда

бывает в стране фей.

     Вот миновал Чайлд-Роланд этот коридор и подошел, наконец, к  высокой  и

широкой двустворчатой двери. Она  была  полуоткрыта,  и  когда  Чайлд-Роланд

открыл ее настежь, то увидел чудо из чудес.

     Перед ним был  огромный  просторный  зал,  потолок  которого  подпирали

колонны, такие толстые и высокие, каких и в кафедральном соборе не  увидишь.

Золотые и серебряные, они  были  покрыты  резьбой,  а  между  ними  тянулись

гирлянды цветов из бриллиантов, изумрудов и разных драгоценных камней.  Даже

своды и те были  украшены  гроздьями  жемчуга,  алмазов,  рубинов  и  других

самоцветов. Все ребра сводов сходились  в  середине  потолка,  и  оттуда  на

золотой цепи свешивался огромный светильник,  сделанный  из  одной  полой  и

совершенно  прозрачной  жемчужины  невиданной  величины.  Внутри   жемчужины

беспрестанно вращался громадный карбункул. Его яркие лучи озаряли весь  зал,

и казалось, будто светит заходящее солнце.

     Зал был роскошно убран, и в конце его стояло пышное  ложе  с  бархатным

покрывалом, расшитым шелком и  золотом,  а  на  ложе  сидела  леди  Эллен  и

расчесывала серебряным гребнем свои  золотистые  волосы.  Едва  она  увидела

Чайлд-Роланда, как поднялась и сказала:

     Помилуй бог, зачем ты здесь,

     Мой неразумный брат?

     Запомни - кто сюда пришел,

     Тот не уйдет назад!

     Мой милый брат, мой младший брат,

     Тебя ведь дома ждут!

     Будь сотни жизней у тебя,

     Ты все оставишь тут.

     Садись сюда. О, горе нам!

     О, как несчастна я!

     Сейчас придет сюда король,

     А с ним и смерть твоя!

     Они сели рядом, и Чайлд-Роланд поведал ей обо всем, что с ним  было,  а

она рассказала ему, как их братья один за другим пришли в Темную  Башню,  но

злой король эльфов заколдовал их, и теперь они лежат здесь  словно  мертвые.

Пока они говорили, Чайлд-Роланд почувствовал, что очень  проголодался  после

долгого пути. Он сказал об этом сестре, леди Эллен, и попросил у нее поесть,

совсем позабыв про наказ волшебника.

     С грустью поглядела на Чайлд-Роланда леди Эллея и покачала головой,  но

она была заколдована и не могла предостеречь брата. Вот поднялась она, вышла

из зала и вскоре вернулась с хлебом и молоком в золотой миске.  Чайлд-Роланд

уже готов был отведать молока, как вдруг  взглянул  на  сестру  и  вспомнил,

зачем пришел. Тогда он схватил миску и бросил ее на землю.

     - Ни глотка я не выпью, ни куска не съем,-сказал он, - пока не освобожу

леди Эллен!

     Тут они услышали чьи-то шаги и громкий голос:

     Фи-фай-фо-фам,

     Кровь человека чую там.

     Мертвый он или живой, -

     Здесь не ждет его покой!

     И тотчас широкие двери распахнулись, и в зал ворвался король эльфов.

     - Выходи биться, если посмеешь, нечистый дух! - вскричал Чайлд-Роланд и

бросился к нему навстречу со своим славным мечом, разившим без промаха.

     Они бились, и бились,  и  бились,  и,  наконец,  Чайлд-Роланд  поставил

короля эльфов на колени, и тот взмолился о пощаде.

     - Я  пощажу  тебя,  -  сказал  Чайлд-Роланд  -  Но  сначала  ты  должен

расколдовать мою сестру, вернуть к жизни моих братьев и выпустить  нас  всех

на свободу. Тогда будешь помилован!

     - Согласен! - сказал король эльфов.

     Он поднялся с колен, подошел к  сундуку  и  вынул  из  него  склянку  с

кроваво-красной жидкостью. Этой жидкостью он смочил уши, веки, ноздри,  губы

и кончики пальцев обоим братьям-близнецам, и те сразу ожили и  сказали,  что

души их где-то витали, а теперь прилетели назад.

     Потом король эльфов прошептал несколько слов леди  Эллен,  и  волшебные

чары спали с нее. Тогда все четверо вышли из зала, миновали длинный  коридор

и навсегда покинули Темную Башню короля эльфов.

     Они вернулись домой к своей  матери,  доброй  королеве,  и  леди  Эллен

никогда больше не обегала вокруг церкви против солнца.

 

 

     Черный бык Норроуэйский

 

 

     Жил некогда король, и было у него три дочери. Старшие дочки были  очень

некрасивые и к тому же гордячки, а младшая - такая красавица, такая кроткая,

что не только родители, но и все люди в стране не могли на нее нарадоваться.

     И вот раз вечером сидели все три принцессы вместе и говорили о том,  за

кого им хотелось бы выйти замуж.

     - Я бы пошла только за короля, - молвила старшая принцесса.

     Средняя принцесса сказала,  что  выйдет  замуж  только  за  принца  или

герцога.

     - Ишь какие вы гордячки! - рассмеялась младшая.-  А  я  бы  согласилась

пойти хоть за Черного Быка Норроуэйского!

     И больше принцессы об этом не говорили. А на другое  утро,  только  они

сели завтракать, как за дверью  раздался  страшный  рев  -  это  Черный  Бык

Норроуэйский явился за своей невестой. Ну и перепугались все во дворце! Ведь

Черный Бык был страшилище из страшилищ.

     Король с королевой не  знали,  как  спасти  дочь.  Наконец  они  решили

подменить невесту и вывели к чудовищу старуху птичницу. Посадили ее быку  на

спину, и тот умчался с ней прочь.

     Вот бык прибежал в дремучий лес, сбросил свою ношу на землю  и  увидел,

что невесту подменили. Тогда он помчался обратно  и  ворвался  во  дворец  с

громким и свирепым ревом. На этот раз  король  с  королевой  вывели  к  нему

служанку, но им опять не удалось его обмануть.

     Одну за другой отдали они быку всех служанок, а потом  и  двух  старших

дочерей, но и с ними бык обошелся  не  лучше,  чем  со  старухой  птичницей.

Волей-неволей пришлось королю и королеве отдать ему  свою  младшую,  любимую

дочь.

     Далеко унес ее Черный Бык. Мчался  он  дремучими  лесами  и  безлюдными

пустошами, пока не прибежал, наконец, к богатому  замку,  где  в  это  время

собралось много гостей. Владелец замка удивился, когда  увидел  на  спине  у

страшного быка прелестную принцессу,  однако  пустил  их  в  замок.  Немного

погодя принцесса заметила в шкуре Черного Быка  булавку  и  вытащила  ее.  И

вдруг дикий зверь превратился в прекрасного принца!

     Велика была радость принцессы, когда принц  упал  к  ее  ногам  и  стал

благодарить ее за то, что она рассеяла злые чары и расколдовала  его;  да  и

все в замке ликовали и веселились. Но - увы! - в самый разгар веселья  принц

исчез. Обыскали все углы и закоулки, но так его и не нашли.

     Только что принцесса себя не помнила от счастья, а теперь сердце у  нее

разрывалось от горя. И вот она  решила  обойти  хоть  весь  свет,  но  найти

принца.

     Много путей и дорог исходила она,  но  долго,  очень  долго  ничего  не

слышала о своем любимом.

     И вот как-то брела она темным лесом и заблудилась. Спустилась  ночь,  и

принцесса решила, что пришла ее смерть: или в лесу замерзнет, или  с  голоду

умрет. Но вдруг она заметила между деревьями огонек. Пошла на этот огонек  и

увидела маленькую  хижину.  В  хижине  жила  старенькая  старушка.  Старушка

пригласила ее зайти, покормила и оставила ночевать.

     Наутро старушка дала девушке три ореха и молвила:

     - Не разбивай их, пока тебе самой горе чуть не разобьет сердце!

     Потом показала принцессе дорогу и пожелала ей удачи.

     И вот опять принцесса отправилась в  путь.  Вскоре  мимо  нее  проехало

несколько кавалеров и дам, и  все  они  весело  болтали  о  том,  как  будут

праздновать свадьбу герцога Норроуэйского. Потом девушка  нагнала  множество

других людей. Они тоже торопились на свадьбу герцога и чего только не  несли

с собой!

     Наконец принцесса добралась до  замка,  где  толпы  поваров  и  пекарей

озабоченно сновали взад-вперед, не зная, за что взяться сначала.

     Пока принцесса стояла и смотрела на них, за ее спиной раздался шум. Это

вернулись с охоты господа, и один из них крикнул:

     - Дорогу герцогу Норроуэйскому!

     И мимо принцессы промчались ее возлюбленный и какая-то прекрасная леди.

     Тут принцесса почувствовала, что горе вот-вот разобьет  ей  сердце,  но

она вспомнила наказ старушки и разбила один орех. И тотчас  из  ореха  вышла

крошечная женщина. Это была фея; она держала в руках шерсть и  принялась  ее

расчесывать.

     Тогда принцесса вошла в замок вместе  с  феей  и  сказала,  что  просит

прекрасную леди принять ее. Крошечная женщина все чесала и чесала шерсть  не

покладая рук и так понравилась прекрасной леди, что та сказала:

     - Ничего не пожалею за такую усердную работницу.

     - Я подарю ее вам, - молвила принцесса, - только отложите на день  свою

свадьбу с герцогом Норроуэйским, а мне позвольте войти ночью в его комнату и

побыть с ним наедине

     Прекрасной  леди  так  хотелось  получить  чудесный  орех  с  маленькой

женщиной, что она согласилась. И когда настала темная ночь и  герцог  крепко

заснул, принцессу впустили к нему в опочивальню. Она села у  его  постели  и

запела:

     Долго я искала тебя

     И теперь я возле тебя,

     Герцог Норроуэйский!

     Проснись и взгляни на меня!

     Она все пела и пела свою  песню,  но  герцог  не  просыпался.  А  утром

принцессе пришлось уйти, и он так и не узнал, что она была в его спальне.

     Тогда принцесса расколола второй орех. Из него вышла крошечная  женщина

с прялкой. Она пряла шерсть не покладая рук  и  так  понравилась  прекрасной

леди, что та охотно согласилась  отложить  свадьбу  еще  на  день,  лишь  бы

получить орех с такой усердной работницей.

     А принцессе и в эту  ночь  не  удалось  разбудить  принца.  В  отчаянье

расколола она последний орех. Из него опять вышла крошечная женщина и  стала

быстро-быстро наматывать шерсть на катушки.

     Прекрасная леди получила и этот орех с усердной работницей, согласилась

отложить свадьбу еще на день и позволила девушке  провести  ночь  в  спальне

герцога.

     Но в это утро, когда герцог одевался, слуга спросил,  что  за  странная

песня и плач доносились из его спальни в последние две ночи.

     - Я ничего не слышал, - сказал герцог. - Тебе, наверное, померещилось.

     - А вы примите на ночь  какое-нибудь  снадобье,  чтобы  не  заснуть,  -

посоветовал слуга. - Тогда тоже услышите песню и плач. Мне они вот  уже  две

ночи как не дают спать.

     Герцог послушался совета слуги А принцесса ночью опять вошла к  нему  и

села у его постели Она тяжело вздыхала и думала, что видит его  в  последний

раз. Но только услышал герцог голос своей возлюбленной, как вскочил и  обнял

ее  с  великой  радостью.  Он  рассказал  принцессе,  что  его   заколдовала

волшебница и злыми чарами заставила его обручиться с ней.

     - Но теперь ее чары рассеялись,- молвил он,-потому что мы с тобой опять

вместе

     Принцесса обрадовалась, что ей еще раз удалось расколдовать герцога,  и

согласилась выйти за  него  замуж.  А  волшебница,  испугавшись  герцогского

гнева, бежала из его страны, и больше о ней никто ничего не слышал.

     В замке стали спешно готовиться к свадьбе, сыграли ее и  тем  счастливо

закончились приключения Черного  Быка  Норроуэйского  и  странствия  младшей

дочери короля.

 

     Сказка про трех поросят

 

 

     Давным-давно, предавно,

     Когда свиньи пили вино,

     А мартышки жевали табак,

     А куры его клевали

     И от этого жесткими стали,

     А утки крякали: "Кряк-кряк-кряк!",-жила-была на свете старая  свинья  с

тремя поросятами. Сама она уже не могла прокормить своих поросят  и  послала

их по свету счастья искать.

     Вот ушел первый поросенок. Встретил человека с охапкой соломы и говорит

ему:

     - Человек, человек, дай мне, пожалуйста, соломы - я себе дом построю.

     Человек дал ему соломы, и поросенок построил себе дом.

     Вскоре подошел к его дому волк, постучал в дверь и говорит:

     - Поросенок, поросенок, впусти меня! А поросенок ему в ответ:

     - Не пущу, клянусь моей бородой.-бородищей!

     - Ну, погоди! - говорит волк.- Вот я как дуну, как плюну, - сразу снесу

твой дом!

     Да как дунет да  как  плюнет  -  сразу  весь  дом  снес,  а  маленького

поросенка проглотил.

     Второй поросенок встретил человека с вязанкой хвороста и попросил его:

     - Человек, человек, дай мне, пожалуйста, хворосту - я себе дом построю.

     Человек дал ему хворосту, и поросенок построил себе дом.

     Вскоре пришел к его дому волк и говорит:

     - Поросенок, поросенок, впусти меня!

     - Не пущу, клянусь моей бородой-бородищей!

     - Вот я как дуну, как плюну,-сразу снесу твой дом!

     Тут волк  дунул,  плюнул  -  снес  весь  дом,  а  маленького  поросенка

проглотил.

     Третий поросенок встретил человека с возом кирпичей и попросил его:

     - Человек, человек, дай мне, пожалуйста, кирпичей,- я себе дом построю.

     Человек дал ему кирпичей, и поросенок построил себе дом.

     И к нему тоже пришел волк и сказал:

     - Поросенок, поросенок, впусти меня!

     - Не пущу, клянусь моей бородой-бородищей!

     - Вот я как дуну, как плюну,- сразу снесу твой дом!

     И волк дунул, потом плюнул, опять дунул, опять плюнул... дул да плевал,

дул да плевал, а дом все стоял да стоял. Ну, видит волк, как ни дуй, как  ни

плюй - дома не снесешь Вот он и говорит:

     - Слушай-ка, поросенок, а я знаю, где растет сладкая репа!

     - Где? - спрашивает поросенок.

     - Да у мистера Смита на огороде. Завтра встань пораньше, а я  за  тобой

зайду. Пойдем вместе, нарвем себе репы на обед.

     - Ладно! - говорит поросенок. - Встану. Ты когда придешь?

     - В шесть.

     На том и порешили. Но поросенок поднялся не в шесть, а в  пять  и  один

нарвал репы. Вот приходит волк в шесть часов и спрашивает:

     - Ты встал, поросенок?

     - Давно! - отвечает поросенок.- Уже с огорода вернулся. Видишь - у меня

полный горшок репы на обед.

     Рассердился волк, но виду не показал - все старался придумать,  как  бы

ему поросенка перехитрить.

     - Поросенок, а я знаю, где растет славная яблоня! - говорит.

     - Где?

     - Там внизу, в Веселом саду, - отвечает волк - Завтра в пять утра я  за

тобой зайду - нарвем яблок сколько душе угодно! Только смотри больше меня не

обманывай.

     На том и порешили. А наутро поросенок вскочил в четыре часа  и  во  всю

прыть побежал за яблоками - хотел до прихода волка вернуться Но сад  был  не

близко, да еще пришлось на дерево лезть. Только начал он спускаться, -  волк

уже тут как тут. Сильно струхнул поросенок! А волк подошел к нему и говорит:

     - Ах, это ты, поросенок! Раньше меня пришел? Ну, как яблоки? Вкусные?

     - Очень вкусные,-отвечает поросенок. - Держи, я тебе брошу одно!

     И бросил яблоко только не волку,  а  в  сторону.  Пока  волк  бегал  за

яблоком, поросенок спрыгнул на землю и убежал домой.

     На другой день волк опять пришел и говорит поросенку:

     - Слушай, поросенок, нынче Шэнклине ярмарка. Пойдешь?

     - Ну конечно! - отвечает поросенок. - Ты когда собираешься?

     - В три.

     А поросенок опять вышел из дома пораньше. Прибежал  на  ярмарку,  купил

маслобойку и направился уж было домой, как вдруг  видит  -  волк  идет.  Что

делать? Насмерть перепугался поросенок и полез  в  маслобойку,  да  на  беду

опрокинул ее и вместе с ней покатился с холма прямо на волка. Волк  до  того

напугался, что еле ноги унес - даже про ярмарку позабыл.

     Наконец очухался и побежал к поросенку. Подошел  к  окошку  и  принялся

рассказывать, какого  страху  натерпелся,  когда  что-то  огромное,  круглое

свалилось на него с холма.

     - Ха-ха-ха! - рассмеялся поросенок. - Да ведь это  я  тебя  напугал!  Я

ходил на ярмарку и купил маслобойку. А  как  увидел  тебя,  залез  в  нее  и

скатился с холма.

     Тут волк просто рассвирепел.

     - Сейчас спущусь по трубе в дом, - рычит, - и съем тебя!

     Смекнул поросенок, что дело его плохо. Развел жаркий огонь  и  поставил

на него котел с водой. Только волк показался в трубе, поросенок снял с котла

крышку и волк свалился прямо в кипяток. А поросенок мигом закрыл крышку и не

снимал ее, пока  волк  не  сварился.  Потом  съел  его  за  ужином  и  зажил

счастливо, да так и до сих пор живет.

 

 

 

 

     Ученик чародея

 

 

     На севере Англии жил некогда великий чародей. Он говорил на всех языках

и знал все тайны вселенной. У него была огромная книга в переплете из черной

телячьей кожи с железными застежками и железными уголками.  Книга  эта  была

прикована цепью к столу, крепко-накрепко прибитому к полу, и  когда  чародей

хотел почитать, он отпирал ее железным ключом.  Только  он  один  читал  эту

книгу, потому что в ней были собраны тайны царства духов.

     У этого ученого чародея был ученик - преглупый  малый.  Он  прислуживал

своему великому учителю, но не смел и одним  глазком  заглянуть  в  огромную

черную книгу. Его даже в покои чародея не допускали.

     Но как-то раз,  когда  учителя  не  было  дома,  ученик  не  утерпел  и

прокрался  в  его  покои.  И  вот  он  увидел  диковинные  предметы,  какими

пользовался чародей, когда превращал медь в золото и свинец в серебро.

     Было тут зеркало, которое отражало все, что делается  на  белом  свете;

была и волшебная раковина - стоило чародею приложить ее к уху, и  он  слышал

все, что хотел слышать. Однако ученик тщетно возился с тиглями - он так и не

смог получить из меди золото, а из свинца серебро. Напрасно всматривался  он

в чудесное зеркало - в нем плыли какие-то облака да клубился дым, но  ничего

больше не было видно. А в раковине только что-то глухо шумело, будто далекая

морская волна била о неведомый берег.

     "Ничего у меня не выходит,- подумал  ученик,-  потому  что  я  не  знаю

заклинаний, написанных в книге. А она заперта".

     Он обернулся и - о чудо! Книга оказалась  незапертой  -  учитель  перед

уходом забыл вынуть ключ из замка. Ученик бросился  к  книге  и  открыл  ее.

Слова в ней были написаны черными и красными чернилами. Юноша  почти  ничего

не мог разобрать, но все-таки, водя пальцем по одной  строчке,  прочитал  ее

вслух по слогам.

     И вдруг комната погрузилась во  мрак  и  весь  дом  затрясся.  Громовые

раскаты прокатились  по  всем  покоям,  и  перед  юношей  появилось  ужасное

страшилище. Глаза его пылали, как два  светильника,  а  изо  рта  вырывалось

пламя. Это был демон Вельзевул, покорный чародею: юноша нечаянно вызвал  его

заклинанием.

     - Приказывай! - заревел демон, как  ревет  печь,  когда  в  ней  бушует

пламя.

     Юноша застыл на месте, его пробирала дрожь, волосы встали у него дыбом.

     - Приказывай, или я тебя задушу! Но юноша не мог ответить. Тогда  демон

схватил его за горло и, обжигая своим огненным дыханием, заревел:

     - Приказывай!

     - Полей вон тот цветок! - в отчаянии выкрикнул юноша первое, что пришло

ему в голову, и покачал на герань, стоявшую в горшке на полу.

     Злой дух тут же исчез, но мгновенно вернулся с бочонком воды на спине и

вылил всю воду на цветок. Потом опять исчез и вернулся с новым  бочонком.  И

так он раз за разом исчезал и возвращался, и все лил и лил воду  на  герань,

пока в комнате не набралось воды по щиколотку.

     - Довольно, довольно! - задыхаясь, молил юноша. Но демон не слушал его.

Он все таскал и таскал воду - ведь ученик чародея не умел прогонять духов.

     А вода беспрерывно поднималась - юноша уже стоял в ней по колени, потом

по пояс, но Вельзевул по-прежнему таскал полные бочонки  и  поливал  герань.

Вскоре вода дошла юноше до подмышек, и он вскарабкался на  стол;  потом  она

поднялась до самых окон, забилась о стекла, забурлила  вокруг  юноши,  и  он

стоял в ней  по  шею.  Напрасно  он  кричал  во  весь  голос:  злой  дух  не

унимался...

     Да он и по сей день таскал бы воду, поливал бы герань и  конечно  залил

бы весь йоркшир, но чародей, к счастью, вспомнил, что  забыл  запереть  свою

книгу, и вернулся домой. И в тот самый миг,  когда  вода  уже  пузырилась  у

самого подбородка бедняги ученика, чародей ворвался в свои  покои,  произнес

заклинание и прогнал Вельзевула в его огненную обитель.

 

 

 

 

     Уиттингтон и его кошка

 

 

     В царствование славного короля Эдуарда III жил  мальчик  по  имени  Дик

УИТТИНГТОН. Отец и мать его умерли, когда он был совсем маленьким.

     Дик был так мал, что еще не мог работать.  Туго  приходилось  бедняжке.

Обедал он скудно, а завтракать часто  и  вовсе  не  завтракал.  Люди  в  его

деревне были бедные и ничего не могли ему дать, кроме картофельных  очистков

да изредка черствой корки хлеба.

     И вот наслушался Дик всяких небылиц про большой город Лондон.  А  в  те

времена, надо вам сказать, в деревне думали, что в Лондоне живут  одни  лишь

знатные господа, которые целыми днями только и делают, что поют да  танцуют,

а все лондонские улицы вымощены чистым золотом!

     Как-то раз, когда  Дик  стоял  у  придорожного  столба,  через  деревню

проехала большая повозка, запряженная восьмеркой лошадей  с  бубенчиками  на

уздечках. Дик  решил,  что  повозка  едет  в  прекрасный  город  Лондон,  и,

набравшись храбрости, попросил возчика взять его с собой.

     - Позволь мне идти рядом с повозкой! - попросил Дик. - У  меня  нет  ни

отца, ни матери. И хуже, чем теперь, мне все равно не будет.

     Возчик посмотрел на обтрепанную одежонку Дика и ответил:

     - Иди, коли хочешь!

     И они тронулись в путь вместе.

     Дик благополучно добрался до Лондона.  Ему  так  не  терпелось  увидеть

чудесные улицы, мощенные золотом, что он даже  забыл  поблагодарить  доброго

возчика и со всех ног бросился искать их. Он бегал с улицы на  улицу  и  все

ждал,-вот сейчас покажется мостовая из золота. В деревне он три  раза  видел

золотую гинею и отлично помнил, сколько мелкой монеты давали в обмен на нее.

Вот он и думал: стоит только откалывать по кусочку от мостовой,  и  денег  у

него будет сколько душе угодно,

     Бедняга Дик бегал, пока совсем из сил не выбился. Своего друга  возчика

он больше и не вспоминал. Наконец, уже к вечеру, Дик убедился, что  куда  бы

он ни пошел, всюду только грязь вместо золота. Забился он в темный уголок  и

плакал, пока не уснул.

     Всю ночь маленький Дик провел на улице, а утром, очень  проголодавшись,

встал и пошел бродить по городу. Каждого встречного он просил: "Подайте хоть

полпенни, чтобы мне с голоду не умереть!" но почти никто не останавливался и

не отвечал - только двое-трое прохожих подали ему по монетке. Бедняга совсем

ослабел от голода и едва держался на ногах.

     В отчаянье он попросил милостыню еще у нескольких прохожих, и  один  из

них крикнул ему сердито:

     - Пошел бы лучше работать на какого-нибудь бездельника!

     - Я готов! - ответил Дик. - Возьмите меня, и я  с  удовольствием  пойду

работать к вам.

     Но прохожий  только  обругал  его  и  пошел  дальше.  Наконец  какой-то

добродушный на вид господин заметил голодного мальчика.

     - Тебе бы на работу наняться, дорогой, - сказал он Дику.

     - Я бы нанялся, да не знаю куда, - отозвался Дик.

     - Идем со мной, если хочешь,-  проговорил  господин  и  отвел  Дика  на

сенокос.

     Там Дик научился проворно работать и жил припеваючи,  пока  сенокос  не

кончился.

     А потом он опять не мог найти работы и, полумертвый от голода, свалился

у дверей мистера  Фитцуоррена,  богатого  купца.  Там  его  вскоре  заметила

кухарка, презлая женщина.

     - Что тебе здесь надо, ленивый бродяга?  -  закричала  она  на  бедного

Дика.- Отбою нет от этих нищих! Если ты не уберешься отсюда, я тебя  помоями

окачу! У меня и горяченькие найдутся. Живо вскочишь!

     Но тут вернулся домой к обеду сам мистер Фитцуоррен.

     Увидел он у своих дверей грязного, оборванного мальчика и спросил его:

     - Чего ты здесь лежишь, мальчик? Ты ведь уже большой, мог бы  работать.

Лентяй, верно?

     - Что вы, сэр! - ответил Дик. - Вовсе я не  лентяй.  Я  бы  всей  душой

хотел работать, да никого здесь не знаю. Должно быть, я заболел от голода.

     - Эх, бедняга! Ну, вставай! Посмотрим, что с тобой такое.

     Дик хотел было подняться, но опять повалился на землю - так он ослабел.

Ведь у него три дня ни крошки во рту не было, и он  уже  не  мог  бегать  по

улицам и просить милостыню у прохожих. Купец приказал отнести  Дика  в  дом,

накормить его сытным обедом и дать ему посильную работу на кухне.

     Хорошо жилось бы Дику в этой радушной семье, если бы не  злая  кухарка.

Она то и дело говорила ему:

     - А ну, поворачивайся живей! Вычисти вертел да подвинти  его  рукоятку,

вытри противень, разведи огонь,  вымой  всю  посуду  да  попроворней,  а  не

то!.. - и она замахивалась на Дика черпаком.

     Кроме того, она так привыкла одно сбивать, другое отбивать, что,  когда

ей нечего было делать, она била  несчастного  Дика  по  голове  и  плечам  и

половой щеткой и всем, что только  попадалось  под  руку.  Спустя  некоторое

время дочери мистера Фитцуоррена Алисе рассказали,  как  кухарка  измывается

над Диком. И Алиса  пригрозила  прогнать  кухарку,  если  та  не  перестанет

угнетать мальчика

     После этого кухарка стала обращаться с Диком получше, но  тут  на  него

свалилась новая беда. Кровать его стояла на чердаке, а там  и  в  полу  и  в

стенах было столько дыр, что мыши и крысы просто изводили его по ночам.

     Как-то раз вычистил Дик одному господину башмаки, а тот дал ему за  это

целый пенни, и Дик решил купить на эти  деньги  кошку.  На  другой  день  он

увидел девочку с кошкой и сказал ей:

     - Продай мне свою кошку! Я тебе за нее целый пенни дам.

     - Что ж, берите, господин! - ответила девочка. - Хотя моя кошка  дороже

стоит-ведь она отлично ловит мышей!

     Дик спрятал кошку на чердаке и никогда не забывал принести  ей  остатки

своего обеда. Не прошло и нескольких дней, как мыши и  крысы  перестали  его

тревожить, так что теперь он крепко спал по ночам.

     Вскоре после этого один из торговых кораблей мистера  Фитцуоррена  стал

готовиться в дальнее плаванье. По обычаю, слуги  могли  попытать  счастья  в

торговых делах вместе с хозяином и послать за границу какие-нибудь  вещи  на

продажу или деньги на покупку товаров.  Однажды  хозяин  созвал  их  всех  в

гостиную и спросил, что они желают послать.

     У всех нашлось чем рискнуть. Лишь у бедняги Дика не было ни  денег,  ни

вещей на продажу - нечего  было  ему  послать,  потому  он  и  не  пришел  в

гостиную. Мисс Алиса догадалась, почему нет Дика, и велела позвать его.

     - За него дам деньги я,- сказала она. Но отец возразил ей:

     - Так  не  годится!  Каждый  может  послать  только  что-нибудь   свое,

собственное.

     - Нет у меня ничего, - сказал бедный Дик. - Вот  разве  кошка...  Я  ее

недавно купил за пенни у одной девочки.

     - Так неси сюда кошку! - приказал мистер Фитцуоррен. -  Можешь  послать

ее.

     Дик сходил наверх, принес свою бедную кошку  и  со  слезами  на  глазах

отдал ее капитану корабля.

     - Теперь, - сказал он, - мыши и крысы не дадут мне покоя по ночам.

     Все смеялись над  диковинным  "товаром"  Дика,  одна  лишь  мисс  Алиса

пожалела его и дала ему денег на новую кошку.

     Это вызвало зависть у злобной кухарки, тем более что мисс Алиса  вообще

была очень добра к бедняге Дику.  Кухарка  стала  издеваться  над  ним  пуще

прежнего и то и дело колола его тем, что он послал за море кошку.

     - Как думаешь, - говорила она, - дадут за  твою  кошку  столько  денег,

чтоб их хватило на палку - тебя колотить?

     В конце концов бедный Дик не вытерпел и решил бежать.  Забрал  он  свои

пожитки и рано утром первого ноября, в день всех святых,  тронулся  в  путь.

Дошел до Холлоуэйя, присел на камень - этот камень и по сей день  называется

"Камнем Уиттингтона" - и стал раздумывать, по какой дороге ему идти.

     И пока он раздумывал, колокола церкви Бау-Чёрч, - а их в то время  было

только шесть, - начали звонить и Дику показалось, будто они говорят ему:

     О, вернись в Лон-дон,

     Дин-дон! Дин-дон!

     Лорд-мэр Уиттингтон,

     Дин-дон! Дин-дон!

     "Лорд-мэр?-удивился Дик.-Да  я  что  угодно  вытерплю,  лишь  бы  стать

лондонским лорд-мэром и кататься в роскошной карете, когда вырасту  большим!

Ну что ж, пожалуй, вернусь, и даже внимания не стану обращать  на  кухаркины

колотушки и воркотню, раз  мне  в  конце  концов  суждено  стать  лорд-мэром

Лондона".

     Дик пошел обратно и, к счастью, успел вернуться домой  и  приняться  за

работу раньше, чем старая кухарка сошла в кухню.

     А теперь последуем за мисс Кисой к берегам Африки. Корабль с кошкой  на

борту долго плыл по морю. Наконец ветер пригнал его к той части африканского

берега,  где  жили  мавры  -  народ  англичанам  незнакомый.  Мавры  толпами

сбежались посмотреть на моряков, которые отличались от них  цветом  кожи,  а

когда ближе познакомились с ними, принялись раскупать все удивительные вещи,

которые привез корабль.

     Тогда капитан послал образцы лучших товаров царю этой  страны,  а  тому

они так понравились, что он пригласил моряков к себе во дворец.  По  обычаю,

гостей усадили на дорогие ковры, затканные золотыми и серебряными цветами, а

царь с царицей сели на возвышение в конце зала. Но не успели внести кушанья,

как в зал ворвались полчища крыс и мышей и в миг сожрали все, что стояло  на

столе. Капитан был поражен и спросил, как можно это терпеть?

     - Ох, это прямо бедствие! - ответили ему. - Наш царь отдал бы  половину

своих сокровищ, лишь бы избавиться  от  этих  тварей.  Ведь  они  не  только

пожирают всю еду, как вы сами видели, но и нападают на него в опочивальне  и

даже забираются к нему в постель. Так что спать ему приходится под охраной.

     Капитан чуть не  подпрыгнул  от  радости  -  он  вспомнил  про  беднягу

Уиттингтона и его кошку и сказал царю, что на борту у  него  есть  животное,

которое живо расправится с этой нечистью. Тут и царь подпрыгнул  от  радости

да так высоко, что тюрбан свалился у него с головы.

     - Принесите мне это животное! - вскричал он.  -  Грызуны  -  бич  моего

двора, и если оно  справится  с  ними,  я  наполню  ваш  корабль  золотом  и

драгоценностями!

     Капитан хорошо знал свое дело и не преминул расписать  все  достоинства

мисс Кисы. Он сказал его величеству:

     - Не хотелось бы нам расставаться с этим животным.

     Ведь если его не будет, мыши  и  крысы,  чего  доброго,  уничтожат  все

товары на корабле! Но, так и быть,  я  принесу  его  чтобы  услужить  вашему

величеству!

     - Бегите, бегите! - вскричала царица. - Ах, как  мне  хочется  поскорей

увидеть это милое животное!

     И капитан отправился на корабль, а тем временем для гостей  приготовили

новый обед. Капитан сунул мисс Кису под мышку и прибыл  во  дворец  как  раз

вовремя: весь стол опять был усеян крысами. Как только кошка увидела их, она

не стала ждать приглашения -  сама  вырвалась  из  рук  капитана,  и  спустя

несколько минут почти все крысы и мыши лежали мертвыми у ее ног; остальные в

страхе разбежались по своим норам.

     Царь был в восторге, что так  легко  избавился  от  напасти,  а  царица

захотела полюбоваться животным, которое оказало им такую большую  услугу,  и

попросила принести его.

     - Кис-кис-кис! - позвал капитан.

     Кошка подошла к нему. Капитан протянул кошку царице,  но  та  отпрянула

назад - ей было страшно дотронуться до существа, которое так  легко  одолело

крыс я мышей. Но вот капитан погладил кошку  и  опять  позвал  "кис-кис",  и

тогда царица тоже дотронулась до нее и позвала:

     "Кить-кить!" - ее ведь не учили правильному произношению.

     Капитан положил кошку царице на колени. Кошка замурлыкала  и  принялась

играть пальчиками ее величества, потом опять замурлыкала и уснула.

     Царь, увидев подвиги  мисс  Кисы  и  узнав,  что  ее  котята,  если  их

расселить по его владениям, избавят страну от  крыс,  заключил  с  капитаном

сделку на все товары, какие были на корабле. Причем, за кошку дал  в  десять

раз больше, чем за все остальное.

     Затем капитан покинул царский дворец, отплыл с попутным ветром в Англию

и вскоре благополучно прибыл в Лондон.

     И вот однажды утром, только мистер Фитцуоррен пришел к себе в контору и

сел за письменный стол, чтобы проверить выручку и распределить дела на день,

как вдруг кто-то постучал в дверь: тук-тук-тук.

     - Кто там? - спросил мистер Фитцуоррен.

     - Ваш друг, - услышал он в ответ. - Я принес вам добрые вести  о  вашем

корабле "Единороге".

     Забыв о своей подагре, купец бросился открывать дверь. И кого же он  за

ней увидел? Капитана и своего агента со шкатулкой, полной драгоценностей,  и

с накладной! Мистер Фитцуоррен просмотрел накладную и, подняв глаза к  небу,

возблагодарил всевышнего за столь удачное плавание.

     Затем прибывшие рассказали купцу про случай с  кошкой  и  показали  ему

богатый подарок, который царь и  царица  прислали  за  кошку  бедняге  Дику.

Выслушав их, купец позвал своих слуг и сказал:

     Скорее Дику сообщим, пусть радуется он,

     И будем звать его отныне "Мистер Уиттингтон".

     И тут мистер Фитцуоррен показал себя с  самой  хорошей  стороны.  Когда

кое-кто из слуг намекнул, что Дику такое богатство ни к чему, он ответил:

     - Боже  меня  сохрани,  чтобы  я  взял  у  него  хоть  пенни!  Что  ему

принадлежит, то он и получит,- все до последнего фартинга.

     И он послал за Диком. А тот в это время чистил  для  кухарки  горшки  и

весь перепачкался сажей. Дик отказался было идти в контору, говоря:

     - Там полы подметены, а у меня башмаки грязные да еще толстыми гвоздями

подбиты.

     Но мистер Фитцуоррен настоял, чтобы Дик пришел, и даже велел подать ему

стул, так что Дик начал думать, что над ним просто потешаются.

     - Не смейтесь над бедным малым! - сказал  он.  -  Лучше  позвольте  мне

вернуться на кухню.

     - Но право же, мистер Уиттингтон,- возразил купец, - мы говорим с  вами

серьезно, и я от всего сердца радуюсь  тем  вестям,  что  принесли  вам  эти

джентльмены. Капитан продал вашу кошку мавританскому царю и  привез  вам  за

нее больше, чем стоят все мои владения вместе взятые. Желаю  вам  много  лет

пользоваться вашим богатством!

     Затем  мистер  Фигцуоррен  попросил   капитана   открыть   шкатулку   с

драгоценностями и сказал:

     - Теперь мистеру Уиттингтону остается только спрятать свои сокровища  в

надежное место.

     Бедняга Дик не знал куда деваться от радости. Он просил  хозяина  взять

часть его богатства, считая, что всем обязан его доброте.

     - Нет, нет, что вы! - сказал мистер Фитцуоррен.- Все это ваше. И  я  не

сомневаюсь, что вы прекрасно всем распорядитесь.

     Тогда Дик попросил хозяйку,  а  затем  мисс  Алису  принять  часть  его

состояния, но они тоже отказались, уверяя, что от души радуются  его  удаче.

Однако бедный малый просто не мог оставить  себе  все,  что  получил.  Он  -

преподнес богатые подарки капитану, его помощнику, всем слугам и  даже  злой

старухе кухарке.

     Мистер Фитцуоррен  посоветовал  Дику  послать  за  искусным  портным  и

одеться как подобает джентльмену, потом предложил юноше расположиться в  его

доме, пока не найдется лучшей квартиры.

     Уиттингтон умылся, завил волосы, надел шляпу и хороший костюм и стал не

менее красивым и нарядным, чем любой из молодых людей, бывавших в  гостях  у

мистера Фитцуоррена. И мисс  Алиса,  которая  раньше  только  жалела  его  и

старалась ему помочь, теперь нашла его подходящим женихом, тем более что сам

Уиттингтон только о том и мечтал, как бы ей угодить, и беспрестанно делал ей

чудеснейшие подарки.

     Мистер Фитцуоррен вскоре заметил их  взаимную  любовь  и  предложил  им

обвенчаться, на что оба охотно согласились. Был назначен день свадьбы,  и  в

церковь жениха и невесту сопровождали лорд-мэр, олдермены,  шерифы  и  самые

богатые купцы Лондона. После венчания всех пригласили на богатый пир.

     История повествует нам, что мистер Уиттингтон  и  его  супруга  жили  в

богатстве и роскоши и были очень счастливы. У  них  было  несколько  человек

детей.  Уиттингтона  один  раз  избрали  шерифом  Лондона,  трижды  избирали

лорд-мэром, а при Генрихе V он удостоился рыцарского звания.

     После победы над Францией он с такой пышностью принимал у себя короля с

королевой, что его величество сказал:

     - Ни один государь еще не имел такого подданного!

     На что сэр Ричард Уиттингтон ответил:

     - Ни один подданный еще не имел такого государя! До  самого  1780  года

можно было видеть изваяние сэра Ричарда Уиттингтона с  кошкою  в  руках  над

аркой Ньюгетской тюрьмы, которую он сам выстроил для бродяг и преступников.

 

     Сон коробейника

 

     Жил-был в деревне Софэм, что в графстве Норфолк, коробейник  Джон.  Жил

он с женой да тремя детьми очень  бедно,  в  убогом  домишке.  Ведь  как  ни

старался Джон, а хорошего торговца из него не вышло  -  слишком  уж  он  был

прост, слишком честен, не умел выколачивать последние денежки  из  бедняков,

когда продавал им свои товары на ярмарках и базарах.

     День за днем шагал Джон по дорогам с тюком за спиной; продавал  булавки

и кружева, ленты  и  платки  всем,  кто  хотел  их  купить,  а  еще  пел  на

деревенских ярмарках старинные песни и баллады.

     Но вот в каком-то году весна выдалась поздняя, а  когда  она,  наконец,

пришла, задул такой сильный ветер, полили такие частые  дожди,  что  бедняга

Джон лишь изредка мог выходить из дома с товаром.

     Тяжелое это было времечко для Джона и его  жены  -  им  едва  удавалось

прокормить и одеть своих троих детей. У сына не было башмаков, не в чем было

на работу выйти, а дочки выросли из своих платьев  -  хочешь  не  хочешь,  а

доставай новые.

     - Ума не приложу, как нам быть! - со вздохом сказала жена коробейника в

одно дождливое утро.- Ничего не  могу  придумать...  Видно,  придется  тебе,

Джон, наняться в работники на ферму. В  нынешнем  году  торговлей  много  не

заработаешь.

     - В этакую погоду на ферме тоже делать нечего, - ответил коробейник.  -

Но вот что я тебе скажу, жена! Подамся-ка я в Лондон, как только прояснеет.

     - В Лондон?! - воскликнула жена.  -  А  что  тебе  там  делать?  Хочешь

разбогатеть, что ли? Да лондонские жулики тебя как липку  обдерут!  Что  это

тебе взбрело в голову-в Лондон идти?

     - Так и быть, скажу, - ответил коробейник.-  Прошлой  ночью,  когда  по

крыше дождь барабанил, мне не спалось и я все думал да  ломал  себе  голову,

как нам быть? А когда, наконец, заснул, приснился мне чудесный сон. Ей-богу,

чудесный, жена!

     - Ты, верно, видел во сне, что с неба в камин упал шкаф, набитый  новой

одежей! А когда проснулся, оказалось  в  камине  не  шкаф,  а  всего-навсего

старое грачиное гнездо, которое целый год торчало у нас на крыше.

     - Вот и нет! - сказал Джон. - Во сне я слышал только голос, - и до чего

же ласковый голос! - а чей, не знаю. И будто голос этот сказал  мне:  "Джон,

пойди в Лондон, стань  на  Лондонском  мосту,  и  ты  услышишь  удивительную

весть".

     - Какую весть? - спросила жена Джона.

     - Не знаю - тут я как раз проснулся. Но до чего ласковый это был голос,

до чего убедительный!

     - И ты собираешься тащиться в Лондон из-за какого-то сна? Да ты, должно

быть, поел за ужином заплесневелого сыра, вот  и  приснилась  тебе  какая-то

чушь!

     - Нет, женушка,- сказал коробейник.- После твоих ужинов сны не снятся.

     - И немудрено! Мне ведь ужин-то стряпать почти не из чего!  Ну,  а  что

это за удивительную весть ты должен услышать  на  Лондонском  мосту?  Может,

надеешься узнать, что помер твой старик отец и оставил тебе состояние?

     - Да, что-нибудь в этом роде, хотя моему старику  оставлять  нечего.  А

впрочем, глупости все это, и говорить о них больше не стоит.

     Но и вторую и третью ночь  коробейника  мучили  сны.  Три  ночи  подряд

слышался ему все тот же голос:

     "Джон, пойди в  Лондон,  стань  на  Лондонском  мосту,  и  ты  услышишь

удивительную весть".

     "Уж не ангел ли это говорит со мной? - думал Джон.-А может, сам господь

хочет помочь бедняку в трудный час..."

     Как ни прост был Джон, но уж если, бывало,  забьет  себе  что-нибудь  в

голову, никак его не отговоришь, и в конце концов жена согласилась отпустить

его. Благословила мужа на дорогу, сказала, что  рада  будет,  если  он  хоть

живым вернется, а больше ей ничего не надо. Заставила его одеться потеплее и

отдала ему последние деньжонки. На прощанье  Джон  расцеловал  всю  семью  и

пошел в Лондон. На сей раз он не тащил на спине тюка - вышел налегке, только

с палкой в руках.

     До Лондона ходу было четыре дня. На Джоново счастье распогодилось, и он

мог ночевать в сараях или под стогами сена. Наконец он добрался до Лондона и

без труда нашел знаменитый мост. В те далекие времена на этом  мосту  стояли

дома и лавки и по нему проходили толпы народа.

     Дошел Джон до Темзы, остановился на мосту и стал ждать. Глядит на воду,

видит - проплывают мимо лодки; глядит на улицу, видит  -  кареты  и  повозки

катят, всадники едут, пешеходы идут. Но никто с ним не  заговаривает,  никто

его не замечает.

     Когда стемнело, Джон улегся, прислонившись к стене  какого-то  дома,  и

заснул.

     На другой день он стал на другом конце моста. Но опять никто не обратил

на него никакого внимания. Проголодался Джон, купил себе  небольшой  каравай

хлеба, немного сыру и кружку пива.

     Так он и стоял на мосту день за днем, пока не вышли у него все деньги.

     "Вот и конец моим приключениям, - подумал Джон.- Денег  больше  нет,  а

толку никакого. Ни одна живая душа мне ни  словечка  не  сказала  и  никакой

вести  я  не  услышал,  ни  простой,  ни  удивительной.  А  теперь  придется

поворачивать домой да просить на хлеб - у меня, кажется, и  двух  пенсов  не

осталось..."

     И только захотел Джон в последний разок взглянуть на широкую реку,  как

подошел хозяин лавки, что стояла напротив, и заговорил с ним.

     - Не терпится мне узнать, кто ты такой и что тебе здесь надо! -  сказал

лавочник.- День за днем ты стоишь тут на мосту, хотя продавать тебе нечего и

милостыни ты не просишь. И ни с одной живой  душой  ты  не  перемолвился  ни

словечком: ни с мужчиной ни с женщиной, ни с ребенком. Так скажи  мне,  если

можно, что ты тут делаешь? Спрашиваю просто так, из любопытства.

     Джон замялся. Не хотелось ему рассказывать первому  встречному,  почему

он столько времени простоял без дела на Лондонском мосту. Но парень  он  был

простодушный, не мастер  выдумывать  всякие  небылицы  да  отговорки,  ну  и

выложил все начистоту.

     - Эх, соседушка,- начал он, - сказать по правде, я простой  деревенский

бедняк. Три ночи подряд мне снилось, что если я пойду и стану  на  этом  вот

мосту, то услышу удивительную весть. Но никаких вестей я не услышал и теперь

надо мне возвращаться домой, потому что все деньги у меня вышли.

     Лавочник опешил, уставился на Джона, а  потом  как  прыснет  со  смеху.

Хохотал до слез, чуть не лопнул от смеха.

     - Ну и умная  же  ты  голова!  -вымолвил  он,  наконец.  -  Говоришь  -

притащился из деревни в Лондон и все это  время  на  мосту  простоял  только

потому, что приснилась тебе какая-то чушь? Да другого  такого  простачка  во

всем Лондоне не сыщешь! Будет мне о  чем  порассказать  соседям!  Будет  чем

развеселить мою старуху, чтоб забыла она про свои боли в ногах.

     И он опять так и покатился со смеху.

     - Вот что я тебе скажу,  деревенщина!  -  продолжал  лавочник,  человек

словоохотливый. - Прошлой ночью я тоже видел сон - ясно, как наяву. Но я  не

такой осел, чтобы обращать внимание на какие-то сны. Я тоже  слышал  во  сне

голос. Будто кто-то сказал мне: "Поди в деревню Софэм в графстве Норфолк..."

Да, кажется в Софэм, хотя точно не  помню,  -  никогда  не  слыхал  про  эту

деревню. Так вот, значит: "Иди в Софэм, копай землю под  дубом,  что  растет

позади  дома  коробейника,  и  найдешь  преогромный  клад".  Вот   что   мне

приснилось, дружище! Но неужто ты думаешь, что я дурак набитый и со всех ног

побегу туда, раз мне такое приснилось? Да я даже знать не знаю, есть  ли  на

свете деревня Софэм!

     Но лавочник не успел вволю посмеяться  над  Джоном  -  тот  сказал  "до

свиданья" и был таков. Подивился лавочник, подумал: "Куда так торопится этот

чудак?", потом решил, что он свихнулся, и скоро забыл о нем.

     А Джон бросился бежать домой. Бежал он со всех ног, а  слова  лавочника

так и звенели у него в ушах. Всю дорогу он думал только о дубе,  что  рос  в

дальнем конце его сада. Джон хорошо знал этот дуб, да и как не знать -  ведь

он мальчонкой каждый божий день карабкался на него, а теперь на дерево лазил

его сын.

     Наконец, усталый и голодный,  добрался  он  до  дому.  Жена  несказанно

обрадовалась, когда увидела его целым  и  невредимым,  и  не  успела  с  ним

поздороваться, как принялась готовить ему завтрак. Но, хотя Джону до  смерти

хотелось есть, он не стал терять времени на еду.

     - Неси  скорей  лопату,  женушка,  -  сказал  он,  -   какой   мы   сад

перекапываем.

     - Вот она, Джон! - ответила жена. - Скажи спасибо, что я ее на хлеб  не

обменяла. А на что тебе  лопата?  Лучше  поешь!  Хотя,  по  правде  сказать,

угощать мне тебя почти нечем. Как говорится: хлебай маленъкой ложкой.

     Но Джон ее и не слышал. Кинулся в  сад  и  принялся  копать  землю  под

дубом.

     - Вот бедняга!  -  сказала  жена  коробейника  дочкам,  -  те  как  раз

прибежали поздороваться с отцом. - Вот бедняга . Лондонским  жуликам  нечего

было с него взять, так они последний разум у него отняли. А много ли  в  нем

корысти?

     Но она ошиблась. Не успел Джон  немножко  покопать,  как  наткнулся  на

большой деревянный сундук, весь перепачканный землей и почти сгнивший.  Джон

отнес его в дом и открыл. И тут все просто онемели от удивления.  В  сундуке

лежали груды золотых монет и  разная  серебряная  посуда,  а  еще  были  там

драгоценные камни и богатые украшения из чистого золота.

     - Выходит, я  не  ошибся,  -  спокойно  молвил  Джон.-  Голос  меня  не

обманывал - то был голос самой правды! Ну, что же нам теперь делать со  всем

этим богатством?

     И вот, чтобы не быть в долгу  перед  богом,  Джон  пожертвовал  большую

часть денег на  обновление  старой  деревенской  церковки,  которая  грозила

вот-вот обвалиться. А на остальные купил большой красивый дом и зажил в  нем

припеваючи с женой и детьми.

 

     Мистер Майка

 

 

     Томми Граймс иногда бывал хорошим мальчиком, а иногда плохим,  и  когда

он бывал плохим, то уж из рук вон плохим. И тогда мама говорила ему:

     - Ах, Томми, Томми, будь умницей. Не убегай с нашей улицы, не  то  тебя

мистер Майка заберет!

     Но все равно, когда Томми бывал плохим мальчиком, он обязательно убегал

со своей улицы. И вот раз не успел. он завернуть за угол, как  мистер  Майка

схватил его, сунул вниз головой в мешок и понес к себе.

     Пришел мистер Майка домой, вытащил Томми из мешка, поставил его на  пол

и ощупал ему руки и ноги.

     - Да-а, жестковат, - покачал головой мистер Майка. - Ну да все равно, -

на ужин у  меня  ничего  больше  нету,  а  если  тебя  отварить  хорошенько,

получится не так уж плохо. Ах, господи, про коренья-то я и забыл! А без  них

ты будешь совсем горький. Салли! Ты слышишь? Поди сюда, Салли! -  позвал  он

миссис Майку.

     Миссис Майка вышла из другой комнаты и спросила:

     - Чего тебе, дорогой?

     - Вот мальчишка - это нам на ужин, - сказал мистер Майка.  -  Только  я

забыл про коренья. Постереги-ка его, пока я за ними схожу.

     - Не беспокойся, милый, - ответила миссис Майка, и мистер Майка ушел.

     Тут Томми Граймс и спрашивает миссис Майку:

     - А что, мистер Майка всегда кушает на ужин мальчиков?

     - Частенько, миленький, -  отвечает  ему  миссис  Майка.-Конечно,  если

мальчики плохо себя ведут и попадаются ему под ноги.

     - Скажите, а нет ли у вас чего-нибудь другого на ужин, кроме  меня?  Ну

хоть пудинга? - спросил Томми.

     - Ах, как я люблю пудинг! - вздохнула миссис Майка. -  Только  мне  так

редко приходится его кушать.

     - А вы знаете, моя мама как раз сегодня готовит пудинг! - сказал  Томми

Граймс.- И она вам, конечно, даст  кусочек,  если  я  ее  попрошу.  Сбегать,

принести вам?

     - Какой заботливый мальчонка!  -обрадовалась  миссис  Майка.  -  Только

смотри не мешкай, обязательно возвращайся к ужину.

     Томми бросился наутек и был рад-радешенек, что так дешево отделался.  И

много-много дней после этого он был таким хорошим мальчиком, какого свет  не

видывал. Ни разу не убегал со своей улицы. Но не мог же он всегда оставаться

хорошим! И вот в один прекрасный день он опять забежал за угол.

     И надо же было так случиться, что  не  успел  он  оказаться  на  другой

улице, как мистер Майка заграбастал его, сунул в свой мешок и понес домой.

     Притащил он Томми к себе домой, вытряхнул из мешка и сразу узнал его.

     - Э-э, - говорит, - да ты никак тот самый мальчишка, что сыграл с  нами

скверную шутку-оставил меня с хозяйкой без ужина.  Но  больше  тебе  это  не

удастся! Теперь я сам тебя постерегу. Ну-ка, лезь под диван, а я  посижу  да

подожду, пока вскипит для тебя котел с водой.

     Пришлось бедному Томми лезть куда приказано, а мистер Майка  уселся  на

диван и принялся ждать, пока котел закипит. Ждали они, ждали, а котел все не

закипал, так что под конец мистеру Майке это надоело и он сказал:

     - Эй ты, там внизу! Что мне, - век здесь сидеть? Не  стану!  Только  на

сей раз ты уж от меня не улизнешь. Высунь-ка ножку!

     Томми высунул ножку, а мистер Майка схватил топор, отрубил ее и  бросил

в котел. Потом позвал:

     - Салли! Салли, дорогая!

     Но никто не ответил.  Тогда  мистер  Майка  вышел  в  соседнюю  комнату

поискать миссис Майку, а пока искал, Томми выбрался из-под дивана и бросился

к двери. Ведь высунул-то он из-под дивана не свою ножку, а диванную!

     И вот опять вернулся Томми Граймс домой и больше никогда не забегал  за

угол до тех самых пор, пока не вырос большой и ему не разрешили ходить всюду

одному.

 

     Король Иоанн и кентерберийский аббат

 

 

     В  царствование  короля  Иоанна  кентерберийский  аббат  жил  в   своем

аббатстве не хуже самого короля.  Каждый  день  в  трапезной  вместе  с  ним

обедали сто монахов, и всегда его окружала свита  из  пятидесяти  рыцарей  в

бархатных одеждах и с золотыми цепями на груди.

     Как вам известно, король Иоанн был на редкость плохим  королем.  Он  не

терпел, чтобы кого-нибудь из его подданных - будь  то  даже  святой  отец  -

почитали больше, чем его самого. И он вызвал кентерберийского аббата к себе.

     Аббат, а с ним его пышная свита - пятьдесят рыцарей в латах,  бархатных

плащах и с золотыми цепями  на  груди  -  явились  ко  двору.  Король  вышел

навстречу аббату и молвил:

     - Как чувствуешь себя, святой отец? Слышал я, что двор у тебя еще более

пышный, чем мой.  Это  оскорбляет  наше  королевское  достоинство  и  пахнет

изменой.

     - Государь,  позвольте  мне  оправдаться,  -  ответил  аббат  с  низким

поклоном.- Все, что я трачу,-  это  приношения  благочестивых  людей  нашему

аббатству. Надеюсь, что ваше величество не прогневается на меня за то, что я

трачу на аббатство деньги, принадлежащие аббатству.

     - Неладно говоришь, почтенный прелат!  -  молвил  король.  -  Все,  что

находится в нашем славном королевстве английском,  принадлежит  только  нам.

Значит, не подобает тебе так роскошествовать и тем позорить  самого  короля!

Но по великой своей милости я не отниму у тебя ни жизни твоей, ни имущества,

если ты ответишь мне на три вопроса.

     - Постараюсь, государь, - ответил аббат, - если это по  силам  скудному

моему разуму.

     - Скажи мне, - молвил король, -  где  середина  земли?  И  сколько  мне

понадобится времени, чтобы объехать вокруг света? И, наконец, угадай, о  чем

я сейчас думаю!

     - Ваше величество, верно, шутить изволите,- пробормотал аббат.

     - Вот погоди, увидишь, что это за шутки, - сказал король. - Не ответишь

на все три вопроса до конца недели, голову тебе сниму!

     И король ушел.

     В страхе и трепете отправился аббат домой, но сначала заехал в Оксфорд.

Там он думал найти какого-нибудь ученого мужа, который научил  бы  его,  как

ответить на все три вопроса. Однако не  нашел  никого  и  в  горе  и  печали

повернул к Кентербери, чтобы проститься со СВОИМИ монахами И вдруг  встретил

на дороге пастуха - тот пас овец аббатства и теперь брел в овчарню.

     - С приездом, господин аббат!  -  приветствовал  его  пастух.  -  Какие

новости привезли от доброго короля Иоанна?

     - Печальные новости, пастух, печальные, - промолвил аббат и  рассказал,

как принял его король.

     - Не горюйте, господин аббат, - сказал пастух. - Случается,  что  дурак

разгадает то, чего не знает умный человек. Вместо  вас  поеду  в  Лондон  я.

Только одолжите мне свое платье и пошлите  со  мной  вашу  свиту.  На  худой

конец, я умру вместо вас.

     - Что ты, пастух! - сказал аббат. - Мне не пристало избегать опасности.

И потому ты не можешь ехать вместо меня.

     - Могу! И поеду, господин аббат! В вашем  платье  и  клобуке  кто  меня

узнает?

     И вот аббат согласился, нарядил  пастуха  в  лучшие  свои  облачения  и

отправил его в Лондон. А  сам  надел  простое  монашеское  платье,  надвинул

клобук на лицо и вместе со свитой тоже прибыл ко двору короля.

     - Добро пожаловать, господин аббат,  -  сказал  король  Иоанн  пастуху,

переодетому в платье аббата. - Я вижу, ты уже примирился с судьбой.

     - Я готов отвечать вашему величеству, - промолвил пастух.

     - Так, так! Ну, отвечай на первый вопрос: где середина земли? - спросил

король.

     - Здесь! - ответил пастух и ударил по земле иноческим посохом. - А если

ваше величество сомневается, измерьте и тогда сами убедитесь.

     - Святой Ботолф! - воскликнул король. - Неглупый ответ! Ты, я вижу,  за

словом в карман не лезешь. А теперь Ответь мне  на  второй  вопрос:  сколько

времени мне понадобится, чтобы объехать вокруг света?

     - Если ваше величество изволит подняться вместе с солнцем и будет ехать

за ним не отставая, до следующего восхода, то как раз успеет объехать вокруг

света.

     - Святой Иоанн! - засмеялся король. - Я и не знал, что так быстро.  Ну,

с этим покончено. А теперь третий и последний вопрос: о чем я сейчас думаю?

     - Это легко угадать, ваше величество,-ответил пастух. - Ваше величество

изволит  думать,  что  я  -  кентерберийскпй  аббат,  но,  как   вы   сейчас

убедитесь, - тут пастух откинул клобук, - я всего только его скромный пастух

и умоляю вас простить и его и меня.

     Тут король расхохотался.

     - Ловко ты  меня  провел!  -  сказал  он.-  Выходит,  ты  умнее  своего

господина, а потому назначаю тебя кентерберийским аббатом вместо него.

     - Это невозможно, - возразил пастух, - ведь я не  умею  ни  читать,  ни

писать.

     - Коли так, будешь получать шесть червонцев в неделю за то,  что  остер

на язык. И передай аббату, что я его прощаю!

     Затем король Иоанн наградил пастуха по-королевски и отправил его домой.

 

     Джек Хэннефорд

 

 

     Жил на свете старый солдат. Долго пришлось ему воевать - так долго, что

под конец он совсем обносился и не  знал,  куда  податься,  чтобы  раздобыть

деньжонок. Взбирался он на вересковые холмы, спускался  в  долины,  пока  не

добрался, наконец, до одной фермы. Фермер в то время  был  в  отъезде  -  он

отправился на рынок, - а жена  его  дома  осталась.  Была  она  дура  дурой.

Правда, сам фермер тоже умом не отличался, так что трудно  сказать,  кто  из

них был глупее. Ну, да когда вы услышите весь рассказ, вы сами это решите.

     Так вот, уезжая на рынок, фермер сказал жене:

     - Даю тебе десять фунтов золотом. Смотри береги их,  пока  я  домой  не

вернусь!

     Не будь он набитым дураком, никогда бы он не оставил деньги жене.

     Только он скрылся из глаз, жена и говорит себе.

     - Уж я схороню эти денежки от  воров!  Завязала  все  десять  фунтов  в

узелок, пошла в комнату и спрятала над камином.

     "Тут их никакому вору не найти!" - думает. А в это самое время подходит

к дому старый солдат Джек Хэннефорд и стучится в дверь.

     - Кто там? - спрашивает фермерша.

     - Джек Хэннефорд.

     - Откуда идешь?

     - Из рая.

     - Господи помилуй! Так ты, верно, видел там моего покойного старика?

     А надо сказать, что  за  фермера  она  вышла  вдовой,  так  что  сейчас

спрашивала про своего первого мужа.

     - Как не видать, видел, - отвечает солдат.

     - Ну и  как  он  там  поживает?  -  спрашивает  фермерша,  а  сама  уже

расчувствовалась.

     - Да так себе. Чинит старые башмаки. А ест одну капусту.

     - Ох, бедняжка! - говорит фермерша. - А не  просил  он  мне  что-нибудь

передать?

     - Как же! - говорит Джек Хэннефорд. - Сказал, что кожа  для  починки  у

него вся вышла и в карманах пусто. Значит, не мешало  бы  тебе  послать  ему

несколько шиллингов - было бы на что кожей запастись.

     - Пошлю, пошлю! Благослови господи его грешную Душу...

     И вот фермерша побежала в комнату, достала узелок с десятью  фунтами  и

отдала его солдату.

     - Передай моему старику, - говорит, -  чтобы  он  взял  из  этих  денег

сколько надо, а остальное назад прислал.

     Джек забрал деньги и не стал долго  раздумывать,  а  поспешил  поскорей

убраться с фермы.

     Тем временем фермер вернулся  домой  и  спросил  жену  про  деньги.  Та

рассказала ему, что отослала их с одним служивым  на  небо,  в  рай,  своему

покойному мужу, чтобы тот купил  себе  кожи  -  святым  да  ангелам  башмаки

чинить.

     Фермер очень рассердился на жену и сказал,  что  в  жизни  не  встречал

такой дуры. А жена сказала, что он еще глупей, коли доверил ей деньги.

     Однако препираться было некогда; вскочил фермер на коня  и  пустился  в

погоню за Джеком Хэннефордом. Услышал старый солдат стук  копыт  и  смекнул,

что это фермер за ним  гонится.  Улегся  он  на  землю,  одной  рукой  глаза

прикрыл, другой на небо указывает и сам туда же глядит.

     - Что ты тут делаешь? - спросил его фермер, придержав коня.

     - О господи! Вот чудо так чудо! - воскликнул Джек.

     - Что за чудо?

     - Да вон там человек прямо на небо летит, словно по земле бежит.

     - Ты и сейчас его видишь?

     - Вижу.

     - Где же он?

     - Слезай с коня и ложись на землю!

     - А ты коня подержишь? Джек охотно согласился. Вот лег фермер на землю.

     - Ничего не вижу, - говорит.

     - Прикрой глаза ладонью и сразу увидишь, как человек во весь дух летит.

     И правда, фермер увидел, как человек во весь дух летит, только это  был

Джек Хэннефорд - он вскочил на коня и наутек.

     Вернулся фермер домой пеший, без коня. -  Вот  видишь,  -  сказала  ему

жена, - выходит, ты еще глупей меня. Я только одну глупость  сделала,  а  ты

целых две!

 

     Биннори

 

 

     Жили когда-то  в  замке  близ  дивных  мельничных  плотин  Биннори  две

королевских дочери. И посватался к старшей из них сэр Уильям, и  покорил  ее

сердце, и скрепил свои клятвы кольцом и перчаткой. А  потом  увидел  младшую

сестру-златокудрую, с лицом нежным, как цветущая  вишня,  -  и  сердце  свое

отдал ей, а старшую разлюбил. И старшая возненавидела младшую за то, что  та

отняла у нее любовь сэра Уильяма, и ненависть ее все росла день ото  дня,  и

она все думала да гадала, как бы ей погубить сестру.

     И вот в одно тихое светлое утро старшая сестра сказала младшей:

     - Пойдем посмотрим, как входят в дивные воды Биннори ладьи нашего отца!

     И они взялись за руки и пошли. И когда подошли они  к  берегу,  младшая

поднялась на большой камень: хотела увидеть, как будут вытягивать  на  берег

ладьи. А старшая сестра шла за ней следом и вдруг обвила ее  стан  руками  и

столкнула ее в бурные воды Биннори.

     - Ах, сестра, сестра, протяни мне руку! - крикнула  младшая  принцесса,

когда вода понесла ее прочь. - Я отдам тебе половину всего, что есть у  меня

и что будет!

     - О нет, сестра, не  подам  я  тебе  руки!  Ты  умрешь,  и  земли  твои

достанутся мне! Позор мне будет, если я дотронусь до той, что разлучила меня

с любимым!

     - О сестра, сестра, так протяни мне  хоть  перчатку,  и  я  верну  тебе

Уильяма! - кричала принцесса, а поток уносил ее все дальше и дальше.

     - Тони! - отвечала жестокая принцесса. - Не коснусь я тебя ни рукой, ни

перчаткой! Ты утонешь в дивных водах Биннори, и  милый  Уильям  снова  будет

моим!

     И она вернулась в королевский замок.

     А младшую принцессу поток нес все дальше, и она то всплывала наверх, то

снова скрывалась в воде, пока, наконец, река не принесла ее к мельнице. А  в

это время  дочка  мельника  готовила  обед,  и  понадобилась  ей  вода.  Вот

спустилась она к реке, увидела - что-то плывет к плотине, и крикнула:

     - Отец! Отец! Скорей опусти створки! Что-то белое- лебедь или русалка -

плывет сюда по реке.

     И мельник поспешил к плотине и остановил тяжелые,  страшные  мельничные

колеса. А потом отец с дочерью вытащили из воды принцессу и положили  ее  на

берег.

     Светлая и прекрасная, лежала она на земле. Жемчуга и самоцветы украшали

ее золотые кудри, золотой пояс стягивал ее тонкий стан, золотая  бахрома  па

подоле белой одежды скрывала ее нежные ножки.

     Но она не дышала, не дышала...

     А пока прекрасная принцесса  лежала  на  берегу,  мимо  плотин  Биннори

проходил странник - знаменитый арфист. Он увидел ее прелестное бледное  лицо

и с тех пор не мог его забыть. Долго странствовал он по свету,  а  лицо  это

все стояло перед его глазами.

     Много-много  дней  спустя  он  вернулся  к  дивным  водам  Биннори,  но

принцесса давно уже спала вечным сном, и он нашел лишь кости ее  да  золотые

кудри. И он сделал из них арфу и поднялся с  нею  на  холм,  что  стоит  над

плотиной Биннори, и подошел к замку, где жил король-отец.

     В тот вечер король и королева, их сын и дочь, сэр Уильям  и  весь  двор

собрались в зале послушать  прославленного  арфиста.  И  вот  запел  арфист,

перебирая струны своей арфы, и все - то ликовали и радовались, то плакали  и

печалились, повинуясь его желанию. И вдруг арфа сама запела  тихим  и  ясным

голосом; тогда арфист умолк, и все затаили дыхание.

     Вот о чем пела арфа:

     О, там сидит мой отец, король,

     Биннори, о Биннори;

     А с ним сидит королева-мать

     Близ дивной плотины Биннори.

     Стоит здесь и Хью, мой брат родной,

     Биннори, о Биннори;

     И верный-неверный Уильям мой,

     Близ дивной плотины Биннори;

     Диву дались все в зале, а старый арфист рассказал, как  однажды  увидел

он на берегу мертвую принцессу, что утонула близ дивных  плотин  Биннори,  и

как сделал из ее костей и кудрей эту арфу.

     И вдруг арфа снова запела громким и ясным голосом:

     А вот и сестра, что топила меня

     Близ дивной плотины Биннори.

     И тут струны лопнули, и арфа умолкла навсегда, навсегда.

 

     Владыка из владык

 

     Одна  девушка  нанималась   в   услужение   к   пожилому   чудаковатому

джентльмену. Спрашивает он ее:

     - Как ты будешь меня называть?

     - Хозяином, или барином, или  как  вам  будет  угодно,  сэр,-  отвечает

девушка.

     - Ты должна меня называть "владыкой  из  владык".  А  как  ты  назовешь

это? - спрашивает он, указывая на свою кровать.

     - Кровать, или постель, или как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна называть это "отдыхалищем". А это? - спрашивает джентльмен,

указывая на свои панталоны.

     - Штаны, или брюки, или как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна  называть  их  "фары-фанфары".  А  это?  -  спрашивает  он,

указывая на кошку.

     - Кошка, или киса, или как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна называть ее "Фелиция белолицая". А как ты назовешь  это?  -

спрашивает он, указывая на воду.

     - Вода, или влага, или как вам будет угодно, сэр.

     -Ты должна называть это "мокромундией".

     А это? - указывает он на огонь.

     - Огонь, или пламя, или как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна называть это "красным петухалиусом". А это?-указывает он на

свой дом.

     - Дом, или особняк, или как вам будет угодно, сэр.

     - Ты должна называть это "громадой поднебесной".

     В ту же ночь хозяина будит испуганный вопль служанки:

     - Владыка из владык! Слезайте скорее с  отдыхалища  да  надевайте  ваши

фары-фанфары! Фелиция белолицая опрокинула свечку, так что, если  вы  сейчас

же не побежите за мокромундией, красный петухалиус спалит всю  вашу  громаду

поднебесную.

 

 

     Джек и бобовый росток

 

     Давным-давно, а точнее сказать -не припомню когда, жила на свете бедная

вдова с сыном. Помощи ждать им было неоткуда, вот и впали они в такую нужду,

что порой не оставалось ни горсти муки в доме, ни клочка сена для коровы.

     Вот однажды мать и говорит:

     - Видно, делать нечего, Джек, придется нам продать корову.

     - Почему? - спросил Джек.

     - Он еще спрашивает, почему! Да чтобы купить хлеба на  прокорм,  глупая

твоя голова!

     - Ладно,- согласился Джек.- Завтра же  утром  отведу  Бурую  на  базар.

Возьму за нее хорошую цену, не беспокойся.

     На другой день рано утром Джек  встал,  собрался  и  погнал  корову  на

базар. Путь был не близкий, и Джек не раз сворачивал с пыльной дороги, чтобы

самому отдохнуть в тени и дать корове пощипать свежей травы.

     Вот так сидит он под деревом и вдруг видит: бредет  навстречу  какой-то

чудной коротышка с тощей котомкой за спиной.

     - Добрый день, Джек! - сказал чудной коротышка  и  остановился  рядом.-

Куда это ты путь держишь?

     - Добрый день, уж не знаю, как вас по имени,- отозвался Джек.-  Иду  на

базар продавать корову.

     - Продай ее мне, и дело с концом,- предложил коротышка.

     - С удовольствием,- ответил  Джек.-  Все  лучше,  чем  топать  по  жаре

туда-обратно. А много ли вы за нее дадите?

     - Столько, что тебе и не снилось!

     - Да ну! - засмеялся Джек.- Что мне снилось, про то я один знаю.

     А человечек между тем снял с плеча свою котомочку, порылся в ней, вынул

пять простых бобов и протянул их на ладошке Джеку:

     - Держи. Будем в расчете.

     - Что такое? - изумился Джек.- Пять бобов за целую корову?

     - Пять бобов,- важно подтвердил человечек.-  Но  каких  бобов!  Вечером

посадишь - к утру вырастут до самого неба.

     - Не может быть! - воскликнул Джек,  разглядывая  бобы.-  А  когда  они

вырастут до самого неба, тогда что?

     - А дальше смотри сам,- отвечал человечек.

     - Ну ладно, по рукам! - согласился Джек.

     Он устал от ходьбы да от жары и рад был  вернуться  домой.  К  тому  же

любопытство его разобрало: что за диковина такая?

     Взял он бобы, отдал коротышке корову. Но куда тот ее  погнал,  в  какую

сторону, Джек не приметил.

     Кажется, только что стояли они рядом и вдруг пропали -  ни  коровы,  ни

прохожего.

     Вернулся Джек домой и говорит матери:

     - Коровенку я продал. Взгляни, какую мне дали за нее  чудную  цену.-  И

показал ей пять бобов.

     Увидела  мать  бобы  -  и  слушать  дальше  не   стала:   рассердилась,

раскричалась, надавала Джеку тумаков, а бобы его вышвырнула за окошко. Потом

села у очага и горько заплакала...

     На другое утро проснулся Джек не так, как  всегда.  Обычно  его  солнце

будило своим ярким светом в лицо, а теперь в комнате стоял полумрак. "Дождик

на дворе, что ли?" - подумал Джек, спрыгнул с постели и выглянул в окошко.

     Что за чудеса! Перед самыми его глазами колыхался  целый  лес  стеблей,

листьев и свежих зеленых побегов. За ночь бобовые ростки вымахали до  самого

неба невиданная чудесная лестница высилась перед Джеком -  широкая,  мощная,

зеленая, сверкающая на солнце.

     "Ну и ну!-сказал себе Джек.-Что там матушка ни говори, а цена  все-таки

недурная за одну старую корову! Пусть меня олухом назовут, если эта  бобовая

лестница не доходит до самого неба. Однако что же дальше?"

     И тут он вспомнил слова вчерашнего человечка: "А дальше смотри сам".

     - Вот и посмотрю,- решил Джек. Вылез он  из  окна  и  стал  карабкаться

вверх по бобовому стеблю.

     Он взбирался все выше и выше, все выше и выше.  Страшно  подумать,  как

высоко ему пришлось влезть, прежде чем он наконец добрался до неба.  Широкая

белая дорога пролегла перед ним. Он пошел по этой  дороге  и  вскоре  увидел

огромный дом, и огромная женщина стояла на пороге этого огромного дома.

     - Какое чудесное утро! - приветствовал ее Джек.- И какой чудесный у вас

домик, хозяйка!

     - Чего  тебе?  -  проворчала   великанша,   подозрительно   разглядывая

мальчика.

     - Добрая хозяйка! - отвечал Джек.- Со вчерашнего дня у меня не было  ни

крошки во рту, да и вчера я остался без ужина. Не дадите ли вы мне  хотя  бы

малюсенький кусочек на завтрак?

     - На завтрак! - усмехнулась великанша.-

     Знай, что если ты сейчас не уберешься отсюда подобру-поздорову, то  сам

станешь завтраком.

     - Как это? - спросил Джек.

     - А так, что мой муж - великан, который ест вот таких мальчишек. Сейчас

он на прогулке, но если вернется и увидит тебя - тотчас же  сварит  себе  на

завтрак.

     Другой бы перепугался от таких слов, но только не Джек. Голод  его  был

пуще страха. Он так просил и  умолял  великаншу  дать  ему  хоть  что-нибудь

перекусить, что та наконец сжалилась, впустила его на кухню и  дала  немного

хлеба, сыра и молока. Но едва он успел проглотить свой завтрак, как за окном

раздались тяжелые шаги великана: Бум! Бом! Бум! Бом!

     - Ой, выйдет мне боком моя доброта! - всполошилась  великанша.-  Скорее

лезь в печку!

     Она быстро запихнула Джека в  огромную  остывшую  печь  и  прикрыла  ее

заслонкой. В тот же миг дверь распахнулась,  и  в  кухню  ввалился  страшный

великан-людоед.

     Он принюхался, запыхтел громко, как кузнечный мех, и проревел:

     Тьфуй! Фуй! Уф! Ух!

     Чую человечий дух!

     Будь он мертвый или живый -

     Будет славной мне поживой!

     - Видно, стареешь ты, муженек, вот и нюх у  тебя  притупился,-возразила

ему жена.-Пахнет ведь не человеком, а носорогами, которых я сварила тебе  на

завтрак.

     Великан не любил, когда ему напоминали  о  старости.  Ворча  да  бурча,

уселся он за стол и угрюмо съел все, что подала  ему  хозяйка.  После  этого

велел принести свои мешки с золотом -  он  имел  привычку  пересчитывать  их

после еды для лучшего пищеварения.

     Великанша принесла золото, положила на стол, а сама вышла приглядеть за

скотиной. Ведь вся работа в доме была на ней, а великан ничего  не  делал  -

только ел и спал. Вот и сейчас - едва начал он  пересчитывать  свое  золото,

как устал, уронил голову на груду монет и захрапел. Да  так,  что  весь  дом

заходил ходуном и затрясся.

     Тогда Джек тихонько выбрался из  печи,  вскарабкался  по  ножке  стола,

ухватил один из великаньих мешков - тот, что был поближе,- и пустился с  ним

наутек - за дверь да за порог да бегом по  широкой  белой  дороге,  пока  не

прибежал к верхушке своего бобового стебля.

     Там он сунул мешок за пазуху, спустился  на  землю,  вернулся  домой  и

отдал матери мешок с золотом. На этот раз  она  его  не  ругала,  не  давала

тумаков, а наоборот - расцеловала и назвала молодцом;

     Долго ли, коротко жили они на то золото, что принес Джек,  но  вот  оно

все вышло, и стали они такими же бедными, как и прежде.

     Как быть? Конечно,  мать  и  слышать  не  хотела  о  том,  чтобы  снова

отпустить Джека к великану, но сам-то он решил иначе.

     И вот однажды утром, тайком от матери, он стал карабкаться по  бобовому

стеблю - все выше и выше, выше и выше, до самого неба,- и ступил наконец  на

широкую белую дорогу. По той широкой белой дороге пришел он к дому великана,

смело отворил дверь и оказался на кухне, где жена великана готовила завтрак.

     - С добрым утром, хозяйка!-приветствовал ее Джек.

     - А-а, это  ты!  -  сказала  великанша  и  наклонилась,  чтобы  получше

разглядеть гостя.- А где мешок с золотом?

     - Если б я это знал! - отвечал Джек.- Золото всегда  куда-то  исчезает,

просто чудеса с ним!

     - Чудеса? - усомнилась великанша.- Значит, оно не у тебя?

     - Сами посудите, хозяйка, пришел бы я к вам просить корочку хлеба, будь

у меня мешок золота?

     - Пожалуй, ты прав,- согласилась она и протянула Джеку кусок хлеба.

     И вдруг - Бум! Бом! Бум! Бом!  -  дом  содрогнулся  от  шагов  людоеда.

Хозяйка едва успела впихнуть Джека в печь и прикрыть заслонкой,  как  людоед

ввалился в кухню.

     Тьфуй! Фуй! Уф! Ух!

     Чую человечий дух!

     Будь он мертвый или живый,

     Будет славной мне поживой! - проревел великан.

     Но жена, как и в прошлый раз, стала корить его: мол, человечьим духом и

не пахнет, просто нюх у него от старости притупился. Великан не любил  таких

разговоров. Он угрюмо съел свой завтрак и сказал:

     - Жена! Притащи-ка мне курицу, которая несет золотые яйца.

     Великанша принесла ему курицу, а сама вышла приглядеть за скотиной.

     - Клади! - приказал великан, и курочка тотчас же снесла золотое яичко.

     Так повторялось много раз,  пока  наконец  великан  не  устал  от  этой

забавы. Он уронил голову на стол и оглушительно захрапел. Тогда  Джек  вылез

из печки, схватил волшебную несушку и бросился наутек. Но когда он  пробегал

по двору, курица закудахтала и жена великана пустилась вдогонку. Она  громко

бранилась, грозила Джеку кулаком, да, к счастью, запуталась в своей  длинной

юбке и упала. Так что Джек как раз вовремя успел добежать до бобового стебля

и спуститься вниз.

     - Смотри, что я принес, мама!

     Джек поставил курочку на стол и сказал:  "Клади!"  -  и  золотое  яичко

покатилось по столу. "Клади!" - и явилось второе золотое яичко. И третье,  и

четвертое...

     С тех пор Джек с матерью могли не бояться нужды, ведь волшебная курочка

всегда дала бы им столько золота, сколько они пожелают. Поэтому  мать  взяла

топор и хотела срубить бобовый стебель.  Но  Джек  воспротивился  этому.  Он

сказал, что это его стебель и он сам срубит его, когда будет нужно. На самом

деле он задумал еще раз отправиться к великану. А мать Джека решила  срубить

стебель в другой  раз  потихоньку  от  Джека,  поэтому  она  спрятала  топор

неподалеку от бобов, чтобы в нужное время он  был  под  рукой.  И  вы  скоро

узнаете, как это пригодилось!

     Джек решил снова навестить дом великана. Но на  этот  раз  он  не  стал

сразу заходить на кухню, опасаясь, как бы жена великана не свернула ему  шею

в отместку за украденную курицу. Он спрятался в саду  за  кустом,  дождался,

когда хозяйка выйдет из дома - она пошла набрать воды в ведро,- пробрался на

кухню и спрятался в ларь с мукой.

     Вскоре великанша вернулась обратно и стала готовить завтрак, а там и ее

муж-людоед - Бум! Бом! Бум! Бом! - пожаловал с прогулки.

     Он шумно втянул ноздрями воздух и страшно завопил:

     - Жена! Чую человечий дух! Чую, разрази меня гром! Чую его, чую!!!

     - Наверное, это тот воришка, который стянул  курицу,-  отвечала  жена.-

Он, наверное, в печке.

     Но в печке никого не оказалось. Они обшарили всю кухню,  но  так  и  не

догадались заглянуть в ларь с мукой. Ведь никому  и  в  голову  не  взбредет

искать мальчишку в муке!

     - Эх, злость разбирает! - сказал великан  после  завтрака.-  Принеси-ка

мне, жена, мою золотую арфу - она меня утешит.

     Хозяйка поставила арфу на стол, а сама вышла приглядеть за скотиной.

     - Пой, арфа! - велел великан.

     И арфа запела, да так сладко и утешно, как  и  птицы  лесные  не  поют.

Великан слушал-слушал и вскоре стал клевать носом. Минута, и он уже  храпел,

положив голову на стол.

     Тогда Джек выбрался из  мучного  ларя,  вскарабкался  по  ножке  стола,

схватил арфу и пустился наутек. Но когда он перескакивал через  порог,  арфа

громко зазвенела и позвала: "Хозяин! Хозяин!" Великан проснулся  и  выглянул

за дверь.

     Увидел он, как Джек улепетывал по широкой белой дороге с арфой в руках,

взревел и бросился в погоню. Джек мчался, как заяц, спасающий свою жизнь,  а

великан несся за ним огромными прыжками и оглашал всю округу диким ревом.

     Впрочем, если бы он поменьше ревел и побольше берег силы, то, наверное,

догнал бы Джека. Но глупый великан запыхался и замешкался.  Он  уже  было  и

руку протянул на бегу, чтобы  схватить  мальчишку,  но  тот  успел  все-таки

добежать до бобового  стебля  и  стал  быстро-быстро  карабкаться  вниз,  не

выпуская арфы из рук.

     Великан остановился на краю небес и призадумался. Он  потрогал  и  даже

покачал бобовый стебель, прикидывая, выдержит ли тот его тяжесть. Но  в  это

время арфа еще раз позвала его снизу: "Хозяин!  Хозяин!"  -  и  он  решился:

облапил обеими ручищами стебель  и  стал  карабкаться  вниз.  Дождем  летели

сверху листья и обломки веток,  гнулась  и  качалась  вся  огромная  зеленая

лестница. Джек взглянул вверх и увидел, что великан его настигает.

     - Мама! Мама! - закричал он.- Топор! Неси скорее топор!

     Но топор долго искать не пришлось: как вы помните, он уже был спрятан в

траве под самым бобовым стеблем. Мать схватила его, выждала момент  и,  едва

Джек спрыгнул на землю, с одного удара перерубила стебель. Дрогнула громада,

заколебалась-и рухнула наземь с великим шумом и треском, а вместе  с  нею  с

великим шумом и треском рухнул наземь великан-людоед и расшибся насмерть.

     С этих пор Джек с матерью зажили счастливо и  безбедно.  Они  построили

себе новый дом взамен старого, обветшалого домика. Говорят  даже,  что  Джек

женился на принцессе. Так ли это, не знаю. Может быть, и не на принцессе. Но

то, что жили они долгие-долгие годы в мире и согласии, это  правда.  А  если

порой и навещало их уныние или усталость, Джек доставал золотую арфу, ставил

ее на стол и говорил:

     - Пой, арфа! И вся их печаль рассеивалась без следа.

 

 

     Портной и феи

 

     В прежние времена портные не сидели на одном месте, а ходили пешком  по

деревням и предлагали людям свои услуги: пошить или  починить  одежду.  Один

такой портной, по имени Томас,  работал  как-то  на  хуторе  Норт-Райдинг  в

Йоркшире да за работой беседовал о том о сем с хозяйкой. Увидел  Томас,  как

она налила в мисочку свежих сливок и выставила ее за  порог  для  домовенка,

или маленького брауни, и спрашивает:

     - Неужели вы и вправду верите в домовых, эльфов и всяких там фей?

     - А то как же! - отвечала жена фермера.

     - А я,- усмехнулся Томас,- если б я когда-нибудь  повстречал  фею...  Я

взял бы эту феечку и посадил в бутылочку, чтоб не проказничала.

     - Tсc! - испуганно прошептала женщина.

     - Как  бы  вас  не  услышала  какая-нибудь  фея.  Они  бывают  довольно

злопамятны, если их обидеть.

     - Подумаешь, как страшно,- хмыкнул Томас, перекусил нитку  и  разгладил

рукавный шов на особой портняжной дощечке.- А я утверждаю, что  никаких  фей

не существует.

     - И очень глупо,-  сказала  жена  фермера.  Стало  смеркаться.  Портной

закончил свою работу, сложил иголку, нитки да  ножницы  в  сумку,  взял  под

мышку портняжную доску.

     - Надо бы успеть домой до темноты. Жена, наверное, заждалась.

     - Вот, возьмите для вашей женушки,-  сказала  хозяйка.-  Это  пирог  из

домашней поросятинки, ей понравится.

     - Спасибо,-ответил Томас.-Доброй ночи.

     - Будьте осторожны,- донеслось к нему на прощанье,- берегитесь фей!

     - Тьфу на них! - откликнулся портной и быстро зашагал домой.

     Сначала он шел по тропинке,  но  потом  решил  срезать  путь  и  пройти

напрямик через поле. Когда портной  перелезал  через  изгородь,  он  неловко

взмахнул сумкой и выронил на землю ножницы.

     Пришлось положить сумку и портняжную доску и заняться поисками  ножниц.

Казалось бы,  ножницы  -  не  иголка,  да  никак  почему-то  не  хотели  они

отыскаться.

     - Вот незадача,-ворчал Томас.-Ножницы для портного - наипервейшая вещь,

да еще такие отличные! Ладно. Вернусь утром на это место и отыщу.

     Он поднял свою сумку и пирог... но где же портняжная  доска?  Куда  она

могла запропаститься? Он снова положил пирог и сумку, обшарил все вокруг  на

коленях - и впустую.

     "Ну и дьявол с ней,- подумал он.- Все равно до утра никто  не  возьмет.

Отправлюсь-ка я домой да поем с женой пирога, пока он еще свеж".

     Не тут-то было! Он поднял сумку, но никакого пирога рядом не оказалось.

Он излазил на четвереньках чуть не весь  луг,  но  не  нашел  ничего,  кроме

камней и  колючек.  Осталось  только  облизнуться,  вспоминая  о  пироге,  и

отправиться домой налегке, с одной сумкой. Вернулся Томас к тому месту,  где

оставил сумку, но ее там не было! Он подумал, что ошибся местом, однако  все

приметы сходились - вот изгородь, вот большой валун, только сумка исчезла.

     - Эх, был бы фонарь! - простонал Томас.- Что же теперь мне делать - без

иголки и ниток, без ножниц и моей портняжной сумки?

     Он повернул было к дому... только где ж он, его дом? Он столько  бродил

и кружил в поисках своих вещей, что совсем сбился с пути, а ночь была черна,

как яма. И вдруг, к великой своей радости, он заметил впереди огонек. Словно

кто-то медленно шел с фонарем по лугу.

     - Сюда!-позвал Томас.-Эй, с фонарем! Сюда!

     - Сам иди сюда! Сам иди сюда! - отозвался насмешливый голосок.

     Портной побрел на свет, но таинственный огонек тоже не стоял на  месте:

он  то  приближался  почти  вплотную,-  кажется,  только  руку   протяни   и

схватишь! - то вдруг исчезал и вспыхивал где-то вдалеке, на краю поля.

     Томас по колено измазался  в  глине  буераков,  расцарапал  терновником

лицо, изорвал одежду. Он  преследовал  блуждающий  огонек,  пока  вконец  не

выбился из сил и не отчаялся.

     Огонек окончательно пропал. Стало  светать.  Портной  услышал  звяканье

молочных бидонов на ферме, оглянулся и увидел перед собой тот же хутор и тот

же двор, из которого он вчера  вышел.  А  рядом  на  траве  лежали  все  его

потерянные вещи!

     Томас был слишком измучен, чтобы идти домой в свою деревню. Он постучал

в знакомую дверь. Увидела его хозяйка и всплеснула руками от изумленья:

     - Господи! Что с вами стряслось? Она помогла портному почистить  одежду

и накормила его завтраком, а потом вдруг улыбнулась и спросила:

     -Ну как? Посадили феечку в бутылочку? Но Томас  ничего  не  ответил.  И

никогда в жизни не говорил больше о феях дурного слова.

 

     Чудовище Уинделстоунского ущелья

 

     Жили некогда в Бамбургском замке могучий король и прекрасная  королева,

и было у них двое детей - сын по имени Чайлд-Винд и дочь Маргрит.

     Чайлд-Винд вырос и уехал за море - мир повидать и себя показать. Вскоре

после его отъезда королева-мать заболела и умерла. Долго горевал король,  но

однажды на охоте повстречался он с прекрасной чужеземкой, влюбился  и  решил

на ней жениться. Был отправлен гонец с приказом, чтобы в замке готовились  к

прибытию новой королевы - хозяйки Бамбурга.

     Принцесса Маргрит не очень обрадовалась этой вести,  но  и  не  слишком

огорчилась. Она выполнила повеление  отца  и  в  назначенный  день  сошла  к

воротам, готовая встретить новую королеву и передать ей ключи от замка.

     Но случилось так, что, когда Маргрит приветствовала отца и мачеху, один

из новых рыцарей свиты воскликнул:

     - Клянусь, прелестней этой северной принцессы нет никого на свете!

     Королева-мачеха была глубоко уязвлена, но не показала виду, лишь злобно

пробормотала про себя:

     "Ну ничего! Я позабочусь об этой прелести!"

     В ту же ночь королева (а на самом-то деле она была ведьмой!)  поднялась

на самую-самую старую, самую-самую высокую башню замка и стала  вершить  там

магические обряды. С помощью амулетов -  драконьего  зуба,  совиных  когтей,

змеиной кожи-наложила она на свою падчерицу злые колдовские чары  и  закляла

ее неслыханным, ужасным заклятием.

     Наутро служанки, и фрейлины не нашли принцессу в ее постели, и никто  в

замке не мог сказать, куда она исчезла.

     В тот же самый день в Уинделстоунском ущелье, неподалеку  от  Бамбурга,

появилось страшное и отвратительное чудище  -  громадный  кольчатый  змей  с

железной чешуей и огнедышащей пастью. Чудище  это  пожирало  овец  и  коров,

которые забредали в ущелье, а по ночам наводило страх на  всю  округу  своим

протяжным, жутким ревом.

     Король был очень опечален этими двумя напастями  -  пропажей  дочери  и

появлением ужасного змея. Послал он гонца с письмом за море, к  сыну  своему

Чайлд-Винду, умоляя его вернуться домой. "Ибо сам я слишком стар, мой сын, и

не под силу мне бремя этих бедствий",- писал он в письме принцу.

     Чайлд-Винд, получив это известие, начал готовиться к отплытию  -  велел

оснастить корабль и отобрал из своего отряда тридцать лучших  воинов,  самых

смелых и надежных. Да не забыл посоветоваться  с  чародеем,  знатоком  белой

магии. И вот что сказал ему мудрый старик:

     - Чтобы твой поход был  успешным,  вырежь  бушприт  своего  корабля  из

целого ствола рябины, ведь рябина отвращает злые чары;  да  возьми  с  собой

этот рябиновый прутик. Прикоснись им к своей мачехе-королеве. Вреда от этого

не будет, а истина откроется.

     Поблагодарил Чайлд-Винд чародея, взял прутик, укрепил бушприт из рябины

на носу корабля и на рассвете отплыл на запад.

     Но королева  (которая,  как  вы  знаете,  была  ведьмой!)  разложила  в

уединенной башне свои амулеты, просеяла лунный свет сквозь решето и  узнала,

что Чайлд-Винд с тридцатью  отборными  воинами  возвращается  в  Бамбургский

замок.

     Тогда она вызвала подвластных ей духов и приказала:

     Слуги мои черные,

     Мне одной покорные! вихрями летите,

     Море возмутите,

     Корабль утопите,

     Принца погубите!

     Полетели черные духи, стали дуть встречь кораблю, подымать вокруг  него

огромные волны, но бушприт из рябины рассеивал и отражал все злые чары,  так

что корабль Чайлд-Винда как ни в чем не бывало приближался к берегу.

     Вернулись духи  к  королеве,  признались  в  своем  бессилии  повредить

принцу. Скрипнула королева зубами от злости, но  не  успокоилась.  Приказала

войску двинуться в гавань, встретить корабль, напасть на  него  и  умертвить

приплывших людей всех до единого.

     Вот приближается Чайлд-Винд к берегу и вдруг  видит:  плывет  навстречу

огромный страшный змей с огнедышащей пастью.  Подплывает  вплотную,  толкает

корабль обратно, не дает войти  в  гавань.  Снова  и  снова  разворачивается

корабль принца, пытается пройти к  пристани,  но  каждый  раз  ужасный  змей

преграждает путь. Бессильны удары весел и копий против его железной чешуи.

     Говорит Чайлд-Винду опытный кормчий:

     - Отойдем в море, а потом развернемся и высадимся незаметно - вон  там,

за мысом.

     Так и сделали. Но едва Чайлд-Винд высадился на берег и ступил несколько

шагов по земле, как выползает из леса тот самый змей - отвратительное чудище

с кольчатым телом и головой дракона.

     Выхватил меч Чайлд-Винд, изготовился... И вдруг вместо  страшного  рева

из пасти чудовища раздался нежный девичий голос:

     О, спрячь свой меч и щит отбрось,

     Не бойся ничего!

     Три раза поцелуй меня -

     И сгинет колдовство.

     Чайлд-Винду кажется, словно узнает он голос... Что за  наваждение!  Или

впрямь нечистая сила морочит его? Содрогнулся от  ужаса  принц,  а  чудовище

говорит:

     Не думай, что перед тобой

     Лукавит гнусный змей,

     Три раза поцелуй меня

     И колдовство развей!

     Это же голос сестры - Маргрит! Заколебался принц, шагнул  было  вперед,

но вспомнил, как бывают коварны злые духи. Снова поднял Чайлд-Винд свой меч,

а чудовище покачало головой и говорит:

     Без страха подойди ко мне

     И поцелуй трикрат;

     Лишь в том спасение мое.

     Молю тебя, мой брат!

     Тогда отбросил принц свой  меч  и  щит,  шагнул  к  чудовищу  и  трижды

поцеловал его в страшную огнедышащую пасть.

     В тот же миг со свистом и шипением чудовище  отпрянуло  назад,  и  -  о

чудо! - перед Чайлд-Виндом предстала его сестра Маргрит.

     - Спасибо тебе, милый брат! - сказала  принцесса.-Знай,  что  это  наша

мачеха-ведьма превратила меня в чудище и наложила заклятие, чтобы не знала я

избавления до тех пор, пока мой брат трижды не поцелует меня в этом  ужасном

образе. Но отныне чары рассеялись и та, которая  послала  их,  потеряла  всю

свою колдовскую силу.

     Когда Чайлд-Винд об руку с  сестрой  и  в  сопровождении  своих  воинов

вступил в отцовский замок, злая королева сидела в своей башне и  без  умолку

твердила заклинания: очень  ей  мечталось  наколдовать  принцу  и  принцессе

какое-нибудь несчастье.

     Услыхала она шаги Чайлд-Винда, хотела убежать, но принц  прикоснулся  к

ней рябиновым прутиком,  и  ведьма  прямо  на  глазах  стала  уменьшаться  и

съеживаться,  съеживаться   и   уменьшаться,   пока   не   превратилась,   в

отвратительную жабу, которая - чоп-шлеп! чоп-шлеп! -  ускакала  из  замка  в

лес.

 

 

 

 

     Юный Роланд

 

     Три брата возле замка в мяч

     Играли поутру,

     И леди Эллен, их сестра,

     Глядела на игру.

     Коленом Роланд мяч поймал,

     Носком его подбил,

     Ударил посильней - и мяч

     За церковь угодил.

     Пустилась Эллен за мячом,

     Резва и весела, Умчалась Эллен за мячом -

     И больше не пришла.

     Искали братья день и ночь

     Повсюду, где могли,

     И горько плакали они,

     Но Эллен не нашли.

     Тогда отправился старший брат к волшебнику Мерлину и спросил, не  знает

ли тот, где искать леди Эллен.

     - Прекрасную леди Эллен,-ответил Мерлин,- похитили эльфы - из-за  того,

что она обошла церковь превратно, то есть против хода солнца. Теперь  она  в

Мрачной башне короля эльфов; много нужно отваги, чтобы вызволить ее оттуда.

     - Пусть сам я погибну,- воскликнул старший брат,- но я спасу  ее,  если

это только возможно!

     - Это возможно,- сказал волшебник Мерлин.- Но горе  всякому  рожденному

женщиной - воину или рыцарю,- кто отважится на это, не  узнав  заранее,  что

ему нужно делать и чего остерегаться.

     Старший  брат  леди  Эллен  был  смелый  рыцарь,  опасность  не   могла

остановить его.

     Стал он просить волшебника поведать ему все, что нужно  делать  и  чего

остерегаться, чтобы  освободить  сестру.  Повторил,  запомнил  каждое  слово

волшебника и отправился в страну эльфов.

     И долго в замке ждали дня,

     Когда вернется брат, Но - горе любящим сердцам! -

     Он не пришел назад.

     Наконец среднему брату надоело ждать. Так же, как и  старший  брат,  он

отправился к волшебнику Мерлину, расспросил его обо всем и пустился в путь -

искать страну эльфов.

     И долго ждали дня, когда

     Вернется средний брат, Но - горе любящим сердцам! -

     Он не пришел назад.

     Тогда настала пора юному Роланду - младшему из  братьев  леди  Эллен  -

собираться в дорогу. Он пришел к своей матери, доброй королеве,  и  попросил

ее благословения. Сперва она не соглашалась его отпустить  -  ведь  это  был

последний оставшийся у нее сын, к тому же самый любимый. Но Роланд просил  и

умолял до тех пор, пока мать не дала ему своего благословения.  Она  вручила

ему отцовский меч - клинок, разящий без промаха,- и заговорила его старинным

заговором, приносящим победу.

     Юный Роланд распрощался с доброй королевой, своей матерью, и направился

в пещеру волшебника Мерлина.

     - О мудрый Мерлин,- промолвил он,- не откажи поведать  еще  раз,  каким

образом может рожденный женщиной воин или рыцарь  освободить  леди  Эллен  и

двух моих братьев из-под власти короля эльфов?

     - Добро, сын мой,- отвечал волшебник.- Скажу тебе, что нужно  делать  и

чего остерегаться. Делать нужно вот что: кто  бы  с  тобой  ни  заговорил  в

стране эльфов, нужно обнажить меч и рубить ему голову с  плеч.  Остерегаться

же нужно вот чего: ни куска еды, ни глотка воды нельзя проглотить  в  стране

эльфов, как бы ни томили тебя голод и жажда. Кто съест хоть кусок или выпьет

глоток, тот навеки останется в заклятой стране и никогда  больше  не  увидит

белого света.

     Юный Роланд повторил и выучил эти слова наизусть, поблагодарил  Мерлина

и отправился дальше. Он шел и шел и прошел немалый путь, пока не  набрел  на

табун коней, что паслись среди луга. По их  бешеным,  сверкающим  глазам  он

сразу признал коней короля эльфов и понял, что недалек от цели.

     - Скажи-ка,- спросил он табунщика,- где мне найти Мрачную башню  короля

эльфов?

     - Этого я тебе не скажу. Ступай дальше,  встретишь  коровьего  пастуха;

может быть, он скажет,- отвечал табунщик.

     Тогда, не говоря лишнего слова,  обнажил  Роланд  свой  меч  -  клинок,

разящий без промаха,- и срубил ему голову с плеч. Пошел он дальше,  встретил

пастуха со стадом коров, задал ему тот же вопрос.

     - Ступай дальше,- отвечал коровий пастух.-  Встретишь  птичницу;  может

быть, она скажет.

     Тогда вновь обнажил Роланд свой меч и срубил ему голову с  плеч.  Пошел

он дальше, видит, старуха пасет гусей, спрашивает:

     - Как мне найти Мрачную башню короля эльфов?

     - Ступай дальше,- ответила птичница,- пока не увидишь  круглый  зеленый

холм, идущий

     уступами от подножья к вершине. Трижды обойди кругом  против  солнца  и

трижды повтори:

     Отворитесь, врата! Пропустите меня!

     На третий раз врата откроются, и ты войдешь.

     Поблагодарил Роланд старуху и поспешил было в путь, да  вспомнил  наказ

волшебника, вытащил меч и срубил ей голову с плеч.

     И хорошо сделал, ибо  это  все  были  оборотни  и  призраки,  посланные

королем эльфов, чтобы заманить его в ловушку.

     Пошел он дальше и в скором времени увидел  перед  собой  зеленый  холм,

восходящий уступами от подножья к вершине.  Трижды  обошел  он  его  кругом,

против хода солнца, трижды повторил:

     Отворитесь, врата! Пропустите меня!

     На третий раз врата отворились, пропустили  его  и  снова  с  лязганьем

захлопнулись за спиной. Роланд очутился  в  темноте.  Правда,  это  была  не

сплошная тьма, а, скорей, полумрак. Слабый мерцающий  свет  исходил  невесть

откуда - ведь ни окон, ни факелов,  ни  свечей  не  было  в  Мрачной  башне.

Длинный коридор уводил вдаль, и его своды из  полупрозрачных  глыб  сверкали

прожилками слюды и золотистого колчедана. Но хотя кругом был камень,  воздух

внутри холма оставался теплым, как это всегда бывает в стране эльфов.

     Роланд дошел до конца коридора и увидел окованные железом двустворчатые

двери. От его прикосновения они  вдруг  широко  распахнулись,  и  невиданное

зрелище  предстало  перед  ним  -  громадный  зал,  такой  просторный,  что,

казалось, он размахнулся во всю ширину и высоту зеленого холма.

     Купол  зала  поддерживали  могучие  колонны,   украшенные   золотой   и

серебряной резьбой, а между колоннами висели гирлянды цветов, составленных -

из чего бы вы думали? - из алмазов,  изумрудов  и  всевозможных  драгоценных

камней. Венцы высоких арок сверкали гроздьями  самоцветов.  Посередине,  где

сходились все арки,  на  золотой  цепи  висел  светильник  в  виде  огромной

жемчужины, полой внутри и совершенно прозрачной. А в центре  этой  жемчужины

вращался и сиял гигантский красный камень карбункул. Лучи его расходились по

залу, окрашивая воздух и стены в пламенеющие краски заката.

     Зал был убран с дивной роскошью;  в  дальнем  его  конце,  на  ложе  из

пурпурного атласа и шелка, сидела леди  Эллен  и  расчесывала  свои  золотые

волосы серебряным гребнем. Но лицо ее было неподвижно и бесстрастно,  словно

каменная маска. При появлении Роланда она  не  двинулась  с  места,  а  лишь

произнесла глухим, замогильным голосом:

     Глупец несчастный, простодушный! Зачем ты здесь? Что тебе нужно?

     Первым порывом Роланда  было  броситься  к  сестре  и  заключить  ее  в

объятия, но суровые слова удержали его. И вдруг он  вспомнил  урок  великого

волшебника Мерлина. Не долго думая, вытащил  Роланд  отцовский  меч,  закрыл

глаза и ударил с размаху по этому наваждению в облике леди Эллен.

     И когда он снова взглянул, дрожа и ужасаясь,- о радость?  -  перед  ним

стояла сестра, живая и невредимая. Слезы брызнули  из  ее  глаз,  когда  она

прижала Роланда к груди и промолвила с глубокой печалью:

     О, для чего ты, милый брат,

     Покинул дом родной?

     Не сто ведь жизней у тебя,

     Чтоб жертвовать одной.

     Сестра заплачет по тебе,

     И зарыдает мать;

     Когда придет король-колдун,

     Тебе несдобровать!

     Они уселись рядом, и юный Роланд поведал сестре о своих приключениях, а

леди Эллен рассказала, что два их старших брата тоже  добрались  до  Мрачной

башни короля эльфов, но коварный чародей околдовал их и  заключил  заживо  в

гробницу. Увы! Они не сумели в точности исполнить наказ Мерлина, не решились

ударить мечом, когда перед ними предстало наваждение в облике сестры.

     Так они долго разговаривали,  а  спустя  некоторое  время  юный  Роланд

почувствовал, как он проголодался в дороге, и попросил сестру принести еды.

     Печально посмотрела на него леди Эллен, но  ничего  не  сказала  -  ибо

колдовские чары еще властвовали над ней; она встала и принесла хлеб и молоко

на золотом подносе.

     Роланд протянул руку к хлебу и молоку, но в последний миг поднял взгляд

на сестру и прочел в ее глазах такую тоску, что, озаренный догадкой, вскочил

на ноги, швырнул на пол поднос с угощением и воскликнул:

     - Ни глотка я не выпью, ни куска не проглочу,  пока  не  освобожу  леди

Эллен и моих братьев!

     Словно  гром  прогремел  в  ответ,  словно  вихрь  прошумел   -   двери

распахнулись, и в зал ворвался король эльфов:

     Тьфуй! Фуй! Уф! Ух!

     Чую человечий дух! Сражайся он или беги - Я вышибу ему мозги!

     - А ну,  попробуй,  бесовское  отродье!  -  закричал  Роланд,  выхватил

клинок, разящий без промаха, и бросился вперед.

     Долго и жестоко бились они; наконец  Роланд  поверг  на  колени  короля

эльфов и заставил его просить пощады.

     - Я пощажу тебя, если ты снимешь чары с моей  сестры,  освободишь  моих

братьев и дашь нам свободно уйти отсюда.

     - Согласен,- ответил король эльфов. Он поднялся с  колен,  открыл  свой

сундук и достал оттуда хрустальный флакон  с  кроваво-красным  зельем.  Этим

зельем он смазал уши, веки, ноздри, губы и  кончики  пальцев  двух  братьев,

лежащих в золотых гробницах. И они очнулись и встали как ни в чем не бывало.

     Тогда колдун прошептал заклинание над Эллен. И вот три брата  со  своей

любимой сестрой вышли из огромного  зала,  залитого  алым  закатным  светом,

прошли по длинному коридору вдоль мерцающих  каменных  сводов  с  прожилками

слюды и золотистого колчедана,  и  тяжелые  врата  Мрачной  башни,  лязгнув,

пропустили их на волю.

     Они вернулись домой к доброй королеве, своей матери, и с тех  пор  леди

Эллен остерегалась обходить церковь превратно.

 

 

     Белая дама

 

     В стародавние времена в графстве Девоншир жила одна старуха  -  женщина

добрая и богобоязненная. Однажды, уж не знаю,  почему,  она,  проснувшись  в

полночь, вообразила, что наступило утро,  поднялась  с  постели  и  оделась.

Старуха взяла две корзинки, плащ и пошла в соседний городок за провизией.

     Выйдя на луг за деревней, она услышала громкий собачий лай, и в  ту  же

минуту из кустов выскочил заяц. Он запрыгнул на придорожный  камень,  поднял

мордочку к старухе, пошевелил ртом и посмотрел на нее, точно говоря: "Возьми

меня".

     Старуха схватила зайца за уши, посадила его в одну из  корзин,  закрыла

ее крышкой и пошла дальше. Но вскоре на пустынной  поляне,  поросшей  густым

лиловым вереском, она увидела громадного вороного коня, несшегося к  ней  во

всю прыть. Замирая от страха, старуха заметила, что у этого  необыкновенного

коня не было головы и что на нем сидел безобразный всадник с черным лицом, с

коровьей ногой и с  острыми  рожками,  торчавшими  по  бокам  его  маленькой

жокейской  шапочки.  Из-под  могучих  копыт  необыкновенного   коня   летели

сверкающие искры, а вслед за страшным охотником неслась стая громадных псов.

Все они махали хвостами, концы которых горели, как огонь. Вдобавок ко  всему

в воздухе чувствовался сильный запах серы.

     Старуха сразу же поняла, что охотник и его страшные псы  явились  прямо

из преисподней. Тем не менее, подъехав к старухе, всадник вежливо  приподнял

свою шапочку и спросил у  перепуганной  женщины,  не  видела  ли  она,  куда

проскакал серый заяц. Вероятно, старуха решила, что не грех обмануть вечного

лжеца и обманщика, и смело ответила ему, что она не видела никакого зайца.

     Охотник повернул коня и ускакал, не заподозрив обмана.  Когда  страшная

свора собак, мчавшаяся за ним, скрылась из виду  и  в  воздухе  исчез  запах

серы, старуха почувствовала, что заяц начал беспокойно шевелиться в корзине.

Она подняла крышку, зверек выскочил на землю и к великому  изумлению  старой

женщины превратился в молодую красавицу в белом платье.

     - Добрая женщина, - сказала она, - я удивляюсь твоей смелости и глубоко

благодарна тебе за твою доброту. Ты спасла меня от таких мучений, о  которых

тебе и знать не следует. Не пугайся того, что я тебе скажу: я уже  давно  не

живу на земле и в наказание за одно большое преступление была осуждена вечно

спасаться от преследований. Я знала, что смогу избавиться от моих мучителей,

только очутившись позади них. Теперь благодаря тебе мне  это  удалось,  и  в

награду за твою доброту я обещаю тебе, что все твои куры будут  круглый  год

ежедневно класть по два яйца и что все твои коровы станут давать круглый год

по два ведра молока в день. Молись  обо  мне,  берегись  дьявола  и  ходи  в

церковь. Помни, что мой и твой враг рассердится, узнав, как  ты  перехитрила

его, и знай, что он может являться на землю во всех обликах, кроме ягненка и

голубки.

     Белая дама замолчала и исчезла, растаяла, как дым.

     Старуха разбогатела. Она стала еще более  богобоязненной,  чем  прежде,

потому что боялась обманутого ею нечистого духа.

 

 

     Как Джек пошел искать счастья

 

     Жил да был на свете молодой человек по имени  Джек.  Однажды  утром  он

пошел искать счастья по свету. Пройдя немного, он встретил кошку.

     - Куда ты идешь, Джек? - спросила кошка.

     - Я иду искать счастья.

     - Можно пойти с тобой?

     - Да, - сказал Джек, - это будет веселее, чем идти одному.

     Топ да топ, топ да топ. Прошли они немного и увидели собаку.

     - Куда ты идешь, Джек? - спросила она.

     - Иду искать счастья.

     - Можно пойти с тобой?

     - Конечно, - ответил Джек, - это веселее, чем идти вдвоем.

     Пошли дальше. Топ, топ, топ, топ, топ, топ. Вскоре встретили козла.

     - Ты куда, Джек? - спросил козел.

     - Иду по свету искать счастья.

     - Можно пойти с тобой?

     - Да, - сказал Джек, - вчетвером идти веселее.

     Они пошли дальше. Топ, топ, топ. Вскоре встретили вола.

     - Куда ты идешь, Джек? - спросил вол.

     - Иду искать счастья.

     - Можно пойти с тобой?

     - Да, да, - ответил Джек. - Чем нас будет больше, тем веселее.

     Топ, топ, топ, топ, топ, топ. Вскоре они встретили петуха.

     - Куда ты идешь, Джек? - спросил петух.

     - Иду искать счастья.

     - Можно пойти с тобой?

     - Да, - ответил Джек, - чем нас будет больше, тем веселее.

     Топ, топ, топ, топ,  топ,  топ.  Так  они  шли  целый  день,  когда  же

стемнело, задумались о  ночлеге.  И  вдруг  увидели  дом.  Джек  велел  всем

молчать, а сам подкрался к окошку и заглянул в комнату. Там у  стола  сидели

разбойники и  пересчитывали  награбленные  деньги.  Джек  вернулся  к  своим

спутникам и велел им ждать знака, а потом кричать изо всех  сил.  Когда  они

приготовились,  Джек  сделал  знак  начинать,  и  тут  пошла  потеха:  кошка

замяукала изо всех сил, собака залаяла  и  завыла,  козел  принялся  блеять,

вол - мычать, петух - кричать ку-ка-ре-ку. Поднялся такой страшный шум,  что

разбойники перепугались, бросили деньги и убежали.

     Джек и его приятели  вошли  в  дом.  Но  молодой  человек  боялся,  что

разбойники вернутся ночью, а потому,  когда  пришло  время  ложиться  спать,

посадил кошку на кресло-качалку, собаку  уложил  под  стол,  козла  отвел  в

верхний этаж дома, вола - в погреб, петух же сам взлетел на  крышу,  а  Джек

лег в постель.

     Разбойники, спрятавшиеся в соседнем лесу, увидели, что в доме темно,  и

послали одного из своих товарищей  за  деньгами.  Вскоре  он  прибежал  весь

дрожащий, испуганный и вот что рассказал им:

     - Я вернулся в дом, вошел в комнату и хотел усесться в  кресло-качалку,

но там уже сидела какая-то старуха, она  вязала  чулок  и  воткнула  в  меня

вязальные спицы. (Вы уже догадались, что это была кошка?)

     - Я подошел к столу, чтобы собрать деньги, а под ним  сидел  башмачник,

который сейчас же страшно уколол меня шилом. (Собака, понимаете?)

     - Я сломя голову побежал наверх. Там был человек, молотивший  хлеб.  Он

цепом ударил меня. (Просто его боднул козел.)

     - Я побежал в погреб, там сидел дровосек и ударил молотком.  (Это  были

воловьи рога!)

     - Все бы это ничего, если бы не маленький человечек, сидевший на  крыше

дома, который кричал. Я хорошенько не понял его слова,  но  мне  показалось,

что я слышу: "Куда, куда, куда! Куда, куда, куда!" (Конечно  же,  это  петух

радостно кричал "кукареку"!)

     Разбойники ушли и больше не возвращались. А Джек и  его  приятели-звери

счастливо зажили в разбойничьем домике.

 

 

     Сказание о короле Артуре

 

     В былые дни  рассказывали,  будто  великий  король  Артур,  совершивший

столько  необыкновенных  подвигов,  его  королева   Джиневра,   его   лорды,

придворные дамы, рыцари и собаки не умерли, а заснули  в  одной  пещере  под

высокой горой. Говорили  также,  что  им  суждено  проснуться,  только  если

кто-нибудь найдет дорогу к этой скрытой пещере, проникнет в нее, затрубит  в

большой охотничий рог, лежащий на большом каменном столе, а  потом  каменным

мечом перерубит перевязь, которая лежит там же.

     Никто не знал места, где была эта пещера, никто не видел входа  в  нее.

Но однажды один фермер, лет сто назад, сидел в развалинах старого  замка,  в

котором, по древнему преданию, жил король  Артур.  Фермер  вязал  рыболовную

сеть. Вдруг он уронил клубок веревки,  который  покатился  куда-то  вниз  по

камням между кустами вереска и  крапивы  и  совсем  исчез  из  виду.  Фермер

подумал, что он попал в какую-нибудь расщелину, поэтому он раздвинул  руками

кусты вереска, в которых исчез клубок, и увидел узкую дверь в подземелье.

     Любопытство заставило его спуститься вслед за клубком. Фермер  очутился

в сводчатой галерее и пошел по ней.  Он  то  и  дело  спотыкался.  Проворные

ящерицы разбегались из-под его ног. Темные крылья летучих мышей касались его

головы. Наконец с замирающим сердцем он заметил отблески  далекого  пламени.

По мере того, как фермер шел, в галерее свет становился  все  ярче  и  ярче,

наконец он увидел громадный зал с каменными сводами. В углублении  в  центре

зала пылал яркий огонь, хотя в очаге не лежало никакого топлива. Свет  падал

на красивые стены зала, сплошь покрытые  резными  каменными  украшениями.  В

глубине на троне сидели король и королева и  крепко  спали,  склонившись  на

руки. Их окружали придворные дамы и рыцари. На полу спали собаки.  На  столе

лежали охотничий рог, каменный меч и перевязь.

     Фермеру стало страшно, он забыл, что и как нужно делать, и с  почтением

взял со стола старинный меч. Он вынул его из запыленных  старых  ножен  и  с

замиранием сердца увидел, что глаза короля и всех придворных начали медленно

открываться. Когда же лезвие меча совсем  обнажилось,  спавшие  выпрямились.

Фермер взмахнул мечом и перерубил перевязь,  потом  медленно  вложил  меч  в

ножны.

     В эту минуту чары снова начали овладевать приближенными короля  Артура.

Ожившие на мгновение лица покрылись бледностью, сверкнувшие  глаза  потухли,

веки опустились. Все снова заснули. Только король приоткрыл печальные глаза,

протянул вперед руки и грустно произнес:

     - Горе, горе! Этот безумец вынул  меч,  перерубил  перевязь,  но  забыл

главное - затрубить в рог.

     Сказав  это,  король  откинулся  на  спинку  трона  и  навсегда  заснул

очарованным сном.

     Фермер почувствовал невообразимый ужас. Он опрометью бросился бежать по

длинной галерее и, когда вышел на свет Божий, не мог  понять,  действительно

ли все это было или ему приснился страшный сон.

     Он вернулся домой, раскаиваясь, что не сумел разбудить великого  короля

и его двор. Ночью он увидел сон: перед ним, как живой, стоял король Артур  с

закрытыми глазами и, протягивая к нему руки, знаками звал его к  себе.  Этот

сон повторялся каждую ночь. Фермер  совсем  измучился,  похудел,  побледнел.

Наконец он рассказал о том, что с ним случилось, соседям и  вместе  с  двумя

друзьями пошел искать вход в пещеру. Но как они ни  искали,  им  не  удалось

найти дверь в подземную галерею. Тогда фермер пошел к священнику и признался

ему во всем. Священник посоветовал ему отслужить заупокойную  мессу  на  том

месте, где он видел вход.

     - Сын мой, - сказал священник, -  ты  не  мог  вернуть  жизнь  великому

королю Артуру, его жене и сподвижникам не по недостатку  желания,  а  просто

потому, что забыл, как нужно поступать. Теперь, вероятно, никто уже не будет

в силах оживить знаменитых героев. Помолись же о том, чтобы Господь дал  мир

их душам, и тогда спокойствие вернется к тебе.

     Так и сделали. Священник отслужил заупокойную мессу,  а  фермер  горячо

помолился о душах спавших волшебным сном.

     С этих пор  страшные  сны  прекратились,  и  фермер  зажил  по-прежнему

счастливо.

 

     Кто-всех-одолеет

 

     Жил на свете старый король. Он был богатый король.  У  него  даже  была

своя придворная колдунья, и король  очень  гордился  чудесами,  какие  могла

творить эта колдунья.

     И вот однажды король велел отправить во все концы королевства  послание

с обещанием отдать свою младшую дочь и полкоролевства в  придачу  тому,  кто

одолеет королевскую колдунью. Но с условием, что если кто за это  возьмется,

да не выполнит, тому голову с плеч.

     А в этом королевстве жили  три  брата.  Звали  их  Билл,  Том  и  Джек.

Родители их были бедные люди, и вся  семья  ютилась  в  убогой  хижине,  что

стояла в самом глухом уголке королевства.

     Когда до них  долетела  королевская  весть,  все  трое  братьев  решили

попытать счастья.

     Первым собрался в дорогу старший брат, Билл.

     Путь был дальний, и мать приготовила ему с собой побольше еды.

     И вот Билл покинул родительский дом и шел,  пока  не  встретил  седого,

сгорбленного старичка.

     - Доброе утро, Билл,- приветствовал его старичок.

     - Утро как утро,- ответил Билл.

     - Куда путь держишь? - спрашивает седой, сгорбленный старичок.

     - А тебе что?

     Вот  так  ответил  Билл,  и  пошел  дальше,  и  добрался   наконец   до

королевского дома, и вызвал к себе короля.

     - Ты зачем пришел? - спрашивает его король.

     - Да вот хочу попытать - может, сумею одолеть вашу колдунью,-  отвечает

Билл. Тогда король говорит:

     - Что ж, начнем испытание,- и зовет свою колдунью.- Посмотрим, кто кого

одолеет!

     - Да тут и  смотреть  не  на  что,-  говорит  Билл,  окидывая  взглядом

сухонькую, маленькую старушонку.

     Лучше б  он  подумал,  прежде  чем  говорить  такие  дерзости.  Тяжелей

каменной башни навалилась на него злая колдунья,  эта  сухонькая,  маленькая

старушонка. А что тут удивительного? Она  была  много  старше  его,  ей  уж,

наверное, стукнуло не одну тысячу лет. Ну и, само собой,  колени  у  бедного

Билла подкосились, и он рухнул на землю.

     И вот второй брат, Том, собрался в дорогу к королевскому дому.  И  мать

сказала ему:

     - Не ходи, Том, вдруг ты тоже не вернешься.

     - Нет уж, раз решил, то пойду,- сказал Том. Мать приготовила ему еды, и

он отправился в путь, и тоже повстречал  седого,  сгорбленного  старичка,  и

дальше с ним случилось все то же самое, потому что  он  не  захотел  сказать

старичку, куда держит путь. Король так же, как и  в  тот  раз,  позвал  свою

колдунью и сказал Тому: кто кого одолеет, тот и победитель. И еще, если  Том

хочет, то может выставить вместо себя кого-нибудь  другого.  Но  Том  окинул

взглядом сухонькую, маленькую старушонку и дерзко  выступил  вперед.  Ну  и,

само собой, с ним случилось то же, что и со старшим братом.

     Настал черед Джеку идти к королевскому замку.  И  он  попросил  матушку

приготовить ему в дорогу еды. Но матушка сказала:

     - Не ходи, Джек, сыночек! Ты единственный у нас остался.

     Но Джек сказал, что он должен  пойти.  Мать  так  горько  плакала,  что

никакой еды ему в дорогу не приготовила. И он взял с собой лишь сухой хлеб и

отправился в путь.

     Вскоре он тоже повстречал седого, сгорбленного старичка.

     - Доброе утро, Джек,- приветствовал его старичок.

     - Доброе утро, батюшка,- говорит Джек,- доброе утро, дядюшка.

     - Куда путь держишь, Джек?

     - Да вот ищу корабль, который посуху  пойдет,  дядюшка.  Не  хочешь  ли

позавтракать со мной, батюшка?

     - Сначала возьми вот эту палку, Джек,- говорит старичок,- и  ступай  по

той самой дороге, какой я пришел сюда.  Иди,  пока  не  дойдешь  до  чистого

источника. Опусти в источник эту палку и держи, пока  вода  в  источнике  не

обратится в вино. На берегу ты найдешь серебряный кувшин и кубок. Дальше сам

догадайся, что тебе делать. А к тому времени, как ты вернешься сюда, корабль

будет готов.

     Что ж, Джек пошел и без труда отыскал чистый источник, опустил  в  него

волшебную палку и держал ее там, пока вода не обратилась  в  вино.  Наполнил

серебряный кувшин вином и вернулся к старичку. Они вместе позавтракали сухим

хлебом и запили его вином. А корабль на колесах был уже  готов,  и  старичок

сказал:

     - Садись на этот корабль, Джек, скажи: "Плыви, мой корабль, плыви!" - и

корабль поплывет. Да не забудь, ты должен сажать на  свой  корабль  всякого,

кого повстречаешь по дороге к королевскому дому. И еще помни:  каждого,  кто

сядет на твой корабль, ты должен спросить, как его зовут.

     Вот Джек сел на корабль и сказал:

     - Плыви, мой корабль, плыви?

     И корабль поплыл. Когда они проплывали через высокие горы, Джек  увидел

человека, который спиной валил толстенные деревья. Джек удивился и спросил:

     - Эгей, как тебя зовут?

     - Кто-всех-одолеет!

     - Кто всех одолеет? Конечно, ты? Садись ко мне на корабль.

     Кто-всех-одолеет сел на корабль, и дальше они поплыли вместе. Когда они

проплывали через зеленый луг, Джек увидел большое стадо и человека,  который

хватал и ел подряд без разбору и свиней, и овец, и коров.

     - Эгей, как тебя зовут? - крикнул Джек.

     - Кто-всех-больше-съест?

     - Кто всех больше съест? Наверное, ты? Садись ко мне на корабль.

     Кто-всех-больше-съест сел на корабль,  и  дальше  они  поплыли  втроем.

Когда они спустились в  лощину,  Джек  увидел  человека,  который  опустошал

подряд все источники и ручьи.

     - Эгей, как тебя зовут? - крикнул Джек.

     - Кто-всех-больше-выпьет?

     - Кто всех больше выпьет? Пей себе на здоровье! Хочешь ехать с нами?

     Кто-всех-больше-выпьет сел на корабль, и Джек сказал:

     - Плыви, мой корабль, плыви?

     И корабль поплыл дальше. Потом Джек увидел бегущего  человека.  Сначала

человек бежал на одной ноге, потом на другой. Джек спросил:

     - Эгей, как тебя зовут?

     - Кто-всех-перегонит?

     - Кто всех перегонит? Ну, ясное дело, ты? Садись к нам на корабль.

     Кто-всех-перегонит тоже сел на корабль, и они поплыли  прямо,  пока  не

доплыли до человека, который стоял с ружьем и целился  вверх,  словно  хотел

подстрелить зайца в небе.

     - Эгей, как тебя зовут? - крикнул Джек.

     - Кто-всех-дальше-стреляет! - Кто всех дальше стреляет? Надеюсь, ты!  -

говорит Джек.- Поедем с нами!

     Меткий стрелок тоже сел на корабль, и Джек сказал:

     - Плыви, мой корабль, плыви! И они поплыли дальше, пока не  доплыли  до

человека который смотрел вдаль, приложив руку ко лбу.

     - Эгей, как тебя зовут? - спросил Джек.

     - Кто-всех-дальше-видит!

     - Кто всех дальше видит? Наверное, ты! Поедем с нами.

     Кто-всех-дальше-видит сел на корабль, и они  поплыли  дальше,  пока  не

приплыли к королевскому дому. И Джек крикнул:

     - Эгей!

     Из дома вышел король и спросил:

     - Ты зачем пожаловал? Джек сказал:

     - Хочу  попытать  счастья  -  может,  сумею  одолеть  вашу  колдунью  и

завоевать сердце младшей леди принцессы.

     - А ты помнишь условие: если ты  или  твои  помощники  не  одолеют  мою

колдунью, голова твоя слетит с плеч? - спрашивает король.

     - Как же, помню! - ответил Джек.

     - Что ж, тогда начнем испытание,- говорит король и  зовет  свою  старую

колдунью.

     А Джек позвал Кто-всех-одолеет, и первое  испытание  кончилось  вничью,

как вы, наверное, и сами догадались.

     - Что ж,- говорит король,- а теперь кто больше съест?

     Джек недолго думая позвал своего друга Кто-всех-больше съест.

     Сначала им привели быка, и Кто-всех-больше-съест  вмиг  его  проглотил.

Потом двух  коров,  потом  несколько  свиней  и,  наконец,  полдюжины  овец.

Кто-всех-больше-съест мигом проглотил их, пока старая колдунья еще только  с

быком возилась.

     - Молодец,- сказал король.- А вот выпить больше, чем моя колдунья, тебе

не удастся?

     - Попытаемся,-    сказал    Джек    и    позвал     своего     приятеля

Кто-всех-больше-выпьет.

     И тот выпил сначала ручей, потом озеро и добрался вскоре  до  реки.  Но

королю было жалко реку, и он сказал:

     - Все ясно. А кто кого перегонит?

     Джек позвал Кто-всех-перегонит, король дал ему своей колдунье по яичной

скорлупе и велел добежать до океана, зачерпнуть  соленой  воды  и  вернуться

назад. Кто-всех-перегонит добежал, конечно, первым, зачерпнул соленой  воды,

побежал назад  и  на  полдороге  встретил  старуху  колдунью  еще  с  пустой

скорлупой.

     - Ох, устала,- сказала колдунья.

     - Я тоже,- сказал он.

     - Давай посидим отдохнем,- предложила она,- не стоит  надрываться  ради

других.

     Они выбрали уютную зеленую лужайку и сели отдохнуть.

     - Ты положи голову вот сюда,- говорит старуха,- да поспи часок.

     А надо вам  сказать,  что  у  старой  колдуньи  в  кармане  была  такая

волшебная косточка, которую стоило подложить спящему под  голову,  и  он  не

проснулся бы, пока  эту  косточку  опять  не  забрали  бы.  И  вот  колдунья

дождалась, когда Кто-всех-перегонит крепко заснул, и сунула ему  под  голову

эту косточку. Потом перелила морскую воду из его скорлупы в свою и  побежала

назад к королевскому дому.

     А   Джек   уже   начал   беспокоиться   и   попросил    своего    друга

Кто-всех-дальше-видит     посмотреть,     где     же     Кто-всех-перегонит.

Кто-всех-дальше-видит поднес руку к глазам и сразу увидел его.

     - Он спит на зеленой лужайке на полдороге отсюда, а под головой у  него

лежит волшебная косточка. Если ее не убрать, он не проснется.

     - Кто-всех-дальше-стреляет! -  позвал  Джек.-  Выстрели  и  вышиби  эту

косточку! - попросил он.

     Кто-всех-дальше-стреляет выстрелил, вышиб косточку и Кто-всех-перегонит

тут же проснулся. Проснулся,  вскочил  на  ноги,  схватил  пустую  скорлупу,

добежал до океана, набрал соленой воды и на  полпути  назад  нагнал  старуху

колдунью. Он нарочно толкнул ее  под  руку,  и  злая  колдунъя  разлила  всю

соленую морскую воду.

     А какой конец у этой истории, вы, наверное, и сами догадались.  Джек  и

младшая принцесса обручились скорей,  чем  успела  вернуться  в  королевский

замок старая колдунья. И когда я уходил от них, они были  очень  довольны  и

счастливы.

 

     Орёл в голубином гнезде

 

     - Ах, что это такое? - воскликнула голубка, когда что-то упало c неба в

ее гнездо и чуть не сшибло с ветки маленьких  Биля  и  Ку,  которые  сидели,

раздумывая, решатся ли они когда-нибудь полетать. -  Это  очень  безобразная

птица, мама, - сказал Биль, один их голубят, глядя во все глаза на страшного

незнакомца. - У него нет перьев, и он кажется таким  печальным,  испуганным.

Приласкай его, мама,  -  проворковала  маленькая  Ку,  необыкновенно  добрая

голубка. - Бедный птенец, он, кажется,  ушибся  и  испугался,  но  он  такой

большой и такой дикий! О, он совсем не походит на других птенцов,  мне  даже

немного страшно подойти к нему, - сказала голубка,  испуганно  заглядывая  в

гнездо. Это  был  действительно  странный  птенец.  Несмотря  на  свой  юный

возраст, он занимал целое гнездо и, хотя от ушиба почти не мог дышать, смело

смотрел на всех своими золотистыми блестящими  глазами,  нетерпеливо  хлопал

ушибленными крыльями и открывал  изогнутый  клюв,  точно  собираясь  кого-то

укусить. - Птенец голоден, - сказал  Биль  (у  него  у  самого  был  хороший

аппетит, и он любил плотно  поесть).  -  Отдай  ему  ту  хорошенькую  ягоду,

которую ты принесла для меня, - сказала Ку, всегда готовая  всякому  помочь.

Голубка поднесла птенцу спелую ягоду клубники, но он не захотел съесть ее  и

крикнул так громко и свирепо, что нежные голуби задрожали на  своих  розовых

лапках. - Я полечу к совушке,  попрошу  ее  посмотреть  на  нашего  гостя  и

объяснить, что это за птица и как нужно ухаживать за ней. Голубка  заботливо

усадила своих детей в соседнее пустое гнездо и улетела.  Биль  и  Ку  сидели

неподвижно и с любопытством смотрели на незнакомую птицу,  которая  кричала,

хлопала крыльями  и  сверкала  своими  золотистыми  глазами.  -  О,  да  это

орленок, - сказала сова. - Вам лучше всего вытолкнуть его из гнезда,  потому

что, как только он вырастет, он  съест  всех  вас  или  улетит,  не  подумав

поблагодарить вас за все ваши заботы. - Я не  могу  выгнать  из  моего  дома

бедного птенца. А может быть, оставив орленка и ласково обращаясь с  ним,  я

заставлю его полюбить нас и почувствовать себя счастливым  у  нас?  Конечно,

когда он будет в состоянии сам заботиться о себе, я отпущу  его,  -  сказала

голубка. - Если кто-нибудь может сделать это, то именно  вы,  -  проговорила

сова. - Только вы знаете, как трудно укротить хищную птицу,  орлы  же  очень

хищные. Это царский орел, самая красивая птица из всех, он, вероятно, жил  в

каком-нибудь гнезде в горах. Не могу представить себе, как он попал  к  вам.

Но это случилось: орленок у вас, он голоден,  еще  не  одет  перьями,  и  вы

можете поступать, как  хотите.  Только  помните:  кормите  его  червяками  и

гусеницами  и,  если  возможно,  укротите  его.  Сова  быстро  улетела.  Она

ненавидела свет, кроме  того,  ей  не  хотелось  больше  разговаривать.  Она

считала, что голубка поступит глупо, если оставит у себя орленка. - Пусть он

отдохнет у нас, а потом отошли его прочь, - сказал голубь, который был очень

осторожный. - Нет, нет, мама, оставь здесь орленка, люби его  и  сделай  его

добрым. Я знаю, что он не захочет обидеть нас, - воскликнула маленькая Ку. -

Я подумаю об этом, мои дорогие. Теперь  же  нужно  принести  ему  поесть,  -

сказала голубка и улетела. Голубка была очень добрая и умная птица с твердым

характером. Когда она решалась на что-нибудь, то  уже  никогда  не  изменяла

своего решения. Вскоре она вернулась и принесла  в  клюве  толстого  жирного

червяка, ее приемыш быстро проглотил  его  и  стал  кричать,  требуя  нового

корма. Доброй голубке пришлось девять раз летать взад и вперед,  прежде  чем

орленок наелся. Ей хотелось накормить его досыта.  Наконец  орленок  спрятал

голову под крыло и проспал целый час. Проснулся он в  хорошем  настроении  и

начал отвечать на вопросы пронзительным и резким голосом,  совсем  непохожем

на нежное воркование голубей. - Как тебя  зовут,  мой  дорогой?  -  спросила

голубка. - Меня зовут Золотой Глаз, но папа называет меня просто Золотой.  -

А где ты жил, голубчик? - Далеко-далеко, в горах, посреди облаков, в гнезде,

которое было гораздо больше этого. - Зачем же ты оставил его, мой  милый?  -

Моя мама умерла, и когда папа был на ее похоронах, злой ястреб схватил  меня

и унес, но я так сильно клевал его, что  он  меня  бросил.  Так  я  очутился

здесь. - Ай-ай-ай, какая печальная история, - со  вздохом  сказала  голубка.

Биль посмотрел, нет ли  поблизости  ястреба,  а  Ку  смахнула  левым  крылом

слезинку, подскочила поближе к гнезду и сказала: - Пожалуйста, мама,  оставь

у нас Золотого, ведь у него нет матери, и  он  не  может  вернуться  к  себе

домой. Мы будем очень-очень любить его, и я надеюсь, что ему понравится жить

у нас. - Да, дорогая, я без всякого страха оставлю у нас  Золотого.  Орлы  -

благородные птицы, и если я буду хорошо обращаться с этим  бедным  орленком,

может быть, его семья ради нас пощадит маленьких птичек. - Я охотно останусь

здесь, пока не научусь летать. И я скажу моим, чтобы  они  не  трогали  вас,

потому что вы - добрые птицы, и я вас люблю, -  сказал  Золотой  и  протянул

голубке клюв, чтобы поцеловать ее. Орленку было приятно, что  она  похвалила

его породу, да и кротость новых друзей тронула его. Лесные птицы  поочередно

прилетали посмотреть на приемыша голубки, и все в один голос  твердили,  что

он доставит ей много хлопот. Действительно, было ясно, что при  упрямстве  и

резкости Золотого с  ним  будет  трудно  ладить.  Однако  мамаша-голубка  не

прогнала орленка, и хотя он часто приводил ее в отчаяние, она все же  любила

своего приемыша и верила, что рано или поздно при помощи любви  и  терпения,

ей удастся укротить его.  Ее  собственные  дети  не  доставляли  ей  никаких

хлопот. Правда, Биль любил поступать своевольно, но стоило ей сказать:  "Сын

мой, сделай так, как я приказываю, потому что это будет мне приятно",  и  он

сейчас же уступал. А кроткая Ку так любила мать, что одного взгляда  голубки

было достаточно, чтобы остановить  и  предупредить  ее.  Но,  Боже  ты  мой,

сколько мучилась голубка со своим приемышем. Если Золотому не  давали  того,

чего ему хотелось, он кричал и клевался, требовал, чтобы ему  приносили  для

еды только то, что ему хотелось, а если ему отказывали в этом, он кидал свой

обед на землю, а потом целыми часами сидел нахохлившись. Он  насмехался  над

Билем и Ку, важничал перед другими  птицами,  которые  прилетали  к  нему  в

гости, всем и каждому твердил, что он не простой орел,  а  царский,  что  он

когда-нибудь улетит ввысь и будет жить среди облаков  со  своим  царственным

отцом.

     Но несмотря на эти недостатки, крылатые обитатели леса любили Золотого,

потому что у него было много и  привлекательных  качеств.  Он  жалел  каждую

обиженную птичку, был очень великодушен и отдавал все, что ему принадлежало.

Когда молодой орел бывал  в  хорошем  расположении  духа,  он  сидел,  гордо

выпрямившись,  как  настоящий  царь,  и  рассказывал  сказки  голубям  и  их

приятелям, которые любили его слушать и  смотреть  на  него.  Золотой  очень

похорошел: его пух заменили красивые перья, его чудные золотистые глаза ярко

блестели, и он научился говорить мягко, а  не  кричать,  как  орлы,  которым

приходится громко звать друг друга там, на высоте, где бушуют ветры и гремит

гром. Когда орленок упал, он сильно повредил одно крыло, и голубка тогда  же

подвязала его кусочком виноградного  уса,  чтобы  оно  не  волочилось  и  не

ослабело. Другое крыло Золотого уже давно сделалось сильным и могло работать

в воздухе, а на ушибленном все еще лежала повязка. Умная и добрая голубка не

хотела, чтобы орленок, поняв, что его крыло  зажило,  улетел  слишком  рано.

Золотой очень изменился, и хотя он мечтал увидеть отца и вернуться  домой  в

горы, он полюбил голубей и чувствовал себя счастливым с ними. Однажды, когда

он сидел один на сосне, мимо него пролетел коршун.  Коршун  увидел  орленка,

остановился и спросил его, что он делает один на дереве.  Золотой  рассказал

ему свою историю. Дослушав до конца,  коршун  смешливо  заметил:  -  Ах  ты,

глупая птица! Сорви с крыла повязку и лети со мной. Я помогу  тебе  отыскать

твоего отца. Эти слова взволновали Золотого. Когда же коршун сильным  клювом

сорвал  повязку  с  крыла  молодого  орла,  Золотой  взмахнул   крыльями   и

почувствовал, что они здоровы. С криком радости Золотой  взвился  вверх,  он

стал парить в воздухе, описывая широкие круги и стараясь научиться держаться

неподвижно, спускаться и  взлетать,  как  это  делали  другие  орлы.  Коршун

показывал ему, как летают хищные птицы, хвалил его, льстил ему, он  надеялся

заманить орленка в свое гнездо, а потом отыскать отца Золотого и, вернув ему

сына, заслужить милость царя птиц. Голубка, Биль  и  Ку  прилетели  домой  и

увидели, что гнездо опустело. Они встревожились, и тогда коноплянка  сказала

им, что Золотой улетел с коршуном. - Что я вам говорила?  -  крикнула  сова,

глубокомысленно покачивая круглой  головой.  -  Ваша  доброта  и  все  труды

пропали  даром.  Я  уверена,  что  вы  никогда  больше   не   увидите   этой

неблагодарной птицы! Розовой лапкой голубка смахнула слезы с блестящих  глаз

и кротко сказала: - Нет, моя дорогая, любовь и заботы  не  пропадают  даром.

Даже если Золотой  никогда  не  вернется  к  нам,  я  все  же  не  перестану

радоваться, что обращалась с ним, как мать. О, я уверена, что он никогда нас

не забудет и сделается добрее и мягче оттого, что пожил в голубином  гнезде.

Ку стала утешать голубку, а Биль вспорхнул на верхнюю ветку сосны в  надежде

увидеть беглеца. - Мне кажется, я вижу, как наш Золотой летит  с  этим  злым

коршуном, - сказал он. - Жаль, что у  него  такой  опасный  товарищ.  Коршун

научит нашего друга  чему-нибудь  дурному  и,  может  быть,  станет  жестоко

обращаться с ним, если Золотой не захочет его слушаться. Биль приподнялся на

цыпочки, вглядываясь в две  черные  точки,  видневшиеся  на  синем  небе.  -

Давайте все вместе кричать, ворковать, петь и свистеть, может быть,  Золотой

услышит нас и вернется. Я  знаю,  он  нас  любит.  Несмотря  на  гордость  и

своенравие, он добрая птица, - сказала голубка и начала ворковать  изо  всех

сил. Остальные птицы зачирикали, засвистели, защебетали, запели и закричали.

Весь лес наполнился этой музыкой, и слабый отзвук долетел до того облака,  в

котором купался Золотой, стараясь смотреть прямо на солнце.  Он  уже  устал.

Коршун сердился на молодого орла за то, что тот не хотел  лететь  к  нему  в

гнездо, а желал тотчас отправиться на поиски своего  отца.  Коршун  принялся

бить Золотого клювом и браниться. И вот, когда пение лесных  птиц  донеслось

до орленка, ему показалось, что он слышит слова:  "Вернись  домой,  дорогой,

вернись к нам. Мы все ждем тебя, все ждем!" Какая-то сила заставила Золотого

повернуть к земле, он стал быстро спускаться. Коршун же не посмел лететь  за

ним, потому что увидел фермера с ружьем и понял, что этот человек  застрелит

его, вора, часто кравшего у него цыплят. Золотой был рад, что  он  избавился

от коршуна, и с удовольствием вернулся к своим  друзьям,  которые  встретили

его с радостными криками. - Я так и думала, что мой дорогой не  бросит  нас,

не простившись  с  нами,  -  проворковала  голубка-мать,  нежно  приглаживая

взъерошенные перья молодого орла. - Мне  кажется,  милая  мама,  что  ты  не

только обвязала нитью  мое  крыло,  но  и  приковала  к  нашему  гнезду  мое

сердце, - сказал Золотой, подсаживаясь поближе к белой грудке, полной  такой

большой любви к нему. - Я буду улетать и возвращаться  и  рассказывать  все,

что со мной случится. Если же  я  встречу  отца,  я  не  улечу  к  нему,  не

простившись с вами и не поблагодарив тебя от всего сердца. Золотой остался в

голубиной семье, он стал сильным и  красивым.  Теперь  на  его  голове  были

золотистые перья, его глаза  ярко  сверкали,  а  широкие  крылья  без  труда

поднимали его в небо, и там он, не мигая, смотрел прямо на солнце.  Он  стал

настоящим орлом, бесстрашным, прекрасным,  гордым.  Но  Золотой  по-прежнему

любил кротких голубей. Возвращаясь издалека, он садился на  старую  сосну  и

рассказывал своим друзьям обо всем, что  он  видел  на  зеленой  земле  и  в

голубом небе. Голубям и  другим  лесным  птицам  никогда  не  надоедали  его

рассказы. Они сидели тихо, не шевелясь, устремив на него свои круглые глаза.

Все они восхищались им и любили его, потому что, несмотря на  силу,  Золотой

никогда не обижал их и, когда к лесу подлетал коршун,  прогонял  его,  таким

образом охраняя лесных птичек. Они называли его лесным принцем и  надеялись,

что он навсегда останется с ними. Однако золотой тосковал по дому на вершине

горы, по своему отцу, и чем старше  становился  он,  тем  сильнее  была  его

тоска, потому что он жил не так, как должна жить птица, рожденная для гор  и

облаков, для борьбы с бурями и  для  высоких  полетов  под  солнцем.  Но  он

скрывал свою тоску. Однажды Золотой залетел  очень  далеко  и  опустился  на

небольшой утес, чтобы отдохнуть. Неожиданно невдалеке от себя он  увидел  на

камне огромного орла, смотревшего вниз, на землю,  своими  зоркими  глазами,

точно  стараясь  отыскать  там  что-то.  Золотой  никогда  не  видел   такой

царственной птицы и решил заговорить со своим гордым соседом. Старый орел  с

интересом выслушал молодого орла, и  не  успел  Золотой  закончить,  как  он

громко вскрикнул от радости: - Ты - мое потерянное  дитя!  Я  повсюду  искал

тебя и уже начал думать, что ты умер. Здравствуй же, мой смелый  сын,  принц

воздуха, радость моего сердца! Золотой  почувствовал,  как  большие  орлиные

крылья обняли его, как царственные золотистые перья прижались к его  перьям.

блестящие глаза орла с любовью смотрели на него. Царь птиц долго рассказывал

ему о его красавице- матери, о его новом  доме,  о  друзьях,  которые  ждали

Золотого,  чтобы  познакомить  его  со  свободной  жизнью.  Молодой  орел  с

наслаждением слушал, но когда отец захотел увести его с собой тотчас же,  он

ответил ласково, но твердо: - Нет отец, я должен проститься прежде  всего  с

милыми, добрыми птицами, которые заботились обо мне,  когда  я  был  жалким,

беспомощным, злым птенцом. Я обещал им это и  не  хочу  огорчать  их.  Я  не

улечу, не сказав им, как я счастлив, и не поблагодарив их за все. -  Да,  ты

должен это сделать. Передай им  и  мою  благодарность.  Кроме  того,  отнеси

голубке вот это перо и скажи ей, что ни одно летающее  существо  не  посмеет

причинить ей вреда, пока у нее будет этот  царский  подарок.  Торопись,  сын

мой, и вернись как можно скорее, потому что я не могу надолго расставаться с

тобой. Золотой спустился к сосне и рассказал все своим друзьям. Хотя  голуби

были очень огорчены предстоящей разлукой с ним, они решили, что  все  это  к

лучшему, потому что настоящее место Золотого  было  возле  его  царственного

отца. Кроме того, сами они, как и другие перелетные  птицы,  уже  собирались

улететь на зиму на юг, им все равно пришлось бы расстаться с ним, потому что

орлы любят снег, ветер, бури и не улетают осенью в теплые страны.  Остальные

лесные птички обрадовались, узнав, что Золотой нашел отца.  Когда  наступила

пора ему улететь, они все собрались, чтобы проститься с ним.  Голубка  очень

гордилась  подаренным  ей  золотым  пером.  Биль  и  Ку  почувствовали  себя

храбрыми, как львы, когда она воткнула перо в свое гнездо,  точно  знамя.  У

птиц считалось большим почетом иметь такой подарок от царя.  Лес  наполнился

звуками прощального концерта. Всякий, кто мог хоть как-нибудь петь, принял в

нем участие. Даже сова закричала, и  хриплые  вороны  закаркали.  В  воздухе

жужжали комары, а в траве сверчки трещали,  как  сумасшедшие,  и  вот  после

долгого прощания Золотой взмыл в воздух. Он  поднимался  все  выше  и  выше,

теряясь в небесной лазури, но под своим крылом он  спрятал  маленькое  белое

перышко, последний подарок приемной матери-голубки. Уроки кроткой птицы  всю

жизнь помогали ему управлять своей волей, быть поддержкой отца  и  гордостью

высоких  гор.  Поистине,  он  сделался  самым  благородным  орлом,   который

когда-либо обращал свои золотые глаза к солнцу.

 

     Дети короля Эйлпа

 

     Давным-давно у подножия  обледенелых  холмов  в  густой  тени  деревьев

произошло сражение между королем Эйлпа и друидами. И когда битва  кончилась,

король Эйлпа вместе со своими воинами  лежал  мертвый  на  земле,  а  друиды

расхаживали по его дворц;у и распевали свои дикие победные  песни.  И  вдруг

они  заметили  обоих  детей  короля  Эйлпа:  мальчик   и   девочка   сидели,

скорчившись, у  огромной  двери.  Их  подняли  и  с  торжествующими  криками

потащили к предводителям.

     - Девочку мы возьмем себе, - решили друиды. - И пусть  все  знают,  что

отныне  она  принадлежит  нам.  Тогда  одна  из  их  женщин  прикоснулась  к

пленниц;е. И вот белая кожа девочки стала зеленой, как трава. Но друиды  еще

не решили, что им делать с сыном короля Эйлпа. И он вдруг вырвался из их рук

и побежал с  быстротой  оленя,  которого  травят.  Мальчик  бежал,  пока  не

поднялся на вершину горы Бек-Глойн, что  значит  "Стеклянная  гора".  На  ее

ледяной вершине он и заснул в ту ночь. Но пока он спал, один друид нашел его

и заколдовал - обратил в борзого пса,  а  потом  увел  обратно  во  дворец;.

Однако он не лишил королевича дара речи. Друиды, собираясь покинуть  дворец;

короля Эйлпа, оставили в нем королевну, чтобы она смотрела за своим  братом.

К тому же  она  отказывалась  повиноваться  их  женщинам,  и  те  были  рады

отделаться от нее.

     - Зеленая девочка и борзой пес будут жить вместе в доме отц;а своего, -

изрек предводитель друидов. - Мы их заколдовали,  и  наши  могучие  чары  не

рассеются, пока не произойдут два  события.  Если  какая-нибудь  женщина  по

доброй воле согласится остаться здесь на всю жизнь  и  не  покидать  борзого

пса, королевич снова примет свой прежний вид.  А  если  королевну  поц;елует

принц;, кожа ее снова станет такой же белой, какой  была  раньше.  Королевна

стояла  у  входа  во  дворец;,  обвив  зеленой  рукой  шею  борзого  пса,  а

предводитель друидов широким  жестом  показал  на  двор,  устланный  костями

павших в великой битве. И перед тем, как навсегда уйти отсюда,  он  произнес

еще одно пророчество:

     - Кости отц;а вашего  и  воинов  его  останутся  здесь,  и  высушит  их

солнц;е, и дожди отмоют их добела, и будут они лежать,  непогребенные,  пока

дети детей ваших не предадут их земле. Много лет брат и сестра жили  одни  в

отчем доме. И пока вокруг него за воротами все пышней и  пышней  разрастался

папоротник,  отроческие  годы  королевских   детей   миновали.   Зеленокожая

королевна, высокая и стройная,  бродила  по  опустевшим  покоям,  и  зеленые

волосы рассыпались у нее по плечам. За ней по пятам  ходил  поджарый  борзой

пес с человечьими глазами. Он обладал даром речи,  и  в  душе  у  него  жили

мечты, свойственные юным  людям.  И  вот  когда  брат  и  сестра  стали  уже

взрослыми, сосед их покойного от- ц;а, король Эрби, выступил в дальний поход

с тремя сотнями воинов. Но не успели они  углубиться  в  горы,  как  с  неба

спустился густой белый туман, и король сбился с тропы. Он  в  замешательстве

пробирался вперед ощупью, тщетно стараясь отыскать тропу и  не  потерять  из

виду своих спутников.

     - Держитесь ближе ко мне!  -  крикнул  он.  Из  непроглядной  тьмы  ему

откликнулось только сто человек.  Король  все  брел  и  брел  вперед  и  вот

различил справа от себя слабое поблескивание тихого горного озера и  крикнул

снова:

     - Держитесь ближе ко мне!  На  этот  раз  отозвались  только  двадц;ать

воинов. Он выхватил из ножен палаш, словно желая рассечь им туман,  и  опять

пошел вперед. А когда различил слева от себя чуть видные  очертания  могучей

ели, крикнул в третий раз:

     - Держитесь ближе ко мне! Но  теперь  откликнулось  лишь  трое  воинов.

Наконец; он забрел по колено в густую чащу папоротника  и  в  последний  раз

позвал своих воинов. Но теперь уже никто не откликнулся на  его  зов,  и  он

понял, что остался один. С палашом в руке он стоял,  не  двигаясь  с  места,

пока туман не поднялся над горами и рваными клочьями  не  поплыл  по  синему

небу.  И  тут  путник  увидел  перед  собой  дворец;  короля  Эйлпа.  Буйный

папоротник рос в щелях его ветхих стен, довершая их разрушение. Король  Эрби

опасливо приблизился  к  воротам,  которых  никто  не  охранял,  и  вошел  в

безлюдный двор. Он по-прежнему был устлан костями тех, что пали в бою  много

лет назад. Кости эти уже высохли на  солнц;е,  и  дожди  отмыли  их  добела.

"Страшная, должно быть, битва разыгралась здесь когдато!" -  подумал  король

Эрби и направился ко входу во дворец;, но по  дороге  нечаянно  задел  ногой

череп. Это был череп самого короля Эйлпа, и он покатился по двору и  пересек

его из конц;а в конец;. И тут из  огромной  двери  вдруг  выскочил  свирепый

борзой пес. Он в бешенстве бросился на короля Эрби и сшиб  его  на  землю  -

вот-вот в горло вц;епится. Нежданное нападение ужаснуло короля,  но  он  был

поражен еще больше, когда из собачьей пасти  с  острыми  клыками  послышался

человеческий голос.

     - Ты осквернил кости моего отц;а! - зарычал пес.  -  Ты  топтал  ногами

тех, что обречены лежать непогребенными, пока  их  не  предадут  земле  дети

наших детей!

     - Пощади меня! - взмолился король Эрби в ужасе. - Кто бы ты ни  был,  о

пес с человечьим голосом, пощади меня! И  тут  из  дворц;а  донесся  звонкий

девичий голосок:

     - Пощади  этого  незнакомц;а,  брат!  Кто  знает,  а  может,   он   нас

расколдует? Борзой пес отскочил в сторону, и король,  пошатываясь,  поднялся

на но- ги. И тут он увидел, что по двору к  нему  идет  стройная  девушка  с

ярко-зелеными волосами и кожей.

     - Где я? - спросил король в страхе. -  И  кто  вы  такие,  странные  вы

создания?

     - Это дворец; короля Эйлпа. Он был убит в сражении с нашими  врагами  -

друидами, - ответила королевна. - А мы - несчастные дети короля Эйлпа. Тогда

заговорил борзой пес.

     - Как тебя зовут, незнакомец;? - спросил он.

     - Я король Эрби, - ответил тот. - У меня тоже есть сын и  дочь,  и  они

будут оплакивать меня всю жизнь, если я не вернусь  к  ним.  Тут  хитроумный

замысел пришел в голову королевичу. Он отозвал сестру в сторону и сказал ей:

     - Мы должны заманить сюда дочь этого короля. Я постараюсь уговорить  ее

остаться со мной на всю жизнь, и тогда снова стану человеком. И кто знает  -

а вдруг ее брат расколдует тебя? Ведь он -  принц;,  и  его  поц;елуй  может

рассеять чары друидов.

     - Хорошо придумал! - сказала сестра. - Но как это сделать? Ведь женщина

должна остаться с тобой, не зная,  что  ты  -  королевич.  А  принц;  должен

поц;еловать меня, не ведая, что меня заколдовали  друиды.  И  мы  не  должны

поверять своей тайны королю Эрби.

     - Верно, сестра, - молвил королевич. - Так  давай  скажем  королю,  что

убьем его только через год. Пусть он пока уйдет в свое королевство и за  это

время подготовит сына себе в преемники. Ты пойдешь с королем и  приведешь  к

нам его дочь. Она послужит залогом того, что отец; ее вернется к  нам  через

год. Так мы заманим принц;ессу к себе, а прочее уж  зависит  от  нас  самих.

Если постигнет нас неудача,  придется  нам  до  конц;а  своих  дней  жить  в

скорбном одиночестве. И вот они сказали королю Эрби, что  отпускают  его  на

год, но с тем условием, чтобы дочь  его  прожила  этот  год  у  них.  Королю

волей-неволей пришлось согласиться. Потом он вместе с дочерью  короля  Эйлпа

пустился в путь по бездорожным порослям папоротника, и путники  не  отдыхали

ни днем, ни ночью, пока  не  дошли  до  королевского  дворц;а.  Вскоре  пес,

поджидавший сестру у ворот, увидел, как она спускается с холма, а с нею идет

молодая принц;есса - идет, робея, но из гордости не выдавая  своего  страха.

Это была Ойгриг, дочь короля Эрби. А сын короля Эйлпа, как  только  взглянул

на нее, подумал, что краше ее нет девушки на свете. Брат  и  сестра  приняли

Ойгриг как почетную гостью, и вскоре ее ненависть  и  недоверие  к  странным

хозяевам сменились удивлением. Она не понимала, как могут этот борзой пес  с

кроткими глазами и эта зеленая девушка,  что  так  ласкова  с  нею,  грозить

смертью ее отц;у. Она умоляла их пощадить короля Эрби, но они не внимали  ее

мольбам.

     - Вы скрываете от меня какую-то тайну, - сказала наконец; Ойгриг.  -  Я

знаю, что вы не жестокие. И вот  настала  весна,  и  зац;вели  колокольчики;

настало лето, и чибисы  стали  бороздить  небо;  настала  осень,  и  гроздья

красных ягод запылали на ветвях рябины. Королю Эрби близилась пора вернуться

к детям короля Эйлпа.

     - Как хорошо тут, в горах! -  воскликнула  как-то  раз  осенью  Ойгриг.

Сердц;е у королевича забилось от радости. Но девушка не произнесла тех слов,

которые он жаждал услышать. Когда же выпал первый снег, королевич сказал ей:

     - Ты скоро покинешь нас, Ойгриг! Завтра твой отец; придет  сюда,  а  ты

вернешься к своим.

     - Вернусь, но - одна! - горестно воскликнула Ойгриг. - О,  не  отпускай

меня одну! Умоляю тебя, пощади моего отц;а!  -  Она  помолчала,  потом  тихо

добавила: - А уж если не хочешь отпустить нас обоих, отпусти только отц;а, а

меня оставь  здесь  навсегда  или  убей  меня  вместо  него.  И  радостно  и

недоверчиво смотрели на нее дети короля Эйлпа.

     - Ты и вправду согласна остаться здесь на всю жизнь? - спрашивали они.

     - Да, - ответила Ойгриг. - Чтобы спасти жизнь отц;у. И как  только  она

проговорила эти слова, чары друидов рассеялись. Сын короля Эйлпа  сбросил  с

себя обличье пса  и  принял  свой  прежний  вид.  Перед  Ойгриг  стоял  юный

королевич.

     - Не бойся за отц;а, - сказал он с улыбкой. - У меня и в мыслях не было

убить его. Затем он рассказал принц;ессе о том, как его заколдовали,  а  его

сестра обняла их обоих своими зелеными руками и расплакалась от радости. Тут

во двор вошел король Эрби и, увидев их, изумился. Ему открыли  тайну,  и  он

снова отправился на родину, чтобы привести своего сына на свадебный  пир,  -

Ойгриг и сын короля Эйлпа уже собирались обвенчаться. В  полдень  следующего

дня король Эрби и его сын верхом на резвых лоша- дях  показались  на  горном

склоне. Их встретили с радостью. Печалилась только дочь короля  Эйлпа.  Ведь

она с первого же взгляда всем сердц;ем полюбила юного принц;а. А он  от  нее

отшатнулся - не понравились ему ее длинные зеленые волосы и зеленая кожа.

     - Нет,  не  дождаться  мне  от  него  поц;елуя   -   так   и   останусь

заколдованной, - сказала она брату, и слезы потекли по ее зеленым щекам.

     - Не отчаивайся! - молвил он. - Принеси кубок желтой браги, что сварена

из меда диких пчел. В старину говорили, что это волшебная брага. Кто  знает,

а вдруг она склонит сердц;е принц;а к тебе. Сестра послушалась его совета  и

поднесла сыну короля Эрби кубок солнечной медовой браги.

     - Попробуй! Она пахнет вереском, - сказала девушка. - Она напомнит тебе

о благословенном летнем тепле. Принц; взял кубок из ее рук и поднес к губам.

И вот едва он пригубил медовый напиток, как глаза его, словно по волшебству,

увидели королевну в ее прежнем прекрасном облике, и показалось ему,  что  не

сравнится с нею никакая другая девушка. Он поставил  на  стол  кубок,  обнял

королевну и поц;еловал ее. И в тот же миг злые чары  друидов  рассеялись,  и

дочь короля Эйлпа снова стала красавиц;ей. В тот день задали  два  свадебных

пира вместо одного. Ойгриг и сын ко- роля Эйлпа остались во дворц;е  и  были

счастливы там весь свой век. А дочь короля Эйлпа  отбыла  вместе  с  королем

Эрби и его сыном в их королевство. И они тоже обрели счастье на всю жизнь. А

со временем исполнилось и третье предсказание  друидов:  дети  детей  короля

Эйлпа собрали со двора кости воинов, давным-давно павших в бою,  и  наконец;

предали их земле.

 

     Дочь морского царя

 

 

     Давным-давно, еще до того, как первые мореходы пустились в плаванье,

стремясь увидеть земли, что лежат за морем, под волнами мирно и счастливо

жили морской король и морская королева. У них было много красивых детей.

Стройные, кареглазые, дети день-деньской играли с веселыми морскими

барашками и плавали в зарослях пурпурных водорослей, что растут на дне

океана. Они любили петь, и куда бы ни плыли, пели песни, похожие на плеск

волн.

     Но вот великое горе пришло к морскому королю и его беззаботным детям.

Морская королева захворала, умерла, и родные с глубокой скорбью похоронили

ее в коралловой пещере. А когда она скончалась, некому стало присматривать

за детьми моря, расчесывать их длинные волосы и убаюкивать их ласковым

пением.

     Морской король с грустью глядел на своих нечесаных детей, на их волосы,

перепутанные, как водоросли. Он слышал, как по ночам дети не спят и

мечутся на ложах, и думал, что надо ему снова жениться - найти жену, чтобы

заботилась о его семье.

     А надо сказать, что в дремучем лесу на дне моря жила морская ведьма. Ее-то

король и взял в жены, хоть и не питал к ней любви, ибо сердце его было

погребено в коралловой пещере, где покоилась мертвая королева.

Ведьме очень хотелось стать морской королевой и править обширным морским

королевством. Она согласилась выйти за короля и заменить мать его детям.

Но она оказалась плохой мачехой. Глядя на стройных, кареглазых детей моря,

она завидовала их красоте и злилась, сознавая, что на них приятней

смотреть, чем на нее.

     И вот она вернулась в свой дремучий лес на дне моря и там набрала ядовитых

желтых ягод морского винограда. Из этих ягод она сварила зелье и закляла

его страшным заклятием. Она пожелала, чтобы дети моря утратили свою

стройность и красоту и превратились в тюленей; чтобы они вечно плавали в

море тюленями и только раз в году могли вновь принимать свой прежний вид,

и то лишь на сутки - от заката солнца до следующего заката.

Злые чары ее пали на детей моря, когда те играли с веселыми морскими

барашками и плавали в чаще пурпурных водорослей, что растут на дне океана.

И вот тела их распухли и утратили стройность, тонкие руки превратились в

неуклюжие ласты, светлая кожа покрылась шелковистой шкуркой, у одних -

серой, у других - черной или золотисто-коричневой. Но их нежные карие

глаза не изменились. И голоса они не потеряли - по-прежнему могли петь

свои любимые песни.

     Когда их отец узнал, что с ними случилось, он разгневался на злую морскую

ведьму и навеки заточил ее в чащу дремучего леса на дне моря. Но

расколдовать своих детей он не мог.

И вот тюлени, что когда-то были детьми моря, запели жалобную песню. Они

печалились, что не придется им больше жить у отца, там, где раньше им было

так привольно, что уже не вернуть им своего счастья. И старый морской

король со скорбью смотрел на своих детей, когда они уплывали вдаль.

Долго, очень долго плавали тюлени по морям. Раз в году они на закате

солнца отыскивали где-нибудь на берегу такое место, куда не заглядывают

люди, а найдя его, сбрасывали с себя шелковистые шкурки - серые, черные и

золотисто-коричневые - и принимали свой прежний вид. Но недолго могли они

играть и резвиться на берегу. На другой же день, как только заходило

солнце, они снова облекались в свои шкурки и уплывали в море.

Люди говорят, что впервые тюлени появились у Западных островов как тайные

посланцы скандинавских викингов. Так это или нет, но тюлени и правда

полюбили туманные Западные берега Гебридских островов. И даже в наши дни

можно видеть тюленей у острова Льюис, у острова Роны, прозванного

"Тюленьим островом", а также в проливе Харрис. До жителей Гебридских

островов дошел слух о судьбе детей моря, и все знали, что раз в году можно

увидеть, как они резвятся на взморье целые сутки - от одного заката солнца

до другого.

     И вот что случилось с одним рыбаком, Родриком МакКодрамом из клана Доналд.

Он жил на острове Бернерери, одном из Внешних Гебридских островов. Как-то

раз он шел по взморью к своей лодке, как вдруг до него донеслись голоса, -

кто-то пел среди больших камней, разбросанных по берегу. Рыбак осторожно

подошел к камням, выглянул из-за них и увидел детей моря, что спешили

наиграться вволю, пока не зайдет солнце. Они резвились, и длинные волосы

их развевались по ветру, а глаза сияли от радости.

     Но рыбак смотрел на них недолго. Он знал, что тюлени боятся людей, и хотел

было уже повернуть назад, как вдруг заметил сваленные в кучу шелковистые

шкурки - серые, черные и золотисто-коричневые. Шкурки лежали на камне,

там, где дети моря сбросили их с себя. Рыбак поднял одну

золотисто-коричневую шкурку, самую шелковистую и блестящую, и подумал, что

не худо было бы ее унести. И вот он взял шкурку, принес ее домой и спрятал

в щель над притолокой входной двери.

     Под вечер Родрик сел у очага и принялся чинить невод. И вдруг вскоре после

захода солнца услышал какие-то странные жалобные звуки - чудилось, будто

кто-то плачет за стеной. Рыбак выглянул за дверь. Перед ним стояла такая

красавица, каких он в жизни не видывал, - стройная, с нежными карими

глазами. Она была нагая, но золотисто-каштановые густые волосы, как

плащом, прикрывали ее белое тело с головы до ног.

     - О смертный, помоги мне, помоги! - взмолилась она. - Я - несчастная дочь

моря. Я потеряла свою шелковистую тюленью шкурку и, пока не найду ее, не

смогу вернуться к своим братьям и сестрам.

     Родрик пригласил ее войти в дом и укутал своим пледом. Он сразу догадался,

что это - та самая морская дева, чью шкурку он утром взял на берегу. Ему

стоило только протянуть руку к притолоке и достать спрятанную там тюленью

шкурку, и морская дева смогла бы снова уплыть в море к своим братьям и

сестрам. Но Родрик смотрел на красавицу, что сидела у его очага, и думал:

"Нет, надо мне оставить ее у себя. Эта прекрасная дева-тюлень избавит меня

от одиночества, внесет радость в мой дом, и как тогда будет хороша жизнь!"

     И он сказал:

     - Я не могу помочь тебе отыскать твою шелковистую тюленью шкурку. Должно

быть, какой-то человек нашел ее на берегу и украл. Сейчас он, наверное,

уже далеко. А ты останься здесь, будь моей женой, и я стану почитать тебя

и любить всю жизнь.

     Дочь морского короля подняла на него глаза, полные скорби.

     - Что ж, - молвила она, - если мою шелковистую шкурку и вправду украли и

найти ее невозможно, значит, выбора у меня нет. Придется жить у тебя и

стать твоей женой. Ты принял меня так ласково, как никто больше не примет,

а одной блуждать в мире смертных мне страшно.

     Тут она вспомнила всю свою жизнь в море, куда уже не надеялась вернуться,

и тяжело вздохнула.

     - А как хотелось бы мне навек остаться с моими братьями и сестрами! -

добавила она. - Ведь они будут ждать и звать меня по имени, но не

дождутся...

     Сердце у рыбка заныло, так ему стало жаль этой опечаленной девушки. Но он

был до того очарован ее красотой и нежностью, что уже знал: никогда он не

сможет ее отпустить.

     Долгие годы жили Родрик Мак-Кодрам и его прекрасная жена в домике на

взморье. У них родилось много детей, и у всех детей волосы были

золотисто-каштановые, а голоса нежные и певучие. И люди, что жили на этом

уединенном острове, теперь называли рыбака "Родрик Мак-Кодрам Тюлений",

потому что он взял в жены деву-тюленя. А детей его называли "дети

Мак-Кодрама Тюленьего".

     Но за все это время дочь морского короля так и не забыла своего великого

горя. Часто она бродила по берегу, прислушиваясь к шуму моря и плеску

волн. Порой она даже видела своих братьев и сестер, когда они плыли вдоль

берега, а порой слышала, как они зовут ее, свою давно потерянную сестру. И

она всем сердцем жаждала вернуться к ним.

И вот однажды Родрик собрался на рыбную ловлю и ласково простился с женой

и детьми. Но пока он шел к своей лодке, заяц перебежал ему дорогу. Родрик

знал, что это не к добру, и заколебался - не вернуться ли домой? Но

посмотрел на небо и подумал: "Уж если нынче быть худу, так только от

непогоды. А мне не впервой бороться с бурей на море". И он пошел своей

дорогой.

     Но он еще не успел далеко уйти в море, как вдруг и правда поднялся сильный

ветер. Он свистел над морем, свистел и вокруг дома, где рыбак оставил жену

и детей. Младший сынишка Родрика вышел на берег. Он приложил к уху

раковину, чтобы послушать шум прибоя, но мать окликнула его и велела ему

идти домой. Как только мальчик ступил за порог, ветер подул с такой силой,

что дверь домика с грохотом захлопнулась, а земляная кровля затряслась. И

тут из щели над притолокой выпала шелковистая тюленья шкурка. Это ее

когда-то запрятал Родрик, и принадлежала она его прекрасной жене.

Ни словом не осудила она того, кто столько долгих лет держал ее у себя

насильно. Только сбросила с себя одежду и прижала к груди тюленью шкурку.

Потом сказала детям: "Прощайте!" - и пошла к морю, туда, где играли на

волнах белые барашки. А там она надела свою золотисто-коричневую шкурку,

бросилась в воду и поплыла.

     Только раз она оглянулась на домик, где хоть и жила против воли, но все же

познала маленькое счастье. Шумел прибой, на сушу катились волны

Атлантического океана, и пена их окаймляла берег. За этой пенной каймой

стояли несчастные дети рыбака. Дочь морского короля видела их, но зов моря

громче звучал у нее в душе, чем плач ее детей, рожденных на земле. И она

плыла все дальше и дальше и пела от радости и счастья.

Когда Родрик Мак-Кодрам вернулся домой с рыбной ловли, он увидел, что

входная дверь распахнута настежь, а дом опустел. Не встретила хозяина

заботливая жена, не приветствовало его веселое пламя торфа в очаге. Страх

обуял Родрика, и он протянул руку к притолоке. Но тюленьей шкурки там уже

не было, и рыбак понял, что его красавица жена вернулась в море. Тяжко

стало ему, когда дети со слезами рассказали, как мать только молвила им:

"Прощайте!" - и покинула их одних на берегу.

     - Черен был тот час, когда шел я к своей лодке и заяц перебежал мне

дорогу! - сокрушался Родрик. - И ветер тогда был сильный, и рыба ловилась

плохо, а теперь обрушилось на меня великое горе...

Он так и не смог забыть свою красавицу жену и тосковал по ней до конца

жизни. А дети его помнили, что их матерью была женщина-тюлень. Поэтому ни

сыновья Родрика МакКодрама, ни внуки его никогда не охотились на тюленей.

     И потомков их стали называть "Мак-Кодрамы Тюленьи".

 

     Кот и попугай

 

 

     Кот и Попугай договорились каждый день приглашать друг друга в

гости на обед. Сегодня, скажем, Попугай зовет Кота к себе, а

назавтра - наоборот, и так далее. Первой была очередь Кота.

Кот купил на рынке риса на полпенни и столько же молока и сахара.

Попугай, явившись в назначенное время, не увидел ничего, кроме

постной еды. Более того, Кот настолько плохо позаботился о своем

госте, что тому пришлось самому готовить себе.

     На следующий день наступила очередь Попугая. Он купил на рынке

тридцать фунтов муки, вдоволь масла и сахара и всего, что было

нужно, чтобы испечь пирожков. Их получилось так много, что ими

можно было наполнить огромную корзину, вроде тех, какие таскают

прачки. Всего вышло пятьсот румяных, вкусных пирожков.

Когда Кот пришел, Попугай поставил перед ним блюдо, на котором

высилась горка из четырехсот девяноста восьми пирожков. Только два

пирожка он оставил себе. Кот мгновенно сожрал все, что было на

блюде и попросил еще.

     Попугай отдал ему оставшиеся два пирожка. Кот съел их и сказал:

     - Я хочу еще.

     - Пирожков больше нет, - ответил Попугай. - Однако я думаю, что

если ты все еще голоден, то можешь съесть меня.

Кот, действительно, был все еще голоден. Поэтому он без зазрения

совести сожрал Попугая всего целиком, вместе с костями, перьями и

даже клювом!

     Какая-то Старушка, проходившая мимо, увидела это. Подняв камень с

земли, она закричала:

     - Фу! Фу! Уходи, негодник, а не то я брошу камень в тебя!

     Услышав это, Кот сказал про себя: <Я съел целую корзинку пирожков.

Я сожрал своего друга Попугая. Неужели мне станет стыдно, если я

съем эту старую ведьму? Да ни что на свете!>

     Он бросился на Старушку и - чавк, чмок - проглотил ее.

Похлопав себя по животу, он пошел по дороге. Навстречу ему попался

     Батрак с ослом на поводу.

     - Эй, Кот, убирайся с дороги, - крикнул человек, - иначе мой осел

так лягнет тебя копытом, что ты тут же испустишь дух!

     Однако Кот пробормотал себе под нос:

     - Я съел пятьсот пирожков, своего друга Попугая и вздорную

Старушку, так неужто мне будет стыдно съесть Батрака? Ни в коем

случае!

     И - чавк, чмок - он сожрал и Батрака, и его осла.

     Пройдя еще немного, он повстречался со свадебной процессией:

впереди ехал Король со своей невестой, дальше шла колонна солдат,

и в самом конце парами важно шагали огромные слоны.

     Король крикнул:

     - Эй, Кот, отойди с дороги, не то мои слоны растопчут тебя!

     Однако Кот ответил:

     - Я съел пятьсот пирожков, своего друга Попугая, сварливую

Старушку, Батрака и его осла, так неужели я не съем какого-то

жалкого Короля? Конечно, съем!

И - чавк, чмок - Кот проглотил и Короля с невестой, и всю его

процессию, включая и слонов.

     Пошел он дальше и наткнулся на двух огромных Крабов.

     - Беги, куда глаза глядят, Киска, - угрожающе произнес один из

них. - Иначе мы до смерти защиплем тебя!

     - Ха-ха-ха! - расхохотался Кот так, что у него от смеха затряслись

бока (а он уже успел порядочно располнеть). - Я съел пятьсот

пирожков, своего друга Попугая, сварливую Старушонку, Батрака с

ослом, Короля и всю его свадебную процессию! И я убегу, поджав

хвост, от двух Крабов?! С какой стати? Лучше уж я сожру и их!

Сказав так, он прыгнул на Крабов и - чавк, чмок - проглотил их в

один присест.

     Очутившись в брюхе Кота, Крабы обнаружили там кучу народа: Короля,

сидевшего понуро, обхватив голову руками; его невесту, лежавшую в

глубоком обмороке; роту солдат, пытавшихся построиться в колонну

по четыре и совершенно сбитых с толку; слонов, громко трубивших и

топавших ногами; пронзительно кричавшего осла и Батрака, бившего

его за это палкой; Попугая; Старушку, громко бранившуюся на всех

сразу, и в самом дальнем уголке пять сотен пирожков. В желудке

было очень темно, за исключением тех моментов, когда Кот раскрывал

пасть, однако Крабы на ощупь определили, что изнутри его живот

мягкий и податливый. Тогда они пустили в ход свои клешни и - щелк,

щелк, щелк! - стали вырезать в брюхе Кота дыру. Они щелкали

клещнями до тех пор, пока не образовалось большое отверстие. Тогда

они выбрались наружу и торопливо поползли прочь. За ними

последовали Король с невестой на руках, слоны, все так же важно

шагавшие парами, солдаты, построившиеся-таки в маршевую колонну,

осел, подталкиваемый сзади Батраком, Старуха, ворчливо говорившая

Коту все, что она о нем думает, и самым последним вылетел Попугай,

держа в каждом когте по пирожку. Все они тут же разбрелись по

своим делам, словно ничего не случилось, а Коту пришлось весь

остаток дня зашивать свою шубу!

 

     Тщеславная мышь

 

 

     В маленьком домике на берегу реки жила маленькая мышка. Однажды, гу-

ляя по лесу, она нашла монетку. "Что бы мне такое на нее купить?" - дол-

го размышляла она и, наконец, решила купить ленточку.

Маленькая мышка отправилась в лавку к кролику и выбрала красивую ро-

зовую ленточку. Вечером, надев самое красивое платье и повязав ленточку,

она пригласила на чай соседа-петуха. Когда он увидел, как хороша в новом

наряде его маленькая соседка, петух решил на ней жениться. Но мышке не

понравился его громкий пронзительный голос, и она отказала жениху.

Проводив петушка домой, она присела у окошка. В это время мимо ее до-

мика проходили утенок и ослик. Увидев очаровательную хозяйку, они без

памяти влюбились в нее и тут же оба предложили ей руку и сердце. "Снача-

ла я хочу услышать ваши голоса", - сказала привередливая мышка. Утенок

принялся крякать, а ослик резко прокричал: "Иа-Иа!". Мышка в ужасе затк-

нула уши. "Сейчас же убирайтесь прочь!" - прокричала она и захлопнула

окошко перед незадачливыми женихами.

     Мышка легла спать, но ей не спалось и было почему-то очень грустно.

Расстроенная, она присела на крылечке и увидела проходящего мимо песика.

     "До чего ж ты хороша, маленькая мышка. Выходи за меня замуж!"

     "Но я хотела бы сначала услышать твой голос".

     "О, это совсем несложно", - сказал песик и громко залаял.

     "До чего же груб твой голос. Я никогда не соглашусь стать твоей же-

ной", - промолвила мышка.

     На следующий день она отправилась за покупками в город и по дороге

встретила котика. "Ох, как я мечтаю о такой жене! Наконец-то я встретил

тебя, маленькая прелестница. Согласна ли ты осчастливить меня?" Слушая

его мягкий, вкрадчивый голос, мышка, немея от счастья, промолвила: "Да".

Это была чудесная свадьба, и на свете не было невесты счастливее! Но

под вечер котик проголодался и кинулся на свою невесту, пытаясь прогло-

тить ее.

     К счастью, мышке удалось вырваться из цепких кошачьих когтей. В ра-

зорванном свадебном наряде, рыдая, она сидела на бревнышке, проклиная

свою чрезмерную разборчивость. Только сейчас она поняла, как внешность и

голос могут быть обманчивы.

 

     Паж и серебряный кубок

 

 

     Жил-был когда-то один мальчик. Он служил пажом в богатом замке.

Мальчик он был послушный, и все в замке его любили - и знатный граф, его

господин, которому он прислуживал, став на одно колено, и тучный старик

дворецкий, у которого был на побегушках.

     Замок стоял на краю утеса, над морем. Стены у него были толстые, и на

той его стороне, что выходила на море, в стене была небольшая дверца.

Она вела на узкую лестницу, а лестница спускалась по обрыву к воде. По

ее ступенькам можно было сойти на берег и солнечным летним утром иску-

паться в искрящемся море.

     Вокруг замка раскинулись цветники, сады, лужайки, а за ними обширная,

поросшая вереском пустошь простиралась до отдаленной горной цепи.

Маленький паж любил гулять по этой пустоши в свободное время. Там он

бегал, сколько хотел, гонялся за шмелями, ловил бабочек, разыскивал

птичьи гнезда. Старик дворецкий охотно отпускал пажа гулять - он знал,

что здоровому мальчику полезно порезвиться на свежем воздухе. Но перед

тем, как отпустить пажа, старик всегда предостерегал его:

     - Только смотри, малыш, не забудь моего наказа: гулять гуляй, но дер-

жись подальше от Бугра Фей. Ведь с "маленьким народцем" надо держать ухо

востро!

     Бугром Фей он называл небольшой зеленый холмик, что возвышался ярдах

в двадцати от садовой калитки. Люди говорили, что в этом холмике обитают

феи и они наказывают каждого, кто дерзнет приблизиться к их жилищу. Поэ-

тому деревенские жители за полмили обходили холмик даже днем - так они

боялись подойти к нему слишком близко и прогневать "маленький народец".

А ночью люди и вовсе не ходили по пустоши. Ведь всем известно, что по

ночам феи вылетают из своей обители, а дверь в нее остается открытой на-

стежь. Вот и может случиться, что какой-нибудь незадачливый смертный оп-

лошает и попадет через эту дверь к феям.

     Но мальчик-паж был смельчак. Он не только не боялся фей, но прямо-та-

ки жаждал увидеть их обитель. Ему не терпелось узнать, какие они, эти

феи!

     И вот как-то раз ночью, когда все спали, мальчик тихонько выбрался из

замка. Открыл дверцу в стене, сбежал с каменной лестницы к морю, потом

поднялся на вересковую пустошь и устремился прямо к Бугру Фей.

К великому его удовольствию, оказалось, что люди правду говорили:

верхушка Бугра Фей была как ножом срезана, а изнутри лился свет.

Сердце у мальчика забилось - так ему было любопытно узнать, что там

внутри! Он собрался с духом, взбежал на холмик и прыгнул в отверстие.

И вот он очутился в огромном зале, освещенном бесчисленными крошечны-

ми свечками. Тут за блестящим, словно лаком покрытым, столом сидело мно-

жество фей, эльфов, гномов. Одеты они были кто в зеленые, кто в желтые,

кто в розовые платья. У других одежды были голубые, лиловые, яркоалые -

словом, всех цветов радуги.

     Мальчик-паж, стоя в темном углу, дивился на фей и думал: "Сколько их

тут, этих малюток! Как странно, что живут они по соседству с людьми, а

люди ничего про них не знают!" И вдруг кто-то - мальчик не заметил, кто

именно, - провозгласил:

     - Несите кубок!

     Тотчас два маленьких эльфа-пажа в ярко-алых ливреях кинулись от стола

к крошечному стенному шкафу в скале. Потом вернулись, сгибаясь под тя-

жестью великолепного серебряного кубка, богато разукрашенного снаружи и

позолоченного внутри.

     Они поставили кубок на середину стола, а все феи захлопали в ладошки

и закричали от радости. Потом они по очереди стали пить из кубка. Но

сколько бы они ни пили, вино в кубке не убывало. Он все время оставался

полным до краев, хотя никто его не доливал. А вино в кубке все время ме-

нялось, как по волшебству. Каждый, кто сидел за столом, по очереди брал

в руки кубок и говорил, какого вина ему хочется отведать. И кубок мгно-

венно наполнялся этим самым вином.

     "Хорошо бы унести этот кубок домой! - подумал мальчик-паж. - А то

никто ведь не поверит, что я здесь побывал. Надо мне что-нибудь взять

отсюда, - доказать, что я тут был". И он стал ждать удачного случая.

Вскоре феи его заметили. Но они ничуть на него не разгневались за то,

что он прокрался в их жилище. Они даже как будто обрадовались ему и

пригласили его сесть за стол.

     Однако мало-помалу они принялись грубить и дерзить своему незваному

гостю. Они насмехались над мальчиком за то, что он служит у простых

смертных. Говорили, что им известно все, что делается в замке, и вышучи-

вали старого дворецкого. А ведь мальчик его горячо любил. Высмеивали они

и пищу, которую мальчик ел в замке, говорили, что она годится только для

животных. А когда эльфы-пажи в ярко-алых ливреях ставили на стол ка-

кое-нибудь новое кушанье, феи подвигали блюдо к мальчику и потчевали

его:

     - Попробуй! В замке тебе такого не придется отведать.

     Наконец мальчик не выдержал их насмешек. К тому же ведь он решил

унести кубок, и пора было это сделать. Он вскочил и поднял кубок, крепко

сжав его ножку обеими руками.

     - За ваше здоровье выпью воды! - крикнул он.

     И рубиново-красное вино в кубке мгновенно превратилось в чистую хо-

лодную воду.

Мальчик поднес кубок к губам, но пить не стал, а одним рывком выплес-

нул всю воду на свечки. Зал сразу погрузился в непроглядную тьму, а

мальчик, крепко держа в руках драгоценный кубок, бросился к верхнему от-

верстию и выскочил из Бугра Фей на свет звезд. Выскочил он как раз вов-

ремя, едва успел, ибо в тот же миг бугор с грохотом развалился у него за

спиной.

     И вот мальчик-паж бросился бежать со всех ног по росистой пустоши, а

вся толпа фей пустилась за ним в погоню.

Феи точно взбесились от ярости. Мальчик слышал их пронзительные,

гневные крики и хорошо понимал, что, если его догонят, пощады не жди.

Сердце у него упало. Как ни быстро он бегал, но где же ему было тягаться

с феями! А они уже нагоняли его. Казалось, еще немного, и он погибнет.

Но вдруг во мраке зазвучал чей-то таинственный голос:

     Коль хочешь к замку путь найти,

     На берегу ищи пути.

     То был голос одного несчастного смертного. Он когда-то попал в плен к

феям и не хотел, чтобы смелого мальчика постигла та же участь. Но в тот

час мальчик-паж этого еще не знал.

     Однако он помнил, что феи не смогут тронуть человека, если он ступит

на прибрежный мокрый песок.

     И вот паж свернул в сторону и побежал к берегу. Ноги его увязали в

сухом песке, он тяжело дышал и уже думал, что вот-вот упадет без сил. Но

все-таки бежал.

     А феи нагоняли его, и те, что мчались впереди, уже готовы были его

схватить. Но тут мальчик-паж ступил на мокрый твердый песок, с которого

только что схлынули морские волны, и понял, что спасся.

Ведь феи не могли здесь и шагу ступить. Они стояли на сухом песке и

громко кричали в досаде и ярости, а мальчикпаж, с драгоценным кубком в

руках, мчался по кромке берега. Он быстро взбежал по ступеням каменной

лестницы и скрылся за дверцей в толстой стене.

     Прошло много лет. Мальчик-паж сам стал почтенным дворецким и учил ма-

леньких пажей прислуживать. А драгоценный кубок, свидетель его приключе-

ния, хранился в замке.

 

     Крошка Мэтти и король

 

 

     Крошка Мэтти была пастушкой. Каждое утро она выводила овец на пастби-

ще. Иногда она бродила с ними по полям и холмам, но больше всего ей нра-

вилось пасти их возле дороги.

     В те времена в этой стране правил прекрасный молодой король, и решил

этот король однажды отправиться в странствия на поиски невесты; она

должна быть красивой, благородного происхождения, а прежде всего должна

королевская невеста быть скромной, работящей и искренней. На меньшее ко-

роль бы не согласился. Так он решил, сел однажды утром на лошадь и отп-

равился в путь.

     Ехал он, ехал, и дорога привела его к тому месту, где Крошка Мэтти

пасла своих овец. Увидев маленькую пастушку, король вежливо с ней поздо-

ровался и сказал:

     - Да благословит тебя Господь, Крошка Мэтти, как ты поживаешь?

     - Хорошо, спасибо, - ответила Крошка Мэтти, - хоть и одета я в лох-

мотья. Но когда я выйду замуж за короля, то буду одеваться только в чис-

тое золото!

     - Никогда этому не бывать, - сказал король.

     - О, нет, именно так и будет, - возразила Крошка Мэтти.

     И король поехал дальше. Ехал он, ехал, пока не добрался до иноземного

королевства, и влюбился он там в иноземную принцессу. Она была очень хо-

роша собой, и все вокруг только и говорили о ее скромности. Король поп-

росил ее руки и, получив согласие, предложил своей невесте до свадьбы

навестить его королевство. Затем он счастливый отправился домой.

Прошло немного времени, и принцесса из иноземного королевства выехала

с пышной свитой в королевство своего жениха. Ехала она, ехала, пока до-

рога не привела ее прямо к тому месту, где Крошка Мэтти пасла овец. Уви-

дев маленькую пастушку, принцесса высокомерно поздоровалась с ней и ска-

зала:

     - Добрый день. Крошка Мэтти, как поживает король?

     - Хорошо, - ответила Крошка Мэтти, - но у порога его дворца есть ка-

мень, и камень этот определяет характер любого человека, ступившего на

него.

     Принцесса поехала дальше и вскоре добралась до королевского дворца.

Едва она наступила на камень у порога, как раздался голос:

     "Сэр, не обманывайтесь лицом и одеждой!

     Берегитесь, скромность ее напускная!

     Присмотритесь к ней, милорд,

     Скромности верьте, а не словам!"

     Услышав, что сказал камень, король принцессу и видеть не захотел. Его

суженая должна быть на самом деле скромной! И уехала принцесса, как и

приехала, не солоно хлебавши.

     Через некоторое время король решил опять отправиться на поиски невес-

ты. Рано утром он сел на коня и выехал из ворот дворца.

     И опять ехал он, ехал, пока дорога не привела его к тому месту, где

Крошка Мэтти пасла овец. Увидев маленькую пастушку, он вежливо поздоро-

вался и сказал:

     - Да благословит тебя Господь, Крошка Мэтти, как ты поживаешь?

     - Хорошо, спасибо, - ответила Крошка Мэтти, - хоть и одета я в лох-

мотья. Но когда я выйду замуж за короля, то буду одеваться только в чис-

тое золото!

     - Никогда этому не бывать, - сказал король.

     - О, нет, именно так и будет, - сказала Крошка Мэтти.

     И король поехал дальше. Ехал он, ехал, пока наконец не приехал в еще

одно иноземное королевство, где влюбился в Другую иноземную принцессу.

Была она еще прекраснее, чем первая, и далеко разносился слух о ее тру-

долюбии. Король попросил ее руки и, получив согласие ее отца, пригласил

свою невесту нанести визит в его королевство до свадьбы. Затем он счаст-

ливый отправился домой.

     Вскоре принцесса из чужой страны отправилась с высокомерными спутни-

ками в гости к королю. Ехала она, ехала, пока дорога не привела ее к то-

му месту, где крошка Мэтти пасла овец. Увидев маленькую пастушку, прин-

цесса гордо поздоровалась с ней и сказала:

     - Добрый день. Крошка Мэтти, как поживает король?

     - Хорошо, - ответила Крошка Мэтти, - но у порога его дворца есть ка-

мень, и камень этот определяет характер любого человека, ступившего на

него.

     Принцесса поехала дальше и вскоре добралась до королевского дворца.

Едва она наступила на камень у порога, как раздался голос: "Сэр, не об-

манывайтесь лицом и одеждой! Берегитесь, трудолюбие ее напускное! Прис-

мотритесь к ней, милорд, Трудолюбию верьте, а не словам!"

Услышав, что сказал камень, король свою невесту и слушать не захотел.

Ведь его жена действительно должна быть трудолюбивой! И пришлось прин-

цессе, сгорая от стыда, возвращаться домой. Так расстроилась и эта

свадьба.

     Через некоторое время король в третий раз отправился странствовать по

свету в поисках невесты. Однажды рано утром он сел на коня и пустился в

дорогу.

     И опять ехал он, ехал, пока не встретил Мэтти, которая пасла овец.

Увидев маленькую пастушку, он вежливо с ней поздоровался и сказал:

     - Да благословит тебя Господь, Крошка Мэтти, как ты поживаешь?

     - Хорошо, спасибо, - ответила Крошка Мэтти, - хоть и одета я в лох-

мотья. Но когда я выйду замуж за короля, то буду одеваться только в

чистое золото!

     - Никогда этому не бывать, - сказал король.

     - О, нет, именно так и будет, - сказала Крошка Мэтти.

     И король поехал дальше. Ехал он, ехал, пока не приехал в третье ино-

земное государство, где влюбился еще в одну иностранную принцессу. Она

была еще красивее, чем остальные, и люди по всей стране говорили о ее

искренности. Король попросил ее руки и, получив согласие, пригласил не-

весту нанести визит в его королевство до свадьбы. После этого он счаст-

ливый поехал домой.

     Вскоре после этого иноземная принцесса с великолепной свитой выехала

с визитом в его королевство. Ехала она, ехала, пока дорога не привела ее

прямо к тому месту, где Крошка Мэтти пасла овец. Увидев маленькую пас-

тушку, принцесса высокомерно поздоровалась с ней и сказала:

     - Добрый день, Крошка Мэтти, как поживает король?

     - Хорошо, - ответила Крошка Мэтти, - но у порога его дворца есть ка-

мень, и камень этот определяет характер любого человека, ступившего на

него.

     Иноземная принцесса не поверила и отправилась дальше. Но едва она до-

ехала до королевского дворца и ступила на камень у порога, как раздался

голос:

     "Сэр, не обманывайтесь лицом и одеждой!

     Берегитесь, искренность ее напускная!

     Присмотритесь к ней, милорд,

     Искренности верьте, а не словам!"

     И снова расстроилась свадьба. Ведь невеста короля должна быть искрен-

ней! И пришлось иноземной принцессе, сгорая от стыда, так и не выйдя за-

муж, возвращаться домой. А король отправился на поиски невесты в послед-

ний раз. Рано утром вскочил он в седло и поехал.

И вновь ехал он, ехал, пока не встретил Крошку Мэтти, которая пасла

овец. Увидев маленькую пастушку, он учтиво с ней поздоровался и сказал:

     - Да благословит тебя Господь, Крошка Мэтти, как ты поживаешь?

     - Хорошо, спасибо, - ответила Крошка Мэтти, - хоть и одета я в лох-

мотья. Но когда я выйду замуж за короля, то буду одеваться только в чис-

тое золото!

     - Никогда этому не бывать, - сказал король.

     И король отправился дальше, пока не доехал до очень далекого коро-

левства, где влюбился еще в одну иноземную принцессу. Была та принцесса

прекраснее всех, и повсюду шла молва о ее скромности, трудолюбии и иск-

ренности. Попросил король ее руки, получил согласие, а после этого приг-

ласил свою невесту оказать ему честь и навестить его королевство перед

свадьбой. После того он счастливый и довольный поехал домой.

Через некоторое время иноземная принцесса отправилась с великолепной

свитой в гости к своему жениху. Дорога привела ее к пастбищу, где Кроша

Мэтти пасла своих овец. Увидев маленькую пастушку, принцесса высокомерно

с ней поздоровалась и сказала:

     - Добрый день, Крошка Мэтти, как поживает король?

     - Хорошо, - ответила Крошка Мэтти, - но у порога его дворца есть ка-

мень, и камень этот определяет характер любого человека, ступившего на

него.

     Услышав это, иноземная принцесса призадумалась, а потом спросила у

Крошки Мэтти, не сможет ли она поехать в королевской дворец вместо прин-

цессы. Крошка Мэтти с радостью согласилась. Она быстро сняла с себя свои

лохмотья и, нарядившись в шелка и бархаты принцессы, поехала в королевс-

кий дворец. Когда она наступила на камень у порога, раздался голос:

     "Будьте внимательны, милорд она - другая!

     Она искренна, скромна, трудолюбива!

     Она - воплощение вашего идеала,

     И лучшей вы никогда не найдете!"

     - Тогда я женюсь только на ней и ни на ком больше, - сказал король,

услышав эти слова. А чтобы не ошибиться и ни с кем не спутать свою не-

весту, он надел ей на голову золотой обруч. Затем он отослал невесту до-

мой и пообещал, что очень скоро он за ней приедет.

Когда Крошка Мэтти вернулась на тот лужок, где паслись ее овцы, она

вернула прекрасные одежды иноземной принцессе и опять переоделась в свои

старые лохмотья. А счастливая принцесса поехала домой дожидаться своего

суженого.

     И жених не заставил себя долго ждать. В одно прекрасное утро он вско-

чил в седло и поехал за невестой.

Как и раньше, дорога привела его к той лужайке, где Крошка Мэтти пас-

ла овец. Увидев красивую маленькую пастушку, король учтиво с ней поздо-

ровался и сказал:

     - Да благословит тебя Господь, Крошка Мэтти, как ты поживаешь?

     - Хорошо, спасибо, - ответила Крошка Мэтти, - хоть и одета я в лох-

мотья. Но когда я выйду замуж за короля, то буду одеваться только в чис-

тое золото!

     - Никогда этому не бывать, - сказал король.

     - О, нет, именно так и будет, - сказала Крошка Мэтти.

     И, сказав это, она наклонила голову, и что-то блеснуло у нее в воло-

сах.

     Подошел король поближе и что же он видит? На голове у Крошки Мэтти

тот самый обруч, который он возложил на голову своей невесты. Король тут

же все понял. И, увидев, что никогда не найти ему девушки прекраснее, он

посадил Крошку Мэтти к себе в седло и увез в свой королевский дворец.

Так случилось, что Крошка Мэтти стала королевой и одевалась с тех пор

только в чистое золото.

 

     Пять золотых плодов

 

 

     Жил некогда король, и росло в его королевстве высокое дерево - такое

высокое, что вершины его не было видно. Очень хотелось королю узнать,

сколь высоко то дерево и что на нем растет. Послал он во все концы коро-

левства гонцов, повелел оповестить всех: коли найдется такой молодец,

что взберется на макушку дерева и сорвет с него плоды, тому молодцу ко-

роль отдаст свою дочь в жены и завещает ему королевство. Много людей

пришло попытать счастья, да никому не удалось достигнуть вершины, а иные

сорвались с дерева и убились.

     Вздумал попытать счастья один удалец из дальних краев. Пошел через

дремучий лес, и повстречался ему пастух. Спросил его молодец, той ли до-

рогой он идет. И видит - на ногах у пастуха какие-то железные крючья,

вроде звериных когтей. Молодец полюбопытствовал, что это такое. Пастух

сказал, что с такими крючьями он быстро влезает на деревья, спасаясь от

диких зверей. Молодец, хоть и одет был в богатый наряд, предложил пасту-

ху поменяться с ним платьем. Но в придачу попросил те железные когти.

Пастух рассмеялся, подумал, что прохожий шутит: экая блажь - менять кра-

сивую одежду на лохмотья. Но, увидев, что молодец и вправду хочет ме-

няться, согласился и, кроме господской одежды, получил еще вдобавок мно-

го денег.

     Вот пришел молодец в королевский город, переоделся, только железные

крючья оставил при себе, да прямехонько к королю - низко ему поклонился

и сказал, зачем пожаловал. Король дал ему дозволение. Тогда молодец зах-

ватил с собой железные когти, взял всякой снеди на семь дней и полез на

дерево. Смотрят на него люди и дивятся, как ловко он карабкается. Но вот

уже три дня и три ночи взбирается молодец на дерево, а на стволе все нет

ни единого сука. Лишь на четвертый день в вышине показались вроде как бы

ветви, а на седьмой день увидел он, что не ветви то, а дворец. Добрался

он до дворца и постучался в железную дверь. Вскоре послышались шаги,

дверь отворилась, и он увидел красавицу девушку. Она пригласила гостя

войти, повела его в серебряный зал и попотчевала всякими яствами и ви-

ном. В замке жили три заколдованные девицы. Молодец остался у них ноче-

вать, - ведь он не спал целую неделю.

     Утром разбудили его девицы, накормили вкусными кушаньями, а потом са-

мая красивая из них говорит:

     - По пути к вершине встретятся тебе еще два дворца. До первого будешь

лезть четырнадцать дней. Живут в том дворце шесть девиц, они тебе расс-

кажут, как быть дальше. Вот тебе ломоть хлеба. Как проголодаешься, захо-

чешь пить или устанешь, лизни его, и тотчас пройдут и голод, и жажда, и

усталость.

     Минуло уже десять дней, а замка все не видать. На одиннадцатый день

что-то заблестело в вышине, а на четырнадцатый молодец постучался в

дверь чудесного дворца из чистого золота. В золотом дворце девицы встре-

тили его так же радушно, как и в серебряном, накормили, напоили, спать

уложили, а наутро сказали:

     - Над нами есть еще один дворец. Три недели будешь добираться до не-

го. Живут там девять девушек, они-то и расскажут тебе, как достигнуть

вершины дерева.

     На прощанье девицы дали ему ломоть хлеба, - стоит, мол, его лизнуть,

как пройдут и голод, и жажда, и усталость. В третьем дворце, построенном

из драгоценных каменьев и прекрасных жемчужин, встретили молодца так же

приветливо, накормили, напоили и оставили ночевать. Здесь жили девять

девушек, у одной из них были золотые волосы. От нее молодец узнал, что

до вершины придется ему лезть целый месяц.

     - Там найдешь пять золотых плодов, - сказала девушка, - три справа и

два слева. Те, что справа, срежешь вот этими ножницами. Но горе нам, ес-

ли срежешь те, что слева. Дерево сильно закачается и повалится вместе с

дворцами, и все мы погибнем. Как сделаешь свое дело, тотчас же спускайся

на землю. Там собралось великое множество людей, все ждут не дождутся

тебя: хотят узнать, какие плоды ты принесешь, и услышать, что было с то-

бой в пути. Но ни одной живой душе, даже королю, не сказывай про то, что

ты видел и слышал. А наутро жди нас у большой дороги. Мы поедем в алмаз-

ной карете, запряженной золотыми конями. Мчатся те кони быстрее птицы.

Успеешь до кареты дотронуться - чары разрушатся, не успеешь - дьявол

увезет нас в замок без окон и дверей.

     Спустился молодец на землю. Народу видимо-невидимо, все допытываются,

что он видел и что так долго делал на дереве. А он знай себе помалкива-

ет, даже от короля свою добычу утаил. Наутро встал спозаранку и отпра-

вился в условленное место поджидать карету. С первыми лучами солнца зак-

лубилось вдали небольшое облачко пыли. Все ближе, ближе, наконец совсем

близко; вот уже и карета видна. Но она вихрем промчалась мимо, молодец

не успел до нее дотронуться.

     Совсем было голову потерял он от горя. А когда немного успокоился,

пошел к королю, поведал ему все без утайки, показал три золотых плода и

сказал, что пойдет искать по белу свету замок без окон и дверей.

Вот уж два месяца блуждает молодец по белу свету, а про замок без

окон и дверей и слыхом не слыхать.

     На исходе третьего месяца заплутался он в темном лесу. Под утро видит

вдали, на холмике, вроде как свет брезжит, молодец и свернул в ту сторо-

ну. Подходит к тому месту и видит - стоит покосившаяся избушка. А жила в

избушке Луна. Смело постучался он в ветхую дверь, загремел ржавый засов,

дверь отворилась и - о ужас! Молодец даже отшатнулся: перед ним страшен-

ная старуха, а в руках у нее горящая лучина. Была та старуха стара, как

мир, велика, как дуб, черна, как головешка, глазищи что плошки, волосы -

как лошадиная грива, а уж худа, тоща - ну, кожа да кости. Старуха была

матерью Луны. Поглядела она сердито на гостя - спрашивает, зачем пожало-

вал. Молодец ответил, что ищет замок без окон и дверей, не укажет ли она

к нему дорогу. А старуха отвечает:

     - Уже много тысяч лет не отлучалась я из дому больше чем на час. От-

куда ж мне знать про такой замок? Вот моя дочь Луна, наверное, знает про

него - ведь она каждую ночь обходит весь свет. А сейчас ступай прочь,

как бы худа не было. Скоро Луна вернется, и коли застанет тебя здесь,

берегись: разорвет в клочки!

     Стал бедняга молить бабку, чтоб не прогоняла его, а спрятала бы в ка-

ком ни на есть закутке и выведала у дочки про замок, а когда она уйдет,

все и рассказала б ему. Так слезно он упрашивал, что старуха сжалилась и

спрятала его под лестницей. Вот пришла домой Луна и уже с порога почуяла

человечий дух. Спрашивает мать, не прячет ли та человека. Поначалу мать

отнекивалась, но Луна так разбушевалась, что пришлось рассказать все без

утайки. Взмолилась старуха, просит смилостивиться и помочь бедняге найти

замок без окон и дверей, - если, конечно. Луна знает, где тот замок воз-

двигнут. Сжалилась Луна над молодцом, велела вылезти изпод лестницы и

говорит ему:

     - Рада б тебе помочь, да сама я про такой замок не знаю, не ведаю. Да

будет тебе известно, что я еще никогда не освещала всей земли. Верно,

замок тот таится в какой-нибудь пустыне, куда я еще не заглядывала.

Иди-ка лучше к Солнцу, оно видит больше, чем я. Может, Солнце и укажет

тебе дорогу к замку.

     Долго плутал молодец по лесу, но все не находил замок Солнца. Наконец

разыскал его и вошел туда. Дома была только мать Солнца. Она была еще

старее и страшнее матери Луны. Смилостивилась и она над гостем, спрятала

его и обещала расспросить про замок. Вернулось вечером Солнце домой и ну

бранить мать за то, что пустила в дом человека.

Услышал про это несчастный, вышел к Солнцу и так горестно стал про-

сить пособить ему в беде, что Солнце сжалилось над ним и говорит:

     - Может, и есть на земле такой замок, да я про него не знаю. Я тоже

не во все уголки земли заглядываю. Вот Ветер - тот продувает все дыры и

должен знать про все на свете. Ступай к нему!

Три дня искал молодец дом Ветра. Наконец нашел. На счастье, в ту пору

был дома Главный Ветер. Поведал молодец ему свою печаль и попросил посо-

бить. Ветер слушал внимательно, а как молодец закончил, взял дудку и за-

играл на ней, да так громко, что его услышали все ветры на свете. Тотчас

примчались они, но о замке без окон и дверей никто и слыхом не слыхал.

Один ветер припоздал, - у него разболелась нога, и он отстал от других.

Он прибежал через час и рассказал про замок без окон и дверей. А если

Главный Ветер не верит, то пусть сам пойдет и посмотрит. До того замка

ветрам не более четверти часа ходу, а для человека - несколько лет. Жаль

стало Главному Ветру беднягу, и он велел сплести большую корзину - в

корзине нести человека будет сподручнее. Вот сплели корзину, молодец

влез в нее, а Главный Ветер подхватил ее и в мгновенье ока доставил к

самому замку. Стал Ветер оглядывать замок - нет ли какой щелочки, чтоб

забраться внутрь. На самой высокой башенке заметил он маленькую дырочку.

Пробрался через нее и с такой силой пронесся по замку, что стены задро-

жали. В замке было восемнадцать девушек да еще дьявол со своей матерью.

Все девушки, кроме Золотоволосой, были мертвы. Золотоволосая считалась

самой большой грешницей, а потому ее дьявол обрек на великие муки - уме-

реть последней, чтобы она перед смертью видела мучения своих подруг.

Схватил Ветер дьявола и что было мочи швырнул его через дыру наружу и

там так его измолол, что от дьявола остались только пыль и прах. Потом

ухватил Ветер мать дьявола да так тряхнул, что у нее все косточки затре-

щали. Повелел он рассказать, как девушек извели. Юлит старуха, твердит,

что-де она про то и знать ничего не знает, потому как это дело рук ее

сына. Пригрозил Ветер и с ней разделаться, как с дьяволом, коли будет

запираться. Струхнула старая дьяволица и рассказала все начистоту. Приш-

лось ей открыть и то, как девушек можно оживить: в шкафу спрятана кро-

пильница, если обрызгать из нее девушек, они сразу оживут. Взял Ветер

кропильницу, окропил на пробу одну девицу, и та ожила. Тогда схватил он

старуху, швырнул в дыру и измолол, как и дьявола. Потом оживил одну за

другой всех девушек и вдохнул силы в Золотоволосую, - она едва дышала.

Перенес потом всех по очереди в корзину, а замок разрушил.

Спасенных девушек вместе с молодцом Ветер благополучно доставил к ко-

ролевскому дворцу. Да только женился молодец не на королевне, а на Золо-

товолосой. И жили они в любви и согласии долгие-долгие годы.

 

     Том с ноготок и большая принцесса

 

 

     Жила-была женщина, и был у нее единственный сынок, которого звали

Том. Ростом он был не больше мизинца, и поэтому прозвали его Том с ного-

ток. Рос он добрым и послушным на радость матери. Вот достиг он совер-

шеннолетия, и мать сообщила ему, что пора выбирать себе невесту. Том

влез в материн карман, они оседлали лошадей и, сев в повозку, поехали к

королевскому дворцу. А у этого короля была красавица дочь. Но, к велико-

му огорчению отца, была она гигантского роста. И вдобавок дурочка. Поэ-

тому ни один жених не хотел взять ее в жены.

     Уже подъезжая ко дворцу, мать Тома вдруг обнаружила, что ее сын ис-

чез. Она принялась искать его повсюду и вдруг услышала тоненький голо-

сок, который звал: "Ку-ку, ку-ку! Я здесь!" Она повернулась на голос и

увидела, что ее сынок спрятался в конской гриве. Она вытащила его и,

отшлепав хорошенько, велела больше так не делать. Но вы же знаете, как

не прочны детские обещания! И вот, не успели они тронуться дальше, как

Том с ноготок исчез опять. Бедная мать обыскала все вокруг и вдруг услы-

шала тоненький голосок: "Ку-ку, куку! Я здесь!" И что бы вы думали, где

на этот раз спрятался проказник? В конском ухе. Мать вытащила его отту-

да, отшлепала, и он опять пообещал, что больше так делать не будет. Но

через некоторое время это повторилось опять. Том с ноготок спрятался у

лошади в ноздре и чудом не погиб. Лошадь чихнула, и Том свалился рядом с

ее копытом; хорошо, что мать успела его подхватить, а то не миновать бы

ему быть раздавленным под конским копытом.

     Ну вот, наконец, они подъехали ко дворцу, и их проводили к принцессе.

Увидев его, та сразу же влюбилась без памяти, и их обвенчали в дворцовой

церкви. Затем в честь молодых был дан пышный пир. Том с ноготок сидел

рядом со своей великаншей женой. Бедный жених так проголодался за долгую

дорогу, что чуть не умирал с голоду: он съел все кушанья со своей тарел-

ки. Но вот дело дошло до сладкого бананового пудинга. Тут Том решил на-

чать его есть с середины, где находились вкусные ежевичные цукаты. Взоб-

равшись на тарелку, он смело ступил на середину кушанья и вдруг по-

чувствовал, что тонет, как в болоте. Сколько он ни кричал, никто не мог

услышать его тоненького голосочка. И бедняжка утонул.

     Он плавать не умел,

     И это был финал.

     Принцесса овдовела,

     А может, я все наврал?

 

     Три собаки

 

 

     Давным-давно жил-был король, который много путешествовал по разным

странам. И вот, во время одного из своих путешествий, повстречал он

прекрасную леди, на которой вскоре женился и привез ее к себе домой. В

скором времени у них родилась дочка, и была то большая радость, потому

что весь народ любил своих короля и королеву. Но в тот самый день, когда

дитя народилось на свет, во дворце появилась странного вида старуха и

сказала, что ей надо увидеться с королем. И когда она вошла в зал, она

предупредила короля, что девочка не должна выходить за двери замка, пока

ей не исполнится пятнадцать лет, иначе горные великаны заберут ее.

Король послушался слов старухи и приказал, чтобы ребенка не выпускали

из дворца.

     Прошло немного времени, и у короля с королевой родилась вторая дочь.

И снова пришла та старуха и повторила свое предупреждение. Затем появи-

лась на свет третья дочь, и случилось то же самое. Король с королевой

очень беспокоились, но они строго-настрого приказали ни под каким пред-

логом не выпускать принцесс за двери замка и терпеливо ждали, пока доче-

ри достигнут нужного возраста и смогут выйти из дворца. Девочки все рос-

ли и хорошели, но за месяц до того дня, когда старшей должно было испол-

ниться пятнадцать лет, королю пришлось уехать на войну.

В то весеннее утро, когда уехал их отец, ярко светило солнце, а де-

вочки сидели у окна и любовались цветами в саду. Им так сильно хотелось

выйти и спуститься в сад, что в конце концов они не выдержали и побежали

вниз к маленькой дверце, что вела в сад. Конечно, возле каждой двери в

замке всегда стояла стража, которой было приказано не выпускать прин-

цесс, но девочки так просили и умоляли, что охранник, который не знал,

почему был издан такой приказ, не выдержал и позволил принцессам выйти в

сад.

     Некоторое время они играли среди цветов, но вскоре спустилась густая

мгла, обернулась пеленой вокруг них и взмыла в небеса, унося принцесс

неведомо куда.

     Во все края были посланы гонцы, но они ничего не смогли узнать о

судьбе трех принцесс. Когда король вернулся с войны, пришлось рассказать

ему все, что случилось, и убитые горем остались король с королевой в

своем опустевшем без милых дочерей замке.

     Король объявил по всей стране, что тот, кто найдет принцесс, сможет

жениться на одной из них, да еще и получит в приданое полкоролевства.

Множество молодых людей откликнулось на зов и среди них два принца из

соседних стран, до чьих ушей дошла эта история. Они отправились в путь

хорошо вооруженными и на прекрасных лошадях, потому что были богаты и

могущественны, но они в то же время были глупы и очень высокомерны. И

все время они хвастались, что скоро вернутся с принцессами и потребуют

положенной награды.

     А в той же самой стране, далеко от столицы, в маленькой лесной избуш-

ке жила-была бедная женщина с сыном. Он был славным парнем, кроме того,

храбрым и сильным. Целыми днями он пас в лесу трех свиней - все их бо-

гатство - и наигрывал красивые мелодии на деревянной флейте, которую сам

когда-то и смастерил.

     Однажды сидел он так в лесу и наигрывал на своей дудочке, когда к не-

му подошел древний-древний старик с прекрасной большой собакой.

Парень сразу подумал, ему хотелось бы иметь вот такую собаку, чтобы

та охраняла его, да и скучновато, ведь одному в лесу. Старик, казалось,

прочитал его мысли, потому что без лишних, слов предложил ему собаку в

обмен на свинью. Парень тут же согласился, к старик сказал ему, что со-

баку зовут Быстрохват и хозяин прикажет быстро схватить что-либо, пес

так и сделает, будь это хоть самый: огромный великан.

     Когда юноша вернулся домой и рассказал матери, что он сделал, та

рассвирепела, схватила палку и принялась колотить его, и не останавлива-

лась, как бы он ее ни упрашивал. Тогда он позвал. Быстрохвата, который

тут же бросился и быстро схватил ее, но при этом, однако, не причинил ей

боли. Так что пришлось женщине смириться с потерей.

     На следующий парень снова пошел в лес, уселся на пенек и принялся на-

игрывать на флейте, а собака плясала под музыку самым удивительным обра-

зом. Вскоре опять появился старик уже с новой собакой, и вновь был со-

вершен обмен, потому что парень подумал, было бы замечательно иметь двух

собак для своей защиты. Второго пса звали Разорви, и старик сказал, что

если ему прикажут, он в клочья разорвет даже самого ужасного великана на

свете. Мать юноши была сильно раздосадована, но на этот раз она не стала

его быть - слишком уж она боялась двух огромных собак!

     На следующий день он, как обычно, снова пошел в лес. Теперь у него

осталась всего одна свинья, но зато с ним были две огромные собаки, ко-

торые плясали, когда он играл на своей флейте.

     И снова появился старик. На этот раз третья, и последняя, свинья была

отдана в обмен на собаку. Этого пса звали Остроух, потому что у него был

такой тонкий слух, что он мог слышать все, что творилось на мили и мили

вокруг, он даже мог слышать, как растет трава и распускаются цветы - та-

кой тонкий был у него слух, по словам старика.

     И парень пришел домой вполне довольный своими тремя собаками, и хотя

его матушка была неприятно поражена - и не удивительно, ведь теперь она

осталась без своих любимых хрюшек, - юноша искренне уверял ее, что она

не осталась в накладе, а даже наоборот - поменяла своих свиней на нечто

очень нужное в хозяйстве.

     На следующий день он очень рано ушел на охоту и вернулся только позд-

но вечером, нагруженный дичью, которую подстрелил в лесу. Еще день спус-

тя он сказал матери, что хочет пойти попытать счастья и вернуться бога-

тым, чтобы обеспечить ей спокойную старость.

     Он прошел долгий путь, и в глубокой чаще огромного дремучего леса он

снова встретил старика, от которого получил собак.

     Старик спросил куда, он держит путь, и когда юноша ответил, что идет

попытать счастья, старик посоветовал ему идти прямо, пока он не достиг-

нет королевского дворца, и там его ждет удача. Парень послушался совета

и весело пошел по указанному пути. В дороге он расплачивался за еду и

ночлег тем, что устраивал представления, где он сам играл на флейте, а

собаки плясали под его музыку.

     Наконец он пришел в большой город, и там услышал о королевском указе,

в котором говорилось об исчезнувших принцессах, так как именно в этом

городе и находился дворец короля, их отца. Он помнил, что говорил ему

старик, и направился прямо во дворец, где жили несчастные король с коро-

левой. Когда же он продемонстрировал королевскому гофмейстеру, как могут

танцевать собаки, ему тотчас позволили выступить перед их величествами в

надежде, что это хоть немного их развеселит. И король был так поражен,

увидев собачьи танцы, что тут же спросит у юноши, какую тот желает наг-

раду. Но юноша ответил, что у него единственная просьба - разрешить ему

отправиться на поиски принцесс. Король не думал, что у такого юного па-

ренька могут быть хоть какие-то шансы на успех, но он и не запретил ему

ехать и сказал, что ему не откажут в обещанных наградах, если он приве-

зет назад трех девушек.

     И юноша отправился в путь вместе со своими тремя собаками, и надо

сказать, что в этом путешествии они ему очень пригодились. Остроух все

время говорил ему, что происходило на мили вокруг, Быстрохват нес его

узелок, а сам юноша, когда очень уставал, ехал верхом на Разорви, потому

что Разорви был самым сильным из всех псов.

Однажды Остроух подбежал к юноше и сказал, что они подъезжают к

большой горе и это он слышит, как одна из принцесс прядет пряжу внутри

горы.

     - Горы принадлежат великану, - сказал Остроух, - но его сейчас нет

дома.

     Когда она подъехали к горе, Остроух сказал, что он слышит стук золо-

тых подков великанова коня в десяти милях отсюда.

     Парень приказал собакам выломать дверь в горе, и там, внутри, он уви-

дел прекрасную принцессу, которая сидела и пряла золотую пряжу.

Увидев нашего паренька, она очень удивилась, ведь она не видела ни

одного живого существа за последние семь лет. Она умоляла его уйти, по-

тому что знала, что великан убьет его как только вернется. Но юноша ни-

куда не пошел. Когда великан вернулся, он пришел в бешенство, увидев,

что дверь выломана, и громовым голосом закричал:

     - Кто посмел выломать мою дверь?

     - Я посмел, - ответил юноша, - а сейчас я переломаю тебе все кости.

После этого он спустил на великана своих собак, и те разорвали его в

клочья.

     Затем юноша навьючил великанова коня мешком с драгоценностями, усадил

в седло принцессу и продолжил свой путь.

Так они ехали несколько дней, но вот подбежал Остроух и сказал, что

они опять подъезжают к высокой горе и он слышит, как девушка в горе пря-

дет пряжу. Великана не было дома, но он находился примерно в восьми ми-

лях отсюда. Остроух слышал стук золотых подков его коня.

Как и раньше, собаки выломали дверь в горе, и вторая принцесса была

спасена. А когда приехал великан, собаки расправились с ним так же быст-

ро, как и с его братцем. Потом юноша усадил вторую принцессу на подко-

ванного золотом скакуна, и они продолжили свой путь вместе.

Можете представить, как радовались принцессы, когда они встретились

после стольких лет разлуки.

     Через несколько дней путешественники добрались до третьей горы. На

этот раз великан был в пяти милях от своего дома. Внутри горы сидела

третья прекрасная принцесса и ткала золотое полотно. Но когда третий ве-

ликан приехал домой, он не стал кричать или ругаться, потому что уже

знал о судьбе своих вспыльчивых братьев. Наоборот, он стал изображать

хорошие манеры и дружески пригласил юношу остаться и пообедать с ним.

Юноша был тронут и принял приглашение, но принцесса тихо заплакала, да и

у собак было тяжело на сердце. Когда с едой было покончено, юноша спро-

сил, есть ли чего-нибудь выпить.

     - На вершине холма, - ответил великан, - находится источник, в кото-

ром бьет чистое вино. Но мне некого послать туда, чтобы нам принесли ви-

на.

     - Ничего, - сказал юноша, - я пошлю одного из моих псов.

Великан был доволен, потому что очень хотел избавиться от собак. И

Быстрохвату дали кувшин и велели, чтобы он шел за вином. И он с неохотой

отправился. Время шло, а пес все не возвращался, и великан предложил

послать Разорви, хотя тот еще больше не хотел уходить и оставлять хозяи-

на одного, но ему ничего не оставалось делать, как подчиниться ему.

Принцесса заплакала, а великан обрадовался, видя, что его замыслы осу-

ществляются. Прошло еще некоторое время, и великан сказал:

     - Я что-то не слишком высокого мнения о твоих собаках, не очень-то

они послушные, и сейчас наверняка бегают за зайцем вокруг горы.

Юноша рассердился, услышав эти слова, и приказал Остроуху немедленно

идти и привести остальных собак обратно. Остроух тоже не хотел идти, но

хозяин настаивал. И как только пес дошел до вершины горы, высокая камен-

ная стена выросла вокруг него. Вот что, оказывается, произошло с его то-

варищами. Это великан хотел помешать им с помощью волшебных чар.

И теперь, когда собаки не было, великан схватил огромный меч, который

висел на стене, и сказал юноше, что пришла пора ему расставаться с

жизнью. Юноша был очень напуган, но он не растерялся.

     - У меня есть только одна просьба, - сказал он. - Прежде чем я умру,

позволь мне помолиться и сыграть гимн на моей деревянной флейте.

Великан согласился, но как только юноша начал играть на своей флейте,

чары тотчас рассеялись, и освобожденные собаки примчались с горы и ра-

зорвали великана в клочья.

     На этот раз юноша нашел золотую колесницу, которая принадлежала вели-

кану, впряг в нее лошадей и повез принцесс к отчему дому. Принцессы

просто не знали, как благодарить своего отважного спасителя. Он был кра-

сивым парнем, и, когда правил колесницей, его темные кудри развевались

на ветру. Каждая из принцесс сняла со своего пальца по золотому кольцу и

вплела ему в волосы. Они уже подъезжали к дому, когда их остановили два

жалких оборванца и попросили помощи. Оказалось, что это те самые два

принца, которые когда-то отправились на поиски принцесс. Они потерпели

неудачу и жалко выглядели, потому что потратили все деньги, а с ними и

все свое былое могущество.

     Юноша пожалел их и взял в колесницу. Но они были очень жестокими и

завистливыми и, когда узнали о приключениях юноши, решили избавиться от

него.

     Однажды собаки охотились где-то в лесу, и принцы накинулись на юношу

и задушили его, прежде чем успел он позвать их. Подлые принцы пригрозили

принцессам и под страхом смерти заставили их поклясться, что они будут

обо всем молчать. А затем удрали и оставили бедного парня лежать на тро-

пинке. Принцессы отправились домой и очень горевали, особенно младшая.

Она и юноша полюбили друг друга, и девушка пообещала стать его женой.

Но очень скоро собаки бросились на поиски своего хозяина, а когда

нашли, то вылизали его раны и улеглись со всех сторон, не давая ему за-

мерзнуть. Не прошло много времени, как парень ожил и был готов продол-

жать путь. Но когда он прибыл во дворец короля, он обнаружил, что там

собралось множество гостей, все радуются и веселятся. Юноша спросил, ка-

кой отмечается праздник, и ему сказали, что старшие принцессы выходят

замуж за двух принцев, которые всем рассказывают про свои подвиги.

Но младшая принцесса, как ему сказали, не принимает участия в празд-

нестве. Она сидит в стороне и все время плачет.

     Юноша спросил, можно ли ему развлечь гостей собачьими танцами, и ког-

да его ввели в зал, все были поражены его привлекательной внешностью и

приятными манерами. Но как только три принцессы увидели его, они вскочи-

ли со своих мест и бросились в объятия своего спасителя. При виде этого

подлым обманщикам принцам ничего не оставалось, как спешно бежать, и

больше никто о них ничего не слышал.

Юноша мог с легкостью доказать правду с помощью колец, подаренных

принцессами, но ему не пришлось этого делать, потому что ему и так все

поверили. Он женился на младшей принцессе, а вскоре нашлись мужья и для

остальных двух.

     Отважный юноша заслужил великую честь, и когда старый король умер,

его выбрали править королевством. Предания ничего не говорят о старушке

матери и трех собаках, но следует полагать, что старая женщина была ок-

ружена всеобщим вниманием и почтением до конца своих дней. Что же каса-

ется собак, то их холил и лелеял весь двор, а когда молодые король и ко-

ролева обзавелись детишками, то Быстрохват, Остроух и Разорви охраняли

их и играли с ними лучше, чем любая нянька!

 

 

     Крошка фея

 

 

     Жил некогда король с королевой, и был у них единственный сын. Вот подрос

королевич, и король с королевой устроили праздник. Созвали они на пир

самых знатных людей со всего королевства. Засветились окна тысячью огней,

засверкали белые палаты серебром, золотом и дорогими самоцветами.

В полночь гости разошлись по домам, а королевич вышел погулять в рощу, где

росли старые липы. Взошла луна, стало светло, как днем, короле- вичу не

спалось. Роща стояла, словно заколдованная, - толстые стволы старых

деревьев отбрасывали темные тени, а лунный свет, проникая сквозь листву,

рисовал на земле причудливые узоры. Королевич задумавшись брел по мягкой

траве и не заметил, как вышел на поляну. Смотрит - а на поляне, озаренная

лунным светом, стоит маленькая фея в белом наряде, и блещет на нем золотое

шитье. Длинные волосы ее разметались по плечам, а на голове сверкает

золотая корона, осыпанная драгоценными камнями. И была эта фея совсем

крошечная. Словно куколка! Остановился королевич и глаз от нее отвести не

может. А она вдруг заговорила, и голосок ее зазвенел, будто серебряный

колокольчик:

     - Прекрасный королевич! Меня тоже пригласили на праздник, да не посмела я

в гости к тебе прийти, - очень уж я маленькая. А теперь вот хочу

поздороваться с тобой при луне, свет ее заменяет мне солнечные лучи!

Приглянулась королевичу маленькая фея. Ночная волшебница ничуть не

испугала его. Подошел он к маленькой фее и взял ее за руку. Но она вдруг

вырвалась и пропала. Осталась в руке у королевича лишь феена перчатка,

такая крошечная, что королевич с трудом натянул ее на свой мизинец.

Опечаленный, вернулся он во дворец и никому ни словом не обмолвился о том,

кого видел в старой роще.

     На следующую ночь королевич снова отправился в рощу. Бродит он при свете

яркого месяца, все ищет маленькую фею. А ее нет нигде. Загрустил

королевич, вынул из-за пазухи перчатку и поцеловал ее. И в тот же миг

перед ним предстала фея. Королевич до того обрадовался, что и сказать

нельзя! Сердце у него в груди так и запрыгало от счастья! Долго они гуляли

при луне, весело болтали друг с другом. И удивительное дело! Пока они

разговаривали, малютка фея на глазах у королевича заметно подросла. Когда

пришла им пора расставаться, она была вдвое больше, чем в прошлую ночь.

Теперь перчатка не налезала ей на руку, и фея вернула ее королевичу со

словами:

     - Возьми перчатку в залог и хорошенько береги ее.

Сказала - ив то же мгновение исчезла.

     - Я буду хранить твою рукавичку у себя на сердце! - воскликнул королевич.

С тех пор каждую ночь королевич и фея встречались в роще под старыми

липами. Пока светит солнце, королевич места себе не находит. День-деньской

тоскует он по своей фее, ждет не дождется, когда ночь настанет и месяц на

небе проглянет, и все гадает: "Придет ли сегодня моя фея?" Королевич любил

маленькую фею все сильней и сильней, а фея каждую ночь становилась все

выше. На девятую ночь, когда наступило полнолуние, фея сравнялась ростом с

королевичем.

     - Теперь я буду приходить к тебе всякий раз, когда месяц выплывет на небе!

     - весело проговорила фея нежным своим голоском.

     - Нет, дорогая моя! Не могу я без тебя жить! Ты должна быть моей. Я тебя

сделаю королевной!

     - Милый мой! - отвечает ему фея. - Я буду твоей, но ты должен мне обещать,

что всю жизнь будешь любить только меня одну!

     - Обещаю, обещаю! - не задумываясь, закричал королевич. - Обещаю всегда

любить тебя одну, а на других и смотреть не стану.

     - Хорошо! Только помни - я буду твоей лишь до той поры, пока ты останешься

верен своему слову.

Три дня спустя сыграли свадьбу. Приглашенные не могли надивиться красоте

маленькой феи.

     Счастливо прожили королевич со своей молодой женой семь лет, как вдруг

умер старый король. На похороны собралось народу видимо-невидимо. У гроба

его проливали слезы самые красивые и знатные женщины королевства. И была

среди них одна черноокая красавица с рыжими волосами. Не молилась она

богу, не оплакивала покойного короля, а неотступно преследовала взглядом

молодого королевича. Королевич заметил, что красавица с рыжими волосами

глаз с него не сводит, и это показалось ему необычайно приятным.

Когда похоронная процессия двинулась на кладбище, королевич, который вел

под руку свою жену, трижды посмотрел на черноокую красавицу. Вдруг жена

его запуталась в юбке и чуть было не упала.

     - Ой, посмотри-ка, платье стало мне длинно! - воскликнула она.

     И правда... Только королевичу и невдомек, что его жена стала меньше

ростом.

     Но вот старого короля похоронили, и все двинулись обратно во дворец. А

рыжеволосая красавица следовала за королевичем по пятам, ни на шаг не

отставала, да и он на нее поглядывал украдкой. Так и не заметил королевич,

что его жена снова превратилась в маленькую фею. А едва вошли в старую

рощу, фея и вовсе исчезла. Королевич женился на рыжеволосой красавице с

черными глазами. Да только не прожил он с новой женой и трех дней

счастливо. Сначала потребовала она купить ей алмазную кровать. А там и

пошло... То одно ей подавай, то другое, да все такие диковинки, каких ни у

кого нет. А если, случалось, не выполнит королевич ее желания, красавица

сразу в слезы, и ну плакать, и ну бранить мужа. До того надоели королевичу

прихоти жадной красавицы, что выгнал он ее из дому...

     Только тогда понял королевич, что он наделал. Горюет он, вздыхает по

маленькой фее. И снова, лишь выплывет месяц на небе, идет королевич в

рощу, где растут старые липы, и зовет свою милую, добрую фею. Искал ее

королевич, искал, звал свою фею, звал и уж состариться успел, ожидая ее.

Да только маленькая фея так и не вернулась к нему...

 

     Феи Мерлиновой скалы

 

 

     Лет двести назад жил-был некий бедный человек. Он работал батраком на

одной ферме в Ланеркшире, был там, как говорится, на побегушках - выполнял

разные поручения и делал все, что прикажут.

     Как-то раз хозяин послал его копать торф на торфянике. А надо вам сказать,

что в конце этого торфяника высилась скала, очень странная на вид. Ее

прозвали "Мерлинова скала". Так ее называли потому, что в ней, по

преданию, когда-то давным-давно жил знаменитый волшебник Мерлин.

Вот батрак пришел на торфяник и с великим усердием принялся за работу. Он

долго копал торф на участке по соседству с Мерлиновой скалой и уже накопал

целую кучу, как вдруг вздрогнул от неожиданности - перед ним стояла такая

крошечная женщина, какой он в жизни не видывал, - фута в два ростом, не

больше. Она была в зеленом платье и красных чулках, а ее длинные желтые

волосы не были перевязаны ни лентой, ни тесемкой и рассыпались по плечам.

Женщина была такая маленькая да такая ладненькая, что батрак, не помня

себя от удивления, перестал работать и, воткнув заступ в торф, смотрел на

нее во все глаза. Но он удивился еще больше, когда женщина подняла

крошечный пальчик и проговорила:

     - Что бы ты сказал, если бы я послала своего мужа снять кровлю с твоего

дома, а? Вы, люди, воображаете, что вам все дозволено! - Она топнула

крошечной ножкой и строгим голосом приказала батраку: - Сейчас же положи

торф на место, а не то после будешь каяться!

     Бедняк не раз слышал много всяких рассказов про фей и про то, как они

мстят своим обидчикам. Он задрожал от страха и принялся перекладывать торф

обратно. Каждый кусок он клал на то самое место, откуда взял его, так что

все его труды пропали даром.

     Но вот он с этим покончил и огляделся в поисках своей диковинной со-

беседницы. А ее и след простыл. Как и куда она скрылась, он не заметил.

Батрак вскинул заступ на плечо, вернулся на ферму и доложил хозяину обо

всем, что с ним приключилось. А потом сказал, что лучше, мол, копать торф

на другом конце торфяника.

     Но хозяин только расхохотался. Сам он не верил ни в духов, ни в фей, ни в

эльфов - словом, ни во что волшебное, и ему пришлось не по нраву, что его

батрак верит во всякую чепуху. И вот он решил образумить его. Приказал

батраку тотчас же запрячь лошадь в повозку, поехать на торфяник и забрать

оттуда весь выкопанный торф, а как вернется на ферму, разложить торф во

дворе для просушки.

     Не хотелось батраку выполнять приказ хозяина, а делать нечего - пришлось.

Но неделя проходила за неделей, а ничего плохого с ним не случалось, и он

наконец успокоился. Он даже начал думать, что маленькая женщина ему просто

привиделась и, значит, хозяин его оказался прав.

Прошла зима, прошла весна, прошло лето, и вот снова наступила осень, и

ровно год прошел с того дня, когда батрак копал торф у Мерлиновой скалы.

В тот день батрак ушел с фермы после захода солнца и направился к себе

домой. В награду за усердную работу хозяин дал ему небольшой кувшин

молока, и батрак нес его своей жене.

     На душе у него было весело, и он бодро шагал, напевая песню. Но как только

он подошел к Мерлиновой скале, его сморила неодолимая усталость. Глаза у

него слипались, как перед сном, а ноги стали тяжелыми, как свинец.

"Дай-ка я тут посижу, отдохну немного, - подумал он. - Нынче дорога домой

кажется мне что-то уж очень длинной". И вот он сел в траву под скалой и

вскоре заснул глубоким тяжелым сном.

     Проснулся он уже около полуночи. Над Мерлиновой скалой взошел месяц.

Батрак протер глаза и увидел, что вокруг него вихрем вьется огромный

хоровод фей. Они пели, плясали, смеялись, показывали на батрака крошечными

пальчиками, грозили ему маленькими кулачками и все кружили и кружили

вокруг него при свете месяца.

     Не помня себя от удивления, батрак поднялся на ноги и попытался было уйти

прочь - подальше от фей. Не тут-то было! В какую бы сторону он ни ступал,

феи мчались за ним и не выпускали его из своего заколдованного круга. Так

что батрак никак не мог вырваться на свободу.

Но вот они перестали плясать, подвели к нему самую хорошенькую и нарядную

фею и закричали с пронзительным смехом:

     - Попляши, человек, попляши с нами! Попляши, и тебе никогда уже не

захочется покинуть нас! А это твоя пара!

     Бедный батрак не умел плясать. Он смущенно упирался и отмахивался от

нарядной феи. Но она ухватила его за руки и повлекла за собой. И вот будто

колдовское зелье проникло в его жилы. Еще миг, и он уже скакал, кружился,

скользил по воздуху и кланялся, словно всю жизнь только и делал, что

плясал. Но что всего страннее - он начисто позабыл про свой дом и семью.

Ему было так хорошо, что у него пропало всякое желание убежать от фей.

Всю ночь кружился веселый хоровод. Маленькие феи плясали, как безум- ные,

и батрак плясал в их заколдованном кругу. Но вдруг над торфяником

прозвучало громкое "ку-ка-реку". Это петух на ферме во все горло пропел

свое приветствие заре.

     Веселье прекратилось мгновенно. Хоровод распался. Феи с тревожными криками

сгрудились в кучку и устремились к Мерлиновой скале, увлекая за собой

батрака, и как только они долетели до скалы, в ней сама собой открылась

дверь, которой батрак никогда раньше не замечал. И не успели феи

проникнуть в скалу, как дверь с шумом захлопнулась.

     Она вела в огромный зал. Он был тускло освещен тоненькими свечками и

заставлен крошечными ложами. Феи так устали от плясок, что сразу же

улеглись спать на свои ложа, а батрак сел на обломок камня в углу и

подумал: "А что же дальше будет?"

Но, должно быть, его околдовали. Когда феи проснулись и принялись

хлопотать по хозяйству, батрак с любопытством приглядывался к ним. А о

том, чтобы с ними расстаться, он и не помышлял. Феи занимались не только

хозяйством, а и другими, довольно-таки странными делами, - батрак такого в

жизни не видывал, - но как вы позже узнаете, про это ему запретили

рассказывать.

     И вот уже под вечер кто-то дотронулся до его локтя. Батрак вздрогнул и,

обернувшись, увидел ту самую крошечную женщину в зеленом платье и красных

чулках, что год назад бранила его, когда он копал торф.

     - В прошлом году ты снял торф с крыши моего дома, - сказала она, - но на

ней опять вырос торфяной настил и покрылся травою. Поэтому можешь

вернуться домой. За то, что ты натворил, тебя покарали. Но теперь срок

твоего наказания кончился, а он ведь немалый был. Только сперва поклянись,

что не будешь рассказывать людям про то, что видел.

Батрак с радостью согласился и торжественно поклялся молчать. Тогда дверь

открыли, и батрак вышел из скалы на вольный воздух.

Его кувшин с молоком стоял в траве, там, куда он его поставил перед тем,

как заснуть. Казалось, будто фермер дал ему этот кувшин только вчера

вечером.

     Но когда батрак вернулся домой, он узнал, что это не так. Жена в испуге

смотрела на него, как на привидение, а дети выросли и, видимо, даже не

узнавали отца - уставились на него, словно на чужого человека. Да и не

мудрено - ведь он расстался с ними, когда они были совсем маленькими.

     - Где же ты пропадал все эти долгие, долгие годы? - вскричала жена

батрака, когда опомнилась и наконец поверила, что он и вправду ее муж, а

не призрак. - Как у тебя хватило духу покинуть меня и детей?

И тут батрак все понял: те сутки, что он провел в Мерлиновой скале,

равнялись семи годам жизни среди людей.

     Вот как жестоко покарал его "маленький народец" - феи!

 

     Дочка пекаря

 

  

     Вы знаете, почему сова так сердито кричит по ночам: <Уух, уух!>? Если

нет, мы вам расскажем. В былое время - то было не мое  время,  и  не  ваше

время, да и ничье то время -  в  Англии  водилось  много  всякой  нечисти.

Всякие там эльфы, паки, великаны, говорящие жабы  и  прочее.  И,  конечно,

феи, которые были всесильны и всемогущи. Они часто принимали образ людей и

вызнавали все людские секреты. Но больше всего феи любили наказывать людей

за дурные поступки и награждать  за  добрые.  Как-то  вечером  одна  такая

могущественная фея пришла в деревню, что в графстве Харфордшир, под  видом

простой нищенки и постучалась в дом пекаря. Дверь оказалась  незаперта,  и

фея вошла в лавку. Там было довольно темно, пахло свежевыпечен-ным хлебом,

а  в  глубине  полыхала  жаром  огромная  печь.  Перед   печью   хлопотала

хорошенькая, опрятная девушка - дочка  пекаря.  Рядом  с  ней  на  большом

низком столе грудой лежали свежие, хрустящие хлебы.  Фея  залюбовалась  на

девушку, глядя, как она ловко вынимает из  пылающей  печи  готовую  партию

хрустящих хлебов и отправляет в огонь новую.  По  готовым  хлебам  девушка

постучала костяшками пальцев, чтобы проверить, хорошо ли они пропеклись, и

тогда уже выложила их на низкий стол.

     - Подайте кусок хлеба бедной женщине! -  попросила  дрожащим  голосом

фея, переодетая старой нищенкой. Дочка пекаря продолжала заниматься своими

хлебами, едва  удостоив  старушку  взглядом.  Немного  погодя,  не  сказав

старушке доброго слова, девушка оторвала кусок сырого теста и бросила ей.

     - Но у меня в хижине нет огня, чтобы испечь его,-  сказала  старушка,

подняв с пола этот кусок теста.- Разреши мне положить его вместе с  твоими

хлебами в печь. Дочь пекаря была слишком большая гордячка, чтобы  отвечать

какой-то там нищей старушонке. Однако, когда пришла пора отправлять в печь

новую партию хлебов, она разрешила старушке положить на деревянную  лопату

и ее кусочек теста. Когда же хлебы подрумянились и девушка вытащила их  из

печи, оказалось, что из маленького кусочка получился самый большой и самый

румяный хлеб. Нищенка протянула к нему руку,  но  девушка  оттолкнула  ее.

Уходи, грязная попрошайка! - крикнула она.- Это не твой хлеб!

     И сколько старушка ни просила, девушка ни за  что  не  хотела  отдать

хлеб, а вместо  этого  бросила  фее  кусочек  сырого  теста,  даже  меньше

первого. Но когда старушка сунула  его  в  печь,  он  тоже  превратился  в

большой и румяный хлеб, еще больше и румяней первого.  Да  только  девушка

опять не позволила старушке взять этот хлеб и опять хотела прогнать ее, но

старушка попросила дать ей последний, третий кусочек теста, чтобы попытать

счастья. И девушка бросила ей совсем крохотный комочек, даже  не  взглянув

на старушку. А напрасно... Как мы уже говорили, дочь пекаря  была  слишком

большая гордячка, чтобы глядеть на какую-то там старушонку. А если бы  она

поглядела, когда в третий раз вынула из печи большущий, румяный хлеб,  что

получился  из  крохотного  комочка  теста,  который  она   бросила   нищей

старушонке в третий раз, она бы не оттолкнула ее и не  крикнула,  заикаясь

от злобы: <Уух... уух... уходи!>,  а  заметила  бы  необычайную  перемену,

какая вдруг произошла  в  старой  нищенке.  Из  сгорбленной  старушки  она

превратилась в высокую молодую женщину, вместо рваного тряпья  с  ее  плеч

спускалась блестящая мантия, а  кривая  клюка  превратилась  в  сверкающую

волшебную палочку. Но девушка вовремя не поглядела на нее, а вынув из печи

большой, румяный хлеб, грубо оттолкнула фею и крикнула, заикаясь от злобы:

     - Уух... уух...

     Но не успела закончить, как превратилась  вдруг  в  серую  сову  и  с

громким <уух, уух!> вылетела в окно. Вот, теперь вы  знаете,  отчего  совы

так сердито кричат: <Уух! Уух!>

 

 

     Воду заперли

 

     Давным-давно на ферме возле  Тавистока  работали  две  девушки,  Бет  и

Молли. А вы, наверное, знаете, что в давние  времена  во  всем  Девонширском

графстве вряд ли нашелся бы хоть один дом без своего домового, или,  как  их

еще звали, брауни.

     Встречались еще разные паки,  эльфы  и  водяные,  но  они  не  очень-то

походили на домовых. А помните хилтонского брауни? Вот вроде него!

     Бет  и  Молли  были  девушки  прехорошенькие,  и   обе   очень   любили

потанцевать. Но вот что было странно: у других девушек, например,  частенько

не хватало денег даже на цветную тесьму или на новые ленты  и  гребешки  для

волос. Бывало, они из-за этого нет-нет да и всплакнут украдкой. А  у  Бет  и

Молли всегда находился лишний пенни, и они  что  хотели,  то  и  покупали  у

деревенского коробейника.

     И никто не мог у них выпытать, откуда они берут на это денежки. Это был

их секрет! А выдать секрет - значит  вспугнуть  удачу;  уж  кто-кто,  а  они

хорошо это знали.

     Каждый вечер, перед тем  как  идти  наверх  спать,  они  ставили  перед

каминной решеткой в кухне низкое деревянное  ведро  с  водой.  Наутро  ведро

оказывалось пустое, а вместо воды на  дне  его  лежала  серебряная  монетка.

Только, конечно, никто, кроме них, не знал про это.

     Как-то раз девушки вернулись с танцев очень поздно и сразу легли спать.

Вдруг Бет  услыхала  шум,  словно  кто-то  колотил  маленькими  кулачками  в

кухонную дверь. Она села на кровати и прислушалась. Стук раздался  снова,  и

она различила громкие высокие голоса:

     - Воду заперли! Воду заперли!

     - Проснись, Молли!  -  зашептала  Бет,  тряся  Молли  за  плечо.-  Это,

наверное, наши брауни. Мы забыли оставить им воду.

     Но Молли в ответ только повыше натянула на голову одеяло и сказала, что

ни за что на свете не вылезет из теплой постели даже  ради  всех  брауни  со

всего Девоншира.

     Бет посидела, послушала,  как  брауни  стучат  в  дверь  и  кричат,  и,

наконец, сама встала с постели и спустилась вниз.

     В кухне она никого не увидела, но по углам  кто-то  шуршал  и  шептался

тоненькими голосками. Она сняла крышку с большой бочки и стала переливать из

нее  воду  в  низкое  деревянное  ведерко.  А  пока  переливала,  все  время

прислушивалась, о чем шепчутся по углам брауни. Оказывается, речь шла о том,

как наказать Молли за то, что она не захотела  вылезать  из  теплой  постели

"даже ради всех брауни со всего Девоншира".

     Один сказал, что ее надо  за  это  несколько  раз  ущипнуть  побольней.

Другой захотел, чтобы она ослепла на  один  глаз.  Брауни  долго  спорили  и

наконец сошлись на том, что самое худшее для Молли  наказание  -  чтобы  она

больше не могла танцевать!

     И они решили сделать ее хромоножкой на семь лет. Через семь лет  с  нее

можно будет снять это наказание, но для этого потребуется трава со  странным

названием "кискиласкибрысь".

     Так все и сказали, громко и по слогам:

     - Киски-ласки-брысь!

     Услышав, какое ужасное наказание грозит Молли и какое длинное  название

у травы, которая поможет снять это наказание,

     Бет очень испугалась. Она испугалась, что тут же забудет это длинное  и

странное слово и тогда не сумеет помочь бедной Молли.

     Поэтому она скорее побежала наверх, в спальню, все время  повторяя  про

себя это слово, и стала будить Молли, чтобы сказать это слово ей.  Но  Молли

не хотела просыпаться. И чем больше Бет трясла ее за плечо, тем  выше  Молли

натягивала себе на нос одеяло.

     А когда утром Бет проснулась, она не могла вспомнить ни одной буквы  из

этого слова.

     Так бедная Молли стала хромоножкой.

     Прошли семь лет, и однажды Молли гуляла одна далеко  от  дома  в  поле.

Вдруг она увидела посреди поля большой гриб. Она наклонилась, чтобы  сорвать

его, но гриб подпрыгнул и обернулся чудным маленьким  человечком.  Человечек

выкрикнул какое-то чудное длинное слово, которое  Молли  никогда  раньше  не

слыхала, и стегнул ее по больной ноге какой-то чудной длинной травой.

     - Кискиласкибрысь! - выкрикнул человечек,  и  Молли  тут  же  перестала

хромать и побежала домой бегом.

     С того дня они с Бет опять стали ходить на танцы.

 

 

     Дьявол и портняжка

 

     Жил некогда в  Клитру,  что  в  графстве  Ланкашир,  бедный  портняжка.

Работал он на совесть, но, сколько ни старался,  никак  не  мог  вылезти  из

нужды. Когда дела его пошли совсем худо, бедняга  решил  продать  свою  душу

дьяволу. Кто мог его за это упрекнуть? Как всякому  человеку,  ему  хотелось

хоть немного денег и радости на этом свете, а что будет  на  том  -  это  уж

неважно.

     Бедняга портной в точности разузнал, что и  как  надо  делать.  Написал

письмо, в котором соглашался отдать дьяволу душу через  пятнадцать  лет,  и,

перед тем как лечь спать, положил письмо под подушку. На другое утро  вместо

письма он нашел там полкроны. Портной знал, что эти полкроны были  задатком,

и если взять задаток, значит, он согласен на сделку.

     Он взял эти деньги, и, хоть они были невелики,  он  все  же  радовался,

предвидя лучшие времена.  Теперь-то  он  уже  больше  не  будет  голодать  и

холодать! Скоро он купит себе все, что только пожелает, поселится в  большом

доме, будет есть вволю. И даже попивать винцо!

     Так думал бедняга портной.

     Но увы! Время шло, и, хотя сделка состоялась, не было ему ни удачи,  ни

доходов - ничегошеньки, о чем он мечтал. Как был неудачником, так и остался.

Ножницы его затупились, иглу он потерял, сукно все  посеклось,  а  заказчики

либо скупились, либо вовсе забывали платить ему за работу.

     Словом, все обстояло по-прежнему.

     "Эх, зря я продал дьяволу душу",- с досадой думал портняжка.

     Но понемногу он начал забывать, что писал  когда-то  дьяволу  письмо  и

брал задаток, чтобы скрепить сделку.

     И вот однажды сидел он, как всегда скрестив ноги, на низком столе,  как

вдруг  раздался  громкий  стук  в  дверь,  и  в  дом  вошел  очень   высокий

черноволосый незнакомец. Портной вскочил, потирая  руки,-  он  подумал,  что

перед ним богатый заказчик.

     - Желаете пару новых бриджей, сэр? - спросил он.

     - Нет, дело не в бриджах,- ответил незнакомец глухим низким голосом.

     - Имеется миленький шелк в цветочек, сэр, коли желаете  заказать  новый

жилет,- продолжал портной.

     - Нет, я пришел не  за  жилетом,-  сказал  незнакомец.  Портного  начал

разбирать страх, и он кое-что припомнил:

     - Есть  еще  з-з-зеленое  с-с-сукно...  б-б-бутылочного   цвета,   ваша

с-с-светлость... на пальто.

     Тут незнакомец  потерял  всякое  терпение,  шагнул  прямо  к  портному,

схватил его за шейный платок и сказал:

     - Не узнаешь меня? Настал срок расплаты! Я пришел за тобой!

     И с этими словами дьявол - а это был не  кто  иной,  как  он,-  потащил

беднягу из дому. Портняжка взмолился о пощаде. Он рассказал  дьяволу,  какую

жалкую жизнь он влачил, как и то у него было плохо,  и  это,  и  вообще  все

вразлад шло, и никакой радости от этой сделки за все эти долгие годы  он  не

видел.

     - Ах, ваше величество, неужели под конец вы не выполните хотя  бы  одно

мое желание! - воскликнул бедный портной, когда они  были  уже  на  пороге.-

Всего одно желание!

     Что ж, про себя дьявол хорошо знал, что поступил не очень-то честно, и,

когда портной повторил свою просьбу, он в конце концов уступил.

     - Ладно, одно желание,- проворчал он,- но быстро! Застигнутый  врасплох

портной озирался по сторонам, не

     зная, что придумать. Пробил его последний час. Что же ему пожелать?

     Но единственное, что ему попалось на глаза, была старая кляча, серая  в

яблоках, щипавшая траву на лугу перед домом. Он поднял взгляд  на  зловещего

незнакомца и вдруг выпалил:

     - Желаю, чтобы ты вскочил на эту  серую  клячу  и  убрался  восвояси  и

никогда больше не пугал бы бедных людей!

     Не успел портной это выговорить, как дьявол, дико  вскрикнув,  выпустил

из рук его шейный платок и через миг уже сидел на сером коне,  который  мчал

его по дороге.

     А самое главное - больше никто никогда дьявола и в глаза не  видел,  во

всяком случае в Ланкашире.

     Только это еще не конец истории. Как вы  сами  можете  догадаться,  про

этот случай скоро стало всем известно. И со  всех  концов  страны  в  Клитру

начали стекаться любопытные, желавшие поглядеть на человека,  перехитрившего

самого дьявола, и услышать всю историю из его собственных уст.

     Вскоре у портного появилось заказчиков хоть отбавляй. И он зажил богато

и весело. А для своей новой мастерской он заказал вывеску, на  которой  была

нарисована вся эта история - в общих чертах, конечно. И если  вы  поедете  в

Клитру, то, наверное, ее там увидите.

 

 

     Джоан и хромой гусопас

 

     В богатом замке возле самого моря жил  когда-то  старый  лорд.  Он  жил

очень одиноко, и замок его всегда оставался пустым. Не слышно было  под  его

сводами ни молодых голосов, ни веселого  смеха.  Часами  старый  лорд  ходил

взад-вперед по стертым плитам каменного пола или же сидел у окна и глядел на

хмурое море.

     У него была маленькая внучка, но он никогда в жизни  ее  не  видел.  Он

невзлюбил дитя с самого дня ее рождения, потому что в этот  день  умерла  ее

мать - любимая дочь лорда. Отец девочки уехал далеко за море,  сражаться  за

своего короля, и она росла одна, без родителей.  Совсем  плохо  пришлось  бы

бедняжке, если бы не ее старая няня. Она забрала Джоан - так звали девочку -

к себе и кормила ее остатками от  господского  стола,  а  одевала  в  разные

отрепья.

     Приближенные старого лорда тоже плохо обращались с девочкой,-  ведь  их

господин не любил ее! Они обижали ее и называли оборвашкой.

     Джоан целыми днями играла на заднем дворе замка  или  бродила  одна  по

берегу моря. Единственным ее другом был хромой  мальчик-гусопас.  Она  часто

уходила к нему в поле и подолгу болтала там с ним. Мальчик был чуть постарше

ее, он жил на ферме по соседству с замком.

     Каждое утро он выгонял гусей в поле и вел их к пруду, где они  плавали,

плескались и ловили рыбу. При этом он  играл  на  свирели,  и  Джоан  всегда

прибегала его послушать. Она так любила слушать его  странные  напевы  -  то

грустные, то веселые! Они рассказывали ей о прекрасных  лесных  феях  или  о

далеких чужих странах, о неведомых горах и реках, и тогда она забывала  свои

горести и обиды.

     А иногда музыка была такой веселой и легкой, что ей хотелось танцевать.

И тогда даже сам хромой гусопас неуклюже пританцовывал вместе с ней.

     Так проходили дни весною и летом. А зимой,  в  длинные  темные  вечера,

Джоан придвигала скамеечку поближе к огню  и  просила  свою  старую  нянюшку

рассказывать ей сказки про смелых рыцарей и прекрасных дам, про великанов  и

людоедов, или же о русалках и феях, которые невидимо летают в воздухе.

     Шли  год  за  годом,  и  Джоан  из  девочки  превратилась,  наконец,  в

прелестную девушку. Но она по-прежнему дружила с хромым гусопасом, а  старый

лорд по-прежнему не любил ее и не желал ее видеть.

     И вот однажды разнеслась весть, что в соседний город приезжает  король.

Во все окрестные замки были посланы гонцы с приглашением на королевский бал.

А приглашение короля, как известно, означает приказ!  И  старый  лорд  велел

приготовить себе нарядные одежды, оседлать белого коня и  тоже  собрался  на

королевский бал.

     В это время Джоан сидела со своей нянюшкой у окна, она увидела  старого

лорда в нарядных одеждах и спросила:

     - Куда едет мой дедушка?

     - В соседний город, к королю на бал! - ответила няня.

     - Ах, как бы и мне хотелось поехать вместе с ним! -  вздохнула  Джоан.-

Нянюшка, милая, пойди к нему и попроси, чтобы он взял меня с собой!

     - Что ты, что ты! - испугалась старушка.- Он меня прогонит,  да  и  все

равно поздно. Смотри, вон он садится уже на коня!

     И правда, пока они говорили, маленький грум вывел во двор белого  коня,

помог старому лорду сесть на него, и вот уж только пыль от копыт осталась во

дворе перед замком.

     А Джоан, как всегда, отправилась в поле. Она шла и мечтала, как  хорошо

было бы попасть на этот бал! Хоть одним глазком  ей  хотелось  взглянуть  на

прекрасных, нарядных леди, на их величества - короля и  королеву,  а  больше

всего на молодого принца. Она так размечталась, что  и  не  заметила  своего

друга-гусопаса, который вместе с гусиным стадом заковылял ей  навстречу.  Он

перестал играть на свирели и спросил:

     - О чем это ты задумалась, Джоан? Сыграть тебе веселую  песенку,  чтобы

захотелось танцевать? Или грустную, чтобы поплакать?

     - Я и без того хочу танцевать,- ответила Джоан,- но  только  не  здесь.

Знаешь, мне так хочется попасть  в  город  на  бал  к  королю!  Но  меня  не

пригласили...

     - Раз ты хочешь попасть в город,- сказал юноша,- ты туда попадешь! И  я

вместе с тобой, и мои серые гуси. Не так  уж  трудно  туда  добраться,  даже

такому хромоножке, как я.

     И они тронулись в путь. А длинная  дорога  показалась  Джоан  короткой,

потому что гусопас все время играл на свирели.

     Он играл так весело и задорно, что и Джоан совсем развеселилась, и сама

подпевала ему, и кружилась, и танцевала.

     А когда они были почти у самого города, они вдруг услышали позади  себя

цокот лошадиных копыт, и вскоре с ними поравнялся высокий красивый юноша  на

черном коне.

     - Вы идете в город? - спросил он.- Можно и мне с ва-

     ми?

     - Отчего же,  конечно,  сэр!  -  ответил  гусопас.-  Мы  идем  в  город

посмотреть на знатных гостей, которые съезжаются на  королевский  бал.  Если

хотите, пойдемте вместе, так даже веселей будет.

     Тут юноша спрыгнул с коня и пошел  рядом  с  Джоан,  а  хромой  гусопас

следом за ними и заиграл  новую,  нежную  песню.  Вдруг  юноша  остановился,

посмотрел на Джоан и спросил:

     - Ты знаешь, кто я?

     - Конечно, нет,- ответила Джоан.- А кто?

     - Я принц и еду сейчас к моему отцу на бал. Сегодня  я  должен  выбрать

там себе невесту - так решил мой отец.

     Джоан вдруг стало отчего-то грустно. Она ничего не ответила  принцу,  и

они шли молча, а гусопас ковылял за ними и все играл на своей свирели.

     "Какое у нее нежное и красивое лицо,- подумал принц.- Никогда еще я  не

встречал девушки милее, чем она".

     Он не замечал ни рваного платья Джоан, ни того, что она

     босая, а все любовался ее лицом и тонким станом, и легкой походкой.

     - А как тебя зовут? - спросил он наконец.

     - Джоан.

     - Послушай, Джоан,- сказал принц,- ни  разу  еще  ни  одна  девушка  не

тронула так моего сердца, как ты! Будь моей невестой и выходи за меня замуж!

     Но Джоан все молчала.

     - Ну, ответь мне, согласна ты стать моей невестой и принцессой?

     Тут Джоан улыбнулась и сказала:

     - О, нет! Ты просто надо мной смеешься. Разве  я  гожусь  в  принцессы?

Лучше скачи скорее на бал и выбирай себе невесту среди знатных красавиц!

     - Я говорю совершенно серьезно,- продолжал принц,- поверь мне! Но  если

ты не хочешь стать моей невестой, то, может, придешь ко мне на  бал?  Знаешь

что: ровно в полночь я буду тебя ждать вместе с  твоим  другом-гусопасом,  с

его свирелью и с этими серыми гусями. Придешь?

     Джоан взглянула на принца и сказала:

     - Пожалуй! А может, не приду. Не знаю!

     Больше принц ничего не сказал, вскочил на коня и поскакал в город.

     Настал вечер, и все новые и новые кареты останавливались у замка, где в

большом зале король и королева встречали знатных гостей. Приезжали  даже  из

самых отдаленных графств и владений, никому не  хотелось  пропустить  такого

важного события: наследный принц, единственный сын короля, должен был в этот

вечер выбрать себе невесту.

     Немало гордых леди скрывало свои тайные надежды  и  страхи  под  легкой

болтовней и беспечными улыбками.

     Но бал уже давно начался, один танец сменялся другим, а принц как будто

еще ни на ком не остановил свой выбор.

     И вот, наконец, пробило полночь. При последнем ударе часов в конце зала

началось  какое-то  движение,  раздались  удивленные   возгласы,   танцующие

расступились, и перед королем  и  королевой  предстала  странная  процессия:

впереди шла босая  девушка  в  обтрепанном  старом  платье,  за  нею  хромой

гусопас, а позади него девять гогочущих гусей.

     Вот так гости на королевском балу!

     Сначала все придворные замолкли от  изумления,  но  вскоре  они  начали

перешептываться и громко смеяться. Однако они тут же опять замолчали,  когда

увидели, как принц вышел вперед,

     взял босую девушку за руку и  подвел  ее  к  своим  родителям,  которые

сидели на троне.

     - Отец,- молвил принц,- это Джоан! Если она согласится,  я  выбираю  ее

себе в жены. Что ты на это скажешь?

     Король внимательно посмотрел на Джоан и сказал:

     - Что ж, мой сын, твой выбор неплох. Если девушка так же добра и  умна,

как хороша, она будет достойной принцессой!

     - Молодая леди очень красива, это верно,- сказала королева,- но что это

за платье?

     - А почему молодая леди молчит? - спросил король.- Что она думает?

     - Ну, если вы все согласны,- сказала Джоан,- я тоже.  Я  согласна  быть

невестой принца!

     И тут среди  полной  тишины  раздались  вдруг  нежные  звуки  пастушьей

свирели. Никто в своей жизни  не  слышал  такой  удивительной  и  прекрасной

музыки. Хромой гусопас наигрывал какие-то странные и дивные мелодии, и  -  о

чудо! - обтрепанное платье Джоан превратилось у всех на глазах  в  роскошные

белые одежды,  усыпанные  сверкающими  бриллиантами,  а  девять  гусей  -  в

маленьких пажей, одетых во все  голубое.  Они  подняли  шлейф  Джоан  и  так

следовали за ней, пока принц вел свою невесту в  другой  конец  зала,  чтобы

начинать танец. И звуки пастушьей свирели потонули в веселой музыке, которая

грянула с галереи.

     Принц и Джоан, радостные и счастливые, начали танцевать.

     И еще одно сердце радостно забилось под эту веселую музыку  -  то  было

сердце старого лорда. Он впервые увидел свою внучку Джоан. В  богатых  белых

одеждах она была так похожа на свою покойную мать, что старый  лорд  не  мог

отвести от нее глаз. Он больше не думал о ней  со  злобой  и  ненавистью,  а

чувствовал, как любовь проникает в его сердце, и радовался этому.

     После танцев Джоан хотела найти своего верного  друга-гусопаса,  но  он

куда-то исчез. Она разослала слуг во все концы страны, но никто о нем больше

так и не слышал. Правда, деревенские  жители  рассказывали,  что,  когда  им

случается возвращаться домой очень поздно, они иногда слышат,  в  поле  и  в

лесу, нежные звуки свирели. Но другие уверяли,  что  это  феи  заигрывают  с

запоздалым путником или им просто мерещится.

     Вспоминала Джоан после своей свадьбы хромого гусопаса или нет  -  этого

мы сказать не можем, но вот про старую няню она не забыла и в первый же день

после свадьбы взяла ее к себе. Так до конца своих дней старушка и прожила  в

королевском замке.

 

     Том - мальчик с пальчик

 

  

     Во времена великого короля Артура жил могуществен- ный  волшебник  по

имени Мерлин - самый искусный и всесильный чародей,  какого  только  видел

свет.

     Этот знаменитый волшебник умел принимать чей угодно образ, даже зверя

или птицы. И вот однажды он отправился путешествовать под  видом  простого

нищего.

     А когда сильно устал, остановился в доме одного пахаря и  попросил  у

него поесть.

     Крестьянин радушно  принял  волшебника,  а  жена  его,  очень  добрая

женщина, тут же принесла деревянный кувшин с  молоком  и  тарелку  грубого

темного хлеба.

     Мерлина порадовала доброта пахаря и его жены. Но он заметил, что хотя

все в их доме выглядит приветливо  и  уютно  да  и  еды,  судя  по  всему,

вдоволь, нет в нем счастья. И он спросил их,  отчего  бы  это,  и  хозяева

ответили:

     - Нет у нас детей, вот мы и горюем.

     А женщина со слезами на глазах добавила:

     - Я была бы самой счастливой на свете, если бы только был у меня сын.

Будь он даже ростом с палец своего  отца,  не  больше,  я  бы  и  то  была

довольна!

     Мерлин  представил  себе  мальчика  ростом  с  пальчик,  и  это   так

развеселило его, что он решил исполнить желание доброй женщины. И в  самом

деле, вскоре у жены пахаря появился сынок, только ростом он  был  с  палец

своего отца, не больше!

     Сама королева фей пожелала  взглянуть  на  крошечного  мальчика.  Она

влетела в окно, когда мать сидела на постели и  любовалась  малюткой.  Фея

поцеловала его и дала ему имя Том - мальчик с пальчик. Потом  она  позвала

других фей и приказала им нарядить ее крестного сына. Рубашку ему сшили из

тонкой паутины, камзол - из листьев чертополоха.  Штанишки  смастерили  из

перышков певчих птиц. На красные  чулки  пошла  кожура  спелых  яблок.  На

башмачки - мягкая мышиная кожа, а бантики на  них  завязывали  из  длинных

ресниц. Вместо шляпы на голову Тому  надели  дубовый  лист,  разве  плохо?

Зимой и летом, в праздник и в будни - вот как славно был Том одет! И мать,

и все соседки просто налюбоваться на него не могли.

     Том так и остался ростом с большой палец своего отца, а у того пальцы

были  самые  обыкновенные.  Зато  с  годами  он  превратился  в  хитрющего

мальчишку и выучился всяким проказам. Он  очень  любил  играть  с  другими

мальчиками, особенно в  кости.  И  когда,  случалось,  проигрывал  им  все

вишневые косточки, то потихоньку забирался к  своим  соперникам  в  сумку,

набивал косточками свои  карманы,  а  потом  незаметно  вылезал  оттуда  и

продолжал играть как ни в чем не бывало.

     Но вот как-то раз вылезает он, как обычно, с крадеными косточками  из

чужой сумки, а тут его - хвать! - поймали с поличным.

     - Ага, крошка Томми! - закричал владелец сумки.- Теперь я  знаю,  кто

таскает  мои  вишневые  косточки.  Ну,  погоди,  поплатишься  ты  за  свои

воровские проделки!

     И с этими словами он посадил Тома в сумку с  вишневыми  косточками  и

так встряхнул ее, что косточкам бедного Тома не поздоровилось.

     - Выпусти меня! - завопил Том.- Я больше  не  буду  воровать,  только

выпусти меня!

     Мальчишка открыл сумку, и Том очутился на свободе.

     И правда, какое-то время  после  этого  он  совсем  не  таскал  чужих

вишневых косточек.

     Том был так мал, что мать часто теряла его из  виду,  особенно  когда

была чем-нибудь занята. И вот как-то раз принялась она готовить пудинг.  А

Тому захотелось посмотреть, как она это делает. Он  вскарабкался  на  край

деревянной миски, но поскользнулся и полетел кубарем прямо в  тесто.  Мать

ничего не заметила и выложила Тома вместе с пудингом в салфетку,  а  потом

опустила в чугунок с водой.

     Тесто забилось Тому в рот, и  он  не  мог  закричать.  Но  вода  была

горячая, и он стал так брыкаться и вертеться, что мать подумала: <Не иначе

как заколдовал кто-то мой пудинг. Наверное, бес вселился в него!>

     И она вытряхнула недопеченный пудинг из чугунка прямо за дверь.

     А в это время  мимо  дома  проходил  бедный  лудильщик.  Он  подобрал

пудинг, сунул его в сумку и зашагал дальше. Но тут, наконец, Том  выплюнул

все  тесто  и  принялся  так  громко  кричать,  что  лудильщик  до  смерти

перепугался, бросил пудинг и убежал прочь. Пудинг  упал  и  разломился  на

куски, а Том выкарабкался из него и, весь в тесте, побежал домой.

     Мать очень огорчилась, увидев свое сокровище в столь плачевном  виде.

Она посадила Тома в чайную чашку и отмыла тесто, потом поцеловала  сына  и

уложила в постель.

     Как-то вскоре после приключения с пудингом мать Тома  отправилась  на

луг доить корову и взяла Тома с собой. Дул сильный ветер, она  испугалась,

как бы Тома не унесло, и привязала его тонким  шнурком  к  чертополоху.  А

корова увидела на голове у мальчика с пальчик шляпу  из  дубового  листка,

захотела им  полакомиться  и  отправила  его  в  рот,  вместе  с  Томом  и

чертополохом. Том увидел страшные зубы коровы и закричал что было силы:

     - Мама, мама!

     Где ты, Томми, мой маленький Томми? - отозвалась мать. Здесь, мама! -

отвечал он.- Во рту у коровы!

     А корова очень удивилась: кто это шумит у нее во рту? Она открыла  от

удивления рот и выронила Тома. К счастью, мать на лету подхватила  Тома  в

передник, не то он сильно расшибся бы.

     А несколько дней спустя отец сделал Тому из ячменной соломинки кнут -

скотину погонять. Том побежал с этим кнутом в  поле,  да  поскользнулся  и

скатился в борозду. Мимо пролетал ворон, подхватил Тома и  полетел  с  ним

через море, а над морем вдруг выпустил его из клюва.

     И в тот же миг Тома проглотила большущая рыба.  Но  вскоре  эту  рыбу

поймали и продали на кухню короля Артура. Когда  же  ее  распотрошили,  то

увидели крошечного мальчика. Все очень удивились, а Том  обрадовался,  что

опять вышел на свободу.

     И вот мальчика с пальчик отнесли к самому королю  и  поставили  перед

ним на стол. Но он и тут нашелся: снял свою шляпу  из  дубового  листка  и

низко поклонился королю, королеве, придворным  дамам  и  Рыцарям  Круглого

Стола. Королю это так понравилось, что  он  тут  же  назначил  мальчика  с

пальчик придворным карликом.

     Говорят, что когда король выезжал куда-нибудь верхом, он  часто  брал

Тома с собой. А если  начинался  ливень,  мальчик  с  пальчик  прятался  в

жилетном кармане его величества и спал там, пока дождь не прекращался.

     Однажды король спросил Тома:

     - А кто твои родители? Они, что ж, такие же малютки, как ты?

     - Ой нет, ваше величество! - ответил Том.- Отец и мать у  меня  самые

обыкновенные люди, вроде ваших крестьян. Они не ниже ростом, чем любой  из

ваших придворных. Только живется им куда хуже!

     - Ну что же,- сказал король (он был щедрый  господин  и  очень  любил

своего  малютку-придворного),-  можешь  пойти  в  мою  сокровищницу-   там

хранятся все мои деньги - и  взять  столько  монет,  сколько  ты  в  силах

донести до отчего дома.

     Глупышка Том даже запрыгал от радости. Притащил кошелек  из  мыльного

пузыря, и король опустил в него серебряный трехпенсовик!

     Нелегко было нашему герою взвалить себе на спину такую ношу!  Наконец

ему удалось это, и  он  тронулся  в  путь.  И  вот,  не  встретив  никаких

препятствий и отдыхая в дороге не более ста раз, он через два  дня  и  две

ночи благополучно достиг отцовского дома. Тут мать выбежала ему  навстречу

и унесла его в дом.

     Но вскоре Том опять вернулся ко двору.

     Надо сказать, что одежда Тома сильно пострадала и от теста, когда  он

упал в пудинг, да и в желудке у рыбы. И вот его величество приказал  сшить

Тому новый костюм, а вместо коня дать ему мышь, чтобы он восседал  на  ней

верхом, как положено рыцарю.

     Придворные портные из зеленых стрекозиных крыльев сшили  ему  камзол.

Придворные сапожники обули его  в  сапожки  из  цыплячьей  кожи.  А  мечом

славному рыцарю Тому послужила золотая булавка. Конем - белая мышь.

     Конечно, было очень забавно видеть Тома в таком наряде да еще  верхом

на мыши, когда он вместе с королем и всей знатью выезжал на охоту. Все так

и покатывались со смеху, как только он появлялся на своем лихом скакуне.

     Том умел прекрасно держать себя, и это очень нравилось королю. Король

приказал  сделать  для  мальчика  с  пальчик  маленькое  кресло,  и   Тому

разрешалось сидеть в нем на столе его  величества.  Король  заказал  также

Тому золотой дворец высотою с ладонь, с дверью  шириною  в  два  пальца  и

подарил ему карету,  запряженную  шестеркой  маленьких  мышек.  Он  возвел

мальчика с пальчик в рыцари и приказал величать его сэр Томас.

     Но тут королева вознегодовала, что мальчику с пальчик оказывают такие

почести, и решила его погубить. Она сказала королю, что  маленький  рыцарь

замышляет против него заговор.

     Король тотчас послал за Томом, и бедного мальчика с пальчик  заточили

в мышеловку. Да  на  счастье,  кошка  заметила,  что  в  мышеловке  кто-то

шевелится, и стала теребить ее лапкой, сломала задвижку и  выпустила  Тома

на свободу. Тут он увидел на земле  красивую  большую  бабочку,  подкрался

потихоньку и вскочил на  нее  верхом.  Бабочка  подняла  его  в  воздух  и

перелетала с ним от куста к кусту, с дерева на дерево, с  одного  поля  на

другое, пока в конце концов не принесла его к дому родителей.

     Как же обрадовались отец и мать, когда снова увидели своего  мальчика

с пальчик! Они стали его уговаривать никуда больше не уезжать от  них.  Но

Тому, как мы знаем, и не хотелось возвращаться ко двору короля  Артура,  и

он с радостью согласился навсегда остаться в родном доме.

 

 

 

 

     Малышка Том и великан Денбрас

 

     Вот вам  одна  из  самых  старинных  сказок,  какие  рас-  сказывали  в

Корнуэлле. Их еще называли там дурацкими сказками. А любил  ее  рассказывать

старый веселый жестянщик из Леланта. В далекие времена,  когда  в  Корнуэлле

было еще полным-полно великанов,  неподалеку  от  залива  Маунтс-Бей  жил  в

деревне славный паренек, которого звали Малышка Том.

     Славный-то он был славный, а вот работать не  очень-то  любил.  Работал

когда вздумается, а постоянным делом не хотел заняться.

     Правда, Том был невелик ростом - мы имеем  в  виду  для  тех  старинных

времен, когда, как говорят, все мужчины в Корнуэлле были один другого выше,-

так, примерно, футов восьми. Зато плечи у него были широкие, спина  крепкая,

а руки и ноги словно из железа.

     Его старушка мать часто говорила ему, чтобы он нашел настоящее  дело  и

зарабатывал хотя бы себе на пропитание. Потому что, надо вам сказать, ел  он

всегда за двоих.

     И вот однажды поутру, чтобы доставить  удовольствие  своей  матушке,  а

может, потому что как раз в это время он  ухаживал  за  одной  красоткой  из

Кроласа, Малышка Том отправился в  Мар-кет-Джу  поискать  там  работы.  Сами

понимаете, не мог же он сделать предложение  девушке,  если  сам  ничего  не

зарабатывал. Первым делом Том зашел к одному человеку, по имени  Хонни  (это

сокращенное от Ганнибала),- тот был жестяных дел мастером, а кроме того, еще

держал и трактир, чтобы любой мог зайти и выпить с  ним  по  кружке  доброго

эля.

     - Нужен вам сильный, молодой и покладистый работник? - спросил его Том.

     - Очень сожалею,- ответил Хонни,- но постоянной работы у меня, пожалуй,

сейчас не найдется. Но  послушай!  Мне  надо  отправить  в  Сент-Ивз  воз  с

бочонками пива, и ты бы мог сослужить мне хорошую службу, а я  тебе  за  это

щедро заплачу. Ну как, по рукам?

     Они тут же столковались. Том  вывел  четыре  парных  воловьих  упряжки,

хозяин сам помог Тому погрузить на повозку бочонки с  пивом,  да  в  придачу

положил еще один бочонок для Тома, чтобы он не скучал в дороге и  угощал  бы

добрых попутчиков, какие ему встретятся.

     И, крикнув волам: "Эй-о-о!", Том выехал со двора.

     Ехал он, ехал и вдруг - стоп! Прямо посреди дороги  выросла  высоченная

каменная стена с широкими, крепкими воротами  на  запоре.  Не  пройдешь,  не

проедешь!

     - Ах негодные великаны! Не иначе, это их рук дело! - рассердился не  на

шутку Том.- Ну где это слыхано - строить стену на  проезжей  дороге!  Должно

быть, это тот великашка Денбрас! Великан из  великанов,  силач  из  силачей!

Э-э, да я тоже парень не промах. Еще посмотрим, кто кого!

     И Том изо всех силенок приналег  на  каменные  ворота  и  одним  ударом

распахнул их.

     - Эй-о, пошли! - крикнул Том волам.- Эй-о!

     И воз с пивом скрипя покатился по каменным плитам двора прямо  к  замку

великана.

     А надо вам сказать, что  великан  Денбрас  к  тому  времени  уже  начал

стареть и стал глуховат. Никогда бы в жизни он не  услыхал  скрипа  повозки,

если бы не его собачонка: она подняла такой лай, что и мертвый бы проснулся.

     Денбрас сел на кровати, потянулся, протер глаза, а потом вышел во двор.

Сначала ни Тома, ни его повозки он не увидел, потому что ему и в  голову  не

пришло смотреть себе прямо под ноги. И пока он  озирался  по  сторонам,  Том

успел хорошенько рассмотреть великана.

     Старый Денбрас был не меньше пятнадцати футов росту и, конечно, широк в

плечах, но толстоват. Виною тому - обжорство и безделье, вот  к  старости  у

него и появилось брюшко. Космы на  голове  великана  торчали,  словно  пучки

сухого вереска, а зубы его сточились почти до самых десен - все оттого,  что

он жрал овец прямо с шерстью и костями!

     Однако Малышка Том ничуть его  не  испугался,  хотя  и  повстречался  с

Денбрасом в первый раз.

     - Хелло! - заревел-зарычал-заорал Денбрас, увидев наконец Тома.- Ты кто

такой, жалкая малявка?  Как  посмел  ты  явиться  сюда  со  своей  скрипучей

повозкой? А-а, никак, это пиво? Ты привез его мне? Вот не ожидал!

     - Можешь отведать глоток,- сказал Том,- но пиво это я везу не тебе, а в

Сент-Ивз. А еду я через твой двор, потому что он стоит на проезжей дороге!

     - Ах ты дерзкий щенок! - рассердился Денбрас.-  Убирайся  отсюда,  пока

цел, не то как наломаю прутьев да нахлестаю тебя!

     - Ку-ка-реку! Не рано ли распелся, старый петух? - ответил ему Том.

     Тут великан сделался темнее тучи от злобы и, не говоря больше ни слова,

обхватил здоровенный вяз, вышиною в двадцать футов, и  вырвал  его  прямо  с

корнями из земли.

     Но пока он зачищал ствол от мелких веток  и  сучьев,  чтобы  получилась

настоящая гладкая дубинка, Том сбросил с повозки все пивные бочки, снял одно

колесо - и у него получился прекрасный щит; снял большую дубовую ось -  и  у

него тоже получилась крепкая гладкая дубинка.  Великан  еще  долго  копался,

зачищая свой "прутик", а Том уже ждал его наготове.

     - А ну поторапливайся,- подгонял Том великана Денбраса.-  Я  жду  тебя!

Вот мой щит, а вот мой меч! - И  он  потрясал  колесом  и  дубовой  осью  от

телеги.

     Наконец противники сошлись.

     Но великан оказался совсем неповоротлив, да к тому же

     дубинкой он размахивал не целясь, как попало, из чего Том заключил, что

он вдобавок еще и подслеповат. А сам Том был куда проворней.  Он  так  ловко

работал своей дубинкой, что бедный великан совсем запыхался.

     Том давно уже мог ранить Денбраса острым концом дубовой оси, но  всякий

раз ему становилось жалко старика. И он лишь  отражал  своим  колесом  удары

двадцатифутовой дубинки великана. Бедняга Денбрас то  и  дело  бил  мимо,  а

иногда, промахнувшись, грохался плашмя на землю.

     Но Том благородно подавал ему руку, чтобы старику легче было подняться,

и подносил даже бочонок с элем, чтобы подкрепить его силы.

     Однако, увидя, что солнце клонится к закату, Том решил чуть  пощекотать

старика великана, чтобы заставить его двигаться побыстрей.  И  он,  как  ему

показалось, легонько ткнул Денбраса своим копьем.

     Но - о горе! - Малышка Том сам не знал, какая у  него  сила,  и  сделал

выпад  слишком  резко.  Дубовая  ось  проткнула  великана  насквозь,  и   он

опрокинулся на землю, словно поваленное дерево.

     Том был в отчаянии. Он опустился рядом с великаном на колени и  пытался

подбодрить его словами.

     - Не унывай, дружище! - говорил Том.- Ты скоро поправишься. Я нечаянно!

Разве я хотел тебя обидеть? Кто бы мог подумать, что  у  тебя  такая  нежная

кожа!

     Но великан только стонал в ответ. Том осторожненько вынул  дубовую  ось

из раны и покрепче заткнул рану  кусками  дерна,  который  тут  же  нарезал.

Старому Денбрасу немного полегчало. Тогда Том сбегал к повозке, вышиб дно  у

одного бочонка с пивом и поднес его великану ко рту словно кружку.

     - Пей,  голубчик,  пей!  -  уговаривал  он  великана.  Наконец  Денбрас

заговорил.

     - Теперь уж мне ничто не поможет, сынок! - чуть  слышно  произнес  он.-

Конец! Крышка!.. Но я умер в честном бою, верно?

     - Верно,- чуть не плача, отвечал Том.

     - А ты молодец! Настоящий корнуэллец. Ты честно сражался, и  за  это  я

люблю тебя.  Это  была  славная  и  честная  битва...  Силы  покидают  меня.

Наклонись ниже, сынок, я скажу тебе мою последнюю волю...

     И старый Денбрас сказал Тому, что, раз у него  нет  никого  родных,  он

делает Тома своим наследником и велит ему забрать все  сокровища,  какие  он

спрятал в пещере под замком.

     - А теперь помоги мне подняться на вершину холма,- попросил он Тома.

     Они с трудом взобрались на холм, и великан сел на свое любимое каменное

ложе, прислонившись спиной к широкой плоской скале.

     - Похорони меня честь по чести! - сказал он Тому.- Здесь,  где  я  сижу

сейчас. По законам стариков нашей страны. Вот камни,  которыми  ты  окружишь

меня. Большой койт * я давно приготовил.  Похорони  меня  с  честью  и  будь

ласков к моей собаке!

     - Я все сделаю, старый дружище, только не умирай!  Но  великан  покачал

головой и испустил дух.

     Том загородил Денбраса со всех сторон большими камнями, сложил ему руки

на коленях - словом, сделал все честь по чести. А потом он спустился во двор

замка, поставил на место колесо и дубовую ось, на что много времени  ему  не

потребовалось, вывел на дорогу волов с повозкой, запер покрепче ворота замка

и отправился в Сент-Ивз. Благополучно вручил пиво кому было велено и уже  по

другой дороге вернулся на следующий день в Маркет-Джу.

     То был праздник - канун Иванова дня,- и на всех холмах жгли костры.

     В Маркет-Джу на улицах танцевали под волынку и барабан.  Хонни,  хозяин

трактира, веселился со всеми вместе. Он очень обрадовался, что Том  вернулся

и с повозкой, и с его быками в полном здравии.

     - Молодец! - сказал он ему,  когда  Том  закусил  с  дороги  и  выпил.-

Оставайся у меня на год работать, я тебе положу хорошее жалованье.

     - Не могу,- ответил Том,- хотя лучшего места мне не сыскать.

     - Тогда почему же ты говоришь "нет"? - удивился Хонни.-  Ты  же  только

вчера просил у меня работы.

     Но Том не хотел рассказывать, что у него вышло с великаном Денбрасом, и

он ответил:

     - Видишь ли, за это время у меня умер дедушка, который жил в  горах,  и

оставил мне в наследство землю и  деньги.  Я  должен  скорей  пойти  туда  и

похоронить старика честь по чести.

     Под этим предлогом Том покинул  гостеприимного  хозяина  и  поспешил  к

своей возлюбленной в Кролас. Ей он все рассказал без утайки; они  поженились

и зажили в замке великана припеваючи.

 

     * Койт - каменное кольцо, которым древние британцы накрывали могилу.

 

 

     Ночная погоня

 

     Жила-была на свете женщина. Как-то раз, ложась спать, она подумала:

     "Завтра я должна встать ни свет  ни  заря,  чтобы  вовремя  поспеть  на

базар".

     Она собиралась продать на базаре яички и масло.

     Спать она легла рано и проснулась, когда еще было совсем темно. Часов у

нее не было, узнавать время по луне и по звездам  она  не  умела,  а  потому

решила, что уже пора вставать, хотя еще и полночь не пробило.

     И вот в эту странную темную пору вывела она из  конюшни  сонного  коня,

приладила ему на спину две плетеные корзины - с маслом и яичками,-  накинула

себе на плечи плащ, села верхом на коня и отправилась  в  путь.  Путь  ее  в

город  лежал  через  Вересковую  Пустошь  -  странное  местечко,  совсем  не

подходящее для ночных прогулок.

     Не успела она далеко отъехать, как вдруг услыхала громкий собачий лай и

при свете звезд - к счастью, в ту ночь небо  было  ясное  и  звезд  высыпало

видимо-невидимо - увидела бегущего зайца.

     Заяц бросился прямо к ней и, чуть не добежав до нее, вскочил  на  живую

изгородь, всем своим видом словно говоря: "Подойди, возьми меня и спрячь!"

     Женщина эта вообще недолюбливала охоту, поэтому  не  стала  себя  долго

упрашивать, сняла с изгороди дрожащего зайца, спрятала его в одну  из  своих

корзин и как ни в чем не бывало поехала дальше.

     Однако очень скоро она опять услыхала собачий  лай  и  тут  же  увидела

чудного всадника на лошади - ох, вы только представьте себе! - на лошади без

головы. Всадник был весь черный,

     и голова - слава богу, на месте! - тоже черная,  а  на  макушке  из-под

жокейской шапочки торчали рожки. Хуже того, глянув вниз, она увидела, что  в

стремена он вдел вовсе не ноги, обутые  во  что-нибудь  там,  а  раздвоенные

копыта!

     Черного всадника на лошади без головы со всех сторон обступили  большие

черные псы, сбежавшиеся,  верно,  на  запах  зайца.  Псы  были  тоже  совсем

необычные. На голове у  них  были  маленькие  рожки,  а  когда  они  вертели

хвостами, во все стороны так и  сыпались  искры,  и,  принюхавшись,  женщина

почувствовала запах серы. Страх, да и только!

     Но она была женщина храбрая, и если уж решила спасти зайца и спрятать в

свою корзину, то уж ни за что его не выдала бы. К тому  же  она  знала,  что

хоть черт и умен, а все-таки  не  волшебник!  Не  мог  он  догадаться,  куда

девался заяц.

     И вправду, черт поклонился ей и очень вежливо  спросил,  не  видала  ли

она, в какую сторону побежал заяц. Она покачала головой: мол, не видела и не

знает. И он затрубил в рог, пришпорил коня без головы  и  поскакал  прочь  с

Вересковой Пустоши, а черные псы за ним, и скоро все скрылись из глаз,  чему

женщина была очень рада, как вы и сами можете догадаться.

     Не успела она опомниться, как вдруг крышка корзинки, в которой, как она

полагала, сидел  полумертвый  от  страха  заяц,  откинулась,  и  из  корзины

поднялась прекрасная молодая леди, одетая во все белое.

     - Я восхищена вашей храбростью, матушка,- сказала прекрасная леди.-  Вы

спасли меня от жестоких мучений.  Когда  я  была  обыкновенной  женщиной,  я

совершила ужасный грех и была за это наказана. На земле и  под  землей  меня

преследовали злые духи, и был только один путь спастись от них  -  оказаться

позади них, когда они преследуют меня. Сколько  лет  мне  не  удавалось  это

сделать! Теперь вы мне помогли, и я за это  награжу  вас.  Отныне  все  ваши

наседки будут нести по два яйца  сразу.  ваши  коровы  будут  давать  молоко

круглый год, а ваш муж ни разу не победит вас в споре!

     И с этими словами добрая фея исчезла.  Больше  женщина  ее  никогда  не

видела, но все вышло точно, как обещала фея.

 

 

     Крошечка

 

     Жила-была крошечная старушонка. Жила  она  в  крошечной  деревеньке,  в

крошечном домике. Как-то раз надела крошечная старушонка крошечную шляпку  и

вышла  из  своего  крошечного  домика  крошечку  погулять.  Крошечку  прошла

крошечная  старушонка  и  оказалась  у  крошечной  калиточки.  Открыла   она

крошечную  кали-точку  и  попала  на  крошечное  кладбище.  Пошла  крошечная

старушонка по крошечному кладбищу, видит - на  крошечной  могилке  крошечная

косточка. Вот и говорит крошечная старушонка своей крошечной особе:

     - Сварю-ка я себе из этой крошечной косточки крошечку супа на крошечный

ужин.

     Положила крошечная  старушонка  крошечную  косточку  в  свой  крошечный

карманчик и побрела к своему крошечному домику.

     А когда крошечная старушонка вернулась  в  свой  крошечный  домик,  она

почувствовала себя крошечку  усталой.  Спрятала  она  крошечную  косточку  в

крошечный буфетик и  взобралась  по  крошечной  лесенке  на  свою  крошечную

кроватку.

     Но не успела крошечная старушонка крошечку поспать, как  из  крошечного

буфетика послышался крошечный голосок:

     Отдай мою кость!

     Крошечная  старушонка  крошечку  испугалась,  спрятала  свою  крошечную

головку под крошечные простынки и опять заснула.

     Но не успела крошечная  старушонка  еще  крошечку  поспать,  как  снова

послышался из крошечного буфетика крошечный  голосок,  только  уже  крошечку

громче:

     Отдай мою кость!

     Крошечная старушонка  испугалась  крошечку  больше  и  крошечку  дальше

спрятала под крошечные простынки свою крошечную головку.

     Но не успела  она  еще  крошечку  поспать,  как  крошечный  голосок  из

крошечного буфетика снова раздался крошечку громче:

     Отдай мою кость!

     Крошечная  старушонка  испугалась  еще  крошечку  больше,  но  все-таки

высунула из-под крошечных простынок свою крошечную головку и что  есть  силы

крикнула крошечным голосочком:

 

     БЕРИ!

 

 

     Лэмтонский змей

 

     Юный Роберт, сын лорда Лэмтона, очень любил удить рыбу.  Пойдет  он  на

берег - неподалеку от замка текла речка  Уиер,  а  в  ней  водилась  крупная

жирная рыба,- закинет удочки и сидит весь день,

     ждет, когда клюнет. Даже про уроки забывал.

     Вот раз сидит он на берегу, засмотрелся на воду, как она течет

     стремительно, и не заметил, что рядом села его сестра Джейн.

     - Вот ты где, Роберт! Почему убежал из дома  не  спросись?  И  урок  не

сделал... Отец рассердился.

     - Очень уж сегодня  хороший  клев.  Видишь,  сколько  я  рыбы  наловил.

Знатная будет уха!

     Заглянула Джейн в бадейку, где била хвостами пойманная рыба, и говорит:

     - А там еще что-то плавает. Не то рыбка, не то червяк. Правда, смешной?

Только очень маленький - ни в суп его, ни на сковородку.

     Джейн долго  разглядывала  незнакомую  тварь:  тело  длинное,  круглое,

головка плоская и хвостом вертит не переставая.

     - Боюсь я его. Ишь какие злые глаза, так и сверкают.

     - Глупышка, это ведь всего маленькая змейка,- сказал Роберт и глянул на

небо: - А и верно пора домой! Ох и будет мне от отца!

     Смотал он удочки, взял бадейку с рыбой, и  пошли  они  домой.  Миновали

круглый зеленый  холм,  подошли  к  старому  колодцу.  Воду  из  него  давно

перестали брать, и мальчишки любили бросать туда камушки. Остановились  брат

с сестрой у колодца, заглянули  в  темную  глубину.  Вдруг  Роберт  сунул  в

бадейку руку, вынул змейку и говорит:

     - Зачем нести домой всякую мелочь? - Пусть  плавает.-  И  бросил  ее  в

темную спокойную воду.

     Прошел год,  прошел  другой.  Минуло  Роберту  пятнадцать  лет.  А  тут

собрался лорд Лэмтон на войну. Стал Роберт просить отца, чтобы  взял  его  с

собой. Боится отец, не хочет брать сына. Но все-таки упросил его  Роберт,  и

поехали они воевать вместе.

     - Не вернутся они домой,- плакала леди Лэмтон,- не видать мне больше ни

сына, ни мужа.

     Утешает ее Джейн, а у самой слезы так и льются.

     Не вернулся лорд Лэмтон, сложил голову в кровавой  сече  с  турками.  И

поскакал Роберт домой один, пять лет не видал он родной земли.

     Долгим был обратный путь, и вот ступил  наконец  Роберт  на  английский

берег. Поскакал дальше, спешит. Вот уже  родные  места;  стеснилось  у  него

сердце - скоро обнимет матушку с сестрой.

     Но что это? Поля окрест лежат голые, черные, вместо деревни - пепелище.

Не слышно ни голоса человеческого, ни лая собак. Жутко стало Роберту:  вдруг

и Лэмтонский замок сгорел? Нет, к счастью, цел его  замок.  Подъехал  Роберт

ближе - все окна и двери плотно заперты,  трава  во  дворе  по  пояс  стоит.

Въехал Роберт во двор, парадная дверь чуть приоткрылась, и в щелку выглянула

сестра. Роберт ее не сразу узнал: выросла Джейн и стала красивой девушкой.

     - Ах, Роберт! - воскликнула Джейн и выбежала навстречу.- Наконец-то  ты

вернулся. Спаси нас, дорогой брат!

     - Спасти? От кого? Что тут у вас случилось,  милая  сестра?  А  матушка

где?

     - Матушка не выходит из опочивальни. Если ты не  спасешь  нас,  все  мы

погибли.- И Джейн спрятала лицо в ладони.

     Обнял ее брат, перестала она плакать и говорит:

     - Идем на берег, покажу тебе чудовище, страшнее которого нет на свете.

     Пошли брат с сестрой по тропинке, что вела к реке Уиер. Вот  и  зеленый

холм, только вершина у него голая, а по склонам борозда бежит, и трава в ней

вся как есть содрана. Скоро заблестела на солнце река.

     - Смотри,- махнула рукой Джейн.

     Глянул Роберт, куда сестра махнула, и вскрикнул от  изумления.  Посреди

реки торчит из воды скала, и обвивает ее черными кольцами чудовище,  похожее

на громадного змея. Вот оно задрало голову, задышало шумно, из  пасти  пламя

вырвалось.

     - Это оно есть хочет,- прошептала Джейн.- Надеюсь,  ему  хватит  молока

сегодня. Каждый день мы носим ему молоко от девяти  коров.  Налакается  змей

молока и никого не трогает. А не найдется девяти коров - беда! Ползает он по

окрестностям, изрыгает из пасти пламя.  Что  попадется  на  пути  -  сжигает

дотла. Ты видел, все кругом мертвое - и поля, и деревья. Наша  земля  больше

не может нас прокормить, и многие люди ушли из этих мест. А те, кто остался,

умирают голодной смертью.

     - Откуда он взялся? - спросил Роберт.

     Джейн посмотрела на брата долгим взглядом и говорит:

     - Это ведь змей, Роберт, тот самый змей.

     - Какой змей?

     - Помнишь, мы были маленькие, пошел  ты  удить  рыбу  и  поймал  черную

змейку. А потом бросил ее в старый колодец.

     - Но ведь она была совсем крошечная,- возразил он.

     - Я еще сказала, какие у нее глаза злые. А ты  ответил:  глупости,  это

просто маленькая змейка.  Потом  вы  уехали,  иду  я  как-то  мимо  колодца,

заглянула в него, а  из  темноты  на  меня  кто-то  злобные  глаза  таращит.

Вгляделась - на дне колодца большой змей кольцами свился,  но  я  сразу  его

узнала, по глазам. Потом я часто к этому колодцу подходила. Змей рос и  рос.

Мне было так страшно, но я никому ничего не  говорила.  Скоро  стало  ему  в

колодце тесно. И вот однажды вылез он оттуда и уполз назад в реку. С тех пор

он и не дает нам покоя.

     - Не долго ему осталось мучить людей! - воскликнул  Роберт.-  Я  выудил

его из реки, я его и порешу.

     А змей тем временем скользнул со скалы в воду и поплыл к берегу.  Вылез

на землю и пополз, извиваясь, к зеленому холму, а  как  дополз  до  вершины,

обвил склоны своим длинным телом девять раз.

     - Как же сражаться с ним на верхушке холма? - растерялся Роберт.

     Тут к холму подошли три деревенских  парня,  бледные  от  страха,  и  у

каждого в руках по тяжелой бадье.

     - Видишь, принесли змею молоко от девяти коров. Медленно пополз змей  с

холма.

     - Пусть пьет, тут-то я его и убью,- прошептал Роберт. Подождал он, пока

змей опустит голову в ведро, и, неслышно

     ступая, приблизился к  нему.  Джейн  отошла  подальше,  боится  пальцем

пошевельнуть. А змей пьет и ничего не замечает. Занес над  ним  Роберт  свой

булатный меч, ударил изо всех сил и рассек пополам мягкое тело змея.

     - Ах, Роберт! - воскликнула Джейн.- Ты убил чудовище!

     Но не тут-то было. Из одного змея стало два, и обе половинки так сильно

бились на земле, что  Роберт  поспешно  отбежал  в  сторону.  Подползли  две

половинки друг к дружке, и - о чудо! - змей опять цел-целехонек. Задрал свою

ужасную голову и задышал жарким  пламенем.  Опалились  волосы  на  голове  у

Роберта, и пришлось ему отступить ни с чем.

     На другой день Роберт опять напал на змея. Выждал, когда тот  уснет,  и

разрубил его на три  части.  Куски  тут  же  срослись,  и  огнедышащий  змей

двинулся на храбреца. Отважно сражался Роберт с чудовищем, но пришлось и  на

этот раз отступить. Хорошо, что живым домой вернулся.

     - Все тщетно! - в отчаянии воскликнул Роберт.- Разруби я  его  хоть  на

тысячу кусков, они все равно срастутся. Кто может победить такое чудовище!

     - Силой тут не возьмешь,- сказала  Джейн.-  Надо  что-то  придумать.  В

деревне осталась одна  старуха-вещунья,  на  дальнем  конце  деревни  живет.

Может, она что посоветует?

     В тот же вечер пошел Роберт к старухе-вещунье. Вошел  к  ней  в  дом  и

видит: сидит старуха у очага, один черный  кот  на  плече  у  нее  мурлычет,

другой у ног трется. Выслушала старуха Роберта, долго думала, глядя в огонь,

и наконец говорит:

     Если хочешь нас спасти, Надо в речке бой вести.

     Сказала эти слова и снова умолкла. С тем Роберт и ушел от нее.

     - Как же это в речке вести бой? - спросил Роберт сестру.- Течение такое

быстрое, да и глубоко на середине. Я там и дна не достану.

     - А что, если встать на скалу? Доплыви до нее, пока змей молоко лакает.

А как он вернется, сразись с ним и убей.

     Послушался Роберт сестру. Пошел утром на берег, а  змей  лежит  посреди

реки как ни в чем не бывало, обвил скалу черными кольцами. В полдень  развил

кольца и поплыл к берегу молоко пить, которое у подножия  холма  деревенские

парни оставили.

     Прыгнул Роберт в воду и, не теряя  времени,  поплыл  к  скале.  Течение

быстрое, вода холодная, боится Роберт - не доплыть ему до скалы. Но  руки  у

него сильные, одолел он течение. Вылез на скалу и ждет  с  бьющимся  сердцем

возвращения змея.

     Вот  наконец  появилось  на  берегу  длинное  черное  тело  -   ползет,

извиваясь,  к  воде  спешит.  Увидел  змей,  что  скала  человеком   занята,

остановился. Злобные глаза засверкали, из ноздрей огонь вырвался. Нырнул  он

в реку и поплыл к скале. Тут Роберт обнажил  меч,  приготовился  вступить  с

чудовищем в бой. А змей не хочет на скалу лезть, знай себе кружит около,  да

так быстро, что не разберешь, где у него голова, где хвост.

     Высунулась вдруг из воды огнедышащая голова, взмахнул Роберт  мечом,  а

змей обвил хвостом его ногу и давай тянуть. "Ну,- думает Роберт,- пришел мой

последний час". Поднатужился, махнул мечом да и отсек змею кончик хвоста.

     Тут-то и понял Роберт, почему старуха велела в реке  со  змеем  биться.

Упал кончик хвоста в воду, и унесла его быстрина, не успел обратно прирасти.

     Злобно зашипел змей и ринулся на Роберта, дыша пламенем. А Роберт занес

меч с новой силой и давай рубить черное тело змея; отрубит кусок, а  течение

унесет его, отрубит - опять унесет.

     Так и уничтожил Роберт ужасного змея. Вернулись лэмтонцы в свои дома  и

зажили без страха. Земля скоро опять зазеленела. Только  на  самой  верхушке

круглого холма так и осталось голое место - память о змее. С тех пор и зовут

люди холм Змеиным. Говорят, еще лет сто назад видны были борозды - следы  от

девяти колец, которыми змей этот холм обвивал.

 

 

     Черри из Зеннора

 

     Черри Притти жила в Зенноре  вместе  с  отцом  и  матерью,  братьями  и

сестрами.  Хижина  у  них  была  совсем  маленькая,  а  клочок  земли  такой

каменистый и неудобный, что, сколько они ни трудились  на  ней,  родила  она

всего-навсего немного картошки и чуть-чуть зерна. Еще была у  них  коза,  но

бедняжка едва находила травы, чтобы утолить голод, и  молока  давала  -  кот

наплакал.

     Кормились они  рыбой  и  моллюсками,  которых  собирали  на  прибрежных

скалах. А хлеб ели только по большим праздникам.

     Несмотря на такую бедность, все дети росли  крепкими  и  здоровыми.  Но

лучше всех была Черри  -  ладная,  работящая,  быстроногая.  Бывало,  затеют

бегать вперегонки, она всегда прибежит первая.

     Исполнилось Черри шестнадцать  лет,  и  стала  она  печалиться.  Другие

девушки ходят нарядные, рассказывают, как веселились на ярмарке  в  соседнем

городке, а Черри еще ни разу на ярмарке не была; и хотя матушка все  обещала

ей сшить новое платье, денег на него всегда не хватало.

     Вот и решила Черри покинуть родительский дом и наняться к кому-нибудь в

услужение. Попрощалась с отцом и матерью, завязала в узелок свои  немудрящие

пожитки и, обещав найти место поближе к дому, отправилась куда глаза глядят.

     Шла она, шла, дошла до развилки, села на придорожный  камень  и  горько

заплакала, так ей стало одиноко и  грустно.  Совсем  было  решила  вернуться

домой, вдруг, откуда ни возьмись,- хорошо одетый джентльмен.

     Очень удивилась Черри: она и не заметила, как этот джентльмен подошел к

ней. Но еще больше удивилась, когда он обратился к ней по имени:

     - Доброе утро, Черри! Куда путь держишь?

     - Ищу место служанки, сэр.

     - Вот как мы удачно встретились, Черри. Мне как раз нужна  помощница  в

дом, девушка прилежная и аккуратная. Жена моя умерла,  и  остался  маленький

сынок. Если ты любишь детей и умеешь доить коров, место - твое.

     Черри очень обрадовалась и согласилась пойти с добрым джентльменом. Она

и не вспомнила, что обещала отцу с матушкой  не  уходить  далеко  от  родных

мест.

     - Ну тогда идем, Черри,- сказал  новый  хозяин,  и  они  пошли.  Дорога

показалась Черри совсем незнакомой. По сторонам

     пестрели душистые цветы, плакучие деревья навевали прохладу, а в  одном

месте тропу пересекал прозрачный  ручей.  Хозяин  обнял  ее  одной  рукой  и

перенес на другой берег, так что Черри и ног не замочила.  Постепенно  тропа

становилась все уже, темнее, и Черри поняла,  что  они  куда-то  спускаются.

Сначала Черри испугалась, но хозяин взял ее за руку, и ей стало так  хорошо,

что она могла идти за ним хоть на край света.

     Наконец они подошли к высокой ограде. Хозяин отпер  калитку  и  ласково

сказал:

     - Входи, милая Черри. Вот тут мы и живем.

     Черри вошла и остановилась в изумлении. Она  и  не  знала,  что  бывают

такие красивые сады. Кругом благоухали яркие цветы, на ветках зрели плоды  и

ягоды, над головой порхали диковинные птицы, оглашая воздух веселым  пением.

Навстречу им выбежал маленький мальчик.

     - Папа! Папа! - кричит.

     Мальчик был  совсем  маленький,  а  лицом  как  есть  недобрый  старик.

Выскочила откуда-то уродливая старуха и увела его в дом.

     Черри опять испугалась, а хозяин  успокоил  ее,  сказал,  что  это  его

свекровь Пруденс: как только Черри  совсем  освоится,  уедет  старая  карга,

откуда приехала.

     Вошли в дом, в комнатах было так красиво, что у Черри  немного  отлегло

от души.

     Сели за стол ужинать, отведала Черри всевозможных яств и совсем  забыла

про свой страх. После ужина отвела Пруденс девушку наверх в  комнату  внука,

показала ее постель и не велела ночью глаз размыкать, а то,  не  ровен  час,

поблазнит. Запретила  со  внуком  разговаривать,  а  утром  наказала  встать

пораньше, отвести мальчишку на родник, умыть  его  родниковой  водой  и  еще

глазки протереть зельем из хрустального пузырька, что стоит рядом на большом

камне. Велела затем подоить корову и напоить мальчишку парным молоком. Вот и

вся работа.

     - Только смотри,- прибавила старуха,- не прикасайся этим зельем к своим

глазам, худо тебе будет.

     Слушала Черри старуху и дивилась: видно, неспроста все это, кроется тут

какая-то тайна. Вот  бы  в  нее  проникнуть.  Попыталась  Черри  выведать  у

мальчишки, а он нахмурился и обещал бабке пожаловаться.

     Утром пошли на родник. Умыла девушка хозяйского сынка и  глазки  зельем

протерла, как было велено. Потом подоила корову и отнесла молоко в дом.

     Позавтракали, и Пруденс опять принялась за свои поучения: из  кухни  не

выходить, в комнаты не заглядывать, запертые двери не отпирать,  словом,  не

совать носа куда не следует.

     На другой день Робин, так звали хозяина, послал за Черри - пусть идет в

сад,  поможет  ему.  Обрадовалась  Черри  -  хоть  ненадолго  избавится   от

докучливой старухи. Окончили они работу,  хозяин,  довольный  ее  старанием,

поцеловал девушку, и Черри всем сердцем полюбила его.

     Спустя немного дней кликнула старуха Черри  и  повела  ее  по  длинному

темному коридору. Шли они,  шли  и  уперлись  в  запертую  дверь.  Приказала

старуха девушке снять башмаки, отперла дверь, отворила створки, и вошли  они

в большую залу, пол у которой был как будто стеклянный. Огляделась Черри,  а

зала полна каменных изваяний - дам и кавалеров.

     Черри от страха слова не могла вымолвить. Старуха  рассмеялась  хрипло,

дала девушке небольшую шкатулку и велела изо всех сил  тереть.  Стала  Черри

тереть, а старуха стоит рядом и велит тереть все  сильнее.  Устала  Черри  и

уронила шкатулку на пол. Раздался такой страшный, неземной звон, что  бедная

девушка потеряла сознание.

     Услышал  хозяин  шум,  вбежал  в  залу.  Увидел,  в  чем  дело,  сильно

рассердился на старуху и велел ей  немедля  убираться  из  его  дома.  Потом

поднял Черри на руки, отнес на кухню, побрызгал на нее водой,  и  она  сразу

пришла в себя.

     Убралась старуха куда-то, и хотя стала Черри полновластной  хозяйкой  в

доме, счастья ей от этого не прибавилось. Робин был всегда добр и приветлив,

но запертые комнаты не давали ей покоя.  Запрется  он  в  зале  с  каменными

людьми, и доносятся оттуда веселый  смех  и  громкие  голоса.  В  доме  было

столько таинственного - Черри просто сгорала от любопытства.

     Каждое утро протирала она хозяйскому сыну глаза зельем из  хрустального

пузырька. Они начинали чудесно блестеть, и  Черри  казалось,  что  мальчишка

видит в саду что-то ей незримое. Вот однажды не выдержала Черри  и  плеснула

зельем себе в глаза.

     В тот же миг вспыхнуло все вокруг  ослепительным  светом,  глаза  точно

огнем опалило. Испугалась Черри, нагнулась над родником зачерпнуть  холодной

родниковой воды и видит: бегают на дне  крошечные  человечки,  а  среди  них

такой же крошечный ее хозяин. Подняла Черри голову, огляделась  кругом:  что

это? Весь сад кишит маленькими эльфами: одни высунулись из  бутонов,  другие

качаются на ветках, третьи бегают взапуски по зеленым лужайкам.

     Вечером Робин вернулся домой, высокий и статный, как обычно.  Отужинав,

он пошел в залу к каменным людям,  и  Черри  могла  поклясться,  что  слышит

оттуда прекрасную музыку. Приблизилась  она  тихонько  к  запертой  двери  и

глянула в замочную щелку. Робин стоял в окружении прекрасных дам. Одна  была

одета как королева. Хозяин подошел к ней и поцеловал. Бедняжка Черри чуть не

умерла от огорчения. Бросилась к себе в комнату, упала на постель и залилась

слезами.

     На другой день Робин опять позвал ее в сад - в саду ведь всегда  работы

хоть отбавляй. Когда Черри подошла к хозяину, он улыбнулся и  поцеловал  ее.

Не совладала с собой Черри.

     - Целуй своих эльфов! - крикнула она. Печально поглядел на нее Робин.

     - Милая Черри,- сказал он,- зачем ты нарушила  запрет?  Зачем  плеснула

себе в глаза  волшебное  зелье?  Завтра  ты  навсегда  покинешь  мой  дом  и

вернешься к отцу с матерью.

     Утром разбудил он ее до свету и велел собираться. Подарил ей  платья  и

другие подарки и дал много денег.

     Увязала Черри вещицы, а сердце у нее так и разрывается.

     Вышли за калитку. Робин нес в одной руке ее узелок, в другой -  фонарь.

Обратный путь показался Черри таким долгим. Они шли по темным  тропам  через

густой, темный лес и все вверх, вверх. Наконец тропа привела  их  на  ровное

место, и Черри узнала знакомую развилку.

     Робин был так же печален, как и Черри; поцеловал ее на прощание;  глаза

у Черри застили слезы, и она не заметила, как он ушел. Исчез так же  тихо  и

таинственно, как появился здесь год назад. Долго сидела Черри на придорожном

камне и плакала. Потом встала и медленно, понуро побрела домой в Зеннор.

     Мать с отцом давно уж оплакали ее, думая, что дочери нет в  живых.  Она

рассказала им свою странную историю, и они сначала не  поверили  ей.  Потом,

конечно, поверили, но Черри с тех пор сильно  изменилась.  Соседи  говорили,

что она повредилась в уме. Каждую лунную ночь  выходила  она  к  развилке  и

долго бродила там в ожидании Робина, но он так и не пришел за ней.

 

 

 

 

     Юный Поллард и Окландский вепрь

 

     Давно это было, на севере Англии тянулись тогда дремучие леса,  бродили

в них дикие звери - медведи, барсуки, кабаны,- и встреча с таким  зверем  не

сулила путнику ничего доброго. И вот одной  осенью  завелся  в  окрестностях

Окландского замка, что в графстве Дарем, свирепый кабан, который навел страх

на всю округу.

     Был этот вепрь огромен и страшен, на морде у  него  топорщилась  черная

щетина, из пасти торчали изогнутые клыки, маленькие глазки злобно рыскали из

стороны в сторону, а бегал он так быстро - на коне не угонишься.

     Питался вепрь травой, корешками и тем, что растили крестьяне на  полях,

да не столько съедал, сколько вытаптывал. Он ненавидел всех  других  тварей,

но больше всего ненавидел людей; по вечерам  хоронился  в  кустах,  поджидая

крестьянина, устало бредущего с поля. Живым от него никто не уходил.

     Земля в  округе  принадлежала  богатому  и  могущественному  даремскому

епископу, хозяину Окландского замка. Вепрь так застращал окрестных крестьян,

что не выдержали они и написали письмо епископу, слезно умоляя помочь  им  в

беде: даже днем нет спасенья от лютого зверя, а как  солнце  сядет  -  и  за

калитку носа не высунешь.

     Согласился епископ, что дело плохо, и  обещал  по-королевски  наградить

храбреца, который убьет вепря.

     Молодые люди, однако, качали головами. Сколько смелых рыцарей приезжало

из южных графств сразиться с вепрем, немало убитых драконов и других чудовищ

было на их счету. И что же? Ни  один  не  вернулся  из  леса  Этерли-дин,  в

котором было,  логово  вепря.  Какой  толк  в  награде,  рассуждали  местные

храбрецы, если некому ее получать?

     Нашелся все-таки юноша, которого прельстила обещанная награда. Это  был

младший сын старинного рода по имени Поллард; ему не маячили ни  деньги,  ни

родовой замок, оставалось надеяться на самого себя.

     "Недурно придумано -  наградить  смельчака  по-королевски,-  сказал  он

себе.---- Но мертвым награда не нужна.  Вепрь  убивает  не  только  крестьян

сколько вооруженных рыцарей погибло, сражаясь с ним. Видно, вепрь не  только

силен, но и хитер. Значит, надо разведать его повадки. И сначала  потягаться

с ним хитростью. А не выйдет - помериться силой".

     Оставил дома юный Поллард меч, коня, доспехи,  сунул  в  карман  ломоть

хлеба и кусок сыра и пошагал в лес Этерли-дин, где  хоронился  вепрь.  Идет,

вслушивается в каждый шорох, вглядывается в звериные тропы. Наконец напал на

след вепря и много дней крался по его пятам. Ночью зверь петлял по  лесам  и

полям, днем отсыпался в своем логове и ни разу не почуял близости человека.

     Прошел месяц, юный Поллард все разузнал о вепре зверь огромен и свиреп,

силен и проворен. К тому же на редкость прожорлив. Ест все подряд, но больше

всего любит буковые орешки •- они толстым слоем  устилали  землю  в  буковых

лесах. Вызнал Поллард, где вепрь отсыпается днем - в самой глубине  леса,  в

гуще могучих буков. Нашатавшись вдоволь  по  окрестностям,  вепрь  под  утро

возвращался в свою чащобу, лакомился буковыми орешками и валился спать.

     Теперь юный Поллард знал, что ему делать. Взял кривой, как  серп,  меч,

оседлал свою лошадь и поскакал вечером к одинокой ферме, стоявшей  у  самого

леса Этерли-дин; оставил лошадь на соседней ферме и пошел в  лес.  Он  знал,

что до рассвета вепрь не вернется, будет рыскать по округе и только под утро

явится в Этерли-дин, набьет брюхо  буковыми  орешками  и  заснет  у  себя  в

логове. Нашел Поллард высокий развесистый бук,  что  рос  в  двух  шагах  от

логова вепря,- он еще раньше его заприметил. Залез  на  него,  натряс  целую

гору орешков, чтобы вепрь налопался до отвала и поскорее заснул.

     Чуть только  забрезжило  на  востоке,  послышалось  приближение  вепря:

сопит, хрюкает, роет носом опавшие  листья.  Вдруг  стало  тихо-тихо:  зверь

учуял приготовленное Поллардом угощение. И сейчас  же  раздалось  торопливое

чавканье, как будто вепрь куда-то очень спешил. Поллард  думал,  что  натряс

орешков на целое  стадо  кабанов,  но,  видно,  у  этого  вепря  брюхо  было

бездонное - он все ел, ел и никак не мог  насытиться.  У  Поллар-да  затекли

ноги, онемела рука, сжимавшая меч, но он не смел

     шелохнуться: у вепря такое чутье, что малейший шорох мог испортить  все

дело.

     Наконец съеден последний орешек. Зверь хрюкнул от удовольствия и тяжело

двинулся к логову, с шумным вздохом улегся на землю,  повернулся  на  бок  и

зажмурил глаза, разомлев от такой сытной еды.

     Дождавшись, когда  вепрь  как  следует  разоспится,  Поллард  осторожно

спустился с дерева и, не дыша, пополз к логову - надо убить вепря,  пока  он

спит. Но не тут-то было, зверь и спящий учуял опасность: с  ужасающим  рыком

поднялся он на ноги и ринулся на юношу -тот едва успел отскочить в  сторону.

Хоть вепря и разморило от еды, все равно это был хитрый и опасный соперник.

     Весь день сражались в Этерли-дине Поллард и вепрь, и ни тот, ни  другой

не могли одержать верх. Вот уже и солнце село,  на  небе  зажглись  одна  за

одной звезды, и юный Поллард стал уставать - вепрь теснил его все  дальше  и

дальше в дебри дремучего леса. Часы на Окландском  соборе  пробили  полночь.

Поднапрягся Поллард, собрал все силы и вот уже  стал  одолевать  зверя.  Всю

ночь при свете звезд длилось единоборство. Только когда  первый  луч  солнца

позолотил верхушки деревьев, размахнулся Поллард мечом во всю ширь  плеча  и

убил вепря.

     В полном изнеможении, с кровоточащими ранами, нагнулся он  над  мертвым

зверем и еще раз подивился его громадности: да, такое чудище могло причинить

еще много бед. Теперь скорее на ферму, вскочить в седло и скакать с  хорошей

вестью к епископу. Но юный Поллард не мог шевельнуть  ни  рукой,  ни  ногой.

Тяжело вздохнув, он раскрыл зверю пасть, отсек язык и спрятал его в  карман;

затем  доковылял  до  зарослей  папоротника,  зарылся  в  пожухлую   зелень,

свернулся калачиком и тотчас уснул.

     Спал он весь день. Сон его был так крепок,  что  не  пробудило  его  ни

пение птиц в кронах над головой,  ни  кролики,  шуршащие  совсем  рядом,  ни

лисица, кравшаяся мимо на своих бархатных подушечках.

     Не слышал он и всадника, который скакал после  полудня  как  раз  вдоль

этой опушки. Увидев огромного кабана, лежащего неподвижно, он подъехал ближе

и спешился.

     "Эге,  да,  никак,  тот  самый  вепрь,  за  которого   епископ   обещал

по-королевски наградить",- подумал он. Оглянулся  кругом  -  никого:  видно,

вепрь погиб, сражаясь с каким-то другим зверем.

     - А почему бы мне не получить награды? Кто узнает, что не я его убил? -

сказал он себе.

     Отрубил зверю голову, привязал к седлу и, радуясь такой удаче, поскакал

в Окландский замок.

     Тут вскоре проснулся юный Поллард, потянулся, вскочил на ноги - пора  и

за наградой ехать. Вот только умыться бы в соседнем ручье. Сделал два  шага,

вдруг видит - о ужас! - вепрь-то без головы. Поллард чуть  сам  замертво  не

упал.

     - Было бы мне тут же ехать к епископу,- сокрушался он.- Но  ведь  я  на

ногах не держался, шутка ли - весь день и всю ночь биться  с  диким  вепрем.

Кто угодно заснул бы. И вот все мои старания, смертельная схватка - все, все

зря. Награду вместо меня получит ловкий обманщик. Но может, еще  не  поздно?

Может, я еще успею попасть к епископу и докажу, что я победитель вепря?

     И Поллард со всех ног бросился на ферму, где оставил лошадь. Вскочил  в

седло и стрелой понесся в Окландский замок.

     - Мне нужно видеть епископа! -  крикнул  он  страже,  преградившей  ему

путь.- Меня зовут Поллард. Я убил вепря и прискакал за обещанной наградой.

     - Может, ты и убил,- отвечает стража,- но только что в замок  прискакал

незнакомец, и у него  к  седлу  приторочена  голова  вепря.  Так,  наверное,

все-таки он победитель.

     Юный Поллард поднял в ответ такой шум, что  стража,  спокойствия  ради,

пропустила его в замок, а мажордом провел в зал церемоний,  где  епископ  во

всем своем облачении принимал посетителей. Как раз  в  этот  миг  перед  ним

предстал незнакомец, держащий голову вепря, а приближенные и слуги собрались

вокруг и,  охая,  разглядывали  страшные  клыки,  восхищаясь  победителем  и

завидуя его счастью.

     Только что юный Поллард вступил в зал, епископ мановением руки  воцарил

тишину и, благосклонно глядя на незнакомца, промолвил:

     - Храбрый незнакомец, ты освободил наш край от ужасного бедствия  и  за

свою отвагу будешь награжден по-королевски.

     - Стойте, Ваше Преосвященство! - воскликнул Поллард,  раскидывая  слуг,

которые пытались задержать его.- Вепря убил я, а не этот чужеземец.

     И Поллард рассказал, как бился с чудовищем весь день и  всю  ночь,  как

упал на землю в полном изнеможении и проспал до вечера.

     - Возможно, возможно,- с насмешкой проговорил незнакомец.- Тем не менее

вепря убил я. И у меня есть доказательство.- Он поднял высоко голову вепря и

бросил ее к ногам епископа.

     - Голова доказывает только  то,  что  ты  ее  отрубил,-  возразил  юный

Поллард, сунул руку в карман, достал язык вепря и бросил его на пол рядом  с

головой.- Вот свидетельство, что я настоящий победитель.

     Медленно поглаживая бороду, епископ посмотрел на язык, на голову, потом

перевел взгляд с юного Полларда на заезжего гостя. Он был человек  мудрый  и

сразу понял, кто из двух говорит правду.

     - Откройте пасть вепрю и посмотрите, есть ли у него язык,- приказал он.

     Слуги поспешили выполнить приказание, и  незнакомец,  зная,  кто  прав,

круто повернулся и чуть не бегом покинул зал. Вскочил во  дворе  на  коня  и

умчался прочь, только его и видели.

     И тогда юный Поллард стал рассказывать, как он целый  месяц  выслеживал

вепря, выведал все его повадки, как придумал убить вепря,  когда  он  уснет,

сморенный усталостью и любимой едой.

     - Поразительно! - восхищенно воскликнул епископ.- Ты поистине  заслужил

величайшую награду. Теперь слушай, в чем она состоит. В этот  час  я  всегда

ухожу обедать. Возвращайся к концу моей трапезы. Вся земля, что ты  объедешь

за время, пока я ем, будет твоя.

     И епископ подал прислуге знак растворить двери в столовую.

     - Сколько  времени  обедает  епископ?  -   спросил   юный   Поллард   у

привратника, выйдя во двор.

     - Обычно около часа,- ответил тот,- но я видел  восхищение  епископа  и

уверен, что сегодня он продлит трапезу.

     - Отлично,- обрадовался юный Поллард, оседлал кобылу и не спеша  выехал

из ворот замка.

     Епископ, как и думал слуга, на сей раз не торопился, и обед  растянулся

на полтора часа.

     - Ну как, юный Поллард уже вернулся? - спросил епископ.

     - Вернулся? Мой господин, он ожидает в зале добрых три  четверти  часа,

если не больше.

     - В самом деле? - Лицо епископа расплылось  в  довольной  улыбке.-  Он,

очевидно, столь же скромен, сколько  храбр.  Я  сразу  подумал  это,  только

увидел его. Да и то сказать, я ведь знаток человеческого сердца.

     Величавой походкой прошествовал епископ обратно в  зал  церемоний.  При

виде его юноша упал на одно колено, епископ  улыбнулся,  милостиво  протянул

руку, и Поллард поцеловал бриллиантовый  перстень,  играющий  всеми  цветами

радуги.

     - Мне сказали, что ты уже давно ждешь меня. А ведь ты мог

     бы объехать в два раза больше земли за то время, что я  подарил  тебе,-

любезно проговорил он.

     - Знаю, мой господин,- ответил Поллард с тонкой улыбкой.

     - Какой необыкновенно скромный юноша,- удивился епископ.- И сколько  же

земли ты объехал?

     - Вокруг вашего замка, Ваше Преосвященство,- сказал юный Поллард.

     Улыбка исчезла с лица епископа.

     - Вокруг моего замка? - повторил он.

     - Да, Ваше Преосвященство.

     - Вокруг моего замка...- опять повторил епископ.

     Не отводя глаз от юного Полларда, он медленно  опустился  в  кресло  и,

откинув назад голову, вдруг безудержно захохотал.  Все  придворные  и  слуги

поглядели друг на друга и тоже давай  смеяться,  покачают  головой  и  опять

закатятся.

     - Но ведь я должен был сообразить,- сказал  наконец  епископ,  переводя

дыхание и вытирая бегущие по щекам слезы,- что человек, сумевший перехитрить

вепря, окажется слишком твердым орешком для такого простака,  как  епископ.-

Вздохнув, он устремил  взгляд  на  юного  Полларда,  стараясь  прочесть  его

мысли: -  Так  ты,  значит,  претендуешь  на  мой  замок?  -  проговорил  он

задумчиво.

     - Его Преосвященство дал обещание,- напомнил ему юный Поллард.

     - Верно, верно. Но мне кажется, ты не совсем  ясно  представляешь,  что

значит владеть замком. Прежде всего в нем круглый год сыро и холодно. Сейчас

у тебя нет ревматизма, а поживешь в замке годок-другой, и кости заноют,  как

у старика. А сколько надо запасать дров, сколько я плачу слугам...-  Епископ

тяжело вздохнул.- Нет! Младшему отпрыску благородного рода лучше всего иметь

собственную землю.

     И епископ приказал слуге подать  ему  карту.  Развернув  пергамент,  он

оглядел свои владения.

     - Вот,- сказал он, ткнув в карту пальцем,- видишь, отличная земля.  Тут

и охотничьи угодья, и поля. А на этом бугре можно построить небольшой замок,

удобный и теплый, на нынешний манер.

     Посмотрел епископ на юного Полларда и  опять  рассмеялся.  И  все  тоже

засмеялись, некоторых даже слеза прошибла. Вот так и  выкупил  епископ  свой

замок у юного Полларда. А на фамильном гербе Полларда появилась  с  тех  пор

рука, сжимающая кривой, как серп, меч.

 

 

     Моховушка

 

     Жила в маленькой хижине  бедная  вдова.  И  была  у  нее  дочь  красоты

неописанной. С утра до вечера вязала матушка для нее волшебную рубашку.

     Влюбился в девушку коробейник. Чуть не каждый  день  повадился  ходить.

Просит ее выйти за него замуж.

     А она, так уж вышло, не полюбила его. Думала,  думала,  что  делать,  и

спрашивает совета у матушки.

     - Скажи ему,- говорит  матушка,-  пусть  подарит  тебе  белое  атласное

платье, золотыми листьями расшитое, да чтобы  сидело  как  влитое.  Тогда  и

пойдешь за него замуж. А там, глядишь, и волшебная рубашка будет готова.

     Пришел коробейник, зовет девушку замуж. Ответила ему девушка, как  мать

посоветовала. А коробейник тот был злой волшебник. Приносит он через  неделю

платье, точь-в-точь  как  девушка  описала  -  атласное,  золотыми  листьями

расшитое. Побежала она наверх к матери,  надела  платье,  а  оно  сидит  как

влитое.

     - Что же мне теперь делать? - спрашивает дочь у матери.

     - Скажи ему,- отвечает мать,- пусть подарит тебе платье цвета  небесной

лазури, и чтобы сидело гладко, нигде не морщинки. Тогда и  пойдешь  за  него

замуж. А там, глядишь, и волшебная рубашка будет готова.

     Сказала девушка коробейнику, что мать посоветовала. Вернулся  он  через

три дня и принес платье цвета небесной  лазури,  как  по  ней  сшито.  Опять

спрашивает дочь у матери, что ей делать.

     - Скажи ему,- отвечает мать,- пусть принесет тебе серебряные  башмачки,

да чтобы не малы были, не велики, а в самую пору, тогда и  пойдешь  за  него

замуж.

     Сказала ему девушка, что мать велела;  через  день-другой  приносит  он

серебряные башмачки, а ножка у девушки крохотная, три дюйма,- все равно  они

ей как раз впору пришлись: не тесны и с ноги  не  падают.  Опять  девушка  у

матери спрашивает, что ей теперь-то делать.

     - Сегодня  вечером  кончу  вязать  волшебную  рубашку,  совсем  немного

осталось. Скажи коробейнику, что выйдешь за него замуж. Пусть  завтра  утром

приходит в десять часов.

     - Приду, непременно  приду,-  ответил  коробейник  и  зло  так  на  нее

поглядывает.

     Вечером матушка допоздна  сидела,  связала-таки  волшебную  рубашку.  А

вязала она изо мха с золотой ниткой, и кто эту рубашку наденет, может в один

миг хоть на краю света очутиться, стоит только пожелать.

     Наутро  встала  матушка  чуть  свет.  Позвала  дочку  и  велела  ей   в

путь-дорогу собираться, искать счастье на  чужой  стороне.  А  счастье  это,

говорит, будет самое что ни на есть  распрекрасное.  Мать-то  была  ведунья,

знала, что завтрашний день сулит. Надела дочка на себя рубашку-моховушку,  а

поверх нее платье, в котором дома хозяйничала. Дала ей мать с собой  золотую

корону да подаренные коробейником платья с  серебряными  башмачками.  Совсем

собралась Моховушка, мать ее в дорогу напутствует:

     - Пожелай очутиться за сто миль отсюда. Там увидишь большой  господский

дом. Постучись и попроси у хозяев работу. Для тебя у них работа найдется.

     Сделала Моховушка, как мать велела, и  скоро  очутилась  перед  большим

господским домом. Постучала в парадные двери и сказала, что ходит  по  миру,

ищет работу. Позвали хозяйку, понравилась ей девушка.

     - Какую можешь работу делать? - спрашивает.

     - Стряпать могу, добрая госпожа,- отвечает Моховушка.- Люди говорят,  я

хорошо стряпаю.

     - Кухарка у нас есть,- отвечает хозяйка.- Но если хочешь,  возьму  тебя

младшей кухаркой.

     - Спасибо, добрая госпожа. Очень хочу.

     На том и порешили. Показала хозяйка Моховушке, где она будет  спать,  и

повела на кухню знакомиться с другими служанками.

     - Это Моховушка,- сказала слугам хозяйка.-  Она  будет  у  нас  младшей

кухаркой.- И ушла.

     А Моховушка поднялась к  себе  в  комнату,  спрятала  подальше  золотую

корону, серебряные башмачки и оба платья - белое и цвета небесной лазури.

     Другие служанки тем временем чуть не лопнули от зависти.

     - Только подумать,- кудахчут,- эта бродяжка в лохмотьях  будет  младшей

кухаркой! Посуду мыть - вот ее дело! Уж если и быть кому  младшей  кухаркой,

так одной из нас. Мы всякие кушанья знаем, не то что эта оборванка!  Вот  уж

собьем с нее спесь!

     Сошла Моховушка вниз, хочет за работу приняться, а служанки  все  разом

на нее и набросились.

     - Что ты такое о себе возомнила! Ишь, захотела стать младшей  кухаркой!

Ничего у тебя не выйдет,  не  на  таких  напала!  Будешь  скрести  чугуны  и

сковородки, чистить вертела и ножи. Ни на что другое и не надейся!

     Взяла одна девка поварешку и стукнула  -  тук-тук-тук  -  Моховушку  по

голове.

     - Вот чего такие, как ты, заслуживают!

     Да, неладно обернулось дело для  Моховушки.  Топит  она  печи,  скребет

сковородки, лицо точно сажей вымазано.  А  кухонные  девки  -  то  одна,  то

другая - схватят поварешку и  стукнут  ее  -  тук-тук-тук  -  по  голове.  У

бедняжки голова все время болит, не проходит.

     Однажды устроили соседи большой праздник: днем - охота и другие забавы,

а вечером - бал. И так три дня  подряд.  Съехались  гости  со  всей  округи,

хозяин, хозяйка и хозяйский сын тоже собрались на праздник. На кухне  только

и разговоров, что о предстоящем бале. Кто  мечтает  хоть  одним  глазком  на

веселье взглянуть, кто потанцевать с молодым  джентльменом,  кто  поглядеть,

как благородные барышни одеваются. Будь у них бальные платья, говорят, и они

бы в грязь лицом не ударили.

     Чем они хуже всяких баронесс и графинь?! Только одна Моховушка молчит.

     - А ты, Моховушка,- спрашивают ее злые служанки,-  небось  тоже  хочешь

поехать на бал? Только тебя там и не хватало, такой замарашки.

     И давай колотить ее - тук-тук-тук  -  поварешкой  по  голове.  Дразнят,

смеются - такое подлое племя.

     А Моховушка, как уже сказано, была писаная красавица,  и  ни  сажа,  ни

лохмотья не могли это скрыть. Хозяйский сын сразу ее приметил, да и хозяин с

хозяйкой выделяли изо всей челяди. Стали они собираться на бал и послали  за

Моховушкой, зовут ее с собой ехать.

     - Нет, благодарствуйте,- отвечает Моховушка.- Я и  думать  об  этом  не

смею. Мое место на кухне. И  карету  жалко,  и  ваши  наряды,  сяду  -  всех

перепачкаю.

     Засмеялись хозяева, зовут - поедем. А Моховушка знай  свое:  благодарит

за доброту и отказывается. Так и настояла на своем. Вернулась  Моховушка  на

кухню, а служанки, конечно,  спрашивают,  зачем  хозяева  ее  звали.  Уж  не

уволить ли надумали или еще что? Говорит Моховушка, что хозяева  ее  на  бал

звали.

     - Тебя? На бал?- закричали служанки.-  Неслыханно!  Если  бы  нас  кого

позвали - другое дело. Но тебя! Да разве  такую,  как  ты,  на  бал  пустят!

Станут молодые джентльмены танцевать с судомойкой, как же!  Побоятся  платье

испачкать! А дух-то от тебя какой идет - дамы будут нос зажимать.

     Нет, заявили, никогда они не поверят, чтобы хозяин с хозяйкой звали  ее

на бал. Это она все лжет! И давай ее колотить - тук-тук-тук - поварешкой  по

голове.

     На другой день уж и хозяйский сын зовет Моховушку на бал. Бал, говорит,

был чудесный, напрасно она не поехала. А сегодня будет еще лучше.

     - Нет,- отвечает Моховушка.- Не  поеду.  Куда  мне  такой  замарашке  и

оборванке?

     Сколько ни просил  хозяйский  сын,  ни  уговаривал,  наотрез  Моховушка

отказалась. А слуги опять не поверили, что ее хозяева на бал звали,  да  еще

хозяйский сын уговаривал.

     - Нет, вы только послушайте, что еще эта лгунья выдумала!

     А Моховушка взяла и собралась на бал, одна, чтобы не знал никто. Первым

делом заколдовала служанок, навела на них сон.  Потом  вымылась  хорошенько.

Поднялась к себе наверх, сбросила рваную одежду  и  старые  башмаки,  надела

белое атласное платье, золотыми листьями  расшитое,  серебряные  башмачки  и

золотую корону на голову. Оглядела всю себя и пожелала очутиться на балу. На

миг только почувствовала, будто летит по воздуху, не успела последнее  слово

промолвить - и вот уже, пожалуйста, очутилась на балу. Увидел  ее  хозяйский

сын и глаз оторвать не может: отродясь такой красавицы, статной и  нарядной,

не видывал.

     - Кто это? - спрашивает у матери. Мать тоже не знает.

     - Узнай, матушка,- просит сын.- Пойди поговори с ней. Поняла  мать,  не

успокоится сын, пока не поговорит она

     с незнакомой гостьей. Подошла к Моховушке, назвалась и спрашивает,  кто

она, откуда. Ничего не ответила Моховушка,  сказала  только,  что  там,  где

живет, ее то и дело поварешкой по  голове  бьют.  Тогда  хозяйский  сын  сам

подошел к Моховушке, стал расспрашивать, а Моховушка даже  имени  своего  не

назвала;

     пригласил танцевать - не  хочет.  Не  отходит  от  нее  хозяйский  сын,

наконец стали они танцевать. Прошлись туда и обратно.

     - Домой пора,- говорит Моховушка.

     Просит ее хозяйский сын остаться, а Моховушка стоит  на  своем,  и  все

тут.

     - Ладно,- говорит он,- пойду тебя провожу.

     А Моховушка пожелала в этот миг вернуться домой, только он ее и  видел.

Стояла рядом и в мгновение ока исчезла, он даже оторопел.  Туда-сюда  -  нет

Моховушки, и никто не видел, куда она делась.

     Очутилась Моховушка дома, смотрит, служанки  еще  спят.  Переоделась  в

старое платье и разбудила служанок. Протирают  они  глаза,  удивляются,  что

это - ночь или утро. А Моховушка говорит: будет им на орехи, ведь  они  весь

вечер проспали. Умоляют ее служанки не выдавать их; одна ей  юбку  подарила,

другая - чулки, третья - башмаки,  хоть  и  старые,  но  надеть  еще  можно.

Моховушка обещала ничего  не  говорить  хозяйке.  Обрадовались  служанки,  и

колотушек в тот вечер не было.

     На третий день хозяйский сын места себе не находит. Ни о чем думать  не

может, кроме неизвестной  красавицы,  которую  полюбил  с  первого  взгляда.

Придет ли она сегодня на бал? А вдруг опять исчезнет? Нет уж, сегодня он  ее

ни за что не отпустит. Бал-то последний, как бы совсем ее не потерять.

     - Полюбил я ее на всю жизнь,- сказал он матушке.-  Если  не  женюсь  на

ней - умру.

     - Девушка она хорошая, скромная,- отвечает ему мать.- Только вот  имени

своего не говорит.

     - А мне все равно, чья она, откуда. Люблю я ее, и все тут. Не жить  мне

без нее, истинно говорю, не жить.

     У служанок, дело известное, уши длинные, а язык и того  длиннее.  Скоро

на кухне только и  разговору,  что  про  неизвестную  красавицу,  в  которую

влюбился на балу хозяйский сын.

     - Ну что, Моховушка,- дразнят бедняжку злые служанки,  -  как  поживает

молодой хозяин? Он ведь, кажется, тебя на бал приглашал?

     Дразнят, насмехаются,  схватила  одна  поварешку  и  давай  ее  бить  -

тук-тук-тук - по голове: в другой раз неповадно будет добрых людей морочить.

Ближе к вечеру послали за  ней  хозяин  с  хозяйкой,  опять  зовут  на  бал.

Моховушка  опять  отказалась.  А  сама  навела  сон  на  гадких  служанок  и

отправилась, как в прошлый раз, на бал. Только теперь была  в  платье  цвета

небесной лазури.

     Вошла Моховушка в залу, а молодой хозяин уж заждался ее.

     Как увидел, просит отца послать домой за  самым  быстрым &nbs